О чём молчали города. Мистические истории

Слово неудачника

Адри Ани

«Только бы никого не было дома, только бы там никого не оказалось…» – словно мантру, мысленно повторяет Толик. Он уже неделю следит за этой квартирой. Хозяин не объявлялся. Но вдруг он пропустил его возвращение? С его везучестью это вполне реально. Руки дрожат, пытаясь вскрыть такой простой, на первый взгляд, замок. На лбу выступает испарина. Он тяжело дышит, то и дело оглядываясь по сторонам. Ему страшно. Нет, не так. Он на грани панического ужаса. Но у него нет выбора. Ему нужны деньги, которых достать неоткуда. Иначе его убьют.

Замок поддаётся. Дверь издает тихий всхлип. В нос ударяет кисло-сладкий запах. Он противный, вызывающий тошноту и ощущение опасности. Толик осторожно переступает порог и прикрывает за собой дверь. Вздрагивает всем телом от её скрипа. С трудом сдерживает крик и тут же приседает на корточки. Зажимает себе рот рукой и вслушивается. Помимо того, что в доме могут быть хозяева и тогда придётся их убить, а ему этого не хочется, его тревожит, что здесь может быть собака.

Самым страшным псом в его жизни стал гладкошерстный чихуахуа. Когда в прошлый раз Толик решил обнести квартиру, он точно знал, что жильцов не будет. Но он не знал, что там живёт маленькая собачка, которая мёртвой хваткой вцепится ему в ногу, и он станет визжать так, что его услышат с первого по двенадцатый этажи. А потому будет вынужден позорно убегать – с псиной, у которой, судя по всему, свело челюсть от напряга. Он пытался её скинуть – честно и безрезультатно. Так и пришлось ему драпать с обезумевшей от собственной отваги собакой. Как он тогда не попался – до сих пор не понял. Благо надо было добраться всего лишь до соседней улицы.

Псина отцепилась от него, только когда он пришёл домой. Сначала он хотел её выгнать на улицу, но потом подумал, что такая мелочь там пропадёт. И, несмотря на свой страх перед этим хищным зверем, оставил её у себя, назвав Доном Хуаном. Подружиться они не смогли, но Толик исправно кормил пса, а Дон Хуан облаивал его что есть мочи.

Убедившись, что ничего подобного в этой квартире не обитает, Толик не дыша проходит внутрь. Заглядывает в комнату. Там, на диване, сложив руки на животе, лежит мужчина лет пятидесяти. Вот чёрт! Значит, он ошибся. И надо уносить ноги, пока его не заметили. Толик уже собирается ломануться на выход, но что-то его удерживает. Большая золотая подвеска, покоящаяся на груди спящего. Это круг, на котором изображены птицы, животные, непонятные знаки, а в самом центре – солнце. На толстой, очень толстой, почти как веревка, золотой цепочке. Да это же целое состояние! Он мгновенно забывает об опасности.

Храбро делает несколько шагов вперёд. Особое бесстрашие ему придаёт нож, зажатый в руке. Толик подходит к спящему. Его пальцы тянутся к массивному украшению. Случайно он задевает щёку хозяина квартиры. Она ледяная.

Толик охает, и догадка, словно мощный фонарик, озаряет его ум. Да этот тип помер! Чувак мёртв! Он проверяет ему пульс, и, убедившись, что его нет, расслабляется.

– Отчего бы ты ни сдох, приятель… – заметив, что на теле нет видимых повреждений, миролюбиво говорит Толик. Он с детства знает, что обижать умерших нехорошо. – Цацки тебе уже ни к чему. А у меня вся жизнь впереди. И её не будет, если я не отдам долг. Только вот помирать в двадцать пять как-то совсем грустно. Ну, ты понимаешь, ты ведь уже умер.

Пальцы легко тянутся к цепочке. Он аккуратно снимает её с шеи покойника, избегая дотрагиваться до его холодной кожи. Чувство брезгливости не позволяет. Толик уже берёт подвеску себе, радуясь такой лёгкой добыче, как вдруг происходит непредвиденное. Мертвец открывает глаза.

В первый момент Толик думает: показалось. Ну не может такого быть, ведь у парня нет пульса! Но чёрные пустые глазницы в упор смотрят на него. Ледяные пальцы хотят вырвать из его рук трофей. Забыв про осторожность, вор издаёт громкое «Аааааааа!» и, собрав все силы, вырывает из лап покойника подвеску.

Сначала пятится, чтобы контролировать ситуацию, а потом, окончательно потеряв голову от ужаса, поворачивается и бежит к выходу. Продолжая голосить, сбегает вниз по лестнице и замолкает, только оказавшись на улице. И то после замечания проходящего мимо подростка.

– Дядя, тебе что, на гланды наступить?

Толик мгновенно закрывает рот. Прячет краденое в карман. Оглядывается, ожидая увидеть погоню, но её нет. Шумно вздыхает и бежит к старым гаражам, где выводит из укрытия свой старый мотоцикл.

Добраться до дома для Толика – тот ещё квест. Он оставляет своё видавшее виды транспортное средство за пару кварталов до него. Идёт по теневой стороне улицы, изо всех сил старясь быть скромным и незаметным. И чем больше он прилагает усилий, тем больше на него обращают внимания. У него спрашивают то дорогу, то время, то какие у него отношения с Господом. А впереди самое сложное – пройти в квартиру незамеченным. Ведь бабушка Славки, которому он должен целых триста тысяч, постоянно сидит на лавочке, словно ей там кто-то под зад каждый день подливает суперклей. Других объяснений такому постоянству у него нет.

Но сегодня его ждёт сюрприз: бабки у подъезда не оказалось. Ликуя от счастья, Толик легко взбегает по лестнице и уже собирается открыть дверь, когда Славка подходит к нему сзади и приставляет нож к горлу.

– Я убью тебя по-дружески – очень быстро, если ты мне завтра же не принесёшь мои деньги, – зло произносит он. У Толика против его воли начинают дрожать ноги. – И то только в память о нашей дружбе с рождения. Где должок, тварина?

– Завтра, завтра всё будет, – еле ворочая языком, бормочет перепуганный Толик.

– Вот не понимаю, какого чёрта я с тобой церемонюсь? Ты ж дебил! Потому что только дебил может спрятать сумку с деньгами в баке, из которого валит дым!

– За мной гналась полиция, – жалобно пищит Толик.

– Ты сунул деньги в огонь! – приближая к нему пылающее от праведного гнева лицо, шипит Слава.

– Я об этом не подумал, – раскаивается Толик.

– То есть дым оттуда валил просто так? По приколу? – обалдевает от такого ответа Слава. – Положа руку на сердце, мне даже убивать тебя стрёмно. Вдруг твой дебилизм заразный и он после твоей смерти перейдёт на меня? Поручу-ка я это кому-то более отмороженному.

– Деньги будут, – с уверенностью произносит Толик, вспоминая о золотой цепочке в кармане. – Слово тебе даю.

– Какое ещё слово? На себя посмотри!

– Слово неудачника.

К Толику внезапно возвращается спокойствие. Он точно знает, что сейчас дружок детства ему ничего не сделает. Он всё ещё надеется получить обратно своё.

Слава закатывает глаза и убирает нож. Матерится себе под нос и, топая ногами, поднимается на свой этаж.

Перед сном Толик всегда принимает на грудь. Чаще всего это полстакана какого-нибудь простенького вина. Но в последнее время с финансами напряжёнка, и ему приходится довольствоваться самым дешёвым портвейном, от которого у него изжога. От пережитого сегодня он не замечает, как выпивает всю бутылку, и, едва успев дойти до постели, падает на неё как подкошенный, чуть не задавив Дона Хуана.

Ночью происходит что-то странное. Кто-то, будто крюком, цепляет его за рёбра и поднимает над кроватью. Толик хочет завизжать, но его словно парализовало. Он висит в воздухе и не может издать ни звука. Точно, алкоголь был палёный! А теперь у него белая горячка.

– Немедленно поезжай в Велесов овраг, – приказывает ему кто-то невидимый. Голос звучит властно, безапелляционно. – Или я раздроблю твои кости одним движением, воришка.

– Зачем? – только и может пробормотать парень.

– У тебя нет права задавать вопрос, – отвечает голос, и невидимая рука швыряет его на пол. Он больно ударяется лбом о ножку стола и тихо стонет.

Потребность поехать просыпается мгновенно и со страшной силой. У него начинается ломка. Кажется, если Толик сейчас не побежит туда галопом, его просто вывернет наизнанку. Ноги сами несут его к двери. Машинально он достаёт мобильник и смотрит на часы. Два часа после полуночи. Он никогда так поздно не выходит на улицу! Додумывает он эту мысль, уже выбегая из подъезда.

Велесов овраг находится в парке Коломенское. Толик слышал о нем и даже пару раз был там на экскурсии. А ещё какой-то умный мужик вещал по телику, что однажды там появились то ли монгольские, то ли татарские войска – у Толика всегда были трудности с запоминанием исторических событий, – когда война уже давно закончилась. Поэтому историки предположили, что в этом самом овраге находится портал, который помогает перемещаться во времени.

Ему в Коломенском не понравилось, и он сам не смог себе объяснить почему. Красивая архитектура, кругом зелень, яблоневые сады. Но было и что-то настораживающее. Исходило оно от самой земли, сочилось между травинок, напитанных жизненной силой. Он тогда почувствовал себя уставшим. Всё, чего ему хотелось, – это убежать оттуда. Но это было неудобно, ему пришлось остаться, и после он два дня страдал сильной головной болью.

До парка Толик долетает как на крыльях. Он запыхался, голова кружится. Входит на территорию, и его начинает бить озноб. Словно кем-то ведомый, он сворачивает направо и спускается вниз, в небольшой овраг. Несмотря на темноту, он знает, куда ему надо идти, и это наводит его на мысль о своём всемогуществе. Потому что ничего подобного с ним никогда раньше не случалось.

Внезапно тьма рассеивается, и Толик оказывается в облаке из плотного тумана, летучем, как пар, с бело-голубым отливом. От тумана слезятся глаза и тяжело дышать. А ещё становится очень-очень холодно. У парня даже зубы стучать начинают. Только простудиться ему сейчас не хватало! Но расстроиться из-за печальной перспективы он не успевает. Кто-то с силой даёт ему пинок под зад. Он летит вперёд и со всего маха плюхается во что-то сырое и противно воняющее. От страха он теряет сознание.

Придя в себя, Толик медленно открывает глаза. Даётся ему это с трудом, потому что веки залеплены какой-то вонючей слизью. Она залезла ему и в нос, и в рот, его тошнит и хочется проблеваться. Подняв голову и приоткрыв одно веко, он с ужасом понимает, что впечатался в распоротое брюхо коровы.

– Ааааа, – начинает голосить Толик и тут же получает по голове. Отпрянув, падает на пятую точку и, жадно хватая воздух, смотрит на того, кто его ударил.

– Ты испортил мне жертвоприношение, – сурово произносит мужчина в белом балахоне, с рисунком на лбу. Боженьки, да это же тот самый покойник, у которого он украл золотую цепочку! – Ты осквернил мою корову!

Пара крепких тумаков быстро приводит Толика в чувство. Он вскакивает на ноги и бежит наутёк от мёртвого психа. Но тот мистическим образом, по-другому не скажешь, вырастает прямо перед ним, преграждая ему путь.

– Мне бы в туалет… – робко произносит Толик, понимая, что попал по-крупному.

– Тебе туда уже поздно, – скептически отвечает живой мертвец и кивает в сторону. – Но если жизненно необходимо, могу отдать тебя им. Они вынут из тебя всё лишнее.

Толик смотрит, как двое мужиков возле пня с неописуемым удовольствием потрошат какого-то парня, вытаскивая из него кишки.

– Как-нибудь обойдусь, – сквозь зубы цедит Толик. Мертвец понимающе улыбается и нежно берёт его под руку.

– Знаешь, я давно хотел встретить такого, как ты, – вкрадчиво произносит он. – Но, несмотря на весь свой жизненный опыт, сомневался, что такие бывают.

Губы Толика расползаются в улыбке. Да он суперзвезда!

– Ну что вы, – скромно произносит он. – Я самый обычный.

– Нет! – горячо возражает мертвец. – Ты феерический неудачник! Я просмотрел твои жизненные перипетии и боялся умереть от смеха! Поэтому у меня для тебя есть очень серьезное задание. Откажешься – и я отправлю тебя к каннибалам. Выполнишь – и останешься живым, прощу тебя и верну обратно в твой мир.

– А где мы сейчас? – интересуется Толик. Ему уже настолько страшно, что кажется, он уже ничего не боится.

– По иную сторону времени, но это неважно. Я и здесь могу убить тебя. Кстати, меня зовут Михолап. А то неприятно фигурировать в твоих мыслях как «труп» и «покойник».

Толик решает не уточнять, почему у чувака такое странное имя и как он его получил. Хотя ему очень хочется.

– А теперь отдай то, что принадлежит мне, – приказывает Михолап. Толик медлит, и мужчина сам суёт руку к нему в карман и достаёт цепочку с подвеской. – Так-то лучше. Никакого инстинкта самосохранения у тебя нет!

Михолап отводит Толика в своё скромное жильё. Это простая изба, в которой висят пучки трав, на полках стоят какие-то странные баночки. В одной из них парень замечает человеческие глаза. От увиденного у него по спине пробегает озноб, а к горлу подкатывает тошнота.

Хозяин дома жестом предлагает ему сесть на лавку, и Толик неохотно подчиняется. Михолап медлит с началом разговора и заставляет вора нервничать сильнее. Вздыхает и наконец начинает говорить.

– Что? – орёт Толик и, вскакивая на ноги, сжимает кулаки. – Да ты с ума сошёл! Я не справлюсь! Пошли кого-то более смелого! Я никого и никогда не убивал!

– Посылал, – Михолап устало улыбается. Взмахивает рукой, и перед взором Толика появляется гора скелетов. Они свалены в кучу, и их пустые глазницы смотрят в пустоту. Жуткое зрелище. – Но они оказались слишком умными для такого сложного дела.

– Почему ты думаешь, что получится у меня? – с недоверием произносит Толик. Ему совсем не хочется умирать от руки какого-то страшного колдуна, которого никто не может победить.

– Потому что умного человека просчитать можно, а ты силён своей непредсказуемостью, – поднимая палец вверх, говорит Михолап.

– Да пошёл ты! – в сердцах бросает Толик.

Он хочет красиво и с пафосом уйти, но цепляется носком ботинка за свою штанину и с грохотом падает на пол. Михолап заходится в хохоте. И Толик понимает, что обречён. Уйти ему не удастся. Он прижимается лбом к деревянному полу и тихо воет.

Той же ночью они собираются в дорогу. Михолап не говорит, куда они пойдут. Толик вздыхает, но ничего не спрашивает. Он чувствует себя маленьким и несчастным. А ещё он с трудом сдерживает слёзы.

Идут они и правда долго. Михолап настолько силён и крут, что даже не снисходит до такой человеческой нужды, как привал. Он уверенно движется вперёд, таща за собой очумевшего от усталости Толика.

Наконец они останавливаются. Место для отдыха Михолап выбирает странное, по мнению Толика. Он решает перевести дух на высоком холме. Ложится на живот и вглядывается вдаль.

– Видишь тот дом? – говорит Михолап, поворачиваясь к Толику. Тот кивает. – Там живёт Твердорук. Он кузнец и сейчас нуждается в подмастерье, потому что по нелепой случайности лишился его. Ты придёшь к нему и наймёшься.

