Страницы прочитанной жизни

Бессмысленные звёзды

Влюблённость пленяет юных,Грозит жизнь сумой и тюрьмой.Не зная, что делать порой,Отрок в сомненьях чугунныхПод звуки гитар подлунныхГрустит полнокровной весной.Когда набухают почки,Желанья пылают сильней.Ищут ночами живейПодростки поодиночкеНа небе звёздочки-точки,Бессмысленные для людей.

На планете Земля

Ссылкой на голой планете ЗемляБыл я наказан – раз набедокурил.Званий лишили всех и корабля.Первую эру протемпературил,Жаждал вернуться, ошибки признать,Как это сделаешь без звездолёта?!Начал с годами судьбу принимать,Бросил идею побега-полёта.Внёс изменения в скудный ландшафт —Выкопал реки, приплюснул чуть сферу.Вывел животных для пущих забав,Ловко устроил скафандр-атмосферу.Много минуло с тех пор январей,Осточертели мне фауна с флорой.Вылепил я пару бойких людей —Понаслаждаться полнейшей уморой.Быстро развеялись скучные дни,Мощным фонтаном забили забавы:Я наблюдаю разборки родни,Сколь изощрённо враждуют державы,То монополиям власть отдаю,То демократию провозглашаю,В созданном мире живу, как в раю,За человечеством вскользь наблюдаю.Словно мальчишка, наделал дорог,Чтоб запускать поезда, электрички.Для усмиренья – надёжный острог.Для развлеченья раздал детям спички.Чаще всего я играю в войну,Создал орудия, армии, танки,Лодки в морскую спустил глубину,Были слоны, колесницы, тачанки.Нравятся мне легионы бойцов,С флагами грозных полков построенье,Страх первородный зелёных юнцов,Перед атакой верзил вдохновенье.Аэродромы отстроил, хитрец,Восстановил втихаря космодромы.Власти обидчиков скоро конец —Люди вернут мне родные хоромы.Вырвутся в космос открытый они —Подлые, злобные, наглые твариТрон галактический без болтовниОсвободят – я вернусь в государи!

Новь

Время сочится меж пальцев.Желание – бросить очаг,Вступить в плеяду скитальцев,Презрев изобилие благ.Пульс учащённый взывает —Лететь в неизвестную новь,Где пика шоссе пронзаетЗаката венозную кровь.Сносят мечты меня с места,Лишают покоя весной.Порой становится тесноДвоим на планете одной.

Неприступная

На меня надвигаются рифмы —Многопалубные корабли.Налететь опасаюсь на рифыНе испытанной раньше любви.Эта томная дама – загадка,Неизведанный остров морской.Добиваюсь её без устаткуУтончённой искусной игрой.Восхитительный форт не сдаётся,Каждый штурм обращается в прах.Беззаботно красотка смеётся,А во мне разрастается страх.Комплексую – стал мало пригоден,Утерял привлекательность, шарм.Докажу – я в любви бесподобен.Подготовлю надёжный плацдарм,Подниму чёрный флаг флибустьерский,Проявив бесшабашный кураж,К ней ворвусь обжигающий, дерзкийИ пойду сразу на абордаж.

Пресловутая вечность

Снег просыпанной крупой лёг на землю.Я давно с тобой кручину приемлю.Расставания легки, встречи кратки.Дни таблетками летят из облатки.С неизбежностью потерь примирились,Понимая, что давно отбесились.Плохо видно не вдали, а в газетах.Сохраняем жизни ритм на кассетах.Месяцы спешат, как дни, дни – мгновенья.Победила седина, без сомненья.Кожа матово, игриво дразнила,Ныне в пятнах возрастных – карта мира.Из мешка здоровых лет хворей водыЧерез дыры унесли счастья годы.Поглотил водоворот-скоротечность.Впереди ждёт пресловутая вечность

С женою

Любовь восхищает на яхте в порту,На заднем сиденье в роскошном авто,В отеле средь статуй, картин, паспарту.На жёстком диване с женою – не то.Влечение остро с селянкой в саду,В гримёрке с танцовщицей из варьете,С нагою шатенкой в июльском пруду.С женой ощущенья в алькове – не те.Интрига пикантна на ласковом море,В конторе с коллегой средь груды бумаг,С гимнасткой фигуристой на тренажёре.С женой после смены рабочей – не так.Дряхлеть неуместно с губастой девицей,Болячки свои выставлять напоказС хорошенькой и пышногрудой тупицей.С надёжной женою стареть – в самый раз.

Гидра-подземка

Московской подземки коварная гидраРаскинула щупальца-линии хитро.Глотает меня, недоспавшего, рано,Слюнявит, жуёт и томит неустанно.Я в пасть отправляюсь её добровольно.Язык-эскалатор несёт сердобольноМеня в подземелье, слизнув с турникета,С утра раскисаю комком винегрета,Летящим в желудок в пригожем вагоне,Расставшись с толпою на ложке-перроне.Рекой мерно льётся людей биомасса,В сабвее равны все – нет первого класса.Во чреве метро тесновато и душно,Соседи глядят исподлобья «радушно».Бегут беспрерывно сосиски-составы,Кишечник-туннель не справляется, право.Его часто мучат запоры, поломки.Работы в утробе всегда трудоёмки —Ведь надо от лишней избавиться пыли,Вещей, что сограждане в спешке забыли.Под вечер меня отрыгнут, как обычно, —Для гидры-метро я невкусен привычно.В час пик в молчаливом потоке народа,Помятый, из заднего выйду прохода.

Графитовый идеалист

В пенале искрящейся жизни,Обычный простой карандаш,Веду свою линию к тризнеСквозь груды бумаг, ералаш.Эффектны чернильные ручки,Фломастеры ярких цветов.Теряюсь в житейской толкучке —На вид непригляден, суров,Я сер, не светящийся маркер,Не пылок, как броский акрил,Не Вотермен, точно не Паркер,Хотя в штриховании мил.Со стразами перья гламурны,Богат золотой антураж.Меня дожидается урна —Не вечен простой карандаш.Подтянутый был, остроумный,И мной восхищалась пастель.От страсти, порою безумной,Дрожала в экстазе постель.Ломается грифель мой твёрдый,Осталось немного чертить.Был раньше ретивый, упёртый,Способный дружить и любить.Сейчас похожу на огрызок —Облуплен, обкусан, худой,Давно не гожусь для расписок,Не хвастаюсь прежней длиной.Точилки забот постарались,Уменьшили гордый мой рост,Снимая зря стружку, игрались,Приблизив смиренный погост.Хотел я признания, славы,Оставить значительный след.У времени злобные нравы,Оно правит ластиком бед.Как я рисовать ни старался,За мной – чистый девственный лист.Обидно, смешно просчиталсяГрафитовый идеалист.

Билборды

Достигли дна мои желанья,В них нет летящей новизны.Не оправдались ожиданья,Мечты подавленно бледны.Всё приземлённо и убого —Работа, транспорт, чуткий сон.Дохода нету нефтяного,Меня не ждёт автосалонС крутыми Бентли, Мазерати,Открыт путь к местному ларьку.В бутиках мой типаж некстати,Охрана всюду начеку.Тону в немыслимом раздрае,Реклама броская зовёт —В автобусе, в метро, в трамвае —Пуститься в радостный полёт,Купить машину, кофемолку,Сменить квартирный антураж,Подогревает втихомолкуПовышенный ажиотаж.Модели смотрят лучезарноС экранов и больших афиш,Мужчины выглядят шикарно.Мне достаётся голый шиш.Зарплату съела коммуналка,Аптека забрала аванс.Из развлечений лишь закалкаДоступна мне, такой пасьянс.Я понял ночью с перепугу:Билбордам надо ярко жить —Они советуют друг другуТовар, что я не смог купить.

Психоаналитик

Дешёвый психоаналитикДавно придумал оправданье —Пусть не художник и не критик,Почёт приятен и признанье.Готов он ради громкой славыВскрывать могилы впечатлений,Презрев обычаи и нравы,Копаться в яме ощущений,Труп препарировать былого,Скелеты воскрешать из шкафа,Искать решенья непростого,Изображая позой графа.Его призванье – душ властитель.Ему подвластны судеб тайны…В колхозе «опытный» целительПровёл полжизни на комбайне.

Декабрьская капель

Капель барабанит игриво,Как будто в права вступил март.Пропал снег тщедушный ретиво,Тепло пришло – зимний бастард.Забыты большие морозы.Трава пробудилась от сна —Предвестник пахучей мимозы.На троне природы – весна.Меня зависть одолевает.Хочу потепленья души —Пусть снова любовь расцветает,Вернутся веселья стрижи,Пройдёт охлажденье желаний,Придёт вожделенья апрель,Из сердца без всяких старанийПольётся признаний капель.

Взгляд в прошлое

Стою на дороге, усталый,Сутулюсь под ношей годов.Мой путь уже близок к финалу,А взгляд напряжённый суров.Не нравится здешняя мода,Тревожные грезятся сны,Развязность царит – не свобода,Мешают проблемы спины.Бельмом на глазу бескультурье,Приниженность мыслей и дел.Подвержены массы дрессуре,Вульгарный пестрит новодел.Дышу я всё больше прошедшим,Настырно копаюсь в былом,В любимом, красиво отцветшем,Отзывчивом и дорогом.Янтарь воскрешаю событий,Алмазы великих побед,Восторги приятных открытий,Отличный семейный дуэт.Купаюсь в благих помышленьях,Пошедших когда-то под нож,Стремлюсь заплутать в ощущеньях,Вернуть сладострастную дрожь.Играет судьба со мной в прятки,Скрыв счастья мифический клад.По жизни иду без оглядки:Смотрю не вперёд, а назад.

Неясное томленье

Опять в душе неясное томленье,Мандража перепутанный клубок,Паническое странное смятенье,Как будто ждёт у входа «воронок».Был отроком примерным, аккуратным,Не знался с малолетнею шпаной.Душил порою страх неадекватный —А вдруг сегодня явятся за мной.Далёкий от политики блудливой,Не преступал я каверзно закон,Заслышав шум шагов в ночи, пугливый,Решал, что в двери ломится ОМОН.Не отсидел, меня не притесняли,Не буйствовал на митингах с толпой.В роддоме губы с молоком всосали —Когда-нибудь прибудут за тобой.Боязнь прошила всё мировоззреньеИ каждый сколиозный позвонок.Спасает христианское терпенье.Томится у подъезда «воронок».

Размышления обречённого

В моде вендетта в последнее время!Всем не советую трогать меня.Я обязательств тяжёлое бремяСкинул, молитвы упорно бубня.Перелопатил досады былые,Вспомнил обидчиков мерзких оскал,Мщения пули достал боевые —Каждый получит достойный финал.Что мне терять? Онкология-сукаСрок отвела – пару месяцев жить.Раз провидение столь близоруко,Сам постараюсь врагам отомстить.Пусть мало силы, сникаю я быстро,Но не оставлю предателям шанс.Хоть завершенье пути неказисто,Мести разложится чёрный пасьянс.

Добровольное одиночество

Праздники шумные мне надоели,Грохот пирушек и тостов салюты.С книгами прячусь в своей цитадели —Маленьком, пыльном чулане-каюте.Чай наливаю янтарного цветаВместо шампанского, пенного пива.На табурете не видно паштета —Сушки простые лежат сиротливо.Я, словно в трюме, в тиши и покое,Отгородившись от буйной стихии,Взгляд обращаю настырно в былое,В прежние страсти и перипетии.Вычленив все судьбоносные даты,Ловко исправив дурные огрехи,В прошлое не обрубаю канаты,Выбросив за борт мечты об успехе.Без балаганной команды застольнойСкромно иду в океане раздумий,Радуюсь ссылке своей добровольнойСредь бывших чувств, оживающих мумий.Полон проектов я, дерзостных планов,Гордо подняв паруса вдохновенья,Самый известный из всех капитанов,Не придаю рифам злобы значенья.Мерно качает бриг воспоминанийВ спальном мешке без жены и метрессы.Дарит спокойствие гавань познаний.Парализуют мир сильные стрессы.

Не тот Новый год

Декабри пошли не те,Без морозов и метелей.В пыльных бусах декольтеУ облезлых, чахлых елей.Снега нет под новый год,Залихватского веселья.Мыслей мусоропроводМедленно ведёт к похмелью.Впереди семейный бал,Отцвели корпоративы.Плоских шуток сериалУлучшает только пиво.Телевизор надоел —В нём одни и те же лица.Праздник с детства постарел —Без мезима не напиться.Нет рождественских чудес,Ощущенья доброй сказки.Не проходит нервный стресс,В гараже лежат салазки.Непроглядная зима —Пасмурно и неуютно.Распустила крылья тьма.Не смеётся абсолютно.Торжеству бы надо встать,В календарь в начало лета,Когда будет жизнь блистать,Как натёртая монета!

Невидимка

Напротив станции метроПритормозила иномарка.Сквозь приоткрытое стеклоСияла незнакомка ярко.Под взором томных карих глазЯ превратился в истукана.Внезапно, без расхожих фраз,С небес сошла любовь-нирвана.Трудился улей городской,Она мне улыбалась мило.Взяв темп невиданный впервой,По рёбрам сердце колотило.Я воспарил в благих мечтах,Простившись с долей одинокой,Горел, как лампочка впотьмах,От чаровницы волоокой.Она дарила доброту,Распространяла безмятежность.Я позабыл про духоту —Мадам мне отдавала нежность.Продвинулось вперёд авто.Не изменила позы краля,Оправив воротник пальто,В окно задумчиво взирая.Пронзила боль, присесть клоня,Я содрогнулся, задыхаясь, —Она не видела меня,В пространство мягко улыбаясь.

Одноразовый герой

Он в детстве кошку с ветки снял,Залез на самую вершину.Внизу весь двор в сердцах орал:«Не повреди случайно спину!»Был участковый и врачи,Примчались быстро журналисты.Ему твердили: «Не молчи!Зачем подался в альпинисты?Забрался по стволу легко?Спас неразумного котёнка?Не страшно лазить высоко?Кровь на локтях – нужна зелёнка!»Краснел герой и прятал взор,Довольный налетевшей славой.У школы произвёл фурор —Его встречали всей оравой.Он стал примером малышам,О нём судачили девчата,Стучали по худым плечамХвалебно старшие ребята.Жизнь пролетела словно миг.Клубком безликим слиплись годы.Сейчас орёл – седой старик,Проевший прежние доходы.В сухом остатке – храбрый шагИ благодарность в стенгазете.Былой кумир – в душе смельчак,Готов сплясать на парапете.

Икебана былых симпатий

Жизнь в ипотеке

Мне дали блестящую жизнь в ипотеку.Я должен проценты платить каждый деньДушевно, сердечно, не в кассе по чеку,Отбросив хандру и природную лень.Мой ангел кредитный следит неотступно,Чтоб приумножались благие дела:«Досталось тебе, что другим недоступно,Тогда, будь любезен, работай сполна».Активно, мучительно, непринуждённоПорой разгораются искры добра.При первой возможности их восхищённоДарю тем, кто жаждет заботы, тепла.Но знаю, когда-нибудь силы иссякнут,Вернуть не смогу я долги небесам.Дождём мелким низкие тучи размякнут.Уйду разбираться с просрочкою сам.

Дом на окраине

Дом на окраине столицы,На берегу спокойной речки.В лесу поют вольготно птицы,Камин на месте русской печки.От центра час езды, не боле,И пропадает суетливость.На берегу другом, на поле,В тумане царствует сонливость.Дом жмётся к елям сиротливо —Телёнок несмышлёный к мамке.Трубу вздымает горделиво,Как смотровую башню в замке.В безветрии безмолвье правит,Придя из самых недр склепа.След лайнера ножом вскрываетЖивот беременного неба.

Тревога

Тревога в душе поселилась туманно,Противной занозой засела в груди,Всплыла из глубин подсознанья нежданно,Как будто курс снова меняют вожди.Томлюсь в нетерпенье, вокруг озираюсь, —Возможно, опасное что-то проспал.Подвоха большого всерьёз опасаюсь,Надеюсь, фортуна подаст мне сигнал.По городу, сонный, слоняюсь безвольно.В потоке машины за мною следят,Лучами ласкают в ночи сердобольно,Клаксонами вслед с пониманьем гудят.

У окна

Если осенью в ночи тоскливо,Я гляжу в продрогшее окно.Город сверху противоречивоСмотрится, как мокрое панно.Празднично дома блестят в рекламе,В переулках брошенных темно.Ощущенье: на экране-рамеКрутится беззвучное кино.Фонари подсвечивают лужи,Ветер тучи рвёт на лоскуты —Панорама предрассветной стужи,Встреченной случайно наготы.Помечтав в высотном «кинозале»,Возвращаюсь в пледе досыпать,Словно карандаш в сухом пенале,Залезаю в тёплую кровать.

Трубы

Постучись в моё окно,Мы пойдём гулять по крышамИ услышим заодно —Трубы, как живые, дышат.Не хрипят и не храпят.Вторя завываньям ветра,Глухо, жалобно гудят,Под зонтами пряча недра.Тянутся настырно ввысь,К облакам и самолётам,В устремленье вознестись,Вопреки сухим расчётам.Им мерещится – они,Подрастая ежедневно,Как-нибудь без болтовниОторвутся непременно,Ровным клином полетятВ сизом небе на закате.И коттеджи загрустят —Без привычных мачт фрегаты.

На мёртвой остановке

Смотрю в окно: напротив разобралиТрамвайные блестящие пути.Брусчатку вскоре снимут, и едва лиВагоны будут вновь людей везти.Со вздохом умирает старый город,Под снос идут привычные дома.Машины недовольно кранам вторят,Мешает реконструкция весьма.В моей душе отцветшее пирует,Опять бузит проказница весна.Сознание в прошедшее дрейфует,В страну, где были счастливы сполна.Хватаю куртку, кепку и перчатки,Не в силах сердца барабан унять.Бегу через дорогу без оглядки,На мёртвой остановке тебя ждать.

Кувшинки

Кувшинки раздобыл я для тебя —Река довольно сильно обмелела.Вода текла прозрачная, рябя,Её светило летнее прогрело.Волшебно пахли жёлтые цветки,А стебли извивались горделиво.Так в сумерках, стесненью вопреки,Ты предо мной змеишься прихотливо.

Новогодняя метель

Год завершается бесснежно,Готовы зеленеть кусты.Хочу просыпаться я нежноНа город снегом с высоты.Укрыть деревья и газоны,Дать елям праздничный наряд.Пусть станут белыми вазоны,Гирлянды в серебре горят.Украшу площади любовно,Припорошу в садах травуНа радость людям, в полночь ровно,Метель чудесно оборву.

Гаджет

Он купил себе гаджет – последнее слово.Шли часы, измеряя рост, возраст и вес,Знали норму калорий, сколь пища белкова,Без проблем прогревали с утра «мерседес».На рождественском празднике в баре известномПовстречал незнакомку он дивной красы,Возбудился мгновенно, стал смелым повесой,Но вмешались нежданно крутые часы.Оценили они частый пульс, сердца рвенье,Покраснение щёк, потреблённый им спирт.«Счёт закрыть, заблокировать карты», – решеньеЗавершило чудесно начавшийся флирт.

Паломничество из города

Уеду из пыльного городаВ дом у извилистой тихой реки,Где грудь тишины не распоротаБешеной гонкой наперегонки,Стремятся дубы старомодныеВвысь – вместо пыльных бетонных верзил,Петляют тропинки безродные,Красок набор восхитительно мил.Уйду на закате паломником,В час, когда власть перейдёт к фонарям,Креститься на ели в питомниках,Кланяться их узловатым корням.

Надежда побега

Город – домами набитая бочкаВ обручах крепких безликих дорог.Я в нём – селёдка, ненужная строчка.Малоприятен подобный итог.С пенсионерами в офисе банкаМаюсь. Толкаюсь в метро каждый день.Знаком вопроса кривится осанка.Напоминаю остывший пельмень.Давят жестоко кредитные рамки,Как бы разжать ипотеки тиски?Мне не пройти восхитительно в дамки,Чтобы глобально набить кошельки.Вид небоскрёбов гнетёт серым прессом —Я ощущаю себя муравьёмИли, точнее, полнейшим балбесомВ гонке бездарной за кровным рублём.Втайне лелею святую надежду —Выбежать в поле по первой росе…Город меня, как учитель невежду,Хлёстко бьёт плетью ночного шоссе.

Наш дом

Мне кажется, наш дом – огромный лайнер,Гигантский многопалубный паром.Плывёт в житейском море он бескрайнемС заставленным машинами двором.Квартиры – пассажирские каюты,А камбуз – это местное кафе.Шлагбаум возвышается на юте.Команда постоянно подшофе.Куда плывём мы в мире беспризорном?Кто знает курс? Где лоцман, капитан?Плутает в заблуждении покорномМногоэтажек белый караван.

Пропущенный трек

Дни уходят безвозвратно.Сколько их осталось мне?Я провёл безрезультатно,В суетливой западне,Синеокие недели.От рассвета до концаГоды птицей пролетели.Я – подобие слепца,Не увидел эру счастья,Проморгал симпатий век,Разбазарил пул участья,Пропустил любовный трек.

Окурок страсти

Оказалась любовь зимородком,Родилась вместе с песнями вьюг.Восхитился он образом кроткимС побелевшими пальцами рук.Отогрел её и без раздумьяПредложил стать законной женой.Всем казалось, поступок – безумье,Но он был ослеплён красотой.Расцвела белоснежка весною.Скромность с талой водою ушла.Оказалась мадам деловою,Быстро гонор и спесь обрела.Объяснила – духовность прекрасна,Но без благ материальных никак.Грубовата среда, буржуазна.Выживает крутой, не слабак.Позабыть надо интеллигентность —Не приносит дохода она.Ныне дерзость важна, а не честность,Непростые стоят времена.Он пытался перечить наивно,Про историю мира вещал.Отзывались слова негативно —Каждый раз разгорался скандал.Было отдано лето покупкам.В сентябре состоялся развод.Страсть, истлев сигаретным окуркомПрочертила, искрясь, небосвод.

Утренние дебаты

В голове муравейник кишит,Создавая в мозгу напряженье.В глотке сухо, исчез аппетит.На кровати лежу без движенья.Беспокойство скребётся в грудиСерой мышью в исхоженной норке.Ощущение – ждут впередиНепристойные, с криком, разборки.Разбросал руки-ноги крестом,«Отче наш» повторяю упорно.Подозрений мучительный комОбвивает меня тошнотворно.После бурной попойки грешил?Впереди гильотина расплаты? —Сам себе оппонент, я решилПродолжать непростые дебаты,Разобраться, в чём был виноват,Сколь тяжёл совершённый проступок.Понимаю, готов компромат.Может, в дом притащил проституток,Загулявших нетрезвых друзей?Колобродил задорно полночи?..Вспомнить я не могу, хоть убей,Полный сумрак сознанья. Короче,Надо, силы собрав, уточнить,Где жена, почему тихо в доме,Раскрутить событийную нить,Осознать – сколько маялся в коме.Круг вопросов решился в момент —На комоде записка белела:«Срочно вызвал больной пациент,Дозвониться, прости, не сумела».Я устою супруге разносОт того, что всю ночь волновался,Перенервничал, стресс перенёс…И по этой причине набрался!

Ремонт разбитого сердца

В ремонт

Срочно отправить в ремонт погрузневшее тело,Яркость добавить глазам, увеличить свеченье.Маски минорные выстирать время назрело,Мысли унылые вывезти на излеченье.Ссора набухшая вытекла каплей из крана.Надо в душе починить заскорузлые дверцы.Смотрится странно симпатий былых икебана.Самое сложное – склеить разбитое сердце.

Горы

Горы тянутся дерзостно в небо,Белизну снежных шапок храня.По сравнению с ними нелепоТо, что часто волнует меня.Горы острыми пиками тычутВ облака, что спускаются вниз,В тишине охраняют добычу —На Земле неземной парадиз.Гряды гор скалят зубы надменно, —Мир создав, выбиваясь из сил,Наш Создатель в запарке, наверно,Их с другими сравнять позабыл.И теперь они феноменальны —Не имеют серьёзных врагов,Для мечтаний благих идеальны,Наслаждение для смельчаков.

Зимнее имя

Напишу имя звучное веткой,Пусть искрится оно и сияет.Ощущаю его каждой клеткой,Оно часто меня вдохновляет.Нацарапаю горькое имя,Занесёт кутерьма его снегом.Будет тайна надёжно хранима,Нежным чувствам служить оберегом.Имя выведу пальцем на насте,Чтобы солнце его растопило,Излечило от пагубной страсти,Муки зимней любви прекратило.

Опасный поэт

Опасный человек – поэт.Поговоришь с ним откровенно,И он сваяет твой портрет,Причём с сарказмом непременно.Поэт – коварный человек.С ним побеседуешь душевно,Он, мыслей не ослабив бег,Тебя ославит совершенно.Любой поэт – головотяп,Мечтает оседлать Пегаса.Достанет – в рот засуньте кляп,Пусть сеет рифмы у Парнаса.

Альпийская безмятежность

Безмятежность. Кирха. Лавки.Кобальт неба. Светотени.Лыжный генерал в отставке,Предаюсь врождённой лени.На ухоженном балконе,С пуншем, под лучами солнцаНаслаждаюсь в капюшоне,А с горы народ несётся.Я своё откуролесил,Полетал по трассам чёрным…В мягком кресле сыт и весел,В пледе, словно под снотворным.

Крушение

Он в море жизни неприглядномПлыл в одиночку много лет.И слыл его корабль нарядным,Сам капитан – сухой атлет.Проливы юношеской дружбыСменяли устья бурных рек.Отлично шли дела на службе —Без ненавистных ипотек.Стихия бизнеса штормила.Боролся он и побеждал,А в холостяцкой рубке милоБлестел начищенный штурвал.Бриг бороздил чужие страны,Во льдах неверья дрейфовал.Порою ночи были пряны,Попоек длился сериал.Манили шумные притоны,В портах заморских кабаки.Он смело шёл на бастионы,Познал уныние тоски.Он наступал, оборонялся,Тонул и снова воскресал,Над неудачами смеялся.Его спасал девятый вал.С соседями мешали стычки,Но он держал добротно курс.Аскета скромные привычкиСоздали денежный ресурс.Ни конкуренты, ни партнёрыНе омрачали сильно путь,Не досаждали сутенёры,Случайных отношений муть.Сгубила паруса везеньяНежданно вспыхнувшая страсть.Не представлял он, что влеченье —Страшней, чем ураган, напасть.Увы, разбило бригантинуО скалы стройных женских ног.Унёс несчастного в пучинуЛюбовных бедствий осьминог.

Картечь беды

Прильни сильней и нежно обними,Хочу, чтоб ты меня зацеловала,Приблизила дыхание весны,Седой зимы свернула покрывало.Снега разлук мешают быть вдвоём,Метель усугубляет отчужденье.Сломав лёд разногласий, мы плывём,Ростки оберегая вдохновенья.Симпатии надуты паруса,Их наполняет ветер притяженья.За нами недоверья полосаИ пена мимолётного сомненья.Мы держим курс неведомо куда.Вокруг штормят моря противоречий.Прижмись ко мне, родная, навсегда,Пускай беда даст мимо залп картечи.

Безответность любви

Любовь холоднее, чем смерть,Бывает порой в этом мире.Претензий пустых круговертьДовлеет в семейном эфире,Клинком застарелых обидНаносит летальные раны.Уже не страшит суицид,Не лечат объятья нирваны.Глубокой апатии лёдЭмоций порыв охлаждает.Слов солнечных приторный мёдБесследно в ночи исчезает.Фригидным ножом постный видЛегко убивает сердечность.Удавкой на шее виситНесчастной любви безответность.

Почерневшие алмазы верности

Стремилась ты, воздушная, ко мне,Стук каблуков звучал в ночи украдкой.Мы зависали в сказочном турне,Любовной наслаждались лихорадкой.Ты шла в раздумьях рядышком со мной,Безмолвно, погружённая в печали.Я получил клеймо – антигерой.Размолвкой отношения дышали.Ты, хлопнув дверью, мчалась от меня,От страсти, словно гибельной заразы.В душе остались угли от огня,Чернели сажей верности алмазы.

Репетиция разрыва

Мы долго репетируем разрыв.В архиве много смелых постановок.Прорвался обвинений злых нарыв,Настало время мелких подтасовок.Играли мы фатальную любовь,Разбрызгивая кетчуп уценённый.Пришла пора сменить муляж на кровь,Чтобы поверил зритель искушённый.Мы реквизит использовали весь —Блестят углы осколками посуды.Прошёл апломб, заплесневела спесь.В гримёрке надоели пересуды.Гастроли стоит нервные прерватьИ разойтись достойно, без оглядки.Грусть инеем засыпала кровать,Страх наступает радости на пятки.

Горячее сердце

Походила на нежный цветокТы нетронутой белою кожей,Посещала морозный каток,На коньках была стройной, пригожей.Чёрным чаем тебя я поил,Согревал покрасневшие руки,Выбивался буквально из сил,Чтоб недели не ведала скуки.Я делился душевным теплом,Отдавал тебе всё, без остатка.Ты решила идти напролом,Чтоб немедля достигнуть достатка.У карьеры завидный был рост.Увлечение мной охладело.Пыл мальчишеский стал слишком прост —Ты желала солидного тела.Были связи нужны и кредит,Всем известное громкое имя.Разыгрался к деньгам аппетит.Цель, казалось, вполне достижима.Я теперь – перевёрнутый лист,Бесполезная добрая грелка.Небогат, не смазлив, неречист…Море первой любви стало мелко.Дни бегут, хрупкий образ храня.Хоть полна жизнь ехидного перца,Постоянно ношу для тебяВ клетке рёбер горячее сердце.

Поиск ответа

В город маленький, провинциальныйОн зачем-то сбежать захотел.Ход действительно нетривиальный —В захолустье укрыться от дел.Путь пролёг по кривым переулкам,Не созрел в голове чёткий план.Он бродил по глухим закоулкам,Словно в чаще лесной партизан.Удивлялись кривые фасады,Стёкла в треснутых окнах цвели.Ухмылялись беззубо ограды.Подорожники спали в пыли.Во дворах зной июльский ютился,Воздух летний был сильно прогрет.Что искал здесь, к кому он стремился?Не нашёлся правдивый ответ.

Проказа счастья

Не стоит глумиться бесстыдноИ мучить друг друга по кругу,В постели играть безобидноВ чужую святую супругу,Держать расстоянье публично,Забыв откровенные ласки.Всё в жизни подлунной вторично.Порвите унылые маски.Обиды свои, униженьяСмените на радость экстаза.Да здравствует эра забвенья!Пускай сгинет счастья проказа.

Пешка

Он должен позабыть о нейИ не глядеть в глаза покорно.Зашло созвездье страстных дней.Опала властвует тлетворно.Псом шелудивым ни к чемуЛизать послушно руки милой.Уж лучше броситься во тьму,Чем прозябать в печали стылой.Не умереть бы от тоски,Торчащей тесаком в грудине.Сметает пешку-жизнь с доскиЛюбовь, подобная лавине.

Дилемма

Они прожили много летВ любви, согласии, достатке,Но он, увидев яркий свет,Сражