Под водой

Но не каждый решил болтать по поводу произошедшего. Кто-то просто молчал, кто-то заедал мысли, как толстяк Чингиал, кто-то запивал, как Просперо. Джулар сидел вдали от всех, в углу комнаты, изредка беззвучно нервно улыбаясь. Вдруг парень начал смеяться, сначала тихо, но позже смех усилился, странность в поведении шутника заметил Форт.

— Ты чего, Джулар? Что с тобой? — осторожно спросил гигант. Все резко утихли и начали следить за мелким диалогом.

Вдруг парень поменялся в лице. Джулар спокойно встал из-за стола и сказал:

— Я просто вспомнил очень смешную шутку.

— Хорошо, только больше так не смейся, ладно?

— Ладно… — прошептал парень. — Ладно… Можно я пойду в каюту?

— Конечно, иди отдохни.

Джулар быстро покинул камбуз. Все сидящие были в недоумении, молчание продержалось ещё пару минут, пару очень долгих тихих минут. Вдруг Просперо злобно спросил:

— А кто будет за него работу делать?

— Я сделаю, — ответил Форт.

— Не надо Форт, — влез Мор. — Тебе и твоей работы хватает, пусть лучше ей займётся Просперо.

— Но мне тоже работы хватает! — возмутился парень.

— Не хватает, ты успеваешь отдыхать, бездельник.

— Да когда же капитан?

— Не знаю, знаю только, что ночью тебе не до сна, и вместо того чтобы набираться сил ты играешь. Получается, у тебя есть когда отдыхать днём.

— Но…

— Что "но"? — перебил старик. — Это приказ, противишься?

— Нет, Мор.

— Капитан.

— Нет, капитан.

Ну вот обед кончился, значит кончились все разговоры. Моряки разбежались кто куда: один на смотровую площадку, двое на склад, трое чистить трюм. Только Джулар сидел в каюте, и нервно посмеивался, прикрывая рот, чтобы не услышали. Он лишь повторял "не знаю тебя" и смеялся. Задыхаясь от слёз, парень дёргался туда-сюда. Тики поразили всё тело: то шея дёрнется, то рука, то мизинец на ноге содрогнётся. Так и провалялся Джулар на дряхлой, старой деревянной кроватке, пока не уснул с улыбкой на лице. Но ближе в вечеру его разбудил Просперо.

— Слезай с кровати, пора мне спать.

— А? — сонно вздрогнул Джулар.

— Говорю, дай мне поспать! — с этими словами парень столкнул спящего с кровати.

— Что ты делаешь, Просперо?!

— Ничего! Я весь день работал, а ты спал, время поменяться местами!!

Джулар молча покинул каюту. Парень решил отыскать другое тихое место, чтобы продолжить сон. Лучшего места, чем места на складе не нашлось. Приняв удобную позу на холодном полу, Джулар вновь закрыл глаза, как вдруг… Опять запело море, но в этот раз пение не успокаивало, не давало той умиротворённости, как обычно. Наоборот, оно раздражало и не давало уснуть. Он бил себя по голове, закрывал уши— ничего не помогало. Тогда Джулар решил отыскать источник звука, он вышел на палубу: около руля стоял Форт с наполовину закрытыми глазами— похоже, только пение не давало ему уснуть. Парень двинулся в сторону носа корабля и взглянул на тёмную, как ночь, воду. На небе не было звёзд, облаков. Только месяц светил. Вдруг, в воде кто-то появился. Вновь она!

— Это ты?! — чуть не закричал парень. — Ты помнишь меня?

— Помню тебя,

Прости меня,

За то что я

Солгала про тебя.

— То есть солгала? Ты про тот случай перед ребятами?

— Да… но я шутила,

Лишь тебя смешила.

— Правда? — парень засмеялся, прикрывая рот, чтобы никто не услышал. — Это очень, очень смешная шутка!

— Хочешь ещё одну?

Прыгай сюда расскажу, — будто уже зная исход событий после сказанного, говорила девушка.

— Конечно, — Джулар, смеясь, перелез борт корабля и прыгнул в воду.

Всё это увидел Форт, шокированный гигант моментально взбодрился и подбежал к краю, но в воде уже никого не было.

— Джулар! — испуганно крикнул Форт. — Где ты?!

Вдруг вода ответила.

— Я здесь Форт, — сказал голос парня. Только не было в этом голосе не нервности не усмешки. Он был очень спокойным и тихим.

— Где? — недоумевал мужчина.

— Под водой…

— Всплыви наверх, Джулар.

— Не хочу, здесь так хорошо…

— Что же хорошего там? Ты ведь задохнёшься!

— Это не правда, Форт. Как только я поцеловал, ту девушку, то сразу же задышал полной грудью. И ты попробуй, прыгай в воду Форт.

