А живешь ты в сторожке,

Есть-имеются где

И гармошка, и плошка,

И ружье на гвозде.

На газетной бумаге

Сообщение есть:

Стерляди в Стерлитамаке

И в томате – не счесть.

А еще ты – гуляка,

Помалу не пьешь,

Оттого-то собаку

Свою волком зовешь.

Побеги ж на пуантах

К родимой реке,

Сыт и пьян, сыт и пьян ты,

И нос в табаке.

Спотыкнулся, свалился

И веселой гурьбой

По щеке покатился –

Уж ты, милый ты мой.

Записка XXю

Баллада о городнищенском брандмайоре

Снова жадаешь луку во сне,

А на зимниках – жижа, зажоры.

Только мжица дожрет этот снег,

На пожарку прибудут стажеры.

Удалые прибудут, бодры –

Нараспашку душа, в разлетайках,

Коротайках, угрях, таратайках,

Худосочные – прямо одры.

Дупелиных полян знатоку

В газырях и в мерцающей каске –

Не лупить глухарей на току,

Но давать горлопанам натаску.

Брандмайор – человек при усах,

Но презрев почечуй и одышку,

Он в апреле взойдет при звездах

На свою каланчу, или вышку.

Козыряет дозорный стажер,

Газырям говоря про пожары,

Что они – над районом Ижор,

Разумея лукаво Стожары.

Не у нас, отмахнется службист,

И глядит в направлении дельты,

Где прожег свою многую лету,

На брандвахте варя брандыхлыст.

Поглядит – и утратит покой.

А на утро, со злобой какой-то,

У брандмауэра стажеров строй

Брадмайор обдает из брандспойта.

Записка XXI.

Вышелбауши

(венок записок)

1

Безвременье. Постыдная пора.

От розыгрышей уши, лбы пылают.

Был спрошен: Вышелбауши бывают?

Ответствовал: то хутор в три двора.

2

Достойно ли вести, как детвора,

Глумясь над всем, подобно стае бестий,

Не почитая завтра и вчера

И позабыв о совести и чести.

3

И я хорош – доверился, простак.

Неужли было трудно догадаться,

Что выше лба ушей не может статься,

А хутор Вышелбауши – то так.

4

Развесил уши – и попал впросак.

Ползут по местности невыгодные слухи,

Что я, Запойный, олух и чудак,

И голова садовая два уха.

5

Безвременье, постыдная пора,

Достойно ли вести, как детвора,

И я хорош – доверился, простак,

Развесил уши и попал впросак.

Записка XXII.

Прощание городнищенского лудильщика

Шуга отошла. И на пристани

Защелкал на счетах кассир.

Всмотрись в обстоятельства пристальней

И валень повесь на блезир.

Хромая и как бы случайная

Весна забрела на Валдай.

Скажи – прощевай, наша чайная,

Холера тебя забодай.

Послали козу за орехами,

Пустили козла в огород –

Лудить самовары за реками

Артель направленье берет.

Прости-прощевай, наша чайная,

До белых сыпучих путей,

Местечко отнюдь не скучайное,

Уют слепаков и культей.

За реками луда блестящее,

Там гуще и щи, и камыш,

В лузях с балаболкой ледащею

Поладишь – в лузях и лудишь.

Вольготная жизня за реками,

Но ярче бы тульских полуд –

Остаться мне было б с калеками,

С гуляками на лето тут.