Проклятие каменного острова. Книга 4

— Я, безусловно, постараюсь, миледи, но…

— Некоторые из моих друзей еще плохо знают древний язык, поэтому отвечайте, пожалуйста, как можно проще. А, кстати, откуда он известен вам?

Тэйн довольно долго молчал, уставившись на гладкую поверхность каменной столешницы, потом поднял голову и посмотрел на Мону ясными глазами, определить цвет которых было непросто. Часто, чтобы добиться нужного оттенка, художники смешивают сразу несколько красок. Глаза Тэйна переливались всеми оттенками голубого и зеленого, а зрачки окаймляла тонкая фиолетовая полоска.

— Виртуальный квест назывался «Путь к спасению», — негромко и четко заговорил он. — К нему прилагалась книжка, переписанная кем-то от руки. Чтобы понять правила игры, нужно было сначала выучить чужой алфавит и научиться составлять слова. Мы с сестрой так увлеклись новым языком, что разговаривали на нем просто для развлечения и только между собой. Это стало нашим семейным секретом, потому что в Убежище трудно что-то скрыть от других.

— А чем заканчивалась игра, мастер Тэйн? — Николас заинтересованно подался вперед и поставил локти на стол. Он уже догадался, каким таинственным путем гостю удалось добраться до Двери, но по-прежнему оставалось неясным, что именно он там искал.

— Нужно было найти Вход, который на самом деле являлся Выходом из пещерного лабиринта.

Ник увидел, как нахмурились адмирал и полковник Гатлин, пытаясь разобраться в этой тавтологии.

— А что ожидало победившего игрока с другой стороны Двери?

— Я всегда думал, что оружие.

В наступившей тишине стало слышно, как в головах присутствующих щелкают мыслительные аппараты.

— Что за оружие, мастер Тэйн? — наконец, осторожно поинтересовался майор Кроу.

— Я не знаю, — гость беспомощно пожал плечами, — но оно должно быть достаточно мощным, способным уничтожить вардов.

Юджин быстро обменялся взглядом с Моной и с сожалением понял, что она не допустит никакого морального давления на парня с микросхемой в голове. После недолгого раздумья он хлопнул ладонью по столу и пригвоздил Тэйна к креслу строгим взглядом.

— Я попытаюсь коротко изложить свою версию событий, а вы ее либо дополните, либо исправите. Хорошо? — Тэйн хотел было возразить, но майор не обратил на это никакого внимания. — Вы предположительно, если не родились, то выросли в подземном бункере, который называете Убежищем и только недавно впервые вышли на поверхность. Ваша планета захвачена некими вардами, и вы отправились на разведку, чтобы оценить степень реальной опасности или уточнить положение дел. Пока все верно? — гость сделал движение головой, похожее на неохотный кивок. — Судя по всему, вы прошли немалое расстояние, и по дороге с вами случилось несчастье. К тому же оказалось, что кто-то внутри Убежища подменил содержимое походного ранца, оставив вас без оружия, припасов и медикаментов. Это так? — Тэйн кивнул более уверенно. — А вы в курсе, что на самом деле имплант не защищает вашу психику от внешнего воздействия? Это устройство, как и ваш ранец, было наполовину пустым, когда вы покидали Убежище.

— Вот тут вы ошибаетесь, майор Кроу, без специально разработанной программы я не смог бы выжить на поверхности.

— На самом деле смогли бы, мастер Тэйн, — вклинилась в их диалог Мона. — Вас защищало не какое-то там устройство, а собственная кровь. Если подобная программа, как вы ее называете, и существует, то не в этой штуковине.

— Вы не можете знать точно, миледи. Здесь нет возможности проверить…

— Я настоятельно советую вам не подвергать сомнению слова Светлой госпожи, — негромко, но со значением перебил гостя майор. — Она видит не так, как мы с вами, потому что смотрит в самую суть вещей. Вместо этого стоит подумать о человеке, который внушил вам ложную уверенность и отправил на верную смерть.

Тэйн непроизвольно прижал пальцы к левому виску, и Мона физически ощутила его потрясение и растерянность. Он готовился к подвигу, собирался пожертвовать собой, а выяснилось, что кто-то просто хотел от него избавиться…

Юджин никогда не позволил бы потенциальной жертве соскочить с крючка, поэтому бесцеремонно прервал тягостные размышления разведчика.

— Я пока не знаю, о каком именно оружии идет речь, но в это конкретное место вы попали не случайно. Кто-то из родителей хранил тайну Ключа и сумел даже через время передать ее вам и вашей сестре в виде игры. Вы выучили все правила, мастер Тэйн, доиграли до конца и нашли Путь к спасению.

Гость теперь выглядел не растерянным, а откровенно встревоженным, какая-то мысль явно не давала ему покоя.

— Миледи, мне необходимо как можно быстрее вернуться в Убежище! — внезапно обратился он Моне, но она покачала головой.

— Еще рано возвращаться, мастер Тэйн. Вас должны признать мертвым, похоронить и оплакать. Только когда каждый обитатель Убежища, включая вашего тайного недоброжелателя, поверит в эту гибель, вы сможете чудесным образом воскреснуть.

— Но миледи…

— Поверьте, с вашей сестрой все будет в порядке, ее жизни ничто не угрожает.

— Простите мою недоверчивость, миледи, но все, что здесь происходит, лежит далеко за пределами моего понимания! — Тэйн вскочил с кресла и начал в волнении расхаживать по залу. Наконец, он остановился и крепко, до боли, сцепил перед собой пальцы. — Я должен сделать признание. Дело в том, что никто, кроме Леды, не знает, куда я на самом деле направлялся. Для всех остальных это была обычная разведка…

— Постойте, — Юджин поднял руку ладонью вперед. — Если я правильно понимаю, вы ввели в заблуждение всех, включая своего недоброжелателя?

Тэйн обвел взглядом солидных, уважаемых людей, которые тратили драгоценное время, выслушивая его нелепую историю, и виновато пожал плечами.

— Выходит, что так… Только в итоге этот человек все равно меня переиграл.

Не факт, не факт. Николас отвернулся, чтобы скрыть улыбку. Гость с неизвестной, загадочной планеты оказался поистине полон сюрпризов.

Глава 2

Обсуждение самых важных моментов предстоящего похода Мона перенесла в непринужденную обстановку замка Розы. Пока Тэйн под руководством пилота Хантера увлеченно изучал на Фроме основы космической навигации, Светлая госпожа пригласила гостей в свой любимый магический сад.

Реакция двух солидных взрослых мужчин на постоянно меняющуюся экзотическую обстановку Белого павильона даже Моне показалась весьма занятной. Адмирал Бран беспрерывно озирался по сторонам, а полковник Гатлин, наоборот, опасался лишний раз пошевелиться и сидел в своем кресле прямо, как истукан.

— Итак, что нам известно на данный момент? — открыла заседание Мона.

Майор Кроу отставил в сторону недопитый бокал и поднялся. Он был счастлив вновь оказаться в знакомом павильоне, но ни за что не стал бы докладывать сидя в присутствии Светлой госпожи.

— Их планета называется Тэра. Она вращается вокруг звезды класса А, имеет три крупных естественных спутника, а также разветвленную сеть искусственных станций, которые продолжают функционировать в автоматическом режиме. Кроме Тэры в системе есть еще четыре планеты, три из которых — это газовые гиганты. Экологическая обстановка на поверхности их планеты нормальная, но храбрый разведчик Тэйн не видел ничего, кроме равнины в кольце высоких гор под названием Араго.

— Насколько нам удалось выяснить, планета была оккупирована лет двадцать назад, — подхватил эстафету Фиарэйн. — Сверстники Тэйна не родились в подземном бункере, а попали туда младенцами. Можно предположить, что на Тэре существуют и другие Убежища, но разведчику об этом ничего не известно. Его старшую сестру зовут Леда Арнийская, и я сомневаюсь, что она участвовала в заговоре против собственного брата. Внутренняя иерархия самого Убежища нам пока не ясна.

— Есть версия, что в «Араго» собрали наследников всех наиболее значимых Домов планеты, — продолжил доклад Николас, — то есть, сложили все яйца в одну корзину, как любит говорить майор. Похоже, что в случае Тэры эти самые варды не вышли, как обычно, из очередной Двери, а прилетели на космическом корабле. Видимо, какая-то разновидность древних не утратила технических возможностей и теперь является их наиболее продвинутой версией. Но фактор пространства-времени может существенно искажать наше восприятие событий. Вполне возможно, что это те же самые варды, но еще до своей деградации.

— Лично я склоняюсь к мысли, что это скорее онтогенез, — вступил в дискуссию Рауль Данфи. — Отдельные группы древних тварей пошли разными путями и условно поделили космос на части, чтобы не сталкиваться друг с другом. Звучит, конечно, дико, но ведь им все равно, в каком времени и на каком участке пространства устраивать себе пастбище. Главное, чтобы была свежая кровь.

— Звучит убедительно, — задумчиво покивал майор Кроу. — Когда-то это, несомненно, была технически продвинутая раса, но однажды некоторые из них перестали заморачиваться и постепенно превратились в мерзких грязных стариков…

Мона слушала молча. Она пока не имела возможности обсудить предстоящее путешествие с детьми. Анну занимали только личные проблемы, а Ксан последнее время тщательно закрывался от любого вмешательства в свой внутренний мир. Если он и предчувствовал грядущие перемены, то предпочел об этом умолчать. Мона давно усвоила, что взрослые дети доставляют ничуть не меньше хлопот, чем маленькие, только у них все происходит более драматично.

— Ты сегодня так молчалива, — Джастин склонился к руке жены и запечатлел поцелуй на нежной коже. — Скажи, что тебя беспокоит, чтобы я знал, чего опасаться.

Хартли просто пошутил, хотя на самом деле давно ощущал нарастающее вокруг них напряжение. Не касаясь никого конкретно, оно витало в воздухе как обещание грозы в ясный солнечный день.

— Я думаю о том, как мы будем справляться с Тайлером, — тихо ответила Мона. — Отсутствие Ника может обернуться для нас проблемой.

— Но ему совсем не обязательно нас покидать.

— О нет, Джас, обязательно! Как обычно, все намного сложнее, чем кажется на первый взгляд, — эта фраза означала, что более конкретной информации Хартли от нее не добьется.

Пока Юджин и Ник что-то обсуждали с полковником Гатлином, адмирал повернулся к Моне.

— Мне почему-то кажется, что вы послали нам приглашение задолго до того, как Тэйн из дома Арнов отправился на разведку в совершенно другом мире. Неужели вы предвидели его появление?

— Не совсем, Филипп, мой магический дар работает не так. Я получаю информацию о грядущем событии для того, чтобы создать необходимые условия, проще говоря, расставить все по местам.

— Всего лишь расставить по местам? — усомнился Бран. — Не забывайте, я был свидетелем того, на что способны ваши дети.

— Только поэтому вы сегодня здесь, Филипп. История юного Тэйна с виду кажется довольно обычной, но очень скоро это изменится.

Бран никак не мог отделаться от чувства, что происходящее не совсем реально, и он вот-вот проснется в унылых апартаментах нового Палатиума или в своей адмиральской каюте на флагмане. Этот прекрасный сказочный мир, населенный волшебниками, ведьмами, колдунами и эльфами еще не успел уложиться в его сознании, а удивительная женщина, сидящая рядом в легком плетеном кресле, уже готовила для него новый. Привыкший планировать в жизни каждую мелочь Филипп ощущал себя щепкой, по недосмотру угодившей в бурлящий водопад.

— По-прежнему теряюсь в догадках, для чего я вам понадобился? У меня нет никаких особых дарований, даже музыкального слуха, если на то пошло.

— Не скромничайте, Филипп. По моей просьбе вы оставили один из самых высоких постов в Империи.

— Я сделал это без всякого сожаления, миледи.

Мона тепло улыбнулась, и у Брана невольно дрогнуло сердце.

— В деле спасения Тэйна из Дома Арнов музыкальный слух не понадобится, но прочие ваши дарования будут весьма кстати. Человек, оказавшийся в нужный момент в нужном месте, способен совершить нечто выдающееся, Филипп. Я пришла к выводу, что своевременность порой обладает большей силой, чем магия, — несмотря на все свое могущество и безграничную власть над этим миром, Великая волшебница оказалась доброй, открытой и общительной, а ее женское обаяние просто разило наповал. Теперь Бран видел, как сильно Анна и Ксан отличаются от своей матери, и сравнение было явно не в их пользу. — Поверьте, вам понравится мир Тэйна. Когда вы его увидите, то поймете, что не напрасно так резко изменили свою жизнь.

— Я слишком долго служил Империи, миледи, мое мировосприятие не изменится за какую-то пару дней.

— Этого и не требуется, просто оставайтесь собой, Филипп. Мы не вмешиваемся в дела других миров, лишь пытаемся спасти потомков Звездных скитальцев. Кровь этих отважных исследователей течет в Себастьяне Лангваде, в Николасе Холдере, в Тэйне из Дома Арнов и многих, многих других. Мы следим за тем, чтобы их родовые ветви не вырождались и семейное древо по-прежнему давало плоды.

Вспомнив о «скрещивании» профессора Биллера, адмирал невольно усмехнулся.

— Расскажите это Себастьяну Лангваду! Кстати, о родовых ветвях, миледи: у меня есть для вас небольшой подарок, — Бран достал из внутреннего кармана адмиральского кителя изящный альбомчик и протянул его волшебнице. — С наилучшими пожеланиями от миссис Джеймс Макфарланд.

Голографические проекторы в мире магии не действовали, поэтому Себастьян изготовил для Светлой госпожи объемные фото своей матери, Кэйда, сестры Брианны, младшего брата и сестренки. Филипп внимательно наблюдал за лицом Моны и увидел блеснувшую в темных, как ночь, бархатных глазах влагу искреннего умиления. Подарок ей понравился.

Дети Кэйда и Изабель излучали какое-то неземное очарование. За два года в их семье родились сын Джаспер и дочь Моник, чье имя буквально означало «маленькая Мона». Бывший телохранитель обрел неподдельное счастье в браке с мадам Лангвад. У них сложилась крепкая, дружная семья, и это невольно наводило адмирала на мысль, что в жизни нет ничего невозможного…

— …, вы со мной согласны? — вопрос Юджина вернул Брана в лоно общей дискуссии. — Правда, для этого нам понадобятся корабли.

— У вас будут корабли, — невозмутимо заявила Мона, — но как именно их использовать, вы решите на месте.

Итогом дружеских посиделок в магическом саду стал план проникновения в чужой мир, и адмирал Бран лишний раз убедился, что излюбленный принцип волшебников — «пришел, увидел, победил» — по-прежнему актуален. Филиппа немного смущала эта дилетантская прямолинейность, но предвкушение грядущего приключения уже захватило его целиком, не оставляя в душе места для колебаний.

Глава 3

Глупо было надеяться, что горстке чужеземцев под силу избавить от жестоких захватчиков целую планету, но Тэйн из Дома Арнов этого и не ждал, просто радовался тому, что больше не одинок. Он провел гостей через гигантский зал с колоннами, потом по извилистым лабиринтам пещерных ходов и удивился, насколько легким теперь казался этот путь, как мало потребовалось времени, чтобы его пройти. Новые друзья заверили Тэйна, что нечувствительны к влиянию вардов, но он продолжал к ним присматриваться до тех пор, пока не убедился в этом сам. Окончательно его сомнения рассеялись перед самым выходом наружу.

Когда путешественники, наконец, выбрались из подземелий Араго, на Тэре еще царила ночь. Над верхним краем горной гряды живописно расположились три естественных спутника планеты, дразня воображение наблюдателей своей вопиющей несхожестью.

— Грандиозно! Ничего подобного прежде не видел, — Юджин застыл на месте, наблюдая за закатом большой бледной луны.

— Это Мицар, — негромко прокомментировал Тэйн, сам завороженный величественным зрелищем, которым так и не успел налюбоваться. — Вон та темная называется Клото, а самая маленькая и яркая — Блис.

Молодой разведчик вновь был облачен в прочный серый комбинезон с логотипом Убежища, за его плечами висел ранец, плотно набитый упаковками походного пищевого рациона. Он был полон сил и готовился к дальнему переходу, не подозревая о том, что пешая часть пути уже закончилась.

Оторвавшись от созерцания чужих небес, адмирал Бран огляделся и попытался сориентироваться на местности. Они находились в закрытой горами каменистой долине, изрезанной многочисленными глубокими трещинами. Портативные анализаторы не фиксировали в неподвижном воздухе никаких вредных примесей, на Тэре дышалось легко и свободно.

По укоренившейся привычке Филипп повернулся к Анне, ожидая от нее дальнейших распоряжений, но молодая волшебница молчала, рассеянно оглядывая незнакомые горные пики. Реакция Брана на молодую волшебницу всегда была излишне острой, поэтому он замечал любые, даже самые незначительные изменения в ее поведении. Анна, как и при первой их встрече, выглядела полностью погруженной в свой внутренний мир, но прежней безмятежной медитативности этого состояния в ней больше не ощущалось. Ее место заняли пустая отстраненность и какая-то странная неуверенность.

— Нужно взглянуть на внешнюю сторону гряды, так что приготовьтесь к ветру и холоду, — невозмутимо распорядился Ксан, и сразу стало понятно, кто именно в этот раз будет принимать решения и отвечать за успех операции.

Неужели Анну понизили в статусе? Филипп прекрасно помнил, когда у нее впервые проявились признаки душевного надлома, но с тех пор прошло больше двух лет, и даже слепому было видно, что Николас боготворит свою жену. Она купалась в его любви и обожании, но глубоко запрятанный внутренний дефект никуда не делся. Со временем он только увеличился и уже заслонял от Анны истину…

— Вон тот уступ выглядит вполне подходящим, — майор Кроу опустил армейский бинокль и указал рукой на вершину, уже ясно видимую на фоне постепенно светлеющего неба.

Полковник Гатлин тщательно изучил площадку в мощную оптику и принялся неспешно натягивать перчатки. Ему удалось, наконец, преодолеть первоначальную скованность, и он вновь превратился в невозмутимого профессионала, для которого не существовало невыполнимых задач.

— Мадам, — вежливо обратился он к молодой волшебнице, — держитесь поближе к нам, чтобы вас ненароком не сдуло со склона. При вашей полезной массе это вполне может произойти, а альпинистскую страховку мы не предусмотрели.

Анна лишь молча кивнула и взяла Ника под руку. По знаку Ксана все сгрудились вокруг Тэйна и уже в следующую секунду оказались на вершине дальней горы. Пока юный разведчик приходил в себя от шока, путешественники вскарабкались на гребень.

— Глазам не верю… — Данфи снял защитные очки, чтобы без помех рассмотреть причудливое явление. — Разве такое бывает?

Почти на всех планетах, населенных людьми, листья растений имели привычный зеленый цвет, различаясь только в его оттенках, но на Тэре путешественники впервые столкнулись с настоящим феноменом. Из-за особого состава атмосферы или по другим естественным причинам темно-зелеными были стволы и стебли, а листья растений отливали яркой насыщенной голубизной.

Внешний склон горы, на которой стояли путешественники, был до половины покрыт лесом, тогда как внутренний оставался голым камнем, и подобное явление тоже нигде прежде не встречалось. Каждый вид деревьев на Тэре имел строго определенную четкую форму, как будто кто-то старательно ее поддерживал, выстригая каждую веточку, каждый листок. Круглые, овальные, квадратные и треугольные кроны встречались, как правило, только в регулярных парках и скверах, но никак не в дикой природе…

— Теперь я понимаю, почему твоя мама так ни разу и не пригласила Тэйна в замок Розы. Парень еще толком не видел свою собственную планету, нельзя было портить ему первое впечатление, — Николас обнял Анну со спины и крепко прижал к себе, чтобы защитить от пронизывающего ветра.

— И это было мудрое решение, — Юджин обернулся к парню, который в благоговейном восторге созерцал красоты Тэры, уже позабыв о мгновенном перемещении. — Нет, вы только полюбуйтесь на него! Клин, как говорится, вышибают клином, а шок — более сильным потрясением. Ау, мастер Тэйн! Подскажите, где находится вход в ваше Убежище?

Не отрывая взгляда от величественной панорамы утопающих в голубой растительности предгорий, разведчик неопределенно махнул рукой куда-то вниз.

— Там. Нужно спуститься на пару десятков фатонов к желтой каменной плите.

— Фатон, это сколько и чего? — поинтересовался полковник, осторожно заглядывая за край обрыва.

— Скоро разберемся, — Ксан вновь подал знак сомкнуть ряды, и в следующий момент они очутились уже у подножия горы.

Очнувшись от созерцательного ступора, Тэйн протестующе вскинул руки.

— Постойте, постойте! Это удивительно удобный способ перемещения, не спорю, но входная дверь в Убежище осталась на вершине.

Ксан окинул взглядом беспорядочное нагромождение каменных глыб и приложил к одной из них ладонь.

— Вас намеренно ввели в заблуждение, мастер Тэйн. Дверь на вершине горы — это просто технический люк, — волшебник убрал руку с шершавой поверхности камня и отступил на несколько шагов. С сухим натужным скрипом многотонная глыба начала медленно поворачиваться, постепенно обнажая пыльную скальную плиту, в которую была встроена прочная стальная дверь. — Парадный вход находится здесь, и, бьюсь об заклад, вам его никогда не показывали, — он легко провел пальцами по массивному кодовому замку, и тот послушно высветил на дисплее нужную комбинацию символов. — Добро пожаловать домой.

Глава 4

Комплекс подземных сооружений «Араго» отделяли от поверхности три абсолютно герметичных тамбура, воздух в которые закачивался только по команде электронного запорного устройства. На то, чтобы соблюсти все последовательности, требовалось немало времени, поэтому проникновение в Убежище затянулось. Как только давление нагнетаемого воздуха в самом нижнем шлюзе сравнялось с внутренними помещениями, очередная толстая металлическая плита автоматически отошла в сторону, и путешественники ступили на площадку, высоко вознесенную над просторным застекленным холлом.

Сигнал общего оповещения, который разносился по всем уголкам Убежища, наконец, смолк, и наступила звенящая тишина.

— Постойте, это же… Это Сектор общего сбора, — Тэйн в растерянности обернулся на закрывшуюся за их спинами дверь, которая была надежно задекорирована масштабной схемой внутренних помещений «Араго». — Мы редко его используем…

— Только не в этом случае, — Николас подошел к прочной металлической ограде и окинул взглядом толпу, в молчаливом изумлении наблюдавшую за их появлением.

Внизу стояли пять или шесть сотен парней и девушек, примерно ровесников Тэйна, которые явно видели посторонних людей впервые в жизни. Ник сразу отметил здоровые, свежие лица, подтянутые спортивные тела, стильные стрижки и осмысленные взгляды. Юношей было чуть больше, чем девушек, что являлось нормой для любой человеческой популяции. Кто-то сумел сохранить и вырастить этот элитный живой резерв, последнюю надежду Тэры…