Неожиданно для мужика, из воды появилась голова, но только это был не Джулар, это была девушка. Её горящие рыжие волосы размывали волны. Форт заметил прекрасную и сразу же окрикнул незнакомку.

— Я тебя вижу! — Форт показал пальцем на девушку. — Тебя! — голова скрылась в воде. Мужчина на секунду задумался, как вдруг вспомнил про руль и Джулара. Прозвучали крики. — Джулар спрыгнул с корабля! Джулар спрыгнул с корабля! Подъем!! Вставайте!!! — через минуту корабль зашатало: весь экипаж помчался на палубу. В этой ночной суматохе кто-то спросил:

— Что такое, Форт?

Форт пересказал все, только что произошедшие события. Команда замолчала, стоило мужику сказать, что какая-то девушка была в воде. Джулар прыгнул в воду из-за неё…

— Похоже я догадываюсь, кто это был… — сказал кто-то в толпе. — У нас их зовут русалками. Сверху они, красавицы, но вот внизу… Рыбий хвост вместо ног.

— Как это? — спросил другой.

— А вот так… Эти "полудевы" заманивают моряков под воду, а потом убивают.

— А откуда нам знать, Соньятор, что ты не придумал эту историю прямо сейчас? — настороженно спросил Форт. — Все мы знаем, какие байки ты умеешь рассказывать.

— Он не придумывает, — сказал ещё кто-то. — Я тоже слышал эту историю, только у нас их называли сиренами, за их пение.

— Хочешь сказать, что это они поют ночью?

— Да…

Вдруг из толпы выбежал какой-то мужчина, волосы его были растрёпаны, глаза были наполнены страхом. Он сказал ужасное:

— Силенсьёзо покончил с собой, — все подбежали в каюту. В ней висел парень, горло его было туго перемотано наволочкой, привязанной к доске, отходящей от потолка. Его шея была невероятно белой, как и его лицо. Глаза не отдавали больше приятным блеском, они перестали быть живыми. — А ведь он просто не мог уснуть. Перед сном сказал, что видел красивую девушку и всё. А теперь это…

— Что ж происходит то? — неожиданно сказал Мор. — Натт, Джулар, Силенсьёзо. — старик взялся за голову. — Так… Форт немедленно беги к штурвалу, кто-то должен скинуть Силенсьёзо с корабля, а остальные могут пойти спать, но отныне каждый обязан сообщить остальным, если увидит что-то в воде. Поняли?

Команда ответила положительно. Ночь продолжилась. Вода вроде бы утихла, как и беготня на корабле; тяжело сегодня было уснуть. Как вдруг опять началось пение, постоянные звуки сводили с ума.

Форт стоял у руля и смотрел вперёд, пытаясь не обращать внимания на произошедшее и на уже раздражающее пение.

Корабль то нёсся на юг, то его тянуло на запад. Ветер раздувал паруса намного сильнее, чем обычно, поэтому и судно плыло быстрее, чем обычно. Ночь длилась ещё несколько часов, как вдруг светило начало появляется из-за горизонта. Море стало неимоверно тихим и спокойным, корабль вернулся к прежней скорости. Вот из кают потянулись люди, но стоило лишь начаться дню, как появилось новое несчастье. Ещё один из моряков пропал. Это уже было слишком плохо… Четверых, четверых не хватает на борту! Нужно бить тревогу, но всё равно никто не услышит крики о помощи. Возвращаться назад смысла нет: корабль быстрее доплывёт до нужного места, чем вернётся обратно.

На корабле паника: все бегают из стороны в сторону и не знают, что делать дальше. Кто сможет остановить весь этот шум и гам? Конечно же, капитан. Старик закричал, что есть мочи, и все звуки моментально утихли.

— Почему все кричат и бегают? Хватит вести себя, как оборванцы! Вы— взрослые мужики! Вы моряки! А что я вижу? Я вижу детей, которых оставили без игрушки. Ведите себя подобающим образом. Понятно? — в ответ тишина. — Понятно?!

— Так точно, капитан!!! — закричала команда.

— Да мы потеряли четверых, но если мы не соберёмся— потеряем ещё больше. Так что за работу!

И люди, опять превратились в один большой механизм, став его деталями. Конечно, чего-то в этом механизме не хватало, но работа всё равно шла, как надо. Корабль не сбивался с курса, паруса были всегда натянуты, Мор стоял у штурвала. В головах моряков, ещё сидели мысли о смертях, но никто не решался о них говорить. После начался обед, но вино в этот раз не открывали, молчание продолжалось даже на момент приёма пищи. Это казалось очень не привычным для моряков, развлечением для которых в тихом море были лишь долгие разговоры…

Кстати, если вы ещё не забыли про Чингиала, то я бы мог рассказать про него одну интересную историю. Историю про то, как этот толстый жирдяй попал на борт небольшого корабля под предводительством капитана Мора, про то, как он стал частью этой маленькой команды. Был тогда далёкий 1575, и молодой, ещё не гротескно толстый Чингиал спешил на судно, отплывающее от пристани. Заскочив в последний момент, наш пухлый герой, тяжело дыша, осматривался по сторонам. Он только что сел на торговый корабль, до краёв наполненный разными вещами и, конечно же, купцами, невероятно хотевшими эти разные вещи продать.

Почему Чингиал решил забежать на этот борт? Ну… Этот корабль двигался в сторону Англии, а наш не очень умный эмигрант решил переехать туда жить, не имея при этом ни знания языка, ни денег, ни полного понимания зачем он это делает. Но с другой стороны, чего ему было терять? Его родители давно погибли от чумы, поэтому он жил с тётей, которой всегда было глубоко плевать на племянника. Она даже не кормила его должно. Мальчик был самым худым в семье. Наверное, это и ударило по его голове, ведь теперь Чингиал всегда ел до отвала, а то мало ли кто-то или что-то отберёт у него еду. Это были не приступы жадности, нет, скорее вечное беспокойство или комплекс. Поэтому после съезда от тети набор лишнего веса был лишь вопросом времени.

Но сейчас набрать вес будет задачей непростой. Кормить его на борту никто не собирался, да что и говорить, никто знать не знал, что на борту есть ещё один безоговорочно лишний человек. Но это незнание продлилось относительно недолго, ровно через час и тридцать минут, в тот момент, когда Чингиал решил отыскать еды, его нашел один из моряков, Скуало. Это был мужчина лет тридцати, среднего роста с невероятно пышными, густыми, чёрными, как обсидиан усами. Кожа его была смуглой, а глаза узкими, из-за чего лицо Скуало всегда казалось хмурым. Также, лико его украшал большой шрам на левой щеке, тянущийся ото лба до подбородка, огибая глаз, как горная река камень. Нижняя челюсть его была чуть более вытянута вперёд, чем верхняя, из-за чего прикус у Скуало был совсем ни к черту. Зрение мужика также постоянно подводило, но вот слух! Слух был отменным. Стоило кому-то начать шептаться за его спиной, стоило этому кому-то сказать про Скуало что-то противное, так этому кому-то было несдобровать.

Скуало посмотрел за бочку, где прятался Чингиал. Конечно, с таким зрением, каким обладал Скуало, Чингиала можно было с лёгкостью перепутать со средней свиньёй, но с таким слухом, каким обладал Скуало, отличить поросёнка от человека труда не составляло. Мужчина прекрасно слышал то, как Чингиал шептался за бочкой, и отчётливо узнал в голосе нотки итальянского акцента. "Свиньи так не могут", — подумал Скуало. "Они лишь кричат и хрюкают, а это розовое чудо болтает." Поняв, что глаза его вновь обманывают, он взял безбилетника за ухо и, почти отрывая его, повёл преступника прямо к капитану. На тот момент управлял кораблём Мор. Он тогда ещё не был таким стариком, каким является сейчас, но и очень уж молодым не был. Лысина на его голове ещё не появилась (кстати именно по этой причине Мор носит треуголку), волосы не успели поседеть, да и сам старик ещё не имел повадки старика. Взглянув на Чингиала, капитан задумался, что делать с безбилетником. Скуало кричал о том, что толстяка нужно немедленно скинуть с корабля, и что каждую секунду корабль работает впустую, везя сотню лишних килограмм по доброте душевной. Начался полнейший шум и гам, и, вероятно, он бы так и продолжался. Или же Чингиал был бы уже за бортом, если бы Мор всех не заткнул.

— Тише вы! Мы никого с борта скидывать не будем! Мы не пираты, не пираты! Очень разочарован тем, что тебе вообще приходят такие идеи, Скуало. Назад возвращаться нельзя— потеряем драгоценное время… — мужчина на пару секунд замолчал, задумавшись, а когда эта пара секунд кончилась, Мор уже было хотел выдать свой вердикт, как вдруг, его перебил молодой и неуверенный, но басистый голос.

— Сэр. Могу я высказаться?

— Ты вроде бы уже начал, так что продолжай.

— Мне лишь нужно доехать до Англии. На обратном пути я не буду вас тревожить. Просто прошу вас— довезите меня до Англии, и я больше не буду вам мешать, пожалуйста.

— Вот те на, эмигрант! — выкрикнул кто-то в толпе. Видно, что это выкрикивание было не осознанным, но после него толпа словно ожила. Все начали перешёптываться, и слово "эмигрант" стало темой этого большого разговора.

— И зачем тебе в Англию, парень?

— А зачем мне оставаться в Италии? Родители мои давно мертвы, для других родственников я чужой. Любимую я так и не нашел, никого у меня тут нет. Италия мне стала противна, мне тяжело в ней находиться.

— Хорошо, ну а звать то как себя прикажешь?

— Энрике, сэр.

— Ну хорошо, Энрике… — Мор вновь замолчал. Мужчина взглянул на команду и с горечью во рту сказал. — Дайте этому парню еды, воды и место, где он сможет спать.

— Спасибо, спасибо! — повторял Чингиал. Но толпа не оценила сей щедрости капитана, полетели возмущения.

— Почему?!

— Как же так?!

— Потише, потише!! Он не будет обычным туристом, нет. Он будет помогать. Что ты умеешь делать, Энрике?

— Готовить! — выкрикнул Чингиал. — моя мать была настоящим поваром, и когда я ещё жил с ней, то очень многому научился.

— Очень хорошо, а теперь иди в камбуз и поешь.

Но вдруг Скуало не на шутку возмутился.

— Что же это такое?! Ты даёшь ему нашу еду, нашу воду, наши кровати! С чего ты взял, что можешь решать— кого мы будем кормить, а кого нет?!

— С того, что я ваш капитан! — закричал Мор.

— Давно я уже не видел здесь капитана… — прошептал Скуало. Он думал, что Мор не услышал это, и уже было хотел идти…

— Не можешь увидеть капитана, так услышь его, Скуало. Зачем же ты ко мне принёс этого парня, если не за тем, чтобы я сказал что с ним делать? Я сказал, и теперь ты ворчишь. Определись, пожалуйста, с тем слушаешь ли ты меня или нет.

На это Скуало лишь нахмурил широкие брови и пошёл по своим делам. Сложно было не заметить его недовольство, и недоволен был не только он. Мор знал, что вряд ли кто-то будет рад его решению, именно поэтому у него горчило в горле. Не из-за того, что пришлось оставить Чингиала на корабле, а из-за того, что это точно не понравилось его команде.

И вот Чингиала отвели в камбуз. Сама по себе столовая была большая, но очень тёмная. Углов комнаты было попросту не видно из-за того, что факела не могли светить настолько сильно. Внутри камбуза отчётливо пахло рыбой. Этот запах узнал бы даже человек с забитым носом, настолько он был силён. Сегодня на обед была уха— ну скорее вода с рыбой, чем полноценный суп, но с другой стороны, иногда в коричневатой жидкости мог проплывать кусок картофеля, радующий глаз. Рыба была нарезана большими кусками и совсем не очищена. Честно говоря, только своим видом, не говоря уже про запах, суп отталкивал. Но есть больше было нечего, поэтому Чингиал решился на то, чтобы опустить ложку в тарелку, а потом эту же ложку отправить себе в рот. Не понятно по какой причине, но блюдо было совсем не солёным. Это очень возмутило Чингиала, но он не подал виду, а лишь взял вторую ложку необычного блюда. В этот раз в ложке был не только бульон, но и кусок рыбы. Вокруг Энрике стояли пятеро моряков внимательно наблюдавшие за тем, как он ест. Поэтому, когда Чингиал клал в рот уже вторую ложку, он нарочно облизнулся, будто сейчас попробует сладкий панфорте, а не вонючую рыбу в непонятной жидкости. Стоило толстяку лишь положить эту субстанцию, себе в рот, как кость, которую забыли, а может быть и не собирались вытаскивать из рыбы, впилась ему в верхнюю десну. Боль была адской, но Чингиал молчал. Тихо вытащив чуть окровавленную косточку изо рта, он положил её на стол и продолжил есть. Пусть Энрике и был толстяком, это совсем не означало, что он готов проглотить всё, что ему принесут. Энрике любил вкусную еду— ту самую, что ему готовила мать, когда он был маленьким. Тётя, конечно, убила в мальчике частичку гурмана, но всё же оставшаяся часть никуда не делась. В конце концов, с горем пополам, блюдо было съедено и одному из матросов было приказано найти для Чингиала место, где он будет спать. Пара пошла в сторону кают.

"Тем самым", кто искал для Энрике место для ночлега, был Червелл. Очень умный молодой парень, носящий несимметричные очки. Возможно, из-за того, что он был невероятно худым и иногда заикался, ему и давали самую неинтересную и совсем не ту, которую он заслуживает, работу. Но не переживайте. Ещё года два-три и всё изменится в лучшую сторону.

По пути пара разговорилась, попутно познакомившись. Червелл нашёл для Энрике подходящую комнату с большой кроватью и тёмными деревянными стенами, пахнущими солью и старостью. На удивление каюта не была пыльной, но запах соли всё равно бил в нос.