О чём молчали города. Мистические истории

На другой день Индрик очнулся и узнал, что гроза потушила пожар, но сына увели с собой вражеские воины. Тогда рыцарь Индрик дал обет: отомстить русским за жену и сына. Двадцать лет Индрик копал подземный ход под рекой Наровой, чтобы проникнуть в Ивангородскую крепость и увести сына домой, в Нарву.

Но сын отказался идти. Он рассказал воеводе о подземном ходе, русский отряд вошёл в подземелье и двинулся в сторону Нарвы. В это же время им навстречу вышел отряд Индрика. Началась битва. Индрик бросился к сыну с мечом, но сын оказался проворнее и сильнее.

Как только Индрик погиб от руки сына, подтекающие своды туннеля рухнули, воды Наровы затопили подземелье, и оба отряда погибли. С тех пор по ночам, особенно в осеннюю ненастную погоду, над рекой раздаются стоны: сын Индрика не находит покоя, он ждёт, что отец его простит…»

Так вот чей это голос! Неужели он до сих пор мечется над рекой, ищет отца? Ивар попробовал представить себя на месте Индрика: двадцать лет не видеть сына, всё это время прокладывать дорогу на другой берег Наровы, а потом узнать, что ты больше не нужен своему сыну. Какая нелепая судьба. И только теперь Ивар понял, что думает не об Индрике, а о себе: ведь он тоже не видел сына почти двадцать лет, искал способ вернуть его, а потом получил ответ «ты мне не отец». Разница только в том, что Ивар всё ещё жив. Но почему призрак приходит именно сюда? Ивар открыл окно, завернулся в плед, сел на подоконник. Ветер тревожно захлопал ставнями соседних домов, взъерошил остатки листьев на ветках, рванулся к реке и привёл за собой знакомый голос.

«Где ты, отец? Отзовись. Я был зол на тебя. Ты убил мою мать, ты лишил меня семьи. Я вырос, я привык к новой жизни, я забыл тебя. Но ты нашёл меня, ты нарушил мой покой.

Я не мог вернуться, но ты не понял этого, ты хотел завоевать меня. Мне пришлось защищаться. Я растерялся. Я не хотел тебя убивать.

Прости, отец».

Ивару казалось, что это Дима говорит с ним из ночной тьмы, что это его голос звучит над рекой. Ивар приставил ладони ко рту и закричал, как в рупор, пытаясь перекричать пронзительный свист ветра: «Я прощаю тебя! Я больше не буду тебе мешать. Живи, как привык, и будь счастлив».

И сразу стало тихо.

* * * * *

Через неделю после того, как Дима впервые услышал голос призрака, ему снова пришлось поехать к родителям: Юлька замуж собралась, в субботу ждали гостей – семью жениха, и невеста никак не могла обойтись без старшего брата. Поздно вечером, когда все разошлись, Дима ушёл в свою комнату и открыл окно. Погода, днём ещё по-летнему тёплая, вечером совсем испортилась, ветер метался по аллее у дома, деревья били друг друга ветками. Дима вспомнил, как в прошлый его приезд домой, в такую же ненастную ночь, ему почудился голос невидимого старика.

Сегодня было тихо, только ветер играл с тополями. Дима сел на диван, начал читать френдленту, увлёкся интересной темой, быстро стучал по клавишам, спешил высказаться. Дописал комментарий, ждал ответа. Краем глаза увидел, как за окном мелькнуло светлое пятно. Птица? Такая крупная? Повернулся – конечно, там никого нет, просто показалось. Пошёл дождь: сначала редкие капли посыпались на листья и на асфальт, потом застучали всё чаще, всё сильнее, и скоро слились в сплошной гул. Но в шуме дождя отчётливо звучало что-то ещё. Дима прислушался: опять тот же голос.

«Осень опять наступила. Которая уж по счёту? Полтысячи лет прошло, сколько этих осеней я перевидал. И погода, как тогда: ветер воет, дождь льёт. А я всё ищу тебя, год за годом, век за веком.

Где ты, сын? Чую, ты меня слышишь. Чую, болит у тебя душа – по матери твоей убиенной, по детству загубленному, по родной семье.

Но… ты живой! Кто ты?»

В прошлый раз Дима подумал, что это злой розыгрыш: кто-то узнал о смерти его настоящей матери. Но сегодня голос разговорился. Что он там бормотал про полтысячи лет? Может, и правда старик тут жил пятьсот лет назад? Конечно, Дима не верил в привидения. Конечно, всё это не могло быть правдой. Но факт есть факт: за окном звучал голос и говорил про убитую мать. «Гугл тебе в помощь», – сказал себе Дима и начал искать легенды о реке Нарове. Не сразу, но нужная история в Интернете нашлась.

«Двадцать лет Индрик копал подземный ход под Наровой, чтобы пробраться к сыну и увести его домой, на другой берег. Но когда Индрик пришёл к сыну, оказалось, что всё было напрасно. Сын вырос среди русских, считал отцом человека, который его вырастил, и возвращаться в Нарву с Индриком не собирался».

Дима закрыл ноутбук, вскочил, походил по комнате, подошёл к окну. Бедный Индрик. При жизни сын его так и не простил, а теперь уже ничего не поделаешь. Так и будет призрак отца летать над рекой, искать сына. Но почему он именно сюда прилетает? Зачем ему Дима? Неужели больше не с кем поговорить о сыне?

Дима о своём отце старался не думать, особенно теперь, после сообщения в Фейсбуке. Оказалось, что назойливый зануда Рави Икс – это его отец. Дима его давно заметил: незнакомец явно пытался привлечь к себе внимание, ни одного поста не пропускал. Сначала Дима думал: ладно, пусть, мне не жалко. Даже отвечал ему иногда. Но когда узнал правду – забанил, не хотел его больше видеть.

И вот теперь этот голос за окном. Поневоле задумаешься: зачем он здесь? Дима всё чаще вспоминал Рави-Ивара. «Зачем он меня разыскал? На что надеется? Что хочет мне сказать?» – спрашивал себя Дима. Ответов у него не было.

* * *

Осень выдалась дождливой: что в Питере, что в Ивангороде. По выходным Димины друзья сидели в общаге, а он чуть ли не каждую неделю ездил к родителям. «Девушка у тебя там, что ли?» – спрашивали, но Дима отмахивался, ничего им не рассказывал. Да и что рассказывать? Что ездит в Ивангород слушать голос мёртвого старика? Чушь. Даже самому себе стыдно признаваться в таком. А старик не умолкал. По вечерам, когда родители и сестра уже спали, Дима открывал окно, прислушивался к жалобным стонам ветра и вскоре начинал различать слова.

Потом подолгу лежал без сна и думал об отце, сравнивал его с Индриком. Ведь если задуматься, Индрик не так уж сильно виноват перед сыном: всё могло сложиться по-другому, и жил бы он спокойно со своей семьёй. И не понадобилось бы двадцать лет рыть туннель на другой берег Наровы. Ну, Индрику уже ничего не поможет, он уже пятьсот лет как мёртв. Но Ивар-то пока жив. И ведь хотел встретиться. Зачем? Может, надо было согласиться?

В один из выходных, после очередной бессонной ночи, Дима решил написать Ивару. Зашёл в Фейсбук, нажал на «Сообщение», но колебался, глядя на пустое окошко. А надо ли это делать? Может, оставить всё как есть?

В дверь постучали.

– Да! Заходи!

Софья стояла на пороге, смущённо теребила ворот свитера.

– Мам? Что-то случилось?

– Да вот… знаешь… Я тут подумала… Мы с папой подумали… В общем, вот. Мы его нашли, – она быстро подошла к столу и положила перед Димой листок бумаги.

– Что это?

– Тут адрес Ивара. Твоего отца. И телефон.

В тот вечер Дима в последний раз услышал голос старика.

«…сын, прости… из-за меня ты остался без матери…»

«…сын, прости… из-за меня ты оста…»

Пятигорск

Существует легенда, что в первые годы советской власти во Второ-Афонском монастыре, что стоит на горе Бештау (Пятигорск), пытались укрыть свои сокровища богатые купцы и банкиры. Осенью 1927 года большевики реквизировали монастырское имущество, но золота-серебра оказалось так много, что верным ленинцам не хватило транспорта, чтобы вывести сокровища за один раз. Было решено сделать в монастырь второй заход. За одну ночь монашествующие спрятали более 500 килограммов ценного металла в районе горы. Столько лет прошло, но так никому и не удалось отыскать хоть намёка на захоронение.

Муза

Виктория Данген

…Кавказ,

Где пасмурный Бештау, пустынник величавый,

Аулов и полей властитель пятиглавый,

Был новый для меня Парнас.

(А. С. Пушкин)

Эта удивительная история произошла с одним журналистом во время его командировки на Кавказ. Но обо всём – по порядку…

Если верить в то, что у каждого человека есть талант, то всегда найдёшь для себя утешение. Талант, как Божья искра, согреет в самые ненастные дни твоей жизни. Одиночество, нищета, болезни – ничто не страшно человеку с частичкой Бога в груди.

Специальный корреспондент столичной полужёлтой газеты «Неизведанная Россия» Игорь Ленник верил в это. Тем более что ему приходилось писать о вещах редких, непонятных или вовсе выдуманных им же самим. Конечно, у него имелся кое-какой талант – куда без этого? Вот только маленький, незаметный, скромный… И размер таланта, к сожалению, имел значение! Получалось, что его таланта хватало только на журналистскую работу: поиск и анализ информационного повода да преображение этого повода в интересный текст. Немало, если равняться на обывателей, но и немного, если сравнивать себя с настоящими писателями. Игорь боялся заходить в книжные магазины. Нет, у него не было редкой фобии или аллергии на запах полиграфической краски, – его мучила зависть. К тем счастливчикам, что смогли пробиться в элитный клуб Писателей. Да, вот они все, эти тщеславные везунчики! Стоят на полочках: в твердых полноцветных переплётах или в мягких глянцевых. Сверкают довольными физиономиями на задней стороне обложки, выпячивают свои фамилии на корешке. Большие фолианты или тоненькие брошюрки, современные авторы или давно почившие классики, – Игорь ненавидел их и завидовал каждому. Книги он, конечно, читал, но предпочитал электронные версии бумажным, это раз; а два – он принципиально не платил. Пытался найти пиратскую версию в интернете или выбирал классику. Не из экономии, нет, деньги на книги у него имелись. Игорь не хотел оплачивать чужой труд, увеличивать популярность автора, поощрять своим кошельком издательства. В то время, когда есть Он – настоящий писатель: интеллектуальный, ироничный, тонко чувствующий потребность сегодняшнего общества в настоящей литературе. Так он думал про себя, проходя мимо ярко освещённых витрин книжных магазинов или скромных уличных лавок.

На деле непризнанный писатель творил «в стол». В его активе были шесть незаконченных рассказов, три очерка о путешествиях и один большой исторический роман в детективном жанре. Игорь загорался какой-нибудь идеей и так же быстро терял к ней интерес. Всем его произведениям не хватало глубины. Проблемы героев были надуманными и неправдоподобными, да и сами герои были плохо «прочерчены». Вид чужого успеха злил Игоря, а после того как пена злости оседала, приходила меланхолия. Работа оттесняла творчество на второй план, дедлайн мешал заниматься рукописями, идеи новых произведений всё реже и реже посещали нашего автора, а продолжать старые записи становилось скучно.

Утро дня, с которого всё началось, вышло серым и однообразным. Большинство журналистов «совы», и Игорь не был исключением. Работать он предпочитал ночью и ложился спать, когда тусклый рассвет слегка размывал небо. В офис приползал последним и ещё час-полтора находился в коматозном состоянии, накачивая себя сублимированным кофеином, но и это не всегда помогало.

Заместитель главного редактора Всеволод Алексеевич Фисов разбудил отключившегося Игоря, звонко похлопав широкой ладонью по столешнице:

– Ну, всё, Ленник, просыпайся. Опять сидел допоздна, зенки в монитор таращил?

При этом «зенки» самого замглавреда сузились настолько, что остались одни зрачки.

– Давай поднимайся и пошли в мой кабинет. Дело для тебя есть.

Всеволод Алексеевич был худощавым невысоким мужчиной предпенсионного возраста. Его лысина представляла собой образец прически «озеро в лесу», когда по бокам ещё остались посеребренные курчавые пряди, но центр сверкал гладью. Острые кончики ушей, длинный тонкий нос и хищный прищур глаз придавали ему сходство с лисой. Его так и называли: Старый Лис. За глаза, разумеется. А о его журналистской хватке в редакции ходили легенды: если Лис учуял след, это будет бомба!

Спецкор встрепенулся: возможно, наклюнется интересная работёнка.

– Значит, так, Игорь, – замглавред «проиграл» пальцами на крышке стола неслышную мелодию. Он вообще любил постукивать, похлопывать, поглаживать руками различные предметы.

– У меня есть для тебя задание. Поедешь на Кавказ.

– В ссылку? – сострил Игорь.

– В отпуск! Тем более ты уже три года в нём не был. Отдел кадров негодует! Мол, заездил сотрудника, нарушение трудового законодательства, трудовая инспекция нам головы оторвёт и прочее. Пакуй чемоданы, парень. Совместишь приятное с полезным, так сказать. Соберёшь какой-нибудь остренький материал, ну, знаешь, чтобы с перчиком! И заодно водички минеральной попьёшь, свежим воздухом подышишь. Может, выспишься наконец-то… – мужчина строго и укоризненно взглянул на спецкора.

– Отпуск? В ноябре? Да ещё и на Кавказ?? – возмутился Ленник. – А куда потеплее нельзя?

– Во-первых, – начал менторским тоном замглавред, – у нас газета называется «Неизведанная Россия». Россия, понимаешь ли, а не Таиланд. Во-вторых, Кавказ – это же юг! По сравнению с другими округами нашей страны там тепло. Ну, относительно, конечно. И в-третьих: ты же молодой! Кровь кипит! Не замёрзнешь!

– Ясно. И что мне там делать? Йети в горах ловить? – фыркнул Игорь.

– А хоть бы и Йети! Поездишь по экскурсиям, по горам побродишь, глядишь и найдёшь какого-нибудь Йети-маньяка-расчленителя, – и Старый Лис разразился мелким то ли кашлем, то ли хохотом. – В общем, для меня главное – твой отдых. Я уже и приказ соответствующий подписал. Но и про материал интересный тоже не забывай. Дерзай, Игорёк! – и начальник дружески хлопнул журналиста по плечу.

Ноябрьский Кавказ встретил спецкора неласково. Пегое, с пятнами облаков, низкое небо, ледяной ветер и пустая, не прикрытая снегом, земля. «Вот тебе и юг», – с досадой подумал Игорь и повыше поднял ворот пальто. Возле аэропорта, словно от холода, жались друг другу разномастные автомобили с шашечками. Мужчина поспешил к первому авто, передал свой чемодан водителю и с удовольствием юркнул в тепло салона.

– Куда? – задорно спросил водитель.

– Пятигорск, гостиница «Интурист». Знаешь такую? – отозвался Игорь.

– А то! – подмигнул в зеркало заднего вида таксист. – В командировку?

Водителю явно хотелось поболтать.

– В отпуск, – недовольно процедил Игорь.

– Кавказ – благодатный край! – таксист широко развёл руками, как бы приглашая гостя оценить красоты природы. Но природа была не готова к встрече «дорогого гостя» и вела себя очень сдержанно.

– Что-то благодати не видно, – кисло заметил пассажир.

– А вот зря вы так! – водила постарался отразить на лице обиду, но уже через секунду довольная улыбка вернулась на свое место. – Мне боги обещали всю неделю тёплую. Вот увидишь, завтра будет солнышко!

«О! Жизнерадостный шизик!» – подумал Игорь, но решил уточнить:

– Какие же боги Вам наобещали эдаких чудес?

– Как «какие»? – водитель удивлённо пожал плечами. – Обыкновенные. Боги природы: ветра, огня, земли, воды. Я у них что-то прошу, они обещают и всегда выполняют. Вот верите – всегда! Я иногда даже хочу, чтобы обещание не исполнилось. Потому как… знаете, что они мне тогда должны будут?

Игорь отрицательно мотнул головой.

– Вот-вот, не знаете, а тогда!.. Но никогда не бывало такого. Пока не бывало. Они же должны подношения отработать. Мою жертву, так сказать. Ведь боги очень любят жертвы. Вы знали об этом?

– Догадывался, – сухо ответил Игорь и отвернулся к окну, давая понять, что разговор окончен. Таксист несколько раз внимательно взглянул в зеркало заднего вида и обиженно замолчал.

Автомобиль приближался к пункту назначения. Вдалеке вырастали тёмные горы с голыми склонами. Суровый Машук упирался телевизионной вышкой-пикой в пасмурную высь. Чуть дальше – пятиглавый Бештау, тёмный и грузный, вершины которого больше похожи на осколки зубов древнего чудовища. «И что мне здесь ловить? – грустно подумал Игорь. – Расположусь в номере и пойду искать зацепки для нового материала. А то я сдохну от скуки в этой глуши».

Машина остановилась перед «Интуристом». Спецкор с радостью отметил, что ему хотя бы не придётся жить в клоповнике, и эта мысль привела его в доброе расположение духа. Игорь решил распрощаться с водителем на дружеской ноте.

– Позвольте полюбопытствовать: а какую же жертву принимают ваши боги? – спросил он.

Словоохотливый в начале поездки водила нахмурился и серьёзно взглянул на своего пассажира.

– Такую же, как и все остальные: кровь и плоть, – без капли иронии выдал странный водитель, усаживаясь в машину. – И с тебя она спросит то же самое… – бросил таксист на прощание и захлопнул дверь.

«Шизик!» – беззлобно подумал спецкор, подхватил чемодан и направился к гостинице.

Следующее утро выдалось на удивление солнечным. Игорь выглянул в окно, зажмурился от яркого света и поплотнее задёрнул гардину. На какое-то мгновение он вспомнил слова таксиста и непроизвольно поёжился. Шизик оказался прав. Или… Или просто посмотрел прогноз погоды на неделю! Ха-ха-ха! Вот и всё его «вангование». Тупой приёмчик, рассчитанный на приезжих идиотов. «Нужно будет его опробовать на местных тёлочках», – подумал Игорь и направился в душ.

День был совершенно свободный, и Ленник стал придумывать работу, чтобы занять себя. В первую очередь журналист решил наведаться в архивы городской библиотеки, прошерстить местные легенды и предания, после заглянуть в музей. Потом, следуя заветам Старого Лиса, отправиться по экскурсиям. Каким именно – он решит после.

Городская библиотека, как и большинство культурных провинциальных сооружений, была выстроена в стиле «советский ампир»: высокие потолки, узкие коридоры, белые колонны и затёртый трескучий паркет. К счастью, посетителей не было, и Игорь направился в отдел специальной литературы. Две пахнущие нафталином жрицы культа знаний были рады поговорить с молодым московским журналистом. Узнав о предмете его интереса (мифы и легенды Кавказа), наперебой потащили ветхие книги.

– Вот, молодой человек: этой литературы вам должно хватить. Посмотрите записи фольклористов, легенд о Кавказе очень много, – проворковала первая жрица с седыми буклями и в вязаном плотном жакете.

– А вообще, – вторила ей библиотекарь помоложе, – пройдитесь по классикам. Ведь у нас на Кавказе перебывали практически все великие русские писатели: Толстой, Чехов, Лермонтов, Пушкин!

– Кстати, Пушкин очень любил прогулки по Бештау, – поддакнула «букля». – В своих мемуарах он сравнивал Бештау с греческим Парнасом и говорил, будто там его посещают музы!

– Пушкин был знатный враль, дамы, – осклабился спецкор. Великий классик раздражал его не меньше остальных удачливых «коллег».

Женщины удивлённо переглянулись и оставили посетителя наедине с книгами. Часы пролетели незаметно. Игорь познакомился с нартским эпосом, со всеми мифами Кавказских гор, даже нашёл парочку легенд, связанных с горой Бештау. Одна легенда его особенно заинтересовала: про монастырский клад. Игоря, как и любого мужчину, манили приключения, тайны. А тут целый клад! Ну как устоять? «А из этой легенды, при должном старании, может выйти интересный материальчик на две полосы. Монахи, большевики, несметные богатства. Читатель такое любит!»

После библиотеки спецкор отправился в местный краеведческий музей. За двадцать рублей он прослушал прескучную лекцию про становление и развитие города-курорта Пятигорска. Единственное, что его заинтересовало во всей экскурсии, так это короткий рассказ про ландшафтные особенности и геологическое строение горы-лакколита Бештау. Оказывается, на горе есть небольшое озеро: оно находится чуть ниже мужского монастыря и носит название Монастырского. Начинающий кладоискатель вспомнил вычитанные в библиотечной книге «водяные замки»: любимый способ сокрытия кладов на Кавказе. «Не там ли припрятаны сокровища? Нужно изучить!» – отметил про себя спецкор. Он отправился в гостиницу писать черновики. На следующий день у него была запланирована экскурсия. Что именно посетить, Ленник определил ещё в музее: озеро близ монастыря.