Смертельная карта

– Ну, почему не дружила… – замешкалась Елена Аркадьевна. – Была у нее подруга детства, Вика Эргашева. Они с Жанной подружились, когда им по десять лет было. Я радовалась их дружбе, они общались в течение семи лет. Но вряд ли вам Вика чем-то поможет…

– Почему? – удивилась я. – У вас есть контакты этой девушки? Быть может, она и есть эта Марта Ивлиева?

– Я вам не говорила про Вику потому, что вы не сможете с ней поговорить, – грустно произнесла женщина. – Мы с Жанной не затрагивали эту тему… Ладно, вам я расскажу. Жанна познакомилась с Викой, когда мы с ней ездили на дачу. Я рассказывала, что домик купила моя мама, но с ее смертью мы с Жанной бывали там редко, раз-два за лето удавалось выкроить недельку для отдыха. Я думала о том, чтобы продать дачу, но не могла этого сделать – все-таки это память о моей маме, и хоть я не занимаюсь сама садом, надеюсь, что, когда выйду на пенсию, стану там жить. В общем, в июле, когда у меня был отпуск, а у дочери – каникулы, мы поехали отдохнуть на природу. Ездить на курорты тогда не было никакой возможности, это очень дорого, и моей зарплаты бы не хватило. Но Жанне нравилось бывать на даче, мы с ней и на речку ходили, и за грибами. Там дочь и познакомилась с соседской девочкой Викой. Они подружились, но в городе виделись редко – жили очень далеко друг от друга. Часто созванивались по телефону, на праздники встречались, и только. Но все равно подруги были очень хорошие. Когда Жанна выросла, я разрешала ей оставаться на даче без меня, с Викой. Вика, как и моя дочь, училась очень хорошо, после школы она собиралась поступать в педагогический институт, только на факультет иностранных языков. Ее воспитывали родители, Вика росла в полной семье. Но когда девочке было семнадцать лет, она вместе с матерью и отцом поехала на море, на машине. Произошла трагедия – автокатастрофа. В машину Эргашевых врезался грузовик, вся семья погибла. Для нас с Жанной это было ужасным ударом, моя дочь неделю рыдала, отказывалась выходить из дома… С тех пор у Жанны не было близких подруг.

– Смерть близкого человека – всегда тяжелая травма, а вашей дочери было на тот момент семнадцать лет, в этом возрасте любое событие человек переживает очень эмоционально, – заметила я. – Тогда вы увидели какие-либо изменения в поведении дочери? Вспомните очень хорошо, быть может, она стала замкнутой, неразговорчивой? Возможно, имели место суицидальные попытки?

– Нет, покончить с собой дочь не пыталась, – проговорила Елена Аркадьевна. – Но вы правы, она изменилась. Реже стала улыбаться, со мной почти не разговаривала. Когда я возвращалась вечером с работы, она даже не выходила из своей комнаты – сидела, уткнувшись в компьютер, на мои вопросы коротко отвечала, что занимается домашними заданиями. Но на самом деле не знаю, что она делала. Я не лазила в компьютер Жанны, у меня и в мыслях такого не было.

– А рассказы? Ваша дочь продолжала их писать?

– Не знаю, – пожала плечами учительница. – По крайней мере, мне она больше ничего не показывала. Может, и бросила, а может, нет…

– Где находится ваша дача? – спросила я. – Когда вы в последний раз там были?

Елена Аркадьевна задумалась, потом проговорила:

– Давно ездили, вместе с Жанной. Года четыре назад. После смерти Вики дочь наотрез отказывалась туда ехать, но спустя два года я все же уговорила ее съездить. Думала, это пойдет ей на пользу, к тому же мне казалось, что она оправилась от потери подруги. Вроде студенческая жизнь, новые люди, новые задачи – все это должно было отвлечь Жанну от мыслей о Вике. Но когда мы приехали туда, моя дочь стала уговаривать меня вернуться в Тарасов. Она сидела безвылазно в домике и смотрела в одну точку, поэтому мы уехали на следующее утро. С тех пор ни я, ни дочь туда не ездили. Да и далеко это – от Тарасова шестьдесят километров, добираться на автобусе только, машины у нас нет. Сами понимаете, часто туда не станешь ездить.

– Как называется поселок, где находится ваш загородный дом?

– Поселок Екатериновка, это Александровский район, – пояснила Елена Аркадьевна. – В области много Екатериновок, наша находится недалеко от Старой Ивановки, туда ездит автобус номер шестьсот пятнадцать и четыреста тридцать шесть. Остальные проходящие, на них лучше не садиться – а то придется до самого поселка добираться автостопом.

Я записала название поселка, потом поинтересовалась:

– Елена Аркадьевна, как вы думаете, Жанна могла после вашей ссоры поехать на дачу?

– Зачем? – удивилась женщина. – Что ей там делать? Нет, Жанна и слышать не хотела о Екатериновке, она даже уговаривала меня продать дом, только я не согласилась. После смерти Вики она ненавидит дачу…

– Ясно, – я кивнула. – Что ж, спасибо вам за подробный рассказ, вы очень помогли расследованию. Возьмите мой номер телефона, если что-то вспомните или если ваша дочь объявится, позвоните мне, пожалуйста.

Елена Аркадьевна взяла визитку с номером моего мобильного, некоторое время она смотрела на нее, а потом вдруг тихо спросила:

– Какая опасность угрожает Жанне? С ней что-то случилось, верно? Поэтому вы меня расспрашиваете?

– Пока у меня нет информации, – произнесла я. – Пропала девушка, которая выдавала себя за сестру вашей дочери. Я не знаю, причастна ли Жанна к этому происшествию или нет, я пытаюсь установить настоящее имя Марты Ивлиевой, и ваша дочь могла бы помочь мне в этом. Но где искать Жанну, я пока не знаю…

– Если вы найдете ее, скажите… – Елена Аркадьевна замешкалась, подбирая слова. – Скажите… позвоните, пожалуйста, мне…

Я пообещала, что сообщу женщине, если узнаю что-либо о ее дочери, и, еще раз поблагодарив учительницу за рассказ, покинула ее квартиру.

Глава 4

Домой я вернулась в половине одиннадцатого вечера. По дороге я позвонила по номеру Жанны, который дала мне Елена Аркадьевна, но, увы, абонент был недоступен. Либо телефон девушки выключен, либо она попросту сменила номер. Я решила попытаться дозвониться до Жанны на следующий день, а пока мне не терпелось по номеру и серии ноутбука девушки найти содержимое ее компьютера, а также узнать, какие она посещала интернет-страницы.

К сожалению, моя программа не позволяла узнать, где находится ноутбук Жанны, – я могла лишь получить доступ к системным файлам, но и эта информация представляла для меня большой интерес. Не буду вдаваться в подробности, скажу лишь, что через полчаса работы я смогла посмотреть папки, имевшиеся на рабочем столе компьютера Ивлиевой.

Чем-то ноутбук Жанны был похож на переносной компьютер Марты. С той лишь разницей, что в папках я обнаружила текстовые документы, в которые желтым цветом были внесены орфографические и пунктуационные правки. Это навело меня на мысль, что Жанна, помимо работы с клиентами, занималась еще и редактированием книг. Видимо, за исправление текстов платили не так много, как хотелось дочери Елены Аркадьевны, вот она и решила сменить профессию. Редактировать книги Жанна начала пять лет назад, из чего я сделала вывод, что девушка совмещала учебу в институте с подработкой. Очередной текст она исправляла сравнительно недавно – неделю назад. После этого девушка не занималась редактурой и пользовалась ноутбуком нерегулярно.

К счастью, Жанна была зарегистрирована в одной социальной сети. Я нашла ее страницу и вошла в аккаунт. Если бы у меня не было доступа к ноутбуку девушки, то ни за что бы не догадалась, что пользователь под никнеймом Найтингейл – и есть дочь Елены Аркадьевны. Интересно, почему Жанна придумала себе такой ник? В переводе с английского слово «найтингейл» означает «соловей», выходит, девушка ассоциировала себя с этой птицей? Ерунда какая-то, в конце концов, ей могло просто нравиться, как звучит слово, и только. Я решила не тратить время на бесполезные размышления и принялась изучать страничку Жанны.

Друзей и подписчиков у девушки было немного, профиль Жанны оказался закрытым. В основном она общалась с людьми, которые проживали не в Тарасове, а в других городах. Никого похожего на Марту Ивлиеву я не нашла. Для чего нужна была страничка Жанне, для меня тоже оставалось загадкой – фотографий она практически не размещала, в главном альбоме было всего-навсего два снимка, на которых Жанне исполнилось лет четырнадцать-пятнадцать. Скорее всего, социальной сетью девушка не пользовалась – в последний раз она заходила на свою страницу год назад.

Зато форум под названием «Дети ночи» дочь Елены Аркадьевны посещала часто. Этот форум я нашла в постоянных вкладках ноутбука Жанны, там девушка была зарегистрирована под тем же ником – Найтингейл. Форум был посвящен литературному творчеству, сюда пользователи выкладывали свои произведения – стихи, короткие рассказы, эссе. Раньше Жанна публиковала свои сочинения часто, они были очень лаконичные, порой занимали половину страницы. Несмотря на это, каждый рассказ девушки был самостоятельным, законченным произведением, написанным мастерски и талантливо. У Жанны и в самом деле был дар, ее мать не преувеличивала. Интересно, почему девушка не пыталась опубликовать свои рассказы в каком-нибудь журнале, почему ограничилась лишь пространством интернет-форума? Загадка.

Последний рассказ Жанна выложила несколько месяцев назад, и с того времени она больше не писала. До этого свои произведения девушка публиковала один, иногда два раза в день, на форуме я не нашла столь активных пользователей. Кроме Жанны, так часто писала некая Офелия, сочинявшая стихи. Мне они показались чересчур мрачными, однако интересная странность: Офелия выкладывала свои произведения после каждого рассказа Жанны. Это было похоже на литературный диалог: вот короткий рассказ Найтингейл, вслед за ним – депрессивное стихотворение Офелии, потом – снова рассказ Жанны. Я вчитывалась в смысл сочинений, пытаясь обнаружить какой-то скрытый смысл, однако никакой связи между стихами и рассказами не нашла. Скорее всего, это просто совпадение, у Офелии и Найтингейл совпали пики творческой активности.

А потом «общение» прекратилось. Первой сдалась Офелия – видимо, она выплеснула все свои эмоции и перестала писать стихи. Найтингейл публиковала свои рассказы, но потом и она перестала писать. Однако на форум Жанна заходила, но ничего больше не выкладывала, наверно, работа менеджером по общению с клиентами отнимала все время Ивлиевой, и на сочинение ни сил, ни желания у девушки не оставалось.

Я решила завязать общение с Жанной. Я зарегистрировалась на форуме под вымышленным никнеймом и, так как сочинять не умела, просто поставила лайки к рассказам Ивлиевой. Потом написала комментарии к ее последним рассказам и предложила девушке сотрудничество с журналом, в котором я якобы работаю редактором. Жанна часто посещает форум, ее непременно должна заинтересовать идея публикации своих произведений, к тому же я пообещала заплатить ей гонорар за рассказы и посулила перспективы дальнейшего издания сборника.

Я надеялась, что мне удастся найти в какой-нибудь социальной сети пользователя с ником Офелия, однако когда я ввела запрос, то нашла в первой же соцсети несколько сотен Офелий с разными фамилиями. Все эти Офелии проживали в Тарасове, но найти нужную мне пока не представлялось возможным. Я не знаю, ни как выглядит поэтесса с форума, ни сколько ей лет, да и вообще, вполне возможно, Жанна никогда не общалась со своей литературной «собеседницей» офлайн. Поэтому я оставила столь безнадежные попытки, решив завтра поехать на дачу Ивлиевых и проверить, жил ли кто-то в доме, и, быть может, найти хоть одну зацепку, которая помогла бы мне отыскать дочь Елены Аркадьевны. К тому же надо было наведаться в фирму «Аврора», это стоило сделать в первую очередь. Если Жанна там до сих пор работает, мне не составит труда отыскать девушку, благо я знаю, как она выглядит.

Несмотря на то что спала я от силы три часа (легла я далеко за полночь, а проснулась, как обычно, в шесть утра), чувствовала я себя бодрой и полной сил. Я быстро позавтракала и, посмотрев адрес фирмы «Аврора», к девяти утра поехала туда. До Жанны я так и не дозвонилась, поэтому надеялась, что номер мобильника девушки узнаю на месте ее работы.

Главный офис фирмы находился в Волжском районе, недалеко от набережной. Здание, где располагалась организация, сдавало офисы самым разным фирмам, «Аврора» находилась на девятом этаже. Я поднялась на лифте и постучала в кабинет номер девятьсот пять. Мне не ответили, поэтому я толкнула дверь и вошла в помещение.

Офис оказался небольшой комнатой, обставленной по-деловому: три стола, оснащенные современными компьютерами, шкаф для личных вещей и отдельный стул для посетителей. За двумя столами сидели две женщины, одетые в стандартную униформу – брючные костюмы темно-синего цвета. Одна из женщин носила очки, ее светлые волосы были забраны в пучок, на лице – минимум макияжа. На вид ей было около двадцати пяти лет. Другая служащая выглядела чуть моложе, ее волосы были коротко пострижены и уложены в модельную прическу. Обе были заняты какой-то работой, периодически набирали текст на клавиатуре и щелкали мышками. На меня они не обратили никакого внимания.

– Доброе утро, – поздоровалась я, первой нарушив молчание. Блондинка в очках подняла на меня глаза и кивнула.

– Здравствуйте. Вы по какому поводу?

– Я устраиваюсь на работу, – заявила я. – Сказали обратиться к вам, это же фирма «Аврора»?

– Да, вы не ошиблись, – кивнула моя собеседница. Обладательница модельной стрижки продолжала заниматься своей работой, моя персона ее явно не волновала.

– Вы на какую вакансию претендуете? Вы нам направляли свое резюме?

– Да, конечно, – улыбнулась я. – Мне пришло письмо на почту, сказали приехать в офис к девяти утра.

Блондинка недоуменно наморщила лоб, потом проговорила:

– Напомните, пожалуйста, как вас зовут… Что-то не припомню, чтобы на сегодня было назначено собеседование…

– Меня зовут Марта Ивлиева. – Я изобразила растерянность. – Как же – не назначено собеседование? Я ведь вам писала, у вас моя сестра работает, Жанна Ивлиева!

– Простите, но на почте нет вашего письма, – через некоторое время заявила блондинка. – Вы ничего не перепутали?

– Я перепутала?! – воскликнула я. – Очень смешно, мне вообще-то прислали ответ на мое резюме, я приехала сюда, специально для того, чтоб пройти собеседование! Мне Жанна советовала устроиться работать именно в вашу фирму!

– Успокойтесь, наверно, произошла какая-то ошибка, – предположила моя собеседница. – Быть может, ваше письмо удалил администратор, который работал вчера. Вы на какую вакансию претендуете?

– Менеджер по работе с клиентами, – сказала я. Блондинка нахмурилась, потом поинтересовалась:

– Вы уже имеете опыт работы?

– Конечно, – закивала я. – Работала, только в другой фирме, не в Тарасове. Я недавно переехала к сестре и как раз искала себе подходящее место. Она мне и посоветовала «Аврору».

– Как называется фирма, где вы работали? – Девушка защелкала мышкой, вероятно, собиралась проверить мои слова. Это не входило в мои планы, поэтому я заявила:

– Эту информацию я не могу вам сообщить. Согласно договору, который я заключала с фирмой, я не имею права разглашать конфиденциальную информацию. Но можете мне поверить, я знаю, в чем заключается суть работы.

– Вы знаете иностранные языки? – Казалось, блондинка не обратила внимания на мой отказ говорить название моего предыдущего места службы.

– В совершенстве владею английским, французским, испанским, немецким, китайским, итальянским… Короче говоря, я полиглот, проще, наверно, перечислить языки, на которых я не разговариваю. Но любой язык могу выучить за пару недель. – Я не покривила душой, к иностранным языкам у меня имеется природный талант, что не раз выручало в моей работе. Администратор посмотрела на меня едва ли не с восхищением.

– Надо же, я вам по-доброму завидую! – воскликнула она. – Наши сотрудницы знают в лучшем случае два языка, а у вас блестящие перспективы!

– Да, Жанна мне говорила, что у меня хорошие шансы устроиться к вам на работу, – широко улыбнулась я. – Она обещала, что я буду стажироваться у нее. Сколько дней у вас длится стажировка?

– От одного до трех дней, – произнесла блондинка. – Вам, думаю, хватит и одного дня. Я сейчас узнаю, кто из девочек свободен, и сообщу вам…

– Но меня должна стажировать Жанна Ивлиева! – воскликнула я. – Вы ведь можете ее позвать? У нее какой график работы?

– Минуту, сейчас посмотрю… – Снова раздалось щелканье мышкой. Администратор сосредоточенно что-то искала на компьютере, через несколько минут она подняла на меня глаза и переспросила:

– Ивлиева Жанна? Вы не ошиблись?

– Как я могу ошибиться, если Жанна – моя сестра? – резонно поинтересовалась я. – А в чем дело?

– Но вам не могли назначить Ивлиеву! – возразила блондинка. – Она уже год как не работает у нас! В базе данных сказано, что она уволилась в сентябре прошлого года…

– Не может этого быть! – воскликнула я. – Вы можете ей позвонить и уточнить этот вопрос? К сожалению, у меня временные проблемы со связью, утром телефон сломался. Я бы и сама позвонила сестре…

– Я могу, конечно, позвонить, но здесь не может быть ошибки, – несколько растерянно проговорила моя собеседница. – У нас указан номер мобильного Жанны, если вам это так нужно, можно попробовать с ней связаться…

– Пожалуйста, если вас это не затруднит, – попросила я. – Так не вовремя полетел мобильник…

Блондинка взяла со стола мобильный (судя по всему, рабочий), потом набрала номер Ивлиевой и поднесла трубку к уху. Но несколько секунд спустя отключила звонок и проговорила:

– Скорее всего, ваша сестра сменила номер. Вы не помните его наизусть? Или можете дать мне свой телефон, я попробую найти в памяти мобильный Ивлиевой…

– Да говорю вам, совсем телефон накрылся! – раздраженно повторила я. – Наизусть я не помню, как-нибудь можно еще связаться с Жанной?

– Вы можете поговорить с ней, когда вернетесь домой, и решить этот вопрос, – заметила девушка. – Я могу вам подобрать другую наставницу, у нас работают профессионалы. Вам удобно сегодня приступить к стажировке?

– Сегодня у меня другие планы, – проговорила я. – Ладно, раз Жанна у вас не работает, я побеседую с ней. Кстати, почему она уволилась?

– Я не могу ответить на ваш вопрос, вам лучше поговорить с сестрой, – произнесла администратор. – На какой день вам назначить стажировку?

– На любой, только не на сегодня. – Я поняла, что в «Авроре» мне делать нечего, поэтому постаралась как можно скорее закончить разговор. Проходить обучение в фирме мне совершенно не хотелось, сейчас я собиралась сразу же ехать на дачу Ивлиевых.

– Если я запишу вас на завтра, в двенадцать часов дня, вам будет удобно? – с улыбкой поинтересовалась администратор.

– Записывайте. – Я пыталась не выказывать своего разочарования.

– Продиктуйте номер вашего мобильного, – попросила девушка. Я еще раз напомнила ей о поломке своего телефона, и мы договорились, что я позвоню в фирму, как только решу свою проблему со связью. Обменявшись взаимными любезностями, мы попрощались, и я вышла из офиса. Вторая администратор за время нашей беседы так и не произнесла ни слова, продолжая безмолвно щелкать мышкой да печатать что-то на клавиатуре…

До поселка Екатериновка я доехала примерно за час. Если бы не пробка на выезде из города и ремонтные работы на дороге, я потратила бы меньше времени на поездку. Как и говорила Елена Аркадьевна, в нескольких километрах от Екатериновки находился поселок Старая Ивановка – полуразрушенный и опустевший, раньше это была деревня, но сейчас вместо нее лишь уныло таращились на дорогу старые развалины домов. А вот в Екатериновке располагались дачи – жители Тарасова покупали землю, ремонтировали деревенские дома и занимались садоводством и огородничеством в летнее время. Всего в поселке насчитывалось двадцать домов, но сейчас все дачи пустовали. Я припарковала свою машину возле главной «улицы» поселка и решила пройтись по дороге, быть может, мне посчастливится найти хотя бы кого-то из дачников, живущего в Екатериновке круглый год. У него и узнаю, где находится дача Ивлиевых и приезжала ли Жанна в поселок в последнее время.

Деревня выглядела серо, уныло и безлюдно. Дул пронизывающий, холодный осенний ветер, практически голые деревья рассекали своими черными ветвями небо, под ногами хлюпала грязь да шелестели опавшие листья. Я подошла к первому дому с красной крышей и зеленым железным забором, позвала хозяев. Однако увидев, что ставни заколочены гвоздями, поняла, что обитатели дачи давно уже закрыли сезон, поэтому двинулась дальше по дороге.

Неудача постигла меня и у второго, и у третьего дома – все они пустовали, калитки были закрыты, ни одной машины во дворах не стояло. Видимо, я зря приехала сюда – ведь мне неизвестно, какой из домов принадлежит Елене Аркадьевне, спросить не у кого, а обыскивать каждую дачу слишком долго. Хотя если деревня пустует, мне нужно будет заняться осмотром домов. Боюсь, тогда мне придется задержаться в Екатериновке до позднего вечера…

Большую часть поселка я уже обошла – осталось три дома на второй «улице», которые находились в некотором отдалении от остальных. Следует сказать, что дачные домики в Екатериновке сильно отличались друг от друга: какие-то напоминали элитные коттеджи с высокими заборами, какие-то – скромные деревенские избушки с веселыми ставнями. Были и заброшенные дома с покосившимися завалинками и сломанными заборами, никому не нужные, доживающие свой век. На окраине второй «улицы» я увидела как раз два таких дома, находившихся рядом друг с другом. Дачи-соседи как будто договорились между собой развалиться одновременно. Когда-то один из домиков был ярко-синим (теперь об этом напоминала лишь облупленная краска на стенах), с железной крышей. Другой дом – с бордовой крышей и узорчатыми ставнями. Интересно, почему хозяева забросили свои дачи? Может быть, один из домиков принадлежит Ивлиевым, которые не ездят в Екатериновку?

Я подошла ближе к домам-близнецам, как назвала их про себя. Искать хозяев тут бессмысленно, разве что в последнем доме, быть может, мне повезет. Третья дача находилась дальше от дороги, рядом с ней росла высокая береза, которая скинула всю свою листву, и теперь лишь белый ствол одиноко торчал посреди серого неба.

Я обошла развалины домов и приблизилась к последнему дому. Вдруг мне показалось, что я слышу какие-то звуки – вроде как удары топора или что-то вроде этого. Не веря своему счастью, я подбежала к железному забору с витой калиткой. Так и есть, я не ошиблась – во дворе кто-то колол дрова, а рядом с домом сквозь калитку я увидела белую машину.

– Хозяева! – громко позвала я. Удары топора стихли, вскоре к калитке подошел мужчина лет шестидесяти, одетый в куртку защитного цвета, серые джинсы и кепку. Лицо его было гладко выбрито, волосы коротко стрижены, телосложение – худощавое, но при этом мужчина был физически силен.

– Вы к нам? – немного удивленно спросил незнакомец. Я улыбнулась и проговорила:

– Здравствуйте, мне повезло, что я хоть кого-то здесь встретила! Мне очень нужна ваша помощь!

– Машина застряла? – предположил мужчина. Я покачала головой.

– Нет, с машиной у меня, к счастью, все в порядке. Я ищу свою знакомую, Ивлиеву Жанну, дочь Ивлиевой Елены Аркадьевны. Вы, может, знаете их?

– Ивлиевы? – переспросил мой собеседник. – Да, конечно, их дача как раз поблизости, – он кивнул в сторону развалины с бордовой крышей. – Только вы зря их здесь ищете, они уж давно в Екатериновку не ездят. Боюсь напутать, точно не скажу, но лет пять мы с женой их точно не видели!

– Надо же… – растерянно протянула я. – Вроде как у них здесь летний домик, мне говорили, что Елена Аркадьевна все время работой занята, а вот ее дочь любит на даче отдыхать!

– Нет, вы явно что-то напутали, – покачал головой мужчина. – Мы с женой здесь с ранней весны до поздней осени живем, почти в город не уезжаем. Я и она на пенсии, а в Тарасове летом делать все равно нечего. Вам бы лучше с Ольгой, моей супругой, поговорить, но она сейчас плохо себя чувствует, давление. Лежит в доме, у нее такое частенько случается… Вот она бы вам все про всех рассказала – очень она у меня общительная!

– Но все-таки, почему Жанна и Елена Аркадьевна забросили дом? – поинтересовалась я.

– Ну, они вроде и не забросили, все собирались приехать… Да что вы за воротами-то стоите? Сейчас я калитку открою, проходите…

Мужчина открыл замок, пропуская меня во двор, потом проговорил:

– Идемте на веранду, вы, наверно, замерзли. Погода не радует, впрочем, здесь всегда ветра сильные. Ну а что сделаешь, осень…

Он проводил меня к дому, на веранду – застекленную беседку, где находился стол, стулья и телевизор с плазменным экраном. На столе стоял заварочный чайник, рядом с ним – блюдо с конфетами и печеньями. На стенах, видимо недавно покрашенных, висели картины – пейзаж с речкой и натюрморт с фруктами.

– Присаживайтесь! – радушно предложил хозяин. – Чай будете?

– Не откажусь, – с улыбкой произнесла я, оглядываясь по сторонам. – У вас здесь красиво!

– Конечно, не коттедж, но веранду мы с женой сами, считай, с нуля сделали! – похвастал мужчина. – Я столярничаю немного, а Оля красоту наводит. Кстати, картины она сама нарисовала!

В его словах я услышала нескрываемую гордость за свою супругу. Да и сам хозяин дома показался мне человеком добрым, искренним и радушным. По нему было видно, что он работящий, привык обходиться малым и полностью доволен своей жизнью.