Смертельная карта

– Простите, а как к вам обращаться? – поинтересовалась я.

– Ах, да, забыл представиться. Меня Василием зовут, а вас как?

– Евгения, – произнесла я.

Василий включил электрический чайник, разлил заварку по чашкам и предложил мне конфеты и печенья. После этого я решила вернуться к начатому разговору.

– Вы говорили, что Ивлиевы бросили дачу, верно? – напомнила я. Василий кивнул.

– Да, Елена одна дочь воспитывала, много работала всегда. Когда Жанна маленькой была, летом они, бывало, приезжали сюда. Дом-то купила мать Елены, Галина Андреевна, царствие ей небесное. Хорошая женщина была, сад свой любила. У нее цветник был чудесный, Оля у нее часто консультировалась по вопросам огородничества и садоводства. Вот когда Галина Андреевна жива была, они с внучкой здесь с конца апреля до начала октября жили, а Лена редко приезжала на выходные. Но когда Галины Андреевны не стало, Ивлиевы стали бывать на даче очень редко. Садом-огородом уже не занимались, ясное дело – тут нужен каждодневный уход за растениями, иначе все сорняками зарастет. Потом Жанна стала чаще приезжать, у нее здесь подружка была, Вика Эргашева. Видели соседний дом? Который тоже заброшен? Так вот, это была дача родителей Вики. Вика с Жанной были очень близкими подругами, про таких говорят «неразлейвода». Внешне они такие разные – Жанна темненькая, справная, а Вика – светловолосая и худенькая. Но шесть лет назад с Эргашевыми произошло несчастье – они разбились в автокатастрофе. Все трое – родители Вики и сама девочка, погибли на месте. Их летний домик остался без хозяев, и, как видите, ему тоже недолго осталось… И Жанна перестала ездить в Екатериновку. Я думаю, это из-за смерти Вики – слишком тяжелая утрата для девочки… Вот так и получилось – дружили Жанна и Вика, жили в домах по соседству. А потом – две заброшенные дачи, поросшие бурьяном, да жуткая нелепая смерть…

– Печально… – проговорила я. – Жаль Эргашевых, ужасная трагедия…

– И Жанне не позавидуешь, – добавил Василий. – Дружба с детства чем-то сродни первой влюбленности. Редко, когда и то, и другое сохраняется на всю жизнь, но память остается навсегда. Друзей теряют, когда взрослеют, когда меняются интересы и судьбы, но смерть друга всегда ужасна.

– А вы не знаете, где сейчас может быть Жанна? – спросила я. – Мне очень нужно ее найти!

– Вам тогда лучше с ее матерью повидаться, – сказал мужчина. – Наверно, они вместе живут, вот только их адреса я вам не подскажу. Мы с ними, как говорится, знакомы шапочно – больше с Галиной Андреевной общались, Лена-то тут очень редко появлялась. В Тарасове были у них только на похоронах Галины Андреевны, но с того времени они, может, переехали. И номера телефона нет…

– Вы уверены, что на даче Ивлиевых никто за последнее время не появлялся? – уточнила я. – Ничего странного вы не замечали?

– Так дом-то уже заброшен, совершенно непригоден для житья! – воскликнул Василий. – Газа нет, света тоже, не уверен, что там хоть какая-то мебель сохранилась, поди, все мыши погрызли. Тут только заново все строить, ремонт капитальный нужен. Проще взять палатку и в лесу в ней жить, и то комфортнее будет.

– А дом Эргашевых кому теперь принадлежит? – поинтересовалась я. – У них были родственники?

– Да кто их знает… После той аварии на дачу их никто не приезжал. Тут такая же история, как и с домом Ивлиевых, – недаром они соседями были.

– Грустная история, – заметила я. – Скажите, а у Жанны были, помимо Вики, подруги? Может, вы знаете девушку по имени Марта?

– Марта? – переспросил Василий. – Необычное имя, хотя сейчас как только детей не называют… Не знаю, здесь Жанна только с Викой дружила, остальные дети либо гораздо младше были, либо совсем взрослые. Никакой Марты в Екатериновке я не знаю. Но опять-таки, вам лучше с матерью Жанны поговорить, она должна быть в курсе, с кем ее дочь общается!

– Что ж, так я и сделаю, – задумчиво проговорила я, отпивая из кружки горячий ароматный чай…

Попрощавшись с гостеприимным хозяином дома, я проникла на дачу к Ивлиевым и осмотрела дом. Василий был прав – дача находилась в плачевном состоянии: оконные стекла местами потрескались, в щели дул ветер. Повсюду – мышиные следы, на полу и мебели толстый слой пыли, как будто дом пустует уже несколько веков. Сразу было видно, что ни Жанна, ни ее мать здесь давно не были.

Та же ситуация была в соседнем доме – грязь, пыль, мыши. Я не стала задерживаться в Екатериновке, дошла до своей машины и уехала в Тарасов.

Вчера вечером я нашла по электронной базе адрес фактического проживания Кобзева Ивана Викторовича, который сдавал квартиру Жанне и Марте. Я надеялась, что застану его дома, поэтому сразу поехала на улицу Провиантскую, находившуюся практически в центре города. Нужный мне дом нашла быстро, позвонила по домофону в квартиру номер двадцать один. Спустя некоторое время я услышала мужской голос:

– Кто это?

– Здравствуйте, я по поводу соседей звоню, – проговорила я. – Живу на улице Пролетарской, дом тридцать семь, квартира тридцать шесть, это на шестом этаже. Меня затопило, видать, соседи сверху, из сороковой квартиры… Сказали к вам обращаться.

– Странно… – замешкался мой собеседник. – Проходите, не по домофону же разговаривать…

Он открыл дверь, я поднялась на второй этаж. Дверь двадцать первой квартиры была приоткрыта, на пороге стоял мужчина лет пятидесяти – пятидесяти пяти, одетый в поношенные штаны и полосатую футболку. Из квартиры доносился детский голос – ребенок звал деда. Я поняла, что это внук Ивана Викторовича.

– Проходите, в дверях не стойте, – произнес мужчина. – Что там у вас случилось?

– В туалете с потолка капает, – вздохнула я. – Моя квартира под сороковой находится, я туда звонила и стучала, но дома нет никого. А соседка из сорок первой, Галина Николаевна, сказала, что хозяин сороковой – вы, сдаете жилплощадь квартирантам. Вот к вам и нужно обращаться.

– Да, все верно… – Иван Викторович не спросил, откуда мне известен его адрес проживания, видимо, решил, что эту информацию я тоже узнала от Галины Николаевны. В коридор, где мы разговаривали, вбежал светловолосый мальчик лет пяти, испуганно посмотрел на меня и спросил:

– Деда, а когда мама с папой придут?

– Сеня, иди поиграй к себе в комнату, – проговорил мужчина, обращаясь к своему внуку. – Мама с папой работают, вечером они придут только.

– Но я к маме хочу! – заныл Сеня. – А кто эта тетя?

– Сеня, идем я тебе мультики включу. Будешь мультики? – Иван Викторович взял ребенка за руку, повел в комнату, проговорив, обращаясь ко мне: – Подождите минутку, сейчас я подойду…

Я услышала, как он включает телевизор, по которому шла какая-то детская развлекательная передача. Успокоив Сеню, Иван Викторович вернулся в прихожую.

– Так, будем думать, что теперь делать… – произнес он. – Говорите, вы звонили в сороковую квартиру и там не было никого?

– Да, – кивнула я. – Вы можете позвонить своим квартирантам, узнать, что за потоп они устроили? И что мне делать с потолком теперь?

– Эх, предупреждал ведь, чтобы воду выключали всегда! – в сердцах воскликнул Иван Викторович. – Если бы не с ребенком сейчас сидел, поехал бы в квартиру, у меня запасные ключи есть. Но Сеньку не с кем оставить…

– Тогда надо позвонить квартирантам! – заметила я. – Вам ведь они оставили номера своих телефонов?

– Да, в договоре есть. Минуту…

Он ушел в комнату, потом вернулся с документами в руках.

– Так, квартиру снимают сестры Ивлиевы, Жанна и Марта, – произнес он. – Платят исправно за аренду, никаких гулянок не устраивают, ведут себя тихо. Соседи на них никогда не жаловались. Сейчас попробую до них дозвониться.

Я посмотрела на договор – номера мобильных телефонов девушек совпадали с теми, что были у меня. Похоже, хозяин квартиры не в курсе, что Марта Ивлиева не та, за кого себя выдает… Как я и ожидала, ни по одному из телефонов Ивану Викторовичу не ответили. Он растерянно посмотрел на меня.

– Телефоны выключены… – проговорил мужчина. – Сильно у вас там течет?

– Пока только капает, – ответила я. – Но боюсь, если в сороковой не выключат воду, мне точно придется делать ремонт.

– Попробую все-таки до них дозвониться, – произнес Иван Викторович. Но и вторая его попытка не увенчалась успехом.

– Быть может, вы знаете, где можно найти Жанну или Марту? – спросила я. – Они где-то работают или учатся? Наверно, сейчас они в офисе или в университете…

– Насколько я знаю, у них удаленная работа, – пояснил мужчина. – Так, ладно, если не удастся дозвониться, соберу Сеньку, и поедем на квартиру. Его, правда, постоянно тошнит в дороге, но ключи от квартиры я вам дать не могу, сами понимаете.

– Нет-нет, я и не прошу у вас ключи! – Я судорожно начала придумывать, как отговорить Кобзева от поездки на улицу Пролетарскую. Не ровен час, станет проверять, насколько сильно меня якобы затопило, надо было придумать другую легенду. Но поздно что-то менять, я уже выдала себя за соседку снизу, придется импровизировать дальше.

– И ребенка не надо таскать. Давайте я сама попробую найти девушек, вы можете дать мне номер вашего мобильного? Если никто из них в ближайшее время не появится, тогда придется вам ехать…

– А если вас совсем затопит? – резонно заметил Иван Викторович. – Мне же придется ремонт оплачивать, сомневаюсь, что Ивлиевы смогут возместить ущерб.

– Но это будет несправедливо! – заявила я. – Воду выключить забыли эти ваши квартирантки, они и должны отвечать за последствия! Я сама с ними поговорю, а то нечестно получается.

– А вдруг с ними что-то случилось? – озабоченно предположил Кобзев. – Мало ли, может, плохо стало… Тогда надо зайти в квартиру и проверить!

– Давайте сделаем так: я поеду домой, попробую еще раз позвонить в сороковую квартиру и, если там никто не ответит, наберу ваш номер! – предложила я. – Как по-вашему, где могут быть Жанна с Мартой, если они работают удаленно?

– Даже не знаю… – в замешательстве произнес Иван Викторович. – Квартиру они снимают два месяца, за это время никто на них не жаловался. Вечеринок и гулянок не устраивают, не курят, плату не задерживают… Во время нашего общения, когда договор заключали, я разговаривал с Жанной, она более пробивная, чем ее сестра. Марта молчала все время, а Жанна сообщила, что с родителями они давно не живут, до этого снимали квартиру в центре города, но там очень дорого, поэтому они ищут вариант подешевле. Я им сразу сказал, что район, где находится моя жилплощадь, не очень удобен, транспорт там плохо ходит, и до центра ехать с пересадками придется, поэтому я сдаю квартиру дешево. Но Жанна ответила, что их все устраивает, в центре они не бывают, а зарабатывают фрилансом. Ну то есть по компьютеру, книжки то ли пишут, то ли редактируют, я не понял. Да и не мое это дело – сейчас многие удаленно работают, с одной стороны, это удобно, не надо тратить время и деньги на то, чтобы добраться до службы.

– А вы документы их проверяли? – спросила я.

– Конечно, в договоре указаны их паспортные данные, вот, смотрите!

Он показал мне реквизиты паспортов девушек. Обе – и Марта, и Жанна – были прописаны по адресу Ивлиевых, то есть в доме Елены Аркадьевны. К договору прилагались ксерокопии двух первых страниц паспорта, и, к своей радости, я наконец-то увидела фотографию Марты Ивлиевой. Фото мелкое, черно-белое, но черты лица разглядеть можно. Внешность Марты оказалась не такой яркой, как у ее «сестры», у девушки было худощавое лицо, тонкие губы и миндалевидные глаза. Мне надо было как-то сфотографировать документ на свой телефон, но, к счастью, придумывать повод не пришлось. Из комнаты, где Сеня смотрел телевизор, раздался голос мальчика:

– Деда! Деда, подойди сюда!

– Сеня, подожди, пока взрослые разговаривают! – строго отозвался Кобзев. Но ребенок не унимался. Иван Викторович виновато посмотрел на меня и сказал:

– Простите, Сеньку просто избаловали родители. Сейчас я посмотрю, что у него там, и приду. Документы вам еще нужны?

– Да, пару секунд, мне нужен адрес проживания родителей девушек… – сообщила я. Кобзев не удивился, кивнул и исчез в комнате. Я услышала, как внук что-то увлеченно и громко ему рассказывает, и, воспользовавшись отсутствием хозяина квартиры, сфотографировала и договор, и ксерокопии паспортов Ивлиевых. Когда Иван Викторович вернулся, я отдала ему документы и проговорила:

– Давайте запишу ваш номер телефона и поеду, вдруг девушки уже вернулись!

Он продиктовал мне номер своего мобильника, я поблагодарила хозяина квартиры, и мы попрощались.

Итак, ясно было одно: Кобзев не знает о том, что у одной из его квартиранток липовый паспорт. Также Иван Викторович полагает, что Жанна с Мартой проживают вместе в квартире, тогда как я больше чем уверена в том, что Марта живет одна. И обе девушки куда-то исчезли, и где их искать, я пока не догадываюсь…

Глава 5

Домой я вернулась лишь вечером. Согласно записям моих прослушек, в квартире номер сорок Ивлиевы так и не появлялись, никто посторонний в их дом тоже не приходил. Телефоны девушек были выключены. Дома я обзвонила все морги и больницы, однако за последнее время женщин, похожих на Жанну или Марту, не поступало. Это дело не давало мне покоя – я понимала, что Ивлиевы неспроста исчезли, но что с ними произошло и где они – неизвестно. За два дня я узнала лишь то, что моя клиентка на самом деле никакая не Марта Ивлиева и по какой-то причине она сделала себе поддельный паспорт. И во время нашего с ней телефонного разговора девушка очень сильно волновалась и явно была напугана. Быть может, ей пришлось сделать фальшивые документы потому, что она боялась чего-то? Но чего? И что с ней сейчас, жива ли она? И куда пропала Жанна?

Я по-прежнему склонялась к мысли, что исчезновения девушек связаны друг с другом. Вот только неизвестно, Жанна ли похитила Марту, или обе «сестры» являются жертвой неизвестного мне преступника? Быть может, девушки уже мертвы; если тел нет в моргах, это не значит, что Ивлиевы живы, а говорит лишь о том, что убийца спрятал трупы и их еще не обнаружили. Марта с Жанной пропали недавно, в полиции поисками занимаются на третий день после исчезновения человека, если речь о совершеннолетнем, только детей ищут сразу. Но я не надеялась, что Ивлиевы объявятся, слишком уж странной была вся эта история.

Итак, мне известно, что девушки работали удаленно, Жанна сочиняла рассказы и редактировала тексты. Марта (пока буду называть ее так, настоящего имени своей клиентки я все равно не знаю) писала статьи в популярное издание. И – да, совсем забыла, я ведь нашла в ящике стола Марты рисунки. Авторство мне неизвестно, но я почти уверена, что художницей была Марта, ведь я нашла в ее комнате принадлежности для рисования. Вот только что означают эти картинки? И для чего девушка их делала?

Я достала рисунки из пакета для улик и стала внимательно их разглядывать. Все три картинки имели одинаковый размер, формат – прямоугольник. Что касается сюжетов, то они сильно отличались и не были связаны друг с другом. Персонажи первого рисунка никоим образом не повторялись на втором сюжете, стало быть, эти изображения не были посвящены одному рассказу. На комикс тоже не похоже, а вот на карты из колоды – вполне вероятно. Быть может, Марта рисовала карточки для настольной игры? А что, сейчас много людей интересуется всевозможными играми, и не только компьютерными. Но, как правило, карты в играх снабжены подписями – к примеру, названием места, или локации, где происходит то или иное действие, описанием персонажа и тому подобное. На рисунках Марты не было ни единой надписи, хотя, возможно, она собиралась сделать их позже. Впрочем, и без подписей можно обойтись, насколько я знаю. Такие игры, как «Имаджинариум», «Диксит», как раз и отличаются подобными изображениями – семья, лепящая глиняную девочку, или часовщик, ковыряющийся отверткой в теле человека, у которого вместо торса – часовой механизм. Они призваны вызывать ассоциации.

Еще существуют колоды Таро, тоже популярная забава. Сейчас расклады на Таро делают от мала до велика, а любую колоду можно приобрести как в магазине, так и заказать по интернету. Я решила посмотреть, что собой представляют колоды Таро, чтобы соотнести их с рисунками Марты и понять, верно ли мое предположение или нет.

В интернете я узнала, что карты Таро появились еще в пятнадцатом веке и использовались для гаданий. Разные художники отображали символы по-своему, однако структура, количество и трактовка карт сохранялись всегда. Всего в колоде 78 карт, их называют Арканами, что в переводе с латинского означает «тайна». В свою очередь, Арканы разделяются на Старшие и Младшие. Старших Арканов в колоде 22 карты, и если Марта рисовала колоду Таро, то изображала именно их. Младшие Арканы напоминают игральные карты, так как делятся на масти: Кубки, Пентакли, Жезлы и Мечи. Кубкам соответствует масть черви в обычной колоде, Пентаклям – бубны, Жезлам – трефы, а Мечам – пики. Старшие Арканы лишены мастей и цифр, им соответствуют символические изображения. Я просмотрела перечень карт, входящих в Старшие Арканы: Шут, Маг, Император, Императрица, Башня, Дьявол, Смерть, Колесница, Колесо Фортуны… С натяжкой карту с кладбищем и мужчиной с черными крыльями еще можно было отнести к Аркану «Дьявол» или «Смерть», но вот что делать с изображением часовщика и скульпторов с глиняной девочкой? Я включила свое воображение, пытаясь определить, каким Арканом из колоды Таро могут быть эти две карты. Но пришлось признать, что ни под один из Старших Арканов рисунки Марты не подходили. Либо у девушки совершенно странное, нелогичное видение.

Я продолжила штурмовать интернет дальше. Просмотрела три разные колоды Таро, однако изображения Старших Арканов так или иначе чем-то были похожи друг на друга. Если карта называлась «Башня», то изображалась какая-нибудь башня, на карте «Отшельник» почти всегда был нарисован старик с седой бородой, карта «Жрица» изображала женщину с магическими атрибутами… Нет, я теперь была уверена, что рисунки Марты – это нечто другое, не колода Таро. Но тогда что?

Я ввела в поисковую строку запрос «Колоды карт». Помимо Таро и карт из настольных игр я увидела название – «Метафорические карты». Название это я уже слышала, но детально вопрос не изучала. Мне стало интересно, и я открыла описание.

Метафорические ассоциативные карты, или МАК, – это колода картинок с различными жизненными ситуациями, предметами, животными, персонажами. Эти карты не похожи на гадальные или игральные, будущее, подобно картам Таро, они предсказывать не могут. Прежде всего метафорические карты используют психологи для того, чтобы помочь клиенту разобраться со своими проблемами. Карты не имеют однозначной трактовки – у каждого человека одна и та же картинка вызывает различные ассоциации, и, следовательно, интерпретация сюжета может быть самой разной. Человек связывает рисунок с событиями из своей собственной жизни и зачастую сам находит ответ на интересующий его вопрос.

Первую колоду создал художник Эли Раман, и в 1983 году она была применена в психологической практике. Название колоды – «ОН», и его дали картам сами клиенты психолога. Когда психолог показывал определенную иллюстрацию, пациенты восклицали: «О, нет!», что означало несоответствие картинки с внутренним состоянием человека. Если же карта подходила клиенту, он часто говорил: «О, оно!»; собственно, так набор карт получил свое название.

Метафорические карты значительно облегчают работу психолога. Дело в том, что иногда клиенты не готовы рассказать постороннему человеку о своей проблеме, и наводящие вопросы зачастую не работают. Клиент может замыкаться в себе неосознанно, а при помощи карт с разнообразными картинками человек погружается внутрь самого себя и вспоминает, с чем у него ассоциируется та или иная иллюстрация. Психолог наблюдает за пациентом, понимает, как выстраивать терапию. Интересно, что сюжеты, которые изображены на картах, не имеют ни негативного, ни позитивного смысла. Одну и ту же иллюстрацию можно трактовать по-разному, это зависит от внутреннего состояния самого человека.

Метафорические карты применяют в своей работе не только психологи, но и другие специалисты – педагоги, социальные работники, даже криминалисты. Определенных «правил» касательно внешнего вида карт и количества их в колоде тоже не существует – в настоящее время есть самые разные колоды, и доступны они широкой общественности. В отличие от карт Таро, художник, создающий карты, может изобразить самые разные сюжеты, и это натолкнуло меня на мысль, что Марта могла сама рисовать метафорические карты.

Я взяла наиболее понравившийся мне рисунок – комнату с часами и часовщика. Интересно, что может выражать эта карта? Часы означают время, скоротечность жизни, часовщик что-то чинит в механизме, находящемся внутри человека. Быть может, персонаж с отверткой – врач? А человек с часовым механизмом – его пациент? Или нет, карты символичны, и ковыряться отверткой хирург в пациенте не станет. Возможно, Марта так представляет работу психолога, но, впрочем, это моя собственная трактовка карты, я запросто могу ошибаться.

Но если предположить, что я угадала, значит ли это, что моя клиентка сама интересуется психологией? Иначе зачем ей рисовать колоду? Вдруг она собиралась открыть свою психологическую практику? Нет, непохоже, так как по описаниям и Галины Николаевны, и Кобзева Марта довольно молчаливая и необщительная девушка, вряд ли она смогла бы проводить сеансы психотерапии. Все-таки психолог должен быть человеком общительным, ведь ему приходится постоянно взаимодействовать с другими людьми. Скорее всего, Марте самой была нужна психологическая помощь, учитывая огромное количество антидепрессантов и нейролептиков, которые я нашла в ящике ее стола.

А если Марта делала карты по заданию или заказу психолога? Допустим, девушка ходила на сеансы психотерапии, во время разговора с психологом она сказала, что хорошо рисует. И врач девушки велел ей нарисовать колоду карт? Нет, это слишком большое задание, такая работа должна оплачиваться. Если психолог сказал Марте рисовать карты, он мог посоветовать ей изобразить те сюжеты, которые вызывают у нее сильные переживания. И Марта нарисовала три картинки, иллюстрирующие ее внутренний мир. То есть продолжения колоды быть не должно, девушка просто не успела показать карты психологу. И второй вариант – кто-то попросил Марту нарисовать колоду, заплатив ей деньги за работу. Художница взялась за заказ, быть может, часть карт она уже отдала заказчику, а три карты, найденные мною в ящике ее стола, она не успела передать своему работодателю. Обе теории имеют право на существование, вот только проверить их я, увы, не могу.

Кстати, не исключено, что карты делала не одна Марта, а вместе с Жанной. В том, что дочь Елены Аркадьевны занималась рисованием, я сомневалась, иначе во время нашего разговора женщина бы упомянула об этом. Но Жанна запросто могла сочинять сюжеты – она ведь пишет рассказы, а Марта воплощала задуманное. Возможно, «сестры» (а на самом деле – подруги?) задумали создать собственную колоду метафорических карт, а потом продавать их и на этом неплохо заработать. Но что-то пошло не так, к примеру, девушки поссорились, Жанна убила Марту и избавилась от трупа, а карты решила присвоить себе. Но это не слишком вяжется с тем, что мне известно. Если бы от Жанны исходила опасность и Марта об этом знала, вряд ли она бы представляла подругу в качестве своей сестры. Впрочем… Даже если это предположение верно, в ящике я нашла последние три карты колоды, то есть весь набор есть у Жанны. Но почему тогда она не забрала оставшиеся иллюстрации? Они ей не понравились? Вряд ли, картинки мне показались весьма красивыми. Она их не нашла? Ага, конечно, рисунки лежали едва ли не на самом виду, в папке с листами бумаги. Не заметить их было трудно. Но, совершив убийство, мало кто кинется собирать какие-то картинки – скорее преступник поспешит избавиться от тела и отвести от себя возможные подозрения. Карты, если они сильно нужны, можно забрать и позднее. Но приехала я и взяла рисунки, потому Ивлиева и осталась без карт. Не сходится – почему тогда Жанна не приехала в квартиру позже, после того как избавилась от трупа? Она забыла про карты? Или все-таки не она убийца, а преступник похитил обеих девушек и, быть может, убил их?

А может быть, карты и вовсе ни при чем. Почему я решила, что они связаны с исчезновением девушек? Только потому, что мне показались рисунки странными? Однако если Марта создавала колоду метафорических карт, сюжеты не должны вызывать вопросов. На то карты и метафорические, что сюжеты в них необычные. Сейчас можно любую колоду по интернету заказать. Карты пользуются популярностью, не одна Марта их рисует. Нет, скорее всего, моя клиентка пропала по другой причине. Хотя версия о ссоре «сестер» казалась мне заслуживающей внимания. Отлично, но тогда где скрывается Жанна? А что, если, совершив убийство, Жанна купила билет на поезд или автобус и уехала из города? Допустим, она накопила денег на своей работе менеджером по работе с клиентами и собиралась снять квартиру в другом городе? А почему тогда Жанна уволилась со столь денежной работы? Если ее все устраивало, не лучше ли было подзаработать еще немного, чтобы ни в чем не нуждаться? Но зачем ей убивать Марту, если у Ивлиевой и так имелись материальные средства? Опять же, всяко проще украсть деньги, чем связываться с таким серьезным преступлением, как убийство. Пожалуй, Жанне Марту убивать невыгодно. И потом, три карты ведь остались в квартире, если ссора действительно произошла из-за колоды, Жанна должна была забрать их! Похоже, моя гипотеза оказалась не слишком правдоподобной. Оставим пока карты в покое, надо сосредоточиться на других версиях.

Загвоздка в том, что идей у меня пока не было. На всякий случай я проверила по базе железнодорожного вокзала Тарасова, покупала ли Жанна Ивлиева в последнее время билет на поезд, однако девушка железнодорожным транспортом в эти дни не пользовалась. Но уехать из города можно было и на автобусе, где не требуется паспорт для покупки билета, или воспользоваться такси. Увы, здесь я бессильна, не существует базы данных, которая дала бы мне сведения касательно всех автобусов и маршруток.

Я вернулась к изучению метафорических карт и попыталась найти в интернете колоду с сюжетами, похожими на те, что изображала Марта. С момента изобретения метафорических карт было создано порядка семнадцати колод, которые имеются в широком доступе. Помимо карт «ОН», существует колода с портретными изображениями, выражающая эмоции человека; есть карты, посвященные взаимоотношениям мужчины и женщины, есть абстрактные колоды, карты-пейзажи… Я внимательно просмотрела каждую из найденных в интернете колод, однако карты Марты сильно отличались от всех существующих как по стилистике, так и по содержанию иллюстраций. Ясно было, что девушка не срисовывала своих персонажей с карт других художников, но я была не уверена, что кто-то позировал девушке, скорее всего, люди на ее рисунках были придуманы ею самой.

Внезапно я вспомнила, что на ноутбуке своей клиентки нашла интернет-вкладки, которые оказались мне непонятны. Точно, это же были картинки с совершенно не связанными между собой сюжетами, я еще ломала себе голову над вопросом, зачем Марте нужна фотография мужчины, сидящего на стуле, изображение какой-то мебели, предметов… Ну конечно же, она (или Жанна) придумывала сюжет, а чтобы изобразить его, нужны были люди в разнообразных позах, детали интерьера (как, например, в карте с часовщиком), пейзажи – взять хотя бы рисунок с кладбищем и мужчиной с черными крыльями. И как я раньше об этом не догадалась? Хотя бы что-то становится ясно…

Но что мне дает информация о процессе создания метафорических карт? Зачем мне эти сведения? Допустим, я знаю, откуда Марта брала позы людей на картинках, ну и что дальше? Где искать пропавших девушек, я все равно не догадываюсь! Я даже не могу найти психолога, к которому, по моему предположению, ходила Ивлиева. И ходила ли она вообще к данному специалисту? Конечно, если нейролептики и антидепрессанты Марта покупала по рецепту, то ей должен был выписать его психиатр. Психолог не занимается подбором лекарственных средств, а психиатр не копается в подсознании пациента и не помогает ему решить проблемы методом психологического анализа. Как узнать, что за психиатр занимался Мартой? В принципе, не слишком сложно, но затратно по времени. Марта была небогата. Не факт, что у нее нашлись бы средства на платного врача. А муниципальных больниц, в штате которых принимает психиатр, не так уж и много. Объехать все с фотографией и описанием Марты и выяснить, кто ей прописывал таблетки. Полицейское удостоверение, незаменимое в этих целях, у меня есть. Единственная проблема – сейчас можно достать лекарства и без рецепта. Например, перекупить у кого-то, минуя аптеки. Впрочем, этим я займусь чуть позднее, если не разберусь с делом раньше. Вопрос о том, как Марта нашла продавца лекарств, по-прежнему остается открытым, социальными сетями ведь девушка не пользовалась. Я поняла, что топчусь на одном месте – потратила несколько часов на изучение колод метафорических карт, узнала подробности о разнообразных колодах и при этом ни на шаг не продвинулась в своем расследовании. Я свернула вкладки интернета, посмотрела на экран своего компьютера. Время было уже позднее, и ничего лучше, кроме как отправиться спать, я не придумала…

Утром я собиралась позвонить в офис фирмы «Аврора» и попробовать узнать, с кем общалась Жанна из коллег. Быть может, с Мартой она и познакомилась на своей работе? Вдруг Марта – это псевдоним одной из девушек? Я зашла на форум «Дети ночи» в надежде, что Жанна ответит на мои комментарии и письмо с предложением опубликовать ее рассказы, однако Ивлиева в Сеть не заходила. Поэтому я решила проверить сотрудниц «Авроры» и в восемь утра стала набирать номер телефона фирмы. Но не успела – мне позвонил Олег Станков, которому я отдала найденного тетей Милой щенка.

– Привет, – поздоровалась я, не понимая, с какой целью звонит мне приятель. Неужели решил вернуть мне собаку? И что я с ней буду делать?..

– Женя, тебе удобно говорить? – поинтересовался тот. Мне показалось, что он чем-то взволнован.

– Да, что-то случилось? – спросила я.

– Помнишь, ты недавно мне щенка привезла? Которого твоя тетя нашла? – Видимо, мои худшие опасения начинали сбываться…

– Естественно, я помню, – вздохнула я. – Вроде тебе собака понравилась…

– Не то слово! – воскликнул Олег. – Знаешь, я занимаюсь воспитанием и дрессировкой давно и понял, что обучать собак необходимо как можно раньше. То есть не следует откладывать все это на то время, когда щенок подрастет, – такую ошибку делают многие хозяева. Поэтому Лорелею, я так назвал твоего щенка, сокращенно – Лира… В общем, я стал ее дрессировать наравне с другими своими подопечными. И, могу тебе сказать, Лира подает большие надежды – уверен, она станет лучшей из моих собак, обученных поиску трупов…

– Рада, что щенок пришелся тебе по душе, – проговорила я. Видимо, Станков посчитал нужным сообщить мне об успехах найденыша, только слушать хвалебные оды щенку мне сейчас было некогда. Я собиралась закончить разговор, однако Олег продолжал:

– Я не поэтому тебе звоню, – сказал он. – Понимаешь, сегодня утром я выгуливал Лиру и Тину, это немецкая овчарка, заодно дрессировал щенка. Лира хоть и маленькая, но очень смышленая, она быстро учится. Так вот, обычно я дрессирую собак в лесу, помнишь, где я живу? И Лира нашла кое-что…

Он произнес это с гордостью, и мне стало интересно, что обнаружил щенок, который пару дней назад выл и скулил в моей машине, и вообще, вел себя совсем не как умный поисковый пес…

– Лира нашла труп девушки! – воскликнул Станков. – Я звоню тебе с места происшествия, дожидаюсь полицию. Вызвал уже наряд… Судя по всему, девушку убили примерно сорок – сорок пять часов назад, но я могу ошибаться. Документов при ней никаких нет, кто она – неизвестно. Удивительно, что вчера во время прогулки мои собаки тело не обнаружили, правда, сегодня мы зашли очень далеко в дебри, сюда обычно не забираемся…

– Вот как… – Я с трудом сдерживала волнение. – Сколько ей лет на вид? Убитой? Как она выглядит? И как ее убили?

– Ты просто так интересуешься? – спросил Олег. – Или по работе? Ладно, девушке лет двадцать, может, года двадцать три. Блондинка, худощавая, одета в синие джинсы и черную толстовку, косметикой не пользовалась. Убили ножом – перерезали сонную артерию, еще у нее на голове рана, так что, думаю, девушку ударили по голове…

– Жди меня на месте, я скоро приеду, – прервала я его, на ходу накидывая куртку и обувая кроссовки. – Можешь прислать мне СМС со своими координатами? Боюсь, я не смогу быстро обыскать весь лес, который находится рядом с твоим домом…

– Ладно, только сюда скоро приедет полиция, – заметил Олег. – Если хочешь осмотреть тело сама, я скажу, что ты интересуешься трупом…