Помоги проекту - поделись книгой:
– Там, на полке, рядом с тобой. Еще вчера они там стояли.
Вот вам, пожалуйста: «виски» стали «ими». Так недолго дойти и до изменения слова «виски» по падежам: виски, висок, вискам, висками, о висках…
Слово «виски» не изменяется по падежам и числам! Оно остается неизменным, в какое бы положение мы его ни поставили. Если у вас нет виски, приходите без виски, у нас найдется… а вот как дальше – «хороший», «хорошее» виски?
Ответ: хорошее виски. Виски – «оно». Да-да, как ни удивительно, виски – среднего рода, несклоняемое. По крайней мере, в русском языке пока так. Толковый словарь иноязычных слов Л. Крысина поясняет: виски – крепкий алкогольный напиток, изготовляемый из зерна. В английском языке
Почему же в русском языке такие проблемы с родом слова «виски»? Уж очень похоже «виски» на русское слово во множественном числе: миски, киски, диски, ириски. Так и хочется поставить виски в этот ряд. Непонятно, правда, какая у слова «виски» тогда исходная форма – «ви́ска»?.. Человек, говорящий по-русски, испытывает понятное недоумение и находит выход: например, называет виски «вискарем» или «вискариком», а это уже вполне понятный мужской род.
В общем, еще раз: пока по общепринятым нормам «виски» – слово неизменяемое, среднего рода. Возможно, когда-нибудь словари и изменят свои рекомендации, но пока «виски» – оно.
Вишневый сад
В большом районе-новостройке, куда нас когда-то заселили, был, помнится, вишневый сад, который в детстве мне казался бескрайним. Потом сад, как это, увы, бывает, вырубили, а землю отдали под новостройки. Но пока он был, все гуляли там, в вишневом… са́де или саду́?
Дело вот в чем: некоторые неодушевленные существительные мужского рода, в том числе слово «сад», обладают особой формой предложного падежа, которая употребляется только с предлогами «в» и «на». Они указывают на место, поэтому такое значение и называют «местным». Так вот: в местном падеже у таких слов ударное окончание «у». Гулять где? – на лугу. Где? – в вишневом саду. Встретиться где? – на мосту, на берегу.
Совсем другое дело, если мы с вами о чем-то говорим, о чем-то спрашиваем, о чем-то заботимся. Мы говорим о береге, мы заботимся о лесе, мы беспокоимся о саде. Например, о вишневом саде.
Но и это еще не всё. Вспомните великую пьесу А. Чехова «Вишневый сад», вернее, ее название. В «Вишневом саде» чеховские герои произносят пронзительные монологи. В «са́де», а не в «саду́»! Придется запомнить: формы на «-у» («в саду») не употребляются, если существительные входят в состав названий произведений.
И еще: это сейчас мы говорим о «вишнёвом» саде, о «вишнёвом» варенье, о «вишнёвом» соке. А когда-то всё это было «ви́шневым»! У А. Островского в пьесе «Снегурочка» Бобыль на просьбу Мизгиря подать меду спрашивает: «Какой тебе по нраву: малиновый аль ви́шневый, инбирный?»
Итак, еще раз: монологи герои А. Чехова произносят в «Вишневом саде», то есть в пьесе «Вишневый сад». Но гуляли-то они при этом в вишневом саду.
Включить
В Москве, к счастью, электричество отключают очень редко. Это вообще целое событие, и мы к нему, как правило, не готовы. И вдруг вечером гаснет свет, а у нас ни фонарика, ни свечки. Все осторожно передвигаются по квартире, ощупывая стены и пытаясь найти спички, начинают звонить по всем возможным аварийным телефонам и допытываться: «Ну когда же, когда же, наконец, включа́т свет? Или вклю́чат?»
Нет, только не это! Только не «вклю́чат»! Заметьте, что не одна я так реагирую: не меньшая истерика начинается у словаря, причем у какого словаря! – который вообще отличается крайней терпимостью к вариантам и очень редко действительно осуждает какое-нибудь произношение. Так вот, Орфоэпический словарь под редакцией Р. Аванесова просто-таки негодует: так нельзя, это неправильно! И ставит восклицательный знак рядом с «ужасным», на его взгляд, вариантом.
«Свет обязательно скоро включа́т».
«Приедет аварийная служба, разберется и включи́т».
«Может быть, ты пока фонарик наш старый включи́шь?»
Ты включи́шь, она включи́т, мы включи́м, они включа́т…
Это правильно не только для слова «включить», но и для «включиться», «подключиться», «отключиться» и т. п. И конечно, всё не ограничивается одним только электричеством. Например, вас берут на работу, а вы, естественно, спрашиваете: «Скажите, а когда мы с вами заключи́м договор?» – «Договор с вами заключи́т директор в начале следующей недели. Вас устраивает?» – «Вполне».
С заключенным договором работать спокойнее, согласитесь. Как и с правильным ударением.
Власть имущие и власти предержащие
Где государство, там и власть. Поэтому ни один журналист, который пишет о политике или экономике, слова «власть» избежать не может. Вариантам и словосочетаниям нет числа – немудрено, что многие смешиваются, да так, что не разобраться.
Чтобы не ходить вокруг да около, скажу, что в данном случае речь идет всего лишь о двух устойчивых сочетаниях: «власть имущие» и «власти предержащие». Если вдуматься, это примерно одно и то же. Кто такие «власти предержащие»? Это лица, облеченные властью. «Предержащий» – слово устаревшее и нигде, кроме этого выражения, в современном языке не употребляется. Оно пришло к нам из церковнославянского языка. «Предержащий» – держащий высшую власть, начальствующий, одним словом. «Всяка душа властем предержащим да повинуется» – это из «Послания к римлянам».
В общем, с «властями предержащими» как будто разобрались. Надо только обратить внимание, что склоняются здесь оба слова: власти предержащие, властей предержащих, к властям предержащим и т. д.
Теперь – «власть имущие», о которых мы, журналисты, тоже пишем и говорим. «Имущий» – это понятно. Совсем не то, что «неимущий». Если «неимущие» – это бедные, то «имущие» – наоборот, богатые, состоятельные, имеющие что-то. В нашем случае – власть. «Имущие» власть, или, если поменять порядок слов, «власть имущие». Слово «власть» здесь ни в коем случае не склоняется! «Есть власть имущие», «нет власть имущих», «обратитесь к власть имущим», «пишем и говорим о власть имущих». Слово «власть» стоит здесь не на жизнь, а на смерть, не желая изменяться. И об этом нам стоит помнить, когда пишем о «властях предержащих» и «власть имущих»: по сути об одном и том же, но несколько по-разному.
Военачальник
В языке нет ничего лишнего. Так мы привыкли думать, и правильно привыкли. Все-таки язык – это система, и всё в нем подчиняется жесткой целесообразности. Хотя, с другой стороны, без некоторых излишеств не обходится и тут: иначе зачем нужны разные дублирующие формы, многочисленные синонимы? Казалось бы, существует какое-то одно слово для обозначения одного понятия или предмета – и хватит. Так нет же: нам подавай варианты, возможность выбора…
В результате некоторые слова мы произносим несколько неправильно. А точнее, добавляем туда что-нибудь лишнее: где слог, где звук. Это часто происходит, например, со словом «военачальник». Его любят произносить так: «военоначальник».
Заметьте, «но» здесь решительно лишнее. Стремление вставить лишний слог объяснимо – выстраивается некая цепочка: «военный» – «военный начальник» – и переход к «военоначальнику». Однако надо сдержаться и сказать правильно, «военачальник».
Иначе будет как с «остекленением» балконов. Да-да, такой вариант встречался мне не раз. Лишний слог «не», и вместо «остекления» – «остекленение». Хотя «остеклить» что-нибудь и «остекленеть» – как вы понимаете, разные вещи. Балконы остекляют, процесс этот называется «остеклением», и в результате балконы становятся «остеклёнными».
«Военачальник», «остекление».
Лишнего нам не надо, но и терять ничего не стоит.
Возраст
Пять лет человеку, пятнадцать или пятьдесят – он ждет праздника. Ему кажется, что обязательно должно случиться нечто необыкновенное. И возраст тут совершенно ни при чем: этому «синдрому праздника» подвержены люди всех возрасто́в… или во́зрастов?
Нет такого слова – «возрасто́в». Есть слово «во́зрастов» – родительный падеж множественного числа от слова «возраст».
«Итак, праздника ждут люди всех во́зрастов». «Во́зрастами это не определяется». «И не в во́зрастах тут дело».
Наверняка гораздо чаще вы слышите совсем другое произнесение. Знайте: словари против этого самого «другого» решительно возражают. И даже не самый строгий Орфоэпический словарь под редакцией Р. Аванесова ставит возмущенное «не рекомендуется!» рядом с формами «возраста́», «возрасто́в». Он напоминает, что «во́зрастов» – куда как лучше.
Тут нам пригодится классик: припомните пушкинское – «любви все во́зрасты покорны». Во́зрасты, во́зрастов, во́зрастам, во́зрастами…
Кстати, если уж мы заговорили о во́зрастах, вспомним тех, кто еще не достиг почтенного возраста, у кого всё впереди, – о подростках. А вспомнив, попытаемся образовать прилагательное. Заглянем в словарь и обнаружим в нем слово «подро́стковый». Или все-таки «подростко́вый»?
Могу вас обрадовать: Словарь ударений Ф. Агеенко и М. Зарвы разрешил ставить ударение на третий слог в слове «подростко́вый». «Подростко́вая одежда», «подростко́вый доктор», «подростко́вый жаргон» – всё это теперь «подростко́вое». Еще относительно недавно произносить «подростко́вый» категорически не рекомендовалось, хотя такое ударение и было распространено повсеместно. Словари возражали, предлагая нам исключительно вариант «подро́стковый».
Теперь всё законно, и можно говорить «подростко́вый».
Волапюк
Волапюк – так обычно называют неграмотную речь, тарабарщину. Но это значение – вторичное. Потому что исконное значение этого слова – язык, первый международный язык! Вполне законченный, реальный язык международного общения, который был разработан еще до эсперанто. Так же как эсперанто, он не стал общеупотребительным, и тем не менее он был.
Волапюк разработал в 1880 году немецкий языковед И. Шлейер. Принцип был такой: говорить, как писать, а писать, как читать. Ударение в слове – всегда на последний слог. Слова складываются, как из кирпичей, из английской, французской, немецкой и латинской лексики. Понятно, что использовались не целые слова, а только их части.
Ведь и само слово «волапюк» – это сочетание английских слов
Волеизъявление или волеизлияние?
Есть слова, исказить которые не просто, а очень просто. Именно это и произошло со словом «волеизъявление», которое у многих незаметно превратилось в «волеизлияние».
Услышав это слово однажды в эфире от кого-то из политиков, я подумала, что речь идет об однократной ошибке, оговорке: действительно, слова звучат похоже – «волеизъявление», «волеизлияние»… Но ошибка повторялась с пугающей частотой в речи самых разных людей. Это слово появляется на тысячах и тысячах интернет-страниц! Слово, которого на самом деле нет.
Итак, еще раз: такого слова нет. Есть слово «волеизъявление». В Толковом словаре под редакцией Н. Шведовой рядом с ним стоит помета «высокое». Действительно, мы редко используем «волеизъявление» в обыденной речи, о слове мы обычно вспоминаем, когда речь идет о выборах. Волеизъявление – это обнаружение воли, выражение своего желания, своего согласия на что-то. Некто изъявляет (проявляет, обнаруживает, выражает) свою волю (свое пожелание, требование). Именно «изъявляет», а не «изливает»!
Впрочем, причины такой ошибки вполне можно понять. «Изъявить», «изъявление» гораздо менее понятны нашему современнику, чем «изливать», «излияние», поэтому говорящие и упрощают «волеизъявление» до «волеизлияния». Мне же остается только повторить: нет такого слова! Только «волеизъявление».
Ворот
Поговорки – штука хитрая. Казалось бы, что за труд – воспроизвести то, что говорили до тебя миллионы людей несчетное число раз? На то она и поговорка, чтобы в нее не вдумываться, а воспроизводить! Типовая ситуация – типовое высказывание.
Но нет, не так всё просто: человек – существо изначально творческое. Что значит «воспроизводить»! Нет уж, это не для нас! Мы обязательно должны понимать, что говорим, а говорим в результате так, как понимаем. И вот тогда получается то, что получается: например, «брань на воро́тах не виснет».
Да, именно так. Вот он, образчик переосмысленной поговорки. И главное, как это – брань, повисшая на воротах? Это что-то уж очень неординарное!
На самом-то деле, конечно, речь идет об известной поговорке «брань на вороту́ не виснет». «На вороту́», а не «на воро́тах»! Вот так получается понятно. «Он по во́рот в грязи» – говорят об очень грязном человеке. Во́рот – это часть одежды вокруг шеи, обычно с разрезом на груди, такое пояснение дает нам Толковый словарь С. Ожегова. Кстати, «во́рот» и «воротник» – это не одно и то же. Воротник – часть одежды, которая пришивается или пристегивается к вороту.
В многозначном нашем языке «во́ротом» называют еще и простейшую грузоподъемную машину – но в этом значении «во́рот» поговорок как-то не образовал.
Итак, «брань не виснет на вороту́». А что же «воро́та»? Те, через которые мы можем въехать куда-нибудь? Да ничего, «воро́та» – они и есть «воро́та». Можем дать кому-нибудь «от воро́т поворот». А можем заметить, что это «ни в какие воро́та не лезет». Ну а если беда? Тогда скажем: «Пришла беда – отворяй ворота́». В поэтической речи тоже могут появиться «ворота́», пусть вас это не удивляет. Главное – не перепутать «воро́та» (или «ворота́») с «во́ротом».
Восвояси
Абсолютное большинство детей – почемучки, поминутно задают вопросы. «Сказал это Иванушка, заплакал и отправился восвояси», – читает мама с выражением. Ребенок сразу же ухватился за слово: «Во “свояси”, мама? Что такое “свояси”? А если бы я отправился, то в “мояси”? А ты – в “твояси”?».
Мама от смеха читать дальше не может! Отсмеявшись, объясняет, что «отправиться восвояси» – это значит отправиться обратно, туда, откуда пришел или приехал. Или же – к себе домой, на место, так сказать, постоянного жительства, постоянного пребывания. От себя добавим, что «восвояси» – это наречие, пишется оно слитно. И, конечно же, не склоняется! Никаких «восвоясей»!
Однако всегда ли «восвояси» в русском языке писалось слитно? И вообще, что это за слово? Откуда оно?
Ответ легко можно отыскать в Историко-этимологическом словаре П. Черных. Во-первых, «восвояси» из всех славянских языков есть только в русском. В украинском, белорусском и польском говорят совсем иначе: «до дому». Так что слово наше, исконное. Оно было и в старославянском, и в древнерусском языке. А во-вторых, это было тогда не слово, а словосочетание, его писали в три слова: «въ своя си». Грамматически «своя» – это винительный падеж множественного числа среднего рода. А «си», оказывается, не что иное, как усилительная частица.
Сейчас, напомню, «восвояси» – это одно слово. И современные словари ставят рядом с ним пометы «разговорное» и «ироничное».
Впросак
«Попасть впросак» – значит оказаться в неприятном, затруднительном положении. Будешь неосмотрительным – попадешь впросак. Если кто не знает, «впросак» пишется слитно. Но это сейчас. Есть мнение, что раньше слово «просак» существовало само по себе.
По версии Словаря русской фразеологии под редакцией А. Бириха так называлась прядильня, канатный, веревочный стан большого размера. Это была сложная сеть веревок, которые тянулись от прядильного колеса до саней, где они скручивались. Стан располагался обычно на улице, занимая значительное пространство. Для прядильщика попасть в такой стан одеждой или бородой означало лишиться и того и другого, а порой и жизни. В общем, это было, с одной стороны, опасно, с другой – как-то глупо. Ведь кто мог не заметить, как скручиваются на станке веревки? Конечно же, только очень беспечный и невнимательный человек. Он и попадал «в просак». Конечно, и писалось это раздельно, и сочетаемость у слова «просак» была свободной. Встречались, к примеру, такие сочетания, как «попался в преизрядный просак», «ввели меня в такой просак»… А когда сам «просак» исчез из обихода, сочетание «впросак» превратилось в наречие и закрепилось исключительно за глаголом «попасть». По сути, слово стало «крепостным».
Впрочем, есть у языковедов еще одна версия, которая никакого станка не предполагает, зато предполагает давнюю связь с немецким словом
Время(пре)провождение
– Отличное было у детей времяпровождение в этом летнем лагере: и отдохнули, и научились многому, так что спасибо за своевременный совет! А то сидели бы дома все каникулы…
Слово «времяпровождение» коротким не назовешь, но приходится признать: у него есть еще более длинный вариант – «времяпрепровождение»! Более того, многие до сих пор не уверены, какой из вариантов правильный. Может, усеченное «времяпровождение» – ошибка, которая связана с трудностями произнесения и написания изначально длинного слова? Или с непониманием, что это вообще такое, «время-пре-провождение»?
Заметьте, есть слова, в которых мы как раз склонны вставлять лишние слоги: «военоначальник» вместо правильного «военачальник», «остекленение» вместо «остекление». Более длинный вариант, в сравнении с коротким, кажется логичным, понятным. Но это ошибка!
С «времяпрепровождением» и «времяпровождением» другая история. Оба слова есть в словарях: и то, что длиннее (времяпрепровождение), и более короткое (времяпровождение). У них одно и то же значение: использование времени, способ проводить время. Полезное времяпрепровождение, странное времяпрепровождение – или времяпровождение? Ответ вас порадует: вы можете пользоваться любым вариантом, с одной лишь поправкой – смотря какой стиль вы предпочитаете. «Времяпрепровождение» – слово традиционно книжное, в классической литературе, да и в текстах ХХ века, вы найдете именно его. «Хотя он и допускал прелюбодеяние в размерах строгой необходимости, но все-таки считал любовное времяпрепровождение бесовским искушением» (М. Салтыков-Щедрин, «Господа Головлевы», 1875–1880). А вот из «Огненного ангела» В. Брюсова (1908): «Мне показалось, – сказал Ганс, – что вам не было заманчивым продолжать попойку, а я считаю такое времяпрепровождение и вредным, и бесполезным».
Что касается «времяпровождения», то оно в начале прошлого столетия еще относилось к просторечию, хотя это не мешало ему время от времени появляться на страницах книг, журналов и газет. У А. Толстого в «Черной пятнице» (1924) находим: «Такое времяпровождение можно было объяснить только отсутствием денег». Или вот, из воспоминаний Веры Мухиной (1939–1940): «Наше времяпровождение было очень насыщено искусством».
В общем, вам выбирать – «времяпрепровождение» или «времяпровождение». И за выбор вас никто не осудит.
Вручить
Рекламная фантазия неиссякаема. Это понимаешь, когда у тебя дома раздается телефонный звонок и жизнерадостный голос оповещает: «Вы выиграли телевизор!» Осторожно интересуешься, где же ты мог его выиграть, если ни во что играть не собирался. Это не смущает собеседника, его задача – ошеломить, зацепить и тащить, тащить… Он начинает быстро-быстро говорить, что тебе нужно только приехать в определенный час по определенному адресу, там будет какая-то презентация, нужно на всякий случай взять с собой деньги.
– А как же выигрыш? – опять интересуешься ты.
– Да вы только приезжайте, – кричит собеседник, – там вам его и вру́чат!
Вот именно на этом месте твоя вежливость иссякает, и ты бросаешь трубку. Ладно бы это было просто мошенничество, так еще и с варварским ударением! Нет уж, пусть они там сами вручают, что и кому хотят. Мы поговорим лучше о самом слове «вручить».
Проблемы возникают именно с глаголом совершенного вида – что сделать? – вручить. Будущее время: я вручу, а он, она?.. Вручи́т, только вручи́т. Они? Они тоже вруча́т. Сразу хочу сказать: другие варианты (вроде тех, что были произнесены по телефону) попросту не предусмотрены.
«Ждем вас на церемонии награждения, вам вруча́т диплом». – «Кто мне его вручи́т?» – «Скорее всего, диплом вам вручи́т сам основатель фонда. Если он не сможет приехать, вручи́т его заместитель. В любом случае диплом вам вруча́т».
Вручить – дать в руки, отдать, передать, доверить. В Толковом словаре В. Даля рядом с этим словом мы обнаружим такие забытые сейчас слова, как «вручительный», «вручальный», то есть назначенный для вручения; «вручь» – то есть «на руки». Можно было сказать, например, что деньги отдают вручь. Нам же осталось, пожалуй, только слово «вручную».
Что касается ударения, то в причастии «вручённый» оно тоже без вариантов. Вручённый, вручён, вручена́, вручено́, вручены́.
Вчера и накануне
Заспорили как-то мои коллеги: можно ли вместо «вчера» сказать «накануне». Один утверждает – нельзя, а другой совершенно искренне не понимает, почему, собственно, нельзя.
– Да как же, – горячится первый, – когда ты говоришь «накануне», ты обязательно должен указать – накануне чего. Например, мы с тобой встретились накануне Рождества – вот это я понимаю. Накануне – то есть перед чем-нибудь. Правильно?
Это, конечно, правильно. Но правильно также и другое: «накануне» – без всяких указаний на то, перед чем это произошло, – может значить «вчера»!
Давайте откроем Толковый словарь С. Ожегова. Мне как-то неловко спрашивать, что означает «вчера», но придется. Итак, что такое «вчера»? Правильно: вчера – это в день перед сегодняшним.
Теперь тот же самый словарь открываем на слове «накануне». А тут у нас что? Два значения. Если «накануне» – это предлог перед существительным в родительном падеже, то он означает «перед чем-нибудь». «Мы встретились накануне Рождества» означает, что встреча произошла перед Рождеством.
Но это не всё! Есть второе значение. Если «накануне» – наречие, то оно означает «в предыдущий день». То есть? То есть – вчера. Что и требовалось доказать тому, кто отстаивал своё право употреблять «накануне» вместо «вчера».
Вот, к примеру, текст какой-нибудь новости: «Пожар вспыхнул сегодня на одном из крупных складов. Между тем только накануне там побывала пожарная инспекция». Пожар – сегодня, а инспекция была там накануне – то есть в предыдущий день. Иными словами – вчера. Таким образом, в этом значении «вчера» и «накануне» совпадают.
Вы и вы
Если вы откроете любую книгу, то увидите, что «вы» с прописной буквы встречается очень редко. Это местоимение чаще пишут со строчной буквы, то есть с маленькой. Это понятно, ведь в противном случае «вы» будет рябить в глазах и затруднять чтение.
Общее правило такое: местоимения «вы» и «ваш» пишутся с прописной буквы (Вы, Ваш), если нужно выразить особо вежливое отношение к кому-то (это может быть и физическое, и юридическое лицо). По идее, это относится как к официальным документам, так и к личным письмам. Но на практике в личных письмах мы все чаще от этого «Вы» с прописной буквы отказываемся, и это правильно.
Где же оно еще остается – «Вы» с прописной?
Остается в официальных поздравительных адресах и открытках, в письмах к адресату незнакомому или не слишком знакомому (на всякий случай, чтобы обращение не показалось неуважительным). Пожалуй, следует учитывать еще возраст и иерархию: младший – старший, начальник – подчиненный. И всё! То есть чем официальнее ситуация, письмо или документ, тем вероятнее появление «вы» с прописной.
Но, независимо от написания, «вы» (в отличие от «ты») всё равно остается формой максимально вежливого обращения к одному лицу. Именно на «вы» мы обращаемся к незнакомым и малознакомым людям, к старшим по возрасту и положению, причем даже в неофициальной обстановке. А еще есть ситуации и случаи, когда мы переходим на «вы»! Это может происходить, если мы вдруг оказались со своим хорошим знакомым в официальной обстановке – а там все говорят друг другу «вы». Замечали, что и вы с приятелем автоматически переходите на «вы»? И это правильно.
Ну а бывает, что на «вы» приходится устойчиво перейти с человеком, с которым раньше вы были на «ты». Охлаждение в отношениях, переход этих отношений в официальную фазу, встреча после долгой разлуки – и вот вы уже на «вы». Что опять-таки правильно!
Поделиться книгой: