Убить во имя Cатаны!

- Ты готов?

Он покачал головой.

- На самом деле, нет.

Она нахмурилась.

- Я не понимаю, в чем твоя проблема. Прошлой ночью на мессе мне показалось, что ты был так же привержен всему этому, как и я. Теперь ты сомневаешься? Что случилось?

Мика пожал плечами.

- Прошлая ночь была просто странной, хорошо? Я не был самим собой. На самом деле, нет. Это было похоже на то, что я находился под действием препаратов для контроля разума или чего-то в этом роде, как будто какая-то внешняя сила крутилась в моей голове и заставляла меня чувствовать то, чего я обычно не чувствовал бы.

- А как насчет того что произошло сегодня?

Мика снова пожал плечами.

- Действие наркотиков прошло, и я снова чувствую себя настоящим собой. А настоящий я - обычный парень, которого не особо интересуют случайные убийствa группы людей.

- Похер, - сказала Синди, глядя на него с отвращением. - Ты все равно это сделаешь, или между нами все кончено, - oна подняла мачете и приставила кончик лезвия к его горлу. – Навсегда. Ты меня понял?

Мика думал, что понял смысл ее слов. Она угрожала его жизни, не говоря об этом открыто. Учитывая, насколько сильно она утверждала, что любит его, это было самым ясным и убедительным доказательством глубины ее преданности Cатане.

Он сглотнул и сумел нервно кивнуть.

- Да уж. Я тебя понял.

Она фыркнула.

- Хорошо. А теперь пошли.

Она отвернулась от него и быстро зашагала в сторону церкви. Он оставался на месте еще мгновение, наблюдая за сексуальным покачиванием ее бедер. На ней все еще была майка "Cradle of Filth", но она сменила хлопковые шорты на черные виниловые шорты. На обратной стороне шорт было написано большими серебряными буквами слово "САТАНА". Что бы еще вы ни говорили о ней, она совсем не скрывала свою люциферическую привязанность. И, несмотря на все зверства, которые она вытворяла, она по-прежнему его сильно привлекала.

Синди остановилась и посмотрела на него через плечо.

- Черт возьми, Мика. Тащи сюда свою задницу.

Мика оказался на грани дилеммы. Он мог бы сбежать и попытаться выбраться из города, но это было бы сопряжено с риском быть выслеженным и убитым Синди или одним из других сатанистов. И одно он знал точно из двух полуночных месс, которые посещал, - в этом маленьком городке было много сатанистов. Действительно, шокирующе много. Побег казался маловероятным, по всем причинам, которые удерживали его от попытки сделать это до этого момента, а также по некоторым новым.

Был только один реальный вариант.

Принять его судьбу как слуги Дьявола и принять ужасные поступки, о которых повелел Темный Лорд. По крайней мере, это сделает его девушку счастливой.

Нахуй всё!

Он догнал Синди, и они вместе вошли в церковь.

8.

Девочки уже работали над некоторыми из своих упражнений, когда Фелисити Харпер припарковала свою "Тойоту Хайлендер" за пределами тренировочного поля на тренировочной базе, примыкающей к школе "Littleburg High". Она сидела в своем внедорожнике и несколько минут наблюдала за ними, пока курила сигарету и слушала последние новости на местной радиостанции. Диктор настойчиво рассказывал о "волне насилия", обрушившейся на Литтлбург, и на радиостанцию ​​поступали многочисленные сообщения о, казалось бы, не связанных между собой убийствах и жестоких нападениях, происходящих по всему городу.

Литтлбург был маленьким городком, и это отражалось в названии. Проходили целые годы без сообщений об убийствах. На данный момент с более чем дюжиной подтвержденных жертв - и сообщениями о новых преступлениях каждые несколько минут - нетрудно было сделать вывод, что то, что происходило сегодня, не было какой-то странной, аномальной вспышкой. Пока что жертвы не были связаны каким-либо очевидным образом, но некоторый уровень координации между преступниками представлялся вероятным.

Радиостанция включила отрывок из короткого заявления шерифа Рона Карпентера:

- Если в этом есть какая-то закономерность, будь я проклят, если узнаю, что это такое, но мы прилагаем все усилия, чтобы обеспечивать безопасность наших граждан. А пока мой лучший совет - оставаться дома и никому не открывать двери.

Фелисити Харпер выключила радио и выбросила недокуренную сигарету в окно. Она схватила свой рюкзак и вышла из "Хайлендера", оставив ключ в замке зажигания при работающем двигателе. Тренировочное поле было ограждено сеткой. Она открыла ворота и вышла на поле. Ворота за ней оставались открытыми.

Чирлидерши собрались посреди поля, примерно в двадцати пяти ярдах от того места, где она вошла через ворота. В данный момент они репетировали одну из более сложных программ, причем некоторые девушки стояли на плечах других девушек под ними. Они выполняли упражнение с замечательным мастерством и точностью, без малейшего намека на неровности. Ей захотелось похлопать, когда она увидела, как плавно девушки заcкочили наверх. В этом году команда была такой же хорошей или даже лучше, чем та, что была у нее за одиннадцать лет работы тренером по чирлидингу в школе Литтлбург. Это была дань уважения их атлетизму и преданности делу, но также и продукт ее лидерских качеств. У нее был настоящий дар руководить девочками и получать от них максимум удовольствия.

Фелисити очень гордилась этим свидетельством своего таланта, еще одно свидетельство которого было продемонстрировано здесь сегодня. За все годы работы тренером по чирлидингу она ни разу не опоздала на тренировку. Она всегда была здесь задолго до начала тренировки, готовая поприветствовать и начать с первых девушек, которые появляются. Сегодня все изменилось. Она опоздала более чем на тридцать минут. Ей это не понравилось, но это было неизбежно. Несмотря на это, девушки продемонстрировали стремление к величию, начав тренироваться без нее. Другая команда, более ленивая, возглавляемая менее требовательным тренером, могла бы провести это время непродуктивно, возможно, уставившись в свои телефоны или бездельничая и сплетничая со своими товарищами по команде. Но только не эти девушки.

Эдриенн О'Бэннон была в этом году главным чирлидером и претендентом на звание Королевы. Соответственно, она взяла на себя ответственность вести команду через их распорядки в отсутствие тренера. В команде не было некрасивых или даже невзрачных девушек. Быть красивой - неписаное, но понятное требование. Тем не менее, Эдриенн была на уровне намного выше остальных. Она была самой привлекательной молодой леди, которую когда-либо тренировала Фелисити.

Если бы судьба пошла по другому пути, многие из этих девушек преуспели бы в жизни после окончания учебы. Кто-то, возможно, перебрался на более зеленые пастбища вдали от тесноты консервативного Литтлбурга, добившись успеха в корпоративном мире или в качестве технологических новаторов. Они были такими умными. Другие остались бы, чтобы создать семьи и взять на себя другие традиционные роли в обществе, став лидерами местного бизнеса и политиками. Некоторые из них неизбежно спустились по социальной лестнице, возможно, закончив работу стриптизершами в "Sin Den", недалеко от городской черты. Фелисити давно назвала лесбийскую пару из команды - Вики Хупер и Лейлу Дозьер - главными кандидатами на эту бесславную судьбу.

Эдриенн была совсем другим человеком. Она была особенным, редким, блестящим цветком. Она могла делать все, что хотела. Например, стать ведущим ученым-исследователем, разрабатывающим лекарства от смертельных болезней. Или поехать в Париж или Нью-Йорк и стать моделью высокой моды. У нее были все данные, чтобы стать иконой в последней области, но она также обладала острым интеллектом, необходимым для первого. К несчастью для нее, она была девственницей.

Фелисити почувствовала легкую меланхолию, увидев, что кожа девушки наполнена этим искрящимся мерцанием. До сегодняшнего дня ее девственный статус не имел бы никакого значения ни для кого, кроме множества парней, постоянно пытающихся залезть к ней в штаны, но теперь это был смертный приговор. Это было очень плохо. Действительно, пустая трата времени. Но этот легкий приступ сожаления можно было легко отбросить. Это была мелочь по сравнению с любовью, которую она испытывала к Cатане.

Она была в нескольких ярдах от того места, где собрались члены отряда, когда Эдриенна встретила ее теплой и дружелюбной улыбкой.

- Здравствуйте, мисс Харпер! Надеюсь, вы не против, но сегодня мы взяли на себя задачу начать работу без вас. Мы решили, что это именно то, что вам нужно.

Фелисити улыбнулась и опустилась на колени на поле перед Эдриенн, все еще тщательно выдерживая дистанцию ​​в несколько ярдов. Она начала расстегивать рюкзак.

- Ты правильно предполагаешь, Эдриенн. Очень похвально.

Она покопалась в рюкзаке, прежде чем достать два пистолета "Глок", по одному в каждую руку. Когда девушки увидели оружие, они вскрикнули от удивления. Тут же вскрики сменились воплями ужаса и замешательства, когда она встала и нацелила один из пистолетов на Эдриенн и выстрелила ей в центр лба. На тренировочном поле раздались крики, а кровь из выходной раны на затылке Эдриенн забрызгала форму стоявших прямо за ней чирлидерш.

В тот первый момент большинство девушек стояли в шоке. Оцепенение было нарушено Лейлой Дозьер, которая первой из них побежала. Она стояла в тылу отряда со своей девушкой, когда этот первый выстрел нарушил полуденное спокойствие. Она побежала в противоположном направлении через несколько секунд после того, как труп Эдриенн упал на землю.

Фелисити начала быстро стрелять из обоих пистолетов, размахивая ими и беспощадно поражая свои цели. Она годами практиковалась в стрельбе на стрельбище. Это было хобби, она делала это для развлечения. Не более того. Она даже не думала об этом с точки зрения практики самозащиты. Она, конечно, никогда не ожидала, что сможет использовать свое умение стрелять по живым мишеням, но была счастлива использовать его сейчас на службе у Cатаны.

За исключением Лейлы, ни одна из девушек не ушла очень далеко после попытки бежать. Она застрелила их всех, даже тех, кто не была девственницей, а их было большинство. Фелисити насчитала пять человек с мерцающей кожей, и все они были мертвы. Пять чистых душ успешно собраны во славу Cатаны. Всего за день у нее получилось семь. Она надеялась собрать еще много до полуночи.

Лэйла бежала к противоположному концу поля. Там были еще одни ворота. Если бы еще несколько секунд усердного бега, она могла бы добраться до ворот, а затем убежать в безопасное место. Для Фелисити не стало сюрпризом, что плоть девушки не сияла чистотой. Она задумалась об этом, целясь в спину Лейле.

Что, с точки зрения Дьявола, представляет собой потеря девственности? Требовалось ли проникновение полового члена во влагалище или однополые половые связи также устраняли мерцание? Она уже знала, что мерцание становится заметным только на коже людей, достигших стадии половой зрелости, что избавляет от необходимости убивать маленьких детей. Хотя она была преданным сатанистом, она была за это благодарна.  По крайней мере, это могло бы стать интересной темой для обсуждения на следующей полуночной мессе.

С пистолетом на таком расстоянии точность могла быть сложной задачей, но если и был кто-то, кто мог завалить маленькую лесбиянку отсюда, то это была Фелисити. Она подождала еще секунду, а затем, когда Лейла собиралась открыть ворота, она нажала на спусковой крючок.

Пистолет щелкнул пустым затвором.

Фелисити нахмурилась.

Дерьмо.

Она попыталась направить другой пистолет на убегающего подростка, но к тому времени Лейла уже открыла ворота и убежала через них.

Было слишком поздно.

Она схватила свой рюкзак и снова положила в него пистолеты. Застегнув его, она неторопливым шагом вернулась на стоянку. Хотя ей и хотелось прикончить последнего члена своего университетского отряда, это было не так уж важно. Убивать девушек, которые не были девственницами, было необязательно, но она полагала, что Cатана будет признателен за ее убийство любой невинной жизни. Девственные души могли бы принести ей больше адской славы или чего-то еще, но в остальных должна была быть хоть какая-то ценность. Если нет, что с того? У нее еще было много боеприпасов и еще много часов до полуночи.

Она также не беспокоилась о том, чтобы позволить свидетелю своего преступления скрыться. Несомненно, были и другие свидетели, прячущиеся за трибунами или внутри здания силовых тренировок. Не имело значения, видел ли кто-нибудь, как она стреляла в чирлидерш, потому что культ прочно укоренился на самых высоких уровнях власти в Литтлбурге. Любым потенциальным свидетелям, которые попытаются выступить после сегодняшнего, быстро заткнут глотки. Все это будет сметено под ковер, и жизнь здесь вернется к чему-то, напоминающему норму.

Как будто ничего этого и не произошло.

9.

Заседание МЛВЛ в эту среду прошло еще хуже, чем обычно. Сет не мог подумать, что такое возможно, но это было правдой. Встречи по средам всегда были такими утомительными и скучными. Иногда по воскресеньям в этом подвале толпилось до пятидесяти детей. В такие дни он мог сливаться с фоном и не слишком усердно притворяться, что хочет быть здесь. Он мог уйти в свой разум, и отключиться от религиозной чуши о промывании мозгов. Время в те дни летело быстро, что тоже было приятно.

Встречи в среду были более редкими. Обычно приходило всего около двадцати детей, а это означало, что он не всегда мог отойти на второй план и иногда был вынужден участвовать в групповых обсуждениях. Он много краснел и заикался, когда ему приходилось выступать перед другими участниками МЛВЛ, некоторые из которых на самом деле были хорошими маленькими христианскими детьми. Некоторые из его трудностей можно отнести к естественному отвращению к публичным выступлениям. Каким бы ни было будущее, он знал наверняка, что ему не придется работать лектором или политиком. Он не жаждал какого-либо внимания. Еще одним фактором, возможно, даже более важным, было то, что общение в группе требовало от него откровенной лжи о том, как много он работал, чтобы не поддаться греховным искушениям. Сет был за то, чтобы поддаться искушению. Он был сторонником греха в целом. По крайней мере, он любил веселье. Если бы ему представилась половина шанса, он поддался бы искушению за малейшую измеримую долю секунды.

Ложь далась нелегко, потому что, если он не мог заставить себя поверить в ту чушь, которая вылетает из его рта, как он мог убедить кого-то еще? По крайней мере, обычно от него требовалось говорить всего пару минут за раз. Минуты, которые казались часами. Однако сегодняшнее собрание было хуже, чем обычно, потому что посещаемость была рекордно низкой. Включая его самого, на встрече присутствовало всего девять детей. Это означало, что ему придется говорить больше.

Он был сильно обеспокоен этим, поскольку приближалось официальное время начала встречи, а никто больше не появлялся. Он хотел бы просто уйти, но его отец узнает это, и тогда ничего хорошего ждать не придется. Нет, он застрял здесь, как всегда, нравится ему это или нет.

Несколько членов группы подняли несколько складных стульев, уложенных в глубине подвала, и расставили их свободным кругом в центре комнаты. Круг был заметно меньше обычного. Сет будет гораздо ближе к детям на противоположной стороне круга, когда придет его время говорить. От одной мысли о такой близости с этими лицами его подмышки стали влажными.

Однако происходило что-то странное, была очень странная атмосфера в комнате, которую он не мог понять. Большинство других членов группы были зациклены на своих телефонах, которые в этот момент обычно выключались и убирались. Некоторые из них что-то бормотали и отчаянно переписывались. Кейтлин Уинтроп сама загнала себя в угол. Он видел, как она ругается. Он прочитал по губам несколько серьезных ругательств, подобные которым он никогда не слышал от нее. Это заставило его скучать по конфискованному телефону больше, чем когда-либо.

Он пытался набраться смелости, чтобы спросить кого-нибудь - возможно, даже Кейтлин - о том, что происходит, когда дверь в подвал в дальнем углу комнаты распахнулась и вбежали два человека в черном. Оба выглядели так, как будто они жили в начале двадцатых годов. Парень был высоким и долговязым, с вьющимися черными волосами до плеч. Его спутница была в крошечных шортах и майке "Cradle of Filth". Она была великолепна, и что-то в ее лице было смутно знакомым. Однако, судя по выражению убийственной ярости на ее лице, он полагал, что с большой вероятностью она сошла с ума. Или притворяется.

Она подняла мачете над плечом и крикнула участникам МЛВЛ:

- Время умирать во имя Cатаны, девственные суки!

Сет нахмурился.

Эээ... это довольно странно. Что, черт возьми, происходит?

Его первая мысль заключалась в том, что эти двое разыгрывали какую-то извращенную хеллоуинскую шутку. Это было слишком очевидно. Попасть на собрание молодежной группы воздержания и размахивать мачете, казалось именно тем, что люди, сильно увлеченные блэк-металом - его предположение, основанное на майке "Cradle of Filth" и их общем виде - нашли бы веселым. Они, вероятно, поиграют с некоторыми членами группы своими резиновыми мачете, напугав их до смерти, прежде чем снова выбежать. Он должен был признать, что это было забавно. Даже в уголках его рта появилась легкая улыбка. Однако, как ни странно, никто в группе не выглядел даже слегка веселым. Некоторые даже выглядели... напуганными?

Сет нахмурился еще больше.

Ага.

Стив Комбс неуверенно подошел к девушке, вытянув руки в умиротворяющем жесте. Комбс был членом футбольной команды "Littleburg High". Он был высоким и крепким полузащитником. Трудно было представить, чтобы такой парень, как Комбс, боялся хрупкой девушки с резиновым мачете в руках, но его неуверенное поведение наводило на мысль о некотором серьезном беспокойстве.

- Послушайте, мы не хотим здесь никаких проблем, - сказал он ей, держа руки вытянутыми.

Сет считал это жестом защиты.

- Вам нужно убираться отсюда, пока я не взял мачете и...

Девушка закричала и опустила мачете на парня, лезвие с поразительной легкостью рассекло плоть и кости Комбса; и отрeзало его руку от запястья. Кровь хлынула из культи запястья и залила рубашку девушки. Подвал наполнился криками. Комбс закричал и схватился здоровой рукой за запястье, из которого продолжала хлестать кровь. Девушка снова взмахнула мачете, и на этот раз он глубоко вонзился Стиву в шею. Когда она выдернула лезвие из его плоти, из разорванной артерии хлынуло еще больше крови. Его голова откинулась набок, а через мгновение он упал, и широкая лужа крови растеклась вокруг его головы на полу.

Еще один из парней в группе вызывающе вскрикнул и бросился прямиком на девушку в майке с надписью "Cradle of Filth". Он поднял один из складных стульев и, очевидно, хотел кинуть его в нее. Однако, прежде чем он смог это сделать, спутник сумасшедшей девушки выступил вперед и взмахнул своим мачете. Он расколол лицо потенциального защитника группы прямо посередине. Высокий парень вырвал мачете и во второй раз взмахнул им. На этот раз лезвие пронзило шею члена группы, оторвав его голову с плеч так же легко, как стебель кукурузы. Гейзер крови хлынул из обрубка шеи, когда отрубленная голова упала на пол и покатилась.

Последовали новые крики. Сет понял, что он тоже кричит. Всякое представление о том, что это жестокое нападение было забавной шуткой на Хэллоуин, пропало. Все закончилось в тот момент, когда мачете девушки отрeзало руку Стива. Если не считать случайных побоев со стороны его дерьмового отца, он никогда не видел такого страшного насилия в реальной жизни. Реальная опасность - потенциально смертельная опасность - была прямо перед ним.

Мир вращался. У него закружилась голова, как будто он мог упасть в любую секунду, что, вероятно, было бы смертным приговором. Он не знал, что делать. Единственным выходом из подвала была дверь, через которую только что ворвались маньяки с мачете. И они по-прежнему эффективно преграждали путь. Любой шанс на спасение потребовал бы от него собраться с духом, чтобы пробежать мимо них. Он не был уверен, что сумеет это сделать, даже если бездействие грозит ему гибелью. Его страх был всепоглощающим.

Так что ты собираешься делать, а? - спросил он себя. - Просто ляжешь и погибнешь?

Так оно и оказалось. Он посмотрел налево и увидел Кейтлин. Как и он, она стояла, прижавшись спиной к стене. Она была всего в нескольких футах от него. Ему хотелось протянуть руку и сжать ее, чтобы успокоить. Но даже сейчас, столкнувшись лицом к лицу с почти неминуемой смертью от рук этих психов, она, вероятно, отдернула бы руку, избегая физического контакта с жалким выродком.

Обладатели мачете вошли в глубь комнаты. По указанию девушки они рассредоточились, чтобы уменьшить вероятность того, что кто-то из членов группы обежит их и доберется до двери. Одна из участниц группы споткнулась о собственные ноги при попытке отступить, и упала на пол спиной. Она пыталась отползти назад, когда нападавшие приближались, но лишь скользила в большой луже крови. Нападавшая девушка догнала ее и остановилась над ней на мгновение, прежде чем воткнуть лезвие мачете глубоко ей в живот. Это вызвало еще больший крик, смешанный с рыданиями выживших членов группы, которые тоже скоро умрут.

Затем сумасшедшая девушка заметила Кейтлин, съежившуюся в углу, и сделала то, что Сет нашел странным даже в этом, и без того странном и крайне испорченном, контексте. Она улыбнулась. Затем она начала смеяться. Кейтлин покачала головой и начала бормотать слово "нет" снова и снова.

Улыбка сумасшедшей девушки померкла и сменилась насмешливым выражением взрывной ярости. Секунду спустя она подняла мачете и бросилась прямо на Кейтлин. Сет, словно парализованный, наблюдал, как она бросается вперед. Затем он в панике огляделся и заметил закрытую дверь кладовой в дюжине футов справа от него.

Лучше бы ты была не заперта, сучка.

Он схватил Кейтлин за руку и изо всех сил потащил в том направлении.

10.

Третьим фильмом дневного марафона ужасов 39-го канала был "Адский мотель". С добавлением рекламы и удалением нескольких небольших фрагментов потенциально оскорбительного контента. Время показа на телевидении составило два часа, как и у всех других фильмов марафона. Независимо от первоначальной продолжительности театральных версий, будь то восемьдесят минут или два с половиной часа, все они были либо сокращены, либо расширены за счет комбинации дополнительных рекламных роликов и более длинных хост-сегментов, чтобы уместиться в двухчасовом интервале.

Следующим фильмом в расписании марафона стал "Видеодром", один из самых любимых фильмов Уэсли Кэмпбелла. Было бы интересно посмотреть, насколько серьезно канал 39 уничтожил шедевр Дэвида Кроненберга начала 80-х. Он подозревал, что он будет едва узнаваемым, со стертыми всеми фантастическими трансгрессивными элементами. Возникает вопрос - зачем даже пытаться урезать такой фильм, как "Видеодром", до такой степени, чтобы он был приемлем для телезрителей, если тем самым вы лишили его истинной сущности?

Учитывая все обстоятельства, Уэсли считал фильм явно странным выбором для показа преимущественно основной аудитории, наблюдающей за марафоном. У большинства из них, в лучшем случае, был бы лишь случайный интерес к ужасам. Из тех людей, которые стали интересоваться жуткими фильмами - только тогда, когда календарь переместился на октябрь. Даже тогда казуальные игроки в основном хотели видеть ограниченный набор предложений стандартных жанров. Различные части франшиз "Хэллоуин" и "Пятница 13-е" или экранизации Стивена Кинга. Что-то в этом роде. Уэсли не был жанровым снобом. Он любил эти фильмы так же сильно, как и фильмы более смелые и экспериментальные. Это было чистое развлечение. В этом нет ничего плохого.

Примерно в середине "Адского мотеля" канал 39 перешел от фильма к ведущему сегменту графа Грэйвмора. Веселая органная музыка нарастала, когда граф фальшиво безумно хохотал. Камера приблизилась к покрытому косметикой лицу графа, когда он начал описывать свою неудачную попытку возделывать человеческий сад. Далее он объяснил, как это не сработало из-за "гниения" трансильванской земли. Многие сегменты графа были такими, черпая вдохновение из фильмов, которые он вел. Он вплетал множество банальных шуток и жутких каламбуров, большинство из которых были настолько плохими, что заставили бы Форри Акермана[6] съежиться. Актер, играющий графа, был самым веселым исполнителем, которого Уэсли когда-либо видел. Он поставил свои реплики таким образом, что показался ему дисконтным Винсентом Прайсом.

Уэсли подумал, что этот парень совершенно потрясающий. Он надеялся, что этот человек будет жить вечно и будет вести фильмы на 39-м канале до скончания веков. Конечно, это было маловероятно, но перспектива мира без графа и его дрянного шоу была ошеломляюще мрачной.

Когда сегмент закончился и началась реклама, Уэсли встал, чтобы пойти в ванную. Он выпил больше пяти бутылок пива, и походы в ванную комнату, чтобы опорожнить мочевой пузырь, становились все более частыми, и ситуация будет только ухудшаться, поскольку пивные бутылки продолжали накапливаться на кофейном столике. В любой другой день он не стал бы так рано пить алкоголь, но сегодня Хэллоуин, его любимый день в году. Для Уэсли это всегда был день празднования, даже если ему приходилось праздновать в основном в одиночку. Это был единственный день в году, когда остальная часть общества всем сердцем принимала жанр, который увлекал его большую часть жизни. Тот день, когда мир обрел смысл, и он не чувствовал себя плохо подходящим кусочком головоломки. Завтра случится эмоциональный крах, но сейчас он не думал об этом.

Выйдя из ванной, он пошел на кухню, чтобы взять еще пива из холодильника. Он как раз приоткрывал дверь, когда услышал грохот с заднего двора. Нахмурившись, он вошел в соседнюю столовую и через большое окно выглянул во двор. Он отдернул прозрачную занавеску и огляделся. Он нахмурился еще больше. Там никого не было, если только они не прятались в старом сарае, в глубине двора. Также там была небольшая деревянная терраса, на которую можно было попасть через дверь на кухне. Красный гриль для барбекю во дворе перевернулся набок. Он полагал, что это было причиной звука, который он слышал, но он не был уверен, что могло вызвать это. Решетка была прочной. Чтобы его опрокинуть, потребовалось бы нечто значительно более резкое, чем сильный ветер.

Он вернулся на кухню, чтобы посмотреть на дверь, которая выходила на террасу. Его пульс снова участился, когда он заметил положение некоторых шезлонгов, которые, казалось, были отодвинуты в сторону. Кто-то - или что-то - определенно был во дворе в течение последних нескольких минут. Переворачивание гриля - это одно. Если бы он достаточно сильно постарался, он мог бы придумать этому не зловещее объяснение. В контексте изменения положения шезлонгов это было невозможно.

Могло ли это сделать животное?

Он не был уверен.

Густые деревья стояли за огороженными задними двориками по эту сторону улицы. Там была довольно активная дикая природа. Однако, как он ни старался, он не мог представить себе, как какое-то большое животное выйдет из леса, перепрыгнет через решетчатый забор и выйдет на террасу. Это был дом его родителей. Он присматривал за ним, пока они были в отпуске в Коста-Рике. Когда он жил здесь ребенком, он ни разу не видел во дворе лесного существа значительного размера. Иногда он видел опоссумов и белок, но не более того.

Нет.

Ни одно животное этого не могло сделать. Не было смысла пытаться объяснить беспорядок во дворе. Это сделал человек. Вероятно, с каким-то недобрым намерением. Их соседи и друзья знали, что Боба и Памелы Кэмпбелл не было в городе долгое время. Какой-нибудь кусок говна преступного типа легко мог бы узнать об их отсутствии. То, что он слышал, вполне могло быть тем, что в дом пытался проникнуть потенциальный грабитель, который испугался и убежал, обнаружив внутри неожиданные звуки человеческой деятельности.

Уэсли вздрогнул при этой мысли, которая была более чем жуткой. Несмотря на то, что он был напуган, он был уверен, что ему не о чем беспокоиться. Злоумышленник ушел и, почти наверняка, не вернется теперь, когда он знал, что дом не был пуст. Он, вероятно, мог бы спокойно выбросить это из головы и вернуться к марафону ужасов. Тем не менее, он колебался, гадая, стоит ли ему звонить в полицию для подачи заявления. Он отверг эту идею, когда представил, как мачо-копы, отвечая на звонок, ухмыльнулись бы, когда он рассказал им о своих подозрениях и указал на небольшой беспорядок во дворе в качестве единственного доказательства. Ухмылка, которая говорила бы: Вот для чего вы нас сюда позвали? Вы что маленькая пугливая девочка?