Помоги проекту - поделись книгой:
– Ну отец ее выдрал, а она ему: «Ах, ты так!» и поклялась в лицо сбежать. Отец видит: дело не шутка, вот он ей вместо свадебного колечка эту цепь и сварганил!
– Боялся, что сбежит, умыкнет ее кто-то.
– Поможет обиженной!
– Мало ли что!
– Нахальной свадьбе почета нет!
– Она даже по грибы в цепях ходит!
– Привыкла поди.
– Пойдем отсюда, – шепнул Драго коротышке. – Гибло у них! Не должен цыган ковать цепи для своих! Бог ему отомстит. Все у них не так, и у нас не так будет!
С Ворончаками они быстро попрощались, а вот с цыганочкой, закованной в кандалы, расстаться оказалось посложнее. В ночь, когда Драго едва не поймал Неухватную Икону, она явилась к нему во сне. «Что бы это значило?» – прикидывал цыган, сидя на берегу и подавляя невеселые мысли. Коротышка, закатав панталоны, бродил по теплой воде, которая была черным-черна от кишащих головастиков. Их щупленькие тельца приятно щекотали Какаранджесу лапки.
– Чего такой мутный? – спросил коротышка, подсаживаясь к Драго.
– Не мутясь и море не становится.
– Может, сеть на нее поставить?
– Если б так легко было…
– Что же нам делать?
– Отстань, заноза, – цыган поднялся и отряхнул штаны.
– Ты куда?
– За кудыкины горы воровать помидоры.
С этими словами Драго скрылся в лесу. Какаранджес стащил через голову рубаху, скинул штанишки и, оставшись голышом, вновь зашел в воду. Головастики окружили его лапки, как каша. Он не видел под ними своих ступней!
День был теплый, прелестный. Стоя по колено, коротышка набрал в ладони воды и, счастливо ежась, обтер себе плечи и грудь. Он никогда не бросался в речку с разбега.
Из-за облачка выглянуло солнце. Какаранджес подставил ему мордашку и мечтательно зажмурился. Ветер отдувал слепней. Ели в зеленых шишках торжественно качались.
Вдруг в камышах кто-то прыснул от смеха. Довольная улыбка мигом покинула лицо коротышки. В панике он завертел головой и, вприпрыжку выскочив на берег, напялил панталоны. Из осоки послышались плеск и бульк, а потом прямо возле пляжа из воды вынырнула мокрая женская голова. Какаранджес смотрел на нее подозрительно. Девушка ему улыбалась, но он блондинкам не доверял.
– Ты… ты чего? – закричал коротышка, пытаясь замаскировать гневом свое смущенье.
Девушка засмеялась.
– Ты чего меня в краску вгоняешь? Это пляж мужской!
– Вот я и приплыла – посмотреть, какой он мужской.
– Проваливай! Камнем звездану.
– Не злись, коротышка.
– Я Какаранджес!
– Как-как?
– Неважно. Фукай отсюда. Мать твою копытом!
– А ты с кем сейчас разговаривал?
– С тобой, бестолочь. С кем же еще?
– Да тут как будто цыган сидел, и ты с ним беседовал.
– Это правда. Драго Христофоров, мой первый друг! – заважничал Какаранджес.
– А он кто такой? – блондинка спросила с самым невинным видом, но Какаранджеса было сложно провести:
– Понравился?
– Как знать, – уклончиво ответила новая знакомая и вылезла на берег, отжимая косу. Она была абсолютно голой. Какаранджес мало понимал в женщинах, но и он с первого взгляда заподозрил неладное: кожа у девушки отливала голубым, а между пальцев поблескивали полупрозрачные перепонки цвета слюды.
– Да ты русалка?! – воскликнул Какаранджес.
– Ну русалка. И что теперь?
– А у вас солитер бывает?
– Дурак! – скорее весело, чем обиженно произнесла русалка. У нее было выразительное лицо – некрасивое, но тем не менее притягивающее взгляд. А уж пышности ее форм позавидовала бы любая красавица.
– Познакомишь меня с цыганом?
Какаранджес как будто ждал этого вопроса:
– А что мне за это будет?
Девушка задумалась, а потом показала на жемчужное ожерелье, украшающее ее длинную изящную шею.
– Черный жемчуг. Большая редкость, – сказала она, но коротышка успел без нее оценить драгоценность. – Одну жемчужину ты получишь за то, что нас познакомишь, вторую – если он меня поцелует, а все ожерелье…
Какаранджес все понял:
– Ясно. Но за знакомство – две жемчужины.
– Почему?
– Потому что мой Драго – за двух сойдет! Клянусь конями!
– Кто громче всех клянется, у того клятва жидкая!
– Не видать мне своих родных, если я тебе неправду сказал!
– Ладно. Не злись. Когда ты мне его приведешь?
– На закате. Когда вечернюю отзвонят. На это же место.
