Улика на память

— Пошли. Дома пустой холодильник, а готовить мне сегодня влом.

— Не только сегодня.

— Как у тебя язык повернулся?! Кто вчера ел макароны с сыром?

— Я ел. Но макароны отваривал тоже я.

— А сыр кто тебе натер?

— О! Большое дело — натереть сыр.

— Ладно, не зли меня, а то вообще готовить перестану.

Аргумент на меня подействовал, я замолчал.

Глава 9

Подстава

В отличие от Колосова, Евгений Чапиков разговаривал со мной охотно и разрешил приехать к нему домой в воскресенье. Он просил подъехать с утра, желательно до двенадцати, поэтому пришлось ставить будильник на восемь часов — несусветная рань для выходного дня.

Чтобы как следует проснуться, я пять минут стоял под холодным душем, потом выпил две чашки крепкого кофе, ощутив слабый прилив сил.

В девять за мной зашел Димон, к Чапикову мы решили стартануть на скутере. До «Братеево» домчались с ветерком, у подъезда Димон остановился.

— Подожди меня здесь пять секунд.

— Ты куда?

— За домом магазин видел, пить хочу, в горле пересохло.

Пока он бегал за минералкой, я наматывал круги возле подъезда. Чапикову врать не имеет смысла, придется рассказать правду. Как Хром несколько раз следил за Димоном, как мы сами выследили его, собираясь расставить точки над «i».

Потом скажу про мужиков с оружием, выстрелы, фотографию и помощь Валькиного деда генерала. Иначе может не получиться у нас разговора. Это Колосова ничего не интересовало, сидел, пожимал плечами, на все вопросы один ответ: не знаю, не в курсе, может быть, возможно. Хорошо хоть телефон Чапикова продиктовал и адрес Хромова вспомнил.

Кстати об адресе.

Мне сразу показалось странным, что, едва я заговорил об адресе, Колосов отчеканил его не задумываясь. Хм-м-м. А вот телефон Чапикова, с которым изредка, но общается и наверняка перезванивается, по памяти назвать не смог. Не помнил. А домашний адрес Вячеслава Хромова, с которым не виделся более десяти лет, выпалил сиюминутно.

— Глебыч, держи воду, — Димон протянул мне бутылку минералки.

Я сделал один глоток, достал бумажку с адресом и хотел набрать код домофона, но дверь открылась, из подъезда вышла старуха с клюкой. На четвертый этаж поднимались пешком, а едва подошли к квартире, дверь Чапикова распахнулась. Держа в руках небольшую коробку, Евгений Борисович подошел к лифту.

— Здравствуйте, — поздоровался я.

— Привет.

— Евгений Борисович, я Глеб, мы договаривались о встрече.

— Помню-помню, — Чапиков поставил коробку на пол и протянул мне руку.

— А это Димон.

— Здрасти.

— Здорово.

— Вы уезжаете?

— Срочно надо отъехать.

— Вы же просили приехать до двенадцати, сейчас только половина одиннадцатого.

— Я вернусь через полчасика. Время у вас есть?

— Подождем.

— Заходите в квартиру. Глеб, бери вон ту сумку, а ты, Димон, коробку хватай. Поможете до машины донести.

Сам Евгений Борисович взял объемный пакет, и мы вышли на лестничную площадку. На улице он погрузил вещи в багажник, осмотрелся и чертыхнулся.

— В спальне еще один пакет остался.

Пришлось снова подниматься в квартиру.

— Слушайте, пацаны, а что если я вас здесь оставлю? Вернусь быстро, посидите пока. Чего вам на улице торчать?

— Не боитесь? — спросил Димон.

— А должен?

— Посидим, конечно.

— Ну и договорились. Телевизор посмотрите или журнал полистайте. На кухне свежий номер «Автоклуба» лежит.

Когда мы остались вдвоем, Димон прошелся по квартире.

— Нормальный мужик.

— Да, с Колосовым его не сравнить.

— А хата зачетная, евроремонт, все дела.

Я зашел в большую комнату. На каминной полке стояли в ряд несколько рамок с фотками. С каждой фотки улыбалась симпатичная блондинка лет двадцати. Взяв одну рамку, я повертел ее в руках, показал Димону.

— Как думаешь, она ему кто: жена или дочь?

— Ты хватанул. Слишком взрослая для дочери.

— Почему хватанул? Чапиков служил в армии девятнадцать лет назад, сейчас ему лет сорок, так?

— Ну.

— Дочери запросто двадцать лет может быть.

— Убедил, пусть будет дочь.

Прошло двадцать минут, тридцать, сорок… Мы сидели на диване, смотрели телевизор.

— Что-то задерживается Чапиков.

— Ты торопишься?

— Я нет, но напрягает сидеть в чужой квартире и ждать.

— Расслабься, Димон.

Прошло еще десять минут, и тут Димон заметил стоявшую на комоде открытую шкатулку.

— Пустая.

— А что там должно быть? Цацки же Чапиков не носит.

— Не знаю, Глебыч, — Димон осмотрелся. — Че-то мне стремно.

— В смысле?

— Звякни ему, узнай, когда точно подъедет.

Усмехнувшись, я позвонил Чапикову.

— Да, — пробасил он.

— Евгений Борисович, вы скоро приедете?

— Кто говорит?

— Глеб.

— А-а… Глеб. Старик, мы вроде с тобой договорились, ты подъедешь до двенадцати.

— Это Глеб, — повторил я, решив, что Чапиков плохо меня расслышал.

— Я понял. Тебя сегодня ждать?

— Евгений Борисович, мы находимся у вас.

— Так, — голос Чапикова посерьезнел. — Вопрос первый: кто — мы? Вопрос второй: у вас — это где именно?

— Я и Димон сидим у вас в квартире.

— Глебыч, в чем дело? — спросил Димон.

— Сам не пойму. Евгений Борисович…

— Значит так, — отрезал Чапиков. — Если это был розыгрыш, на первый раз прощаю. Еще подобное повторится — накажу.

— Да какой розыгрыш?! — закричал я. — Мы в «Братеево» у вас дома…

— Стоп! У меня дома вас нет.

— Как нет? — я уставился на пустую шкатулку, и по спине пробежались мурашки. — Вы же сами продиктовали адрес, дом восемнадцать, корпус один, подъезд…

— Корпус два.

— Два?!

— Два.

— Димон, мы попали, — сказал я, подбежав к окну, положив телефон в карман.

— Что он тебе сказал?

— У нас проблемы. Большие проблемы! Чапиков сидит у себя дома, а мы… Это не его квартира, мы перепутали корпуса.

Димон рванул к выходу.

— Делаем ноги.

— Стой!

— Давай шевелись, чего ждать?

— Димон, мы не можем убежать.

— Ты офигел, что ли?! Чья это хата и кто на самом деле был тот мужик? Черт! Коробки, пакеты… Глебыч, я ухожу.

— В квартире полно наших отпечатков. Мы пили воду на кухне, включали кран в ванной, пульт телевизора, журнал. Ты, блин, еще зачем-то в холодильник заглянул.

— Отпечатки можно стереть.

— Все не сотрешь.

— Что ты предлагаешь?

— Надо вызвать полицию.

— Долго думал?

— Это единственный выход.