– Но я не умею ковать! – с ужасом подаёт голос Толик.

– Это твои проблемы. Будешь мудрым – переведёшь их в возможности, – сурово произносит Михолап. – Дальше. Тебе надо соблазнить его сестру – Миловею. Она, конечно, страшная, как гром в январе, но в ней – ключ к тому, чтобы убить её брата. Очень многие ломались именно на этом задании. Стань исключением.

– Она совершеннолетняя? – уточняет Толик.

Михолап тихо фыркает.

– Даже слишком. Так вот. Когда ты её затащишь в постель, ты сможешь забрать часть её магической силы, а также медальон, который она охраняет пуще глаза. Если медальона у неё нет, значит, всё намного хуже. И её брат уже подавил её волю и скоро она превратится… Ладно, это сейчас неважно. После этого ты должен будешь убить Твердорука и принести мне его сердце. Как видишь, всё не так уж и сложно.

– Ага, а чего ты сам-то не пойдёшь к нему тогда? – ехидничает Толик.

– Да с радостью бы пошёл, только по определённым причинам мне нельзя, – горюет Михолап. – Если выживешь – узнаешь, почему доверяю это тебе. Только учти, никаких хитрых ходов и лжи. Тебя мгновенно раскусят и убьют. Многие следовали этим путём. Вспомни, что с ними сталось, – сурово напоминает он. – Всё должно быть по любви. И именно это самое сложное.

– Твердорука мне тоже с нежностью убивать? – почему-то расстраивается Толик.

Михолап ничего не отвечает, лишь пожимает плечами.

Толик долго топчется возле кузницы. То сядет на землю, упрётся локтем в колено, подопрёт рукой голову и воображает себя мыслителем. То, воодушевившись собственной крутостью, встанет, развернёт плечи, грудь вперёд – как самый настоящий герой. Но храбрость быстро улетучивается, и он снова возвращается к прежней позе. И так раз пятьдесят.

– Может, хватит уже приседать, словно ты душевно калеченный, – привалившись плечом к дверному проёму кузницы, говорит высокий мужчина.

Твердорук. На вид ему чуть больше тридцати, у него светлые волосы и зелёные глаза. Крепкие плечи, сильные руки. Такой сломает его туловище пополам и не заметит. От этой мысли Толик нервно сглатывает.

– А если силу девать некуда, идём ко мне, поработаешь. Вмиг желание корёжиться отпадёт.

– Да я ничего не умею, – честно признаётся Толик. – И руки у меня кривые от рождения. Родня вообще дураком считает.

– Ну вот и проверим, – добродушно произносит Твердорук. – Вдруг родня ошибается?

Новый знакомый Толику на удивление нравится. Прежде чем начать его обучать кузнечному делу, он кормит его обедом. Расспрашивает, кто он, откуда. Зачем здесь оказался. Толик говорит ему правду: накосячил сильно, поэтому скрывается. Сам не хотел, но бес попутал, а теперь вот не знает, как расхлёбывать. Кузнец ему сочувствует и обещает помочь, если тот будет хорошо работать.

Толику нравится учиться. Он в шоке от этого, потому что раньше обучение давалось ему очень туго и учителя считали его полнейшим олухом. Сейчас же он счастлив слышать, как шипит вода от раскалённой стали, как звучит молот, выбивающий подкову. Это вызывает в его душе радость и какой-то трепет, похожий на детскую влюбленность. Без недоразумений не обходится: пару раз он сильно обжёгся, поранился, потом чуть не убил Твердорука и случайно прикончил козу, за что был сильно бит, но почему-то прощён. Славка бы сказал, что так может везти только идиотам.

Ему удаётся подружиться с Твердоруком. Они много общаются, но при этом кузнец держится особняком. Каждую ночь он собирает котомку и куда-то уходит. Пару раз Толик хочет за ним проследить, но оба раза ему мешает сильный, густой туман. Он теряется в нем, переживая животный ужас, и сломя голову летит обратно, давая себе слово, что больше не будет так рисковать. Попытавшись расспросить Твердорука о ночных вылазках, он оказывается послан очень далеко и решает, что не стоит его злить. Всё равно эта информация в часть его задания не входит, а на личное любопытство можно и забить.

Да и работы у него много. Кузница стоит в достаточно оживлённом месте – недалеко от дороги, ведущей в город. Путники их самые частые клиенты. То колесо сломалось, то лошадь подкову потеряла, то оружие заточить надо, а то и изготовить новое. С каждым новым человеком приходят новые истории, и они далеко не добрые. Поговаривают, что место это проклятое, люди часто пропадают, да так, что потом даже костей не находят. И русалки здесь шалят. Вон, что ни ночь, то сладкое пение заполняет всю округу, аж сердце до боли щемит. Бежать отсюда надо, пока беды не приключилось. Толик внимательно слушает, кивает, но на веру услышанное брать не хочет. Ведь если он в это поверит, то уже не сможет спокойно выйти из дома.

Что до Миловеи, то с девицей ему познакомиться пока не удаётся. Твердорук говорит, что она уехала гостить к дальней родне, но скоро приедет. Учитывая, что Михолап не обозначил Толику никаких сроков, тот решает расслабиться и спокойно ждать, когда она вернётся. А сегодня у него вообще выходной, и думать о делах – ну просто преступление.

Так как привычных развлечений для Толика не находится, он приходит к выводу, что будет неплохо пойти к реке и полежать на солнышке, полениться. От непривычного физического труда его тело меняется. Плечи становятся шире, руки крепче. Он даже начинает гордиться собой.

Растянувшись в зарослях и лениво жуя травинку, Толик в очередной раз размышляет над тем, почему Михолапу так упёрлось уничтожить Твердорука. Что он ему такого сделал? В эту тайну колдун его не посвятил. А ведь интересно же. По его мнению, кузнец хороший мужик – добрый, щедрый, терпеливый. Сколько нищих на ночлег к ним просились – никому ни отказал. Всех кормил, спать укладывал. За что Михолап на него так взъелся? Непонятно.

А ещё он думает о Доне Хуане. Бедняга там, наверное, уже дважды сдох от голода. Жалко его. Хоть и вредная псина, но всё равно живое существо. Слёзы сами наворачиваются на глаза. Пока никто не видит, не грех и поплакать.

Толика смаривает дрёма, когда его блаженное одиночество оказывается нарушено появлением девушки. Она идёт тихо и легко. Ветер мягко перебирает распущенные волосы цвета мёда. Её взгляд опущен, лицо задумчивое. Подойдя к краю берега, она скрещивает руки на груди и уставляется на воду. Топиться, что ли, собралась?

Толик приподнимается на локте, не сводя глаз с незнакомки. Она очень красивая. Золотистая кожа без малейшего изъяна, стройное тело. Его мать сказала бы, что в ней есть гармония.

Девица сбрасывает с себя сарафан, а следом за ним и рубаху. Вытаскивает из волос ленту и бросает её на одежду. Медленно, словно наслаждаясь каждым шагом, входит в воду. Сначала по пояс, потом по плечи – и вот её уже не видно. Толик ждёт. Ни кругов на воде, ни пузырей, ни самой девки. Утонула, что ли, всё-таки? Эта мысль заставляет его подскочить и не разбирая дороги броситься в реку. Пожалуй, единственное, что он умеет по-настоящему хорошо, – так это плавать. Он может долго находиться под водой, плавать разными стилями. С детства вода была его самым лучшим другом.

Нырнув глубже, Толик видит, что девушка камнем идёт ко дну. Она не пытается всплыть, чтобы подняться вверх. Значит, он не ошибся. Подплыв к девице, он обхватывает её за талию и начинает выплывать. Несостоявшаяся утопленница изо всех сил старается вырваться из его рук, но куда там! Он намерен её спасти, и никто ему не помешает сделать это.