– Хорошо, – томно протянула русалка. – До встречи.
Она нырнула в воду. Какаранджес постоял на берегу, ожидая, где снова всплывет ее беленькая гладенькая головка, но русалка скрылась в озере надолго. Тогда коротышка, насвистывая, отправился в лес – на поиски Драго. В голове его созрел умный план.
Глава пятая
Какаранджес брел по опушке, время от времени выкрикивая: «Драго! Драго!» Товарищ не отзывался. «Куда его занесло? Драго!.. Драго!..» Опять ничего. «Далеко забрел», – подумал Какаранджес. Он уже чувствовал голод и мечтал настрелять на жареху грибов, но не мог найти даже сыроежку!
– Не лес, а пустышка! Чтоб ты в землю ушел! – Какаранджес бранился, словно лес его слышал. – Чтоб сгорел ты под корень!
В этот момент на глаза ему попался пенек, сплошь утыканный лиловыми грибами. Подобные грибы коротышка видел впервые. С виду они смахивали на черные грузди, только шляпки полосатые. Очень это были подозрительные шляпки, но голод не тетка. Какаранджес принялся драть их с корнем с такою скоростью, словно шел на рекорд. Он и не заметил, как сзади к нему бесшумно подкрался Драго. Цыган решил разыграть коротышку, ухватил за ворот и гаркнул:
– Стоять!!!
Какаранджес метнулся, затрепыхался, рассыпал все грибы и чего только не передумал, прежде чем убедился, что его схватил Драго, а не егерь.
– Ну и шуточки у тебя! – обиженно выдавил коротышка. С перепугу он напрочь забыл про русалку и жемчуг. – Не знаешь, что за грибы?
Драго повертел один из них в руках, понюхал, посмотрел изнанку у шляпки и на этом потерял интерес:
– Не знаю.
– А как думаешь – съедобные или нет?
– Еще бы не съедобные. Закусил – и ползи к погосту!
– Неправда, – запротестовал коротышка. – С чего ты взял, что они ядовитые?
– А вон ежик дохлый рядом лежит. Спроси у него.
– Тоже мне аргумент! – усомнился Какаранджес, пробуя ежика на дохлость корявой палкой.
– Что такое «аргумент»? – не понял Драго.
Коротышка открыл было рот, чтобы все объяснить своему непросвещенному компаньону, но тут же вспомнил о порученном деле.
– Слушай, – произнес он с загадочным видом, – забудь про грибы. Я знаю, как нам достать Неухватную Икону!
– Нечего с этим шутить.
– А я не шучу! Клянусь конями! Нам ее добудет русалка! Ты ее только попроси.
– Какая русалка?
– Из озера.
– Почему я, а не ты?
– Потому что ты ей нравишься, обалдуй. Она тебе и свиданье назначила.
– Ну гибель! А что мне придется с ней делать?
– Там решим. Главное – эту дуру умаслить, и икона у нас в котомке.
– Почему ты уверен, что она нам ее достанет?
– Это будет от тебя зависеть, – по-мужски определил Какаранджес. – То, что понимается, то не говорится.
Драго возмутился:
– Она же русалка! Это позор!
– А по-моему, это интересно.
– У нее розочку мыши съели![51]
– Ну и что?
– Как что?
– Мне чужой окурок не нужен!
– Послушай, – Какаранджес встал на пенек, чтобы быть с Драго вровень. – Тебе нужна Неухватная Икона или нет? Если бы дело зависело от меня, я бы не колебался!
– Черт с тобой! Когда у нас встреча?
– Сегодня. На закате. Я провожу.
Русалка готовилась к свиданью весь вечер. Примеряла свои лучшие серьги. Прическу проткнула кувшинкой.
«Ах, какая я красивая!» – говорила она, разглядывая себя в треугольном обломке большого зеркала. У нее и впрямь была отличная фигура – длинные стройные ножки, большая грудь и крутые бедра.
Вечерний звон достиг ее ушей, когда русалка, оседлав затонувшую лодку, оттирала песком перепонки на пальцах. С каждым ударом монастырского колокола сердце ее колотилось сильнее. Это была смелая и пылкая натура, более всего ценившая в людях нежность и красоту. Она всячески уговаривала себя не торопиться, чтобы хоть чуть-чуть опоздать на назначенную встречу, однако у нее ничего не вышло. Любовный водоворот уже начал ее крутить, и она была готова стать его жертвой – лишь бы с цыганом!
Драго, напротив, до последнего сомневался. Идея свиданья с русалкой ему не нравилась, но иного способа раздобыть Неухватную Икону он не видел.
Когда она вышла ему навстречу – прямо из озера, в пенных волнах, цыган нахмурился. У них в таборе девушкам считалось зазорным ходить с обнаженной грудью, а на русалке из одежды были только бусы и сережки.
– Здравствуйте, – сказала она с кокетливой робостью.
Поделиться книгой: