Помоги проекту - поделись книгой:
— Побег! — раздался крик в темноте.
Первым нашелся Граб. Он протолкнулся мимо Кейда, схватил веревку и швырнул вниз со стены, после чего спустился сам, ловко перебирая руками.
— Уходим! — крикнул Арен Кейду, высматривая, кто стрелял. В их сторону, на ходу обнажая меч, бежал привлеченный криком стражник.
Кейд замешкался, не желая оставлять Арена одного, но Арен еще настойчивее повторил: «Уходим!», и Кейд, обеими руками схватившись за одеяло, перелез через частокол.
Еще одна стрела прилетела сквозь пелену дождя, и Арен пригнулся. Острие угодило ему в плечо, пронзив несколько слоев одежды и чудом не задев кожу.
Раздался быстрый, резкий треск рвущейся ткани, послышался крик, а следом — стук упавшего на землю тела. У Арена душа ушла в пятки; метнувшись к краю частокола, он увидел беспомощно свисающий обрывок одеяла. Узлы были завязаны крепко, но дешевая ткань не выдержала веса Граба и Кейда.
— Прыгай, Арен! — позвал Кейд из темноты. — Я не ушибся! Прыгай!
Арен не видел земли, но помнил, что частокол высокий, и если с него упасть, можно что-нибудь сломать. И все же он прыгнул.
В ушах зашумел воздух. Потом ноги ударились о землю, и Арен рухнул на бок. От дождя почва превратилась в рыхлую грязь, которая смягчила удар, и падение оказалось не смертельным.
Граб уже несся во весь опор в сторону деревьев, видневшихся в отдалении у берега реки. Стрела просвистела в воздухе и с чавканьем вонзилась в раскисшую землю.
— Арен, бежим!
Настойчивый голос Кейда вытащил Арена из забытья. В голове у него шумело, но он был цел. Он был жив. И мог бежать.
Сначала спотыкаясь, потом все быстрее и увереннее беглецы скрылись за пеленой дождя, а в ушах у них отдавался звон колокола, бившего тревогу.
Молния расколола небо, осветив горы от горизонта до горизонта, и гром пророкотал среди вершин. Ветер свистел и завывал, швыряясь дождевыми брызгами; в вышине мчались тучи. Ливень превратился в яростную бурю.
— Я слегка переусердствовал, когда молился о непогоде, — пробормотал Кейд, окоченевшими пальцами цепляясь за скользкий камень и стараясь не думать о возможном падении. Чуть выше его Арен с мрачной сосредоточенностью нашаривал уступ, за который можно схватиться, а Граб уже добрался до верха: мерзавец ползал как паук. Кейд был сильнее Арена, но не такой проворный, поэтому двигался медленно и размеренно, тщательно нащупывая дорогу.
От лагеря их отделял сосновый лес, покрывавший склоны, — море колыхавшихся на ветру ветвей. Среди деревьев мелькали фонари преследователей. Среди багровой тьмы разносился лай костоголовых псов.
Добравшись до верха, все трое скорчились в зарослях папоротника у подножия шумевших сосен. Кейд подышал на руки и натянул перчатки. Как бы он ни продрог, взбираться по скале в перчатках было бы самоубийством.
— Ветер нам на руку: он собьет псов со следа, — заметил Арен, и Кейд воспрял духом: таких упрямцев, как его друг, еще поискать. Если он на что решился, его не остановишь. Они пережили тюрьму, переживут и погоню.
Возглавляемые Ареном, они двинулись дальше сквозь лесную чащу; на голову им капала вода. Наконец путь перерезала широкая тропа. Арен сделал остальным знак отойти, все трое спрятались за деревьями, и в это время мимо проскакали двое конных стражников. Едва они скрылись, Кейд высунулся и бросил взгляд вдоль тропы, ведущей к узкой расселине. Там, преграждая дорогу, ожидали еще четверо стражников.
— Нас опередили, — сказал Арен. По ту сторону тропы начинался лесистый склон, ведущий к голой вершине. — Идем дальше. Отыщем другую дорогу. Если придется, перелезем через гору.
Слева показались фонари и послышался лай. Беглецы рванули через тропу, и в этот миг их осветила вспышка молнии.
— О Девятеро, я думал, буря на нашей стороне! — посетовал Кейд. — Думаете, ловчие нас видели?
— Граб думает, что нет, — предположил скарл.
Ветер донес до них звуки рога.
— Арен думает, что да, — ответил Арен. — Вперед!
Они ринулись дальше сквозь чащу, ничего не видя в темноте, скорее чутьем, чем зрением отыскивая, куда поставить ногу. Сзади раздавались крики ловчих. Рог протрубил снова, и костоголовые псы алчно залаяли, почуяв добычу.
Вскоре беглецы услышали сквозь дождь журчание воды, и путь им пересекла узкая каменистая впадина, по дну которой бежал неширокий ручей. Арен спустился во впадину и собирался перейти на другую сторону, но Кейд нагнал его и схватил за руку.
— Поднимемся по течению, — предложил он. — Это поможет оторваться от собак.
— Здравая мысль, — согласился Арен, вошел в воду и двинулся вперед, шлепая ногами. Кейд и Граб пустились следом. Идти было тяжело, и Кейд не раз падал на четвереньки, но когда рог протрубил в следующий раз, его звук раздался уже далеко позади.
Ручей закончился у отвесного утеса. С вышины тонкой завесой низвергался водопад. Попасть наверх надежды не было, поэтому они направились вдоль подножия утеса.
Деревья внезапно закончились, и беглецы оказались на открытом каменистом пространстве. Вспыхнула молния, и они увидели голые края расселины, похожей на рваную рану в земле; по дну протекала река — та же самая, что в Саллерс-Блаффе. Дальше по течению виднелись огни лагеря. Они заплутали и вернулись на прежнее место.
Арен выругался, озираясь по сторонам, точно загнанный зверь. Слева вздымались утесы, не позволяющие пройти вдоль расселины. Оставалось или повернуть назад, в лес, или спускаться по склону расселины — обратно к Саллерс-Блаффу и лагерю.
— Куда теперь, Паршивец? — спросил Граб.
Арен не знал, что ответить. Он пытался что-нибудь придумать, и тут среди отдаленных деревьев показались люди: стражники с луками и мечами, ловчие с костоголовыми псами на поводках.
Все мужество Кейда и Арена мгновенно испарилось. Бежать некуда. Они в ловушке.
— Там внизу река. Возможно, мы останемся живы, если прыгнем, — пробормотал Кейд.
— Возможно, — со слабой улыбкой ответил Арен, но его слова прозвучали как прощание.
— Только не Граб! — вскричал скарл. — Граб еще не готов отправиться к Костяному богу!
Ловчие отпустили поводки, и на каменистую площадку выскочили костоголовые псы. Сверкнула молния, выхватив из темноты жуткое зрелище: скарл, весь в татуировках, с набухшими жилами на шее, с безумием во взгляде и воздетым над головой жалким клинком, а напротив — костоголовые псы с масками смерти на мордах и ощеренными пастями.
Дважды прозвенела тетива, и псы с разбега рухнули наземь. У одного стрела торчала из затылка, другому вонзилась между ребер.
Граб резко остановился, завидев движение среди деревьев за спиной у стражников. В темноте сверкнул меч, рассекший одного из лучников от ключицы до пояса. Снова прозвенели луки, и клинки врезались в плоть. Половина стражников упала замертво, не успев понять, что на них напали; остальным еще хватило времени, чтобы сосчитать до одного и примириться с Вышним, прежде чем отправиться следом за товарищами.
В считаные мгновения все закончилось. Граб в растерянности стоял под дождем, недоуменно уставившись на неподвижных костоголовых псов. Арен и Кейд дрожали у края расселины спиной к обрыву, ожидая, когда покажутся неожиданные избавители.
Из-за деревьев появились четверо. Двое держали луки: хорошо одетый статный юноша с тонкими усиками и строгая девушка с собранными в пучок рыжими волосами. Двое других были вооружены мечами; наружность и походка изобличали в них опытных воинов. У одного голова была выбрита, только посередине торчал вихор который свешивался на висок, как у китобоев из Криволомья. Его товарищ носил густую черную бороду и выглядел мрачнее грозовых туч, застилающих небо.
— Это он? — спросил криволомец, острием меча указывая на Арена.
Все четверо прошли мимо Граба, не удостоив его вниманием. Бородач сурово оглядел Арена.
— Он самый, — вымолвил он наконец, и в голосе прозвучало отвращение: — Вылитый отец.
Сверкнула молния, осветив широкий сморщенный рубец у него на шее.
— Арен из Шол-Пойнта, — сказал Полый Человек. — Я тебя искал.
ГЛАВА 19
Ветер завыл в расселине и ударил Арену в спину, растрепав мокрую одежду. От потрясения силы оставили юношу. Застыв на месте, он уставился в лицо Полому Человеку: детский кошмар претворился в жизнь.
— Прыгнуть собирался, да? — спросил криволомец по-оссиански и заглянул в расселину. — Не советую.
— Знаешь, кто я, мальчик? — спросил бородач. Голос у него был глухой и булькающий.
— Ты Полый Человек, — прошептал Арен.
Криволомец от неожиданности разразился смехом, а его товарищ еще больше помрачнел.
— Так называл меня твой отец? Что ж, имя не хуже любого другого, а у меня их немало. Но ты называй меня Гаррик. А это Киль.
Арен с опозданием вспомнил про меч на поясе и потянулся к нему, но в тот же миг у его горла сверкнул клинок Киля.
— И этого не советую, — сказал криволомец.
Тем временем лучник и лучница взяли Граба на прицел, и к нему приблизились еще двое: высокая черноволосая женщина со щитом и широким мечом и худой как жердь молодой мужчина, вооруженный тонким клинком. Чуть позади держался щуплый, ученого вида юноша в очках, прижимающий к груди мокрый мешок.
Здравый смысл в Арене возобладал над смятением. Незнакомцы явно превосходили их числом, и сопротивляться было безрассудно. Он медленно убрал ладонь с рукояти меча.
— Ты пришел убить меня? — спросил он, постаравшись придать голосу твердость.
— Будь у меня выбор, я бы так и сделал, — ответил Гаррик, с ненавистью взглянув на него. — Но нет.
Не успел Арен изумиться, как совсем близко в лесу затрубил рог.
— Гаррик… — окликнул предводителя явившийся последним коренастый пожилой воин с косматой темной бородой и двумя топорами — по одному в каждой руке.
— Если хочешь остаться в живых, иди со мной, — заявил Гаррик, обращаясь к Арену. Потом поочередно оглядел Кейда и Граба: — Эти двое могут ступать восвояси.
Кейд испуганно шагнул вперед.
— Эй, нет! Стойте!
— Кейд пойдет со мной, — сказал Арен, схватив друга за руку.
— Нам не нужна обуза, — бросил Гаррик и сгреб Арена в охапку, чтобы оттащить прочь; но тот вырвался с такой силой, что чуть не полетел в расселину. Киль удержал его свободной рукой и потянул назад.
— Гаррик! — еще настойчивее повторил воин с топорами.
— Погоди, Тарви, — махнул ему рукой Киль. — Спорить незачем, Гаррик. Идем.
Арен взглянул на Граба, который бессильно скорчился под дождем среди багровой тьмы, точно зверь в окружении охотников. Скарл встретился взглядом с Ареном и слегка оскалился. Арен вспомнил побои, унижения и оскорбления, мелочную злобу Граба.
— И он тоже, — произнес Арен, указав на скарла. Кейд недоуменно уставился на него.
— Гаррик! — рявкнул Тарви.
Тот выругался, развернулся и зашагал к остальным, вложив меч в ножны. Киль хмуро взглянул на Арена, словно пытаясь раскусить его замысел, а потом схватил за плечо и толкнул следом за Гарриком.
— Варла! Оттен! Докс! Пусть он остается, — обратился Киль к товарищам, сторожившим Граба. — Мы уходим. Фен?
Рыжеволосая лучница отделилась от остальных и исчезла за деревьями.
— Хорошо. Ступай впереди. Осман, прикрой тыл.
— Ладно, — ответил другой лучник, статный и усатый.
Арен двинулся сквозь дождь; вплотную за ним следовал Киль. Неужели он снова узник — или все-таки свободен? По крайней мере, Кейд по-прежнему с ним; Арен чувствовал, как друг сжимает ему руку, хоть и не понимал, пытается ли тот его приободрить или сам ищет поддержки.
Прочие оставили Граба и скрылись за деревьями. Скарл наблюдал, как они удаляются, вероятно прикидывая, что лучше: отправиться восвояси или держаться поближе к этим хорошо вооруженным, хотя и незнакомым людям.
Когда Арен прошел мимо него, Граб высморкался, расправил плечи и пустился следом за ними.
Вдалеке рокотал гром; они пробирались в темноте между соснами. Арена окружали незнакомые люди, их лица порой проступали из темноты, освещенные лунным отблеском, и исчезали снова. Одни — например, мечница Варла — держались угрюмо и сосредоточенно. Другие выглядели обеспокоенно, как сам Арен, и с виду казались его ровесниками: юноша в очках и худощавый воин в подшлемнике. Оттен и Докс, но, кто из них кто, Арен не знал.
«Чего хочет от меня Полый Человек?» Он боялся даже предположить. Утешало одно: эти люди были оссианами, а значит, еще оставалась надежда на лучшее.
Рог снова протрубил, прямо впереди них, а потом раздался звон стали. Звуки битвы нахлынули на Арена подобно волне, и лес внезапно наполнился дерущимися противниками.
Арен много раз мечтал оказаться среди настоящей битвы, но в его воображении она никогда не представала такой: сырость, толкотня, тяжелое дыхание, хлещущие ветки, жуткие отблески металла. Схватка закипела так быстро, что он застыл на месте, удивленно озираясь по сторонам и силясь разобраться в окружающей сумятице.
Неподалеку от него Киль сражался с кроданским стражником. На глазах у Арена криволомец ловко отразил три удара и отсек стражнику руку по локоть. Пока тот таращился на обрубок, Киль с размаху снес ему голову.
Мимо, пригнув голову, промелькнул Граб, за ним следовал Осман. Завидев Арена и Кейда, дрожавших среди дождливого мрака, словно испуганные кролики, он остановился.
— Идемте, друзья! Не время мешкать! — Произношение у него было благородное, с носовым призвуком, что выдавало выходца с юга, из Дождливого края. Он поднял лук и пустил стрелу куда-то между деревьев. — Это меч у тебя на поясе, Арен? Умеешь с ним управляться?
Обругав себя тупицей, Арен обнажил клинок, взятый у погибшего стражника. Магистр Орик начал обучать его фехтованию, как только он достаточно подрос, чтобы держать в руках тренировочный меч. Арен надеялся, что однажды примет участие в славном походе против урдов или безбожных дурнцев. А теперь, когда на них напали, он слишком растерялся, чтобы пустить в ход оружие.
— Туда! — воскликнул Осман, подтолкнув их вперед. Они ринулись сквозь деревья.
Внезапно перед ними возник пологий склон, и они заскользили вниз по грязи. Арен чуть не споткнулся о мертвеца, лежавшего с разинутым ртом среди корней и камней. Вдалеке сверкнула молния, и он заметил впереди Фен, которая присела на корточки возле валуна и выпустила стрелу в темноту. Раскат грома не смог заглушить крик убитого ею человека.
Вдруг слева зашумели кусты, и из зарослей, споткнувшись в спешке и чуть не упав, появился кроданский стражник. Арен машинально поднял меч и принял боевую стойку, а стражник, не успев заметить его движение, напоролся прямо на острие. Арен почувствовал, как клинок, пронзив кожаный доспех, вошел в тело стражнику. Тот выпучил глаза, надул щеки и со свистом выпустил воздух сквозь плотно сжатые губы. Арен, сделав шаг назад, вырвал клинок обратно — совсем как его учили. Кроданец тяжело рухнул на землю.
— О Девятеро! — изумленно воскликнул Кейд. — Ты его убил!
Арен сомневался, так ли это. Скорее стражник сам натолкнулся на клинок и ненароком покончил с собой.
— Живее, Паршивец! — рявкнул Граб на Арена, появившись впереди из-за деревьев. — Не погибай покамест. Грабу еще пригодятся друзья Паршивца. — Он заметил мертвеца и гадко ухмыльнулся, поняв, что произошло. — Эге, Паршивец теперь вояка. — Он похлопал Арена по плечу и подтолкнул вперед.
Они рванули дальше сквозь заросли; звуки битвы пошли на убыль. Появилась Варла, потом подоспел Тарви со своими топорами. Все вместе они добрались до неглубокой лощины, где росло несколько одиноких деревьев, а травянистую землю покрывали свежие лужи; Фен уже дожидалась там с Оттеном и Доксом.
— А Гаррик и Киль? — спросила Варла.
— Добивают последних, — ответила Фен.
Из зарослей появился Киль, следом за ним Гаррик.
Поделиться книгой: