Шестеренки судьбы (СИ)

Газета, впрочем, была не такой благостной, как полагалось бы прекрасным зимним утром. На первой странице бросалась в глаза статья о громком скандале среди высших чиновников сразу двух государств, которые покрывали пиратов и торговлю людьми. Этой осенью совместная флотилия Шалпии и Риконбрии бороздила два моря и океан в поисках пиратских кораблей. На двух островах обнаружили незаконную добычу дорогого камня и вывезли оттуда несколько дюжин изможденных людей. Прочитав об этом, я скрипнула зубами. На одном только острове Зеленого камня была пара сотен человек. Похоже, что теневые воротилы не собирались заботиться о людях в холода, особенно, когда судам непросто плавать по зимним ветрам. А весной они попросту завезли бы новых.

Я дочитала статью до конца и заварила успокоительный сбор. Картины моего недолгого пребывания на острове меня уже почти не тревожили, но эта статья всколыхнула воспоминания. Я выпила половину, когда меня вызвали запиской к воротам. Заподозрив ловушку, я попросила знакомых ребят проводить меня, но увидев нервно расхаживающую фигуру Стивена, кивнула им, что все в порядке.

Гладко выбритый, постриженный и причесанный Стивен в элегантном длинном пальто выглядел намного лучше, чем обросший карманник-каторжник или нелепый "профессор".

Едва я вышла за ограду, как Стивен кивнул в сторону наемного магоходного экипажа. В отличие от кэбрио он был полностью закрыт. — Госпожа Блум, прошу вас.

Он церемонно подал мне руку, помогая подняться на ступеньку, забрался сам, закрыл дверь и занавесил окна. Не успела я забеспокоиться, как он сгреб меня в охапку и прижался щекой, сбивая шапочку с моей головы. — Стивен!.. — Я чуть с ума не сошел, когда получил твое письмо. Что они с тобой делали? Ты написала: выпытать. Тебя пытали?

Я попробовала пожать плечами, но в руках Стива поверх шубки этого не получилось. — Немного побили. Зачем ты приехал? Я думала, ты напишешь в стражу. — Я забежал к ним, как только сошел с поезда. Они сказали, что сильных повреждений на тебе не было, но я же тебя знаю, ты не расскажешь всего. Я едва не рехнулся за эту неделю, пока мчался в Байроканд. Вдруг они тебя снова нашли, в каком ты состоянии, и что вообще они с тобой делали! Вдруг ты не выдержала издевательств… Виола, — он посмотрел мне в лицо, — что они делали? — Того, что ты думаешь, нет, не делали. Они решили, что магичку это не проймет, поэтому только били.

Когда я отправляла письмо, я не ожидала, что Стива оно так взволнует. А он приехал в Байроканд и целую неделю дороги представлял самые ужасные картины. Ох, нужно было написать подробнее.

Не разнимая объятий, он глухо проговорил: — Я идиот, нельзя было тебя в это впутывать. Но я был уверен, что на другом конце страны это безопасно. И тебе остался всего год учиться, потом ты вернешься в Шалпию… — Мы встретились с тем господином случайно. Но я опасаюсь, как бы нас с тобой не связали. Кхм, Стивен, не мог бы ты меня отпустить? — Не мог, — ответил он, прижался еще раз к моим волосам и все-таки разжал руки. — Я разберусь с ними. Я уже нашел, чем припугнуть нашего коллекционера. Не хотелось пускать в дело такие грязные методы, но придется. Знал бы раньше… — Он вздохнул. — Опиши мне тех, кто тебя поймал. Они представились? — Да, но не уверена, что это настоящие имена. Один, как ты знаешь, арестован, второго так и не нашли. — Я найду, — мрачно пообещал Стив.

Я рассказала о встрече в кафе и о разговоре в подвале. Я даже не заметила, как Стив взял меня за руку, и тепло его рук помогло мне справиться с дрожью, когда я вспоминала удары по лицу, в бок, в живот… — Обещаю, их жизнь станет адом. — Как Риана? Это ведь ты? — Кхм… нет, Риана я лишь слегка наказал. Виола, я не прощу себе, что ты из-за меня пострадала. Но все-таки, что я могу для тебя сделать? — Ничего, — я постаралась улыбнуться. — Моей доли от дела вполне достаточно. Мне, действительно, больше не нужно работать, я свободна в деньгах, и еще останется немалый запас, когда вернусь в Шалпию. — Виола, если мы встретились вновь и ты не стремишься убегать сразу же, давай проведем вместе вечер. Обещаю, — он улыбнулся, — я буду вести себя настолько пристойно, насколько я могу. — И насколько ты можешь? — Я буду очень стараться. — Хм… — Я видел афишу концерта, потом посидим в ресторации… Пожалуйста.

Я не понимала себя. Еще недавно мне хотелось забыть его имя, а сейчас внутри расцветала радость от того, что я вновь его вижу. Вечер… в конце концов, один вечер… да, демоны, мне хочется провести с ним вечер, прежде чем вновь расстаться! — Хорошо.

Он прижал мою руку к губам. — Я заеду за тобой в пять вечера. — Только, прошу тебя, в кэбрио. — Хм. Хорошо.

Оставаться с ним в столь небольшом закрытом пространстве мне все-таки было неловко.

Я быстро шла по дорожке к женскому корпусу и недоумевала, что я сейчас сделала?

* * *

Минни и Линда нещадно вертели меня туда-сюда, придирчиво осматривая платье из изумрудной тафты, которое я купила, когда подружки уломали меня сходить на вечеринку. Это платье было элегантно закрытым, что никого не удивит по зимнему времени. Лиф облегал, но не подчеркивал, рукава были чуть пышнее у плеча, а юбка обладала всеми положенными слоями. Минни принесла небольшую брошь: — Виола, появляться с кавалером и без украшений совершенно оскорбительно для кавалера. Ты все-таки на свидание собираешься, а не на лекцию в библиотеку. — Минни, он не мой кавалер, и у нас просто дружеская встреча, он мне помог добраться из плена…

Дружное хихиканье не дало мне договорить. — Ох, Виола, — Минни, фыркая, прицепила на меня брошь.

Я надела легкие осенние боты, достаточно изящные для того, чтоб пройти по паркету театра, и достаточно закрытые, чтобы пробежать по расчищенной от снега дорожке до ворот. Наряд довершила моя обычная темно-серая шубка, перчатки и шерстяная шапочка с меховой отделкой, к которой девушки прицепили еще одну брошь.

Линда и Минни сообщили, что ради моей безопасности они проводят меня до ворот, но совершенно очевидно было, что им хочется поглазеть на Стива.

Увидев меня, Стивен принял вид, будто помогает сесть в кэбрио самой королеве. От ворот донеслись девичьи смешки.

Не могу сказать, чтобы его галантность оказалась неожиданной. Все-таки, хорошо воспитанный господин нашего круга выполняет все предписанные шаги даже со случайной знакомой. Но что-то меня настораживало, что-то подсказывало мне, что Минни, возможно, была права. Слишком нежно Стивен брал меня за руку, когда выдавался приличествующий случай. Слишком долго задержал мои пальцы у губ, и целовал их, даже когда ситуация к тому не располагала. А его взгляд был каким угодно — игривым, ласкающим, нежным — но не обыкновенным. В театре, стоило мне, будучи захваченной разворачивающейся драмой, положить руку на подлокотник, как Стив тут же осторожно устроил на ней свою ладонь, а не встретив возражений, невзначай переплел наши пальцы.

Придется посмотреть правде в глаза: у нас со Стивеном свидание. При этой мысли что-то внутри радостно шевельнулось, я искоса глянула на него и улыбнулась. В ответ Стивен слегка сжал мои пальцы. Он воспринял мою улыбку как поощрение? Но что мне делать дальше?

Когда мы выходили из зала, Стивен едва ли не сиял. Поддерживая меня под локоток он помог выбраться из рядов кресел и даже позволил себе придержать за талию на ступеньках, впрочем, быстро убрав руку. Я сдержала внутренний смех: и полугода не прошло, как он обвязывал вокруг меня фал и за подмышки мокрую втаскивал на борт. Но Стив-карманник и названная "сеструха", таящиеся на корабле — это одно, а господин Белт и госпожа Блум в театре — совсем другое. Интересно, где мы настоящие? — Как тебе пьеса? — спросил Стивен, когда мы влились в толпу ожидающих кэбрио пар. — Мужские мечты, — фыркнула я. — Хм… Вот как? Ты считаешь, что мы мечтаем броситься в огонь и получить тяжелые увечья? — Несомненно, некоторые мечтают о таковом героизме, — рассмеялась я. — Но гораздо больше мужчин хотело бы иметь рядом преданную жену на двадцать лет моложе. — Которая, замечу, для начала сбежала из-под венца. — Потому что он ее обманул. — У него не было другого выхода! — О да, вы, мужчины, всегда найдете оправдание, — усмехнулась я.

Стивен наткнулся на мой ехидный взгляд и осекся. — Виола… — М? — Не убегай от меня больше, пожалуйста. Клянусь, я не стану тебя обманывать ни в чем.

В который раз за вечер он поднес мои пальцы к губам и не стал отпускать руку, не отрывая взгляда от моего лица. — Виола… я прощен?

Не успела я придумать ответ, как нас позвали — пришла наша очередь усаживаться в кэбрио. Подсадив меня, Стив проворно взобрался следом, сел совсем близко, натянул крышу пониже, крикнул вознице название ресторации и взял меня за руку. — Ты не злишься на меня? — У тебя такое мнение обо мне, что я могу провести вечер с мужчиной, на которого злюсь? — М… — он гладил мои пальцы и заглядывал в лицо. — Ты столько раз меня удивляла, что я уже начинаю привыкать к твоему неожиданныму течению мыслей.

Я улыбнулась и решила больше его не мучить. — Нет, я на тебя не злюсь. Но надеюсь, у тебя не осталось таких важных для меня тайн. — Тайн нет, но есть один план. — Любопытно. — Я изложу его на десерт. — Ты решил отомстить мне за побег, — рассмеялась я.

Мы остановились, Стив сошел из кэбрио и огляделся. Пока мы ехали, пошел снег, и на мостовой лежал тоненький слой. Стоило мне опуститься со ступеньки, как Стивен подхватил меня на руки и пронес несколько шагов, которые отделяли нас от подъезда ресторации.

Глава 15

Ужин прошел на удивление мирно. Мы обсуждали студенческую жизнь, Стив припоминал забавные случаи из своей работы, и по молчаливому согласию мы не касались истории нашего путешествия — слишком много там опасных моментов.

Подали десерт, и поглядывая на Стива в ожидании я прикончила пирожное. Стив попросил принести еще десертного вина. Мы отпили из крохотных бокалов-тюльпанов на тонких ножках, и Стивен положил руку на мою. Его большой палец медленно пополз к моей ладони, принявшись осторожно ее поглаживать. Я оглянулась вокруг. Разумеется, никто не обратил внимания на подобное непотребство, а этот нахал загадочно улыбался. Кажется, я покраснела.

В этой ресторации столики стояли далеко друг от друга. Посетители говорили вполголоса и других не слышали, чем Стивен и воспользовался. — Тебя что-то смущает? — Ты! — тихо произнесла я. — И кажется, тебе это доставляет удовольствие? — Виноват, прекрасная госпожа. — Его палец пополз к запястью, а движения стали еще медленнее и еще… непристойнее. — Ты очень мило смущается, — он поглаживал мое запястье под рукавом, — и возмущаешься. — Потому что ты ведешь себя совершенно возмутительно! — А ты сверкаешь глазами так, будто я предложил тебе что-то совершенно непристойное. Хотя, признаюсь… — он замолчал, и провел глазами от моих губ до груди, где надолго задержался.

Я задохнулась от гнева, и слова застряли у меня в горле. Нет, господин поверенный из банка, это уже не просто странности. Что этот наглец себе позволяет! Я собиралась вырвать руку и вскочить, но другой рукой наглец вынул из кармана небольшую коробочку. — Признаюсь, я желаю с тобой всяческих непристойностей, поэтому предлагаю тебе стать моей женой.

Наглец откинул крышечку и протянул мне кольцо с рубином в виде сердца. Я перестала вырываться. Кажется, я даже дышать перестала. Я переводила взгляд с кольца на мужчину и обратно и не могла произнести ни слова. — Виола? — он наклонился губами к моей руке и поцеловал пальцы. — Ты согласна? — Я… я не знаю… — выдавила я.

С лица Стивена стекла улыбка демона-соблазнителя, и эта наглая физиономия вытянулась в полном изумлении: — Как… как не знаешь? Виола!

Я отняла руку и пожала плечами. — Виола… — прошептал он совершенно упавшим голосом. — Стивен, между нами все так… странно. — Что странно? Виола, мы столько прошли вместе! Мне казалось, я тебе интересен… — Ты очень странно на меня действуешь, — призналась я. — Ты меня смущаешь, ты… я не знаю. Я не готова дать тебе ответ. — А когда ты будешь готова?

Я снова пожала плечами: — Завтра? — Хорошо. Отвезти тебя в университет? — Да, я буду тебе благодарна.

Ни слова ни говоря, он встал, бросил на стол горсть монет и провел меня к гардеробу, где помог накинуть шубку. Мы вышли на улицу, и Стив взмахом руки подозвал кэбрио. Снега уже порядочно намело, поэтому он подхватил меня на руки и донес до сидения, невзирая на мой протестующий писк. Сев рядом, он крикнул вознице: "Университет" — и надвинул крышу пониже.

Я смотрела в сторону, провожая взглядом фонари, вокруг которых кружился снег. Мы молчали.

Привлекал ли меня Стив? О да. Волновал ли он меня? Несомненно. Но думая о нем я не могла не помнить этот скользящий по обнаженной груди взгляд, и мне хотелось взять каучуковый ластик и стереть неловкий момент из жизни насовсем. Он помогал мне, он спасал меня, и… смущал, дразнил, не упускал случая сказать мне что-нибудь на грани скабрезности. Он ни разу не тронул меня против моей воли, но взгляд… и слова…

Когда мы расстались, я почувствовала пустоту, но и облегчение, что теперь можно забыть серые глаза, которые исследовали мои округлости, и руки, которые вели меня в вальсе. Да, я чувствовала облегчение и… сожаление.

Когда он появился, будто вернулось что-то, чего мне сильно недоставало. Весь вечер Стив не давал мне возможности уйти в свои мысли, закружив в хороводе новых впечатлений. Но сейчас снова всколыхнулось смущение и возмущение. Ах, почему с ним так сложно! Нет, это невозможно.

Я рискнула повернуться к нему и посмотреть на непривычно серьезный профиль: — Стив, прости, я не могу стать твоей женой.

Я выдержала его взгляд, когда он ответил: — Что ж, если это твое решение, я не могу настаивать. Я больше не стану искать с тобой встреч, как бы мне этого ни хотелось. Если мне понадобится убедиться, что с тобой все в порядке, я это сделаю издалека. Только скажи, Виола, ответь честно: ты готова больше никогда меня не увидеть? Ты хочешь, чтобы я исчез из твоей жизни? Чтобы я больше никогда не появлялся рядом с тобой, и сегодняшнее свидание было последним? Чтобы мы попрощались навсегда?

К горлу подкатил комок. Навсегда… Навсегда… Я отвернулась и молча смотрела на деревья, которые покрывались снегом. — Виола?

До университета осталось совсем немного. Уже виднелись кованые ворота. За ними дорожка, ведущая к корпусам. Меня высадят у калитки, и я побегу к себе в комнату, оставив Стива за спиной навсегда. Навсегда. Навсегда. — Виола, мы сейчас попрощаемся, и всё. Ты действительно этого хочешь? Пожалуйста, ответь да или нет.

Ворота приближались. Еще немного… — Виола? Мы прощаемся? — Нет! — Я сама испугалась звука своего голоса.

Справа послышался полурык-полустон. Кэбрио остановился у ворот. Пора выходить, но Стивен снова заговорил: — Ты хочешь встречаться со мной как с другом? Прости, но мне будет тяжело, потому что я хочу видеть тебя в ином качестве.

Я покачала головой. Нет, как друга… Нет.

Почему он продолжает расспросы? Неужели он не понимает, что я сама не знаю, чего хочу?

Демоны! Мне было проще решиться на побег с острова Зеленого камня, чем понять, что мне делать теперь!

Я ожидала, что Стивен выйдет и подаст мне руку, высаживая из кэбрио, и все решится само собой, но он не двигался. Будто подслушав мои мысли, он спросил: — Виола, чего хочешь ты?

Я ответила честно: — Не знаю. — Кхм.

Стив стукнул в крышу кэбрио. — Да, господин? — отозвался возница. — Гостиница на улице Зеркальщиков. — Слушаюсь, господин.

Возница тряхнул вожжами, и кэбрио покатился вдоль забора университета. — Куда мы едем? Зачем? — поинтересовалась я. — Ко мне в номер. Выяснять отношения лучше в тепле. — У нас есть отношения? — я так удивилась, что даже забыла возмутиться. — Да, — припечатал Стивен и больше ничего не сказал.

После размышлений и метаний я чувствовала себя, как лимон, выжатый торговцем в третьесортном трактире. Поэтому я покорно вышла из кэбрио и доехала до дверей гостиницы на руках Стива. В зеркалах на стенах холла отразился решительно сжавший губы мужчина и девушка с растерянным взглядом.

Стив пропустил меня вперед, и я поднялась по мраморной лестнице, устланой ковром, подмокшим от заснеженной обуви постояльцев, и сама не заметила, как оказалась в номере, где Стив так же молча зажег лампу в полсилы, снял с меня шубку, сам скинул пальто, сюртук и наклонился расшнуровать мои боты. Когда я осталась в чулках, он перенес меня на пушистый ковер, а сам прошел к умывальнику в углу. Он нажал на артефакт и подставил руки под струю воды. Набрав горсть, он плеснул себе в лицо, потом снова и снова.

Я стояла посреди номера не понимая, зачем я сюда пришла, и что собирается делать этот невозможный мужчина. Да, он смущал меня… Но… признаемся честно, когда парень с лекарского попытался проделать тот же трюк с поглаживанием запястья, я ничуть не стесняясь ответила ему, что если он хочет кого-нибудь погладить, на столах в прозекторской он найдет благосклонный материал. А за скабрезности моих попутчиков в поезде я готова была раскалить перстень одного и цепочку на шее другого.

Со Стивеном я могла лишь замирать и краснеть.

Стив вытер лицо и руки, отбросил полотенце, и вот уже он рядом со мной. Он заглянул мне в глаза: — Начнем заново. Ты хочешь, чтобы я исчез из твоей жизни? — Нет… — я сама еле расслышала, что сказала, но Стивен кивнул, и его руки опустились на мою талию. — Ты готова забыть меня? — Н-нет… — произнесла я одними губами, и Стивен положил руку мне на затылок, проведя кончиками пальцев по шее. Я совсем немного выпила этим вечером, но почему-то комната начала кружиться. — Ты готова оттолкнуть меня?

Я не смогла ответить, лишь провела языком по пересохшим губам, которые Стив тут же накрыл своими.

Кажется, я цеплялась за его шею. Или я его обнимала? Пол ехал под ногами, и я упала бы, если бы Стивен не обнимал меня, крепко прижимая к себе.

Оторвавшись, он задал новый вопрос: — Ты готова сказать мне, чего ты хочешь? — Н-нет.

Чтобы сказать, нужно знать. Чтобы знать, нужно думать. Но думать у меня получалось слабо.

Стивен снова принялся меня целовать, а его рука спускалась по спине, очень странно спускалась. Я не смогла отказать себе в удовольствии провести ладонями по его плечам. Стив оторвался и посмотрел на меня совершенно шальным взглядом: — Ты готова послать меня к демонам?

Я ничего не ответила, и Стивен снова коснулся моих губ, переместился на шею, на плечо… отодвигая лямку камисоли, а платье… где платье… где-то на талии… нет, ниже, там, где внутри соткался горячий узел. Руки Стивена помогли мне выпутаться из рукавов, и шурша изумрудной волной платье осело на пол. Мужские губы обжигали кожу под шелком на груди. Я едва удержалась, чтоб не застонать. Жилет Стивена отлетел в сторону, моя нижняя юбка присоединилась к платью, оставив меня в камисоли и коротеньких панталонах.

Стивен снова целовал меня, а я обнимала его, запуская пальцы в волосы, рубашка Стивена куда-то делась, и лишь когда он избавил меня от камисоли, я поняла, в каком виде я перед мужчиной, но одна его рука обняла меня за талию, вторая заскользила по моим округлостям, сметая всё стеснение к демонам, а серые глаза горели нездешним пламенем. Он прижал меня к горячей груди, склонился к уху и медленно, растягивая звуки прошептал: — Перс-сики… Ты хочеш-шь уйти-и?

Клятые демоны… Этот многообещающий шепот… Раньше, чем осознала вопрос, я едва слышно произнесла: — Нет…

Глава 16

Я открыла глаза и пошевелилась. Одеяло сползло до талии, мужская рука укрыла ту часть, которую я считала непривлекательной, а Стив в личине воина-развратника пожирал глазами. Кажется, вчера он снова… пожирал. И не только глазами. Я попыталась выбраться из мужских рук, но Стивен недовольно заворчал и притянул меня ближе.

Наши немногие свидания с Рианом проходили в темноте, а утром я вскакивала и одевалась, пока он не проснулся. Но вчера Стивен отказался полностью выключать лампу, а встать утром и сбежать в ванную он не дал мне возможности. Меня перевернули на спину и поцеловали. — С добрым утром… М-м, Виола! Клянусь, тебе совершенно нечего стесняться!

Он отвел мои ладони и действиями выразил свой восторг. Если я и собиралась смущаться дальше, то у меня не было бы сил, я лишь перебирала пальцами волосы Стивена, прикрыв глаза.

Я не заметила, когда он надел мне кольцо на палец, и с удивлением смотрела на красный камешек в виде сердца на золотом ободке. — Стив! Я же не давала согласия. — Ты отказываешься? — серые глаза смотрели на меня со смешливым укором. — М… — Не пугай меня так, бессовестная, — он обнял меня, уткнув меня носом в свою грудь, звонко шлепнул, а когда я взвизгнула, приподнялся и поцеловал на месте шлепка. Все-таки он невозможно бесстыжий.

Он не собирался выпускать меня из кровати весь день, намеревавшись заказать еду в номер, но я запротестовала. Хотелось в ванную и на свежий воздух. — Что ты предлагаешь, — спросил Стив, когда я зашнуровывала сапожки: — сначала позавтракаем, или ты думаешь заехать за вещами в университет? — За вещами? какими? — Полагаю, ты захочешь переодеться. — Когда твой поезд? — Дней через шесть. Ты возвращаешься к учебе через неделю, не так ли? Я продлю этот номер.

И пока приходила в себя, подал мне шубку.

У входа в гостиницу он собирался позвать кэбрио, но я его остановила: — Постой. Через дорогу аптека, мне нужно ненадолго зайти. — Что с тобой? Ты плохо себя чувствуешь? — всполошился Стив. — Нет, — я покачала головой, и собравшись с духом, сказала. — Стив, мне учиться еще полгода. И бросать я не собираюсь. К тому же, мы еще не женаты. Мне нужно определенное зелье. — О. Прости меня, я сам должен был подумать об этом. Конечно. — Но ты подождешь снаружи!

Стив усмехнулся, но кивнул.

Засушеная аптекарша средних лет выслушала заказ и поджала губы, окинув красноречивым взглядом мое вечернее платье с утра. Но увидев на пальце традиционное кольцо, смягчилась и принесла мне стакан воды, чтоб запить неприятный вкус.

Мы заехали в университет, чтобы я могла сменить наряд на повседневный и собрать вещи. Подружки были тут как тут и помогли мне быстро уложиться. Кольцо они, разумеется, тоже заметили. Минни подпрыгивала и хлопала в ладоши.

После завтрака Стив нанял кэбрио, и мы поехали в парк на Зимнепраздник, устроенный для горожан. Мы смотрели танцовщиков на льду, мы кричали и хлопали, когда команда молодых людей штурмовала снежный замок, мы съели горячие пирожки и запили глёгом, и Стив увлек меня кататься на санях. — Ужасная шубка. — М? Шубка как шубка. — Слишком толстая. На тебе возмутительно много слоев, — прошептал Стивен, проникая под рукав, и я немедленно вспомнила, что эти пальцы вытворяли в моих тайных местах.

Удивительным образом то, что еще вчера заставляло меня негодовать, сегодня вызывало жар и совершенно непристойные мысли о возвращении в гостиницу.

* * *

Всего за неделю моя жизнь перевернулась. Я окончательно смирилась с тем, что понятие стыдливости Стиву совершенно незнакомо, и на третий день обнаружила, что лежу на кровати без каких-либо покровов при свете дня и сама наблюдаю за Стивом, который расхаживает по комнате, не озаботившись одеждой.

Тем страннее было его превращение в щегольски одетого респектабельного господина из "сливок общества", когда мы выходили гулять. Он и меня решил переодеть, затащив в модные лавки, и после возмущений и препираний мы сошлись посередине между моими студенческими платьями и нарядом "ассистентки профессора" в Дифталте. Зато Стивен отыгрался в выборе выходного платья и в холле оперы довольно скалился.

Неделя пролетела, и мне пора было возвращаться к учебе. Стивен обещал за оставшиеся полгода познакомиться с моими родителями, а в день выпуска он непременно будет здесь, и в Шалпию мы вернемся вместе.

Мой жених (о Звезды, мой жених!) не дал мне возможности проводить его на вокзале. Он высадил меня у университетских ворот с коробкой сдобы и сластей и попросил пока не мелькать в городе одной — для разрешения проблем с коллекционером ему нужно некоторое время. Он уже разослал нужную корреспонденцию, но все равно волновался за меня. Подозреваю, что по дороге к вокзалу он зайдет к стражникам поговорить об этом деле. Я чувствовала себя спокойно.

Вечером первого дня последнего полугодия мы с Минни и Линдой сидели за чаем с булочками. Я пересказывала свою историю, умолчав о некоторых особенно смущающих моментах. — Погоди, погоди. Парень таскал тебе ведра с водой и тряпки, а ты еще нос воротила? — Минни от возмущения аж отставила чашку с чаем. — Ну ты даешь. Поверь потомственному аптекарю, большинство мужчин, едва стоит женщине захворать, стараются убраться куда подальше, а уж про такие дни и слышать ничего не желают. — Матушка учила меня, что мужчины и не должны ничего знать. — Пф… У тебя уже был такой, который думал только о себе. Знаешь, Виола, — сказала Минни задумчиво, — все же отправь букет Риану. — М? Что ты имеешь в виду? — С запиской "Благодарю, что избавил меня от будущности с тобой".

Эпилог

(Десять лет спустя)

Детей удалось угомонить, и они мирно посапывали в кроватках. Нянька тоже уснула, и я была предоставлена самой себе. Стив обещал сегодня вернуться, но возможно, заботы о высокопоставленных визитерах его задержали. Интересно, зачем для обеспечения безопасности Двора Риконбрийских монархов понадобился частный расследователь? Королевская чета Риконбрии собиралась остановиться в нашем городе всего на два дня по пути в столицу Шалпии, но за эту неделю Стив не каждый день ночевал дома, а последние три дня не появлялся вообще.

Я вернулась в кабинет и принялась дочерчивать часть механизма. Обычно я не работаю допоздна, но сейчас хотелось чем-нибудь себя занять.

Послышался стук копыт, ржание, голоса — Стив!

Стукнула дверь, я сбежала вниз. — Осторожнее, я мокрый, шел дождь, но я решил не задерживаться.

Поздно, я уже повисла на шее вымокшего мужа. — Ужин? Чай? Ванну? — Ванну, вино и прекрасную женщину! — выбрал муж, и я ушла в кухню, чтоб вскоре присоединиться к нему в ванной с двумя кружками горячего вина.

Присев у бортика я смотрела, как благоверный намыливает плечи. — Должен тебе сказать, что я бы легко променял эту работку на расследование десятка ограблений. — Неужели на Его Величество Оливера покушались? — Нет, но Ее Высочество Мадлен унаследовала авантюрный характер Ее Величества Азалии, а в двенадцать лет это чревато. Я дважды ловил ее за пределами охраняемого квартала. Как ей удавалось пробраться, не представляю. А знала бы ты, какие слова она мне говорила, когда я вел ее обратно. — За ухо? Помню, это твоя специализация. — Нет, не за ухо, но очень хотелось. Хорошо, что она родилась после брата. Иначе Риконбрии не позавидовать. — Рано или поздно ее выдадут замуж. — О да, полагаю, придется риконбрийцам выбрать какое-нибудь недружественное государство.

Стив отсалютовал мне бокалом: — За авантюрных дам! — и подмигнул.

Я допила свой бокал и почувствовала, что чья-то наглая рука развязывает пояст на моем халате. — Стивен? Что ты делаешь? — Собираюсь пригласить присоединиться ко мне одну милую авантюристку. — Я не… ой! — Ты да, — прошептал мне в ухо этот наглец, утягивая в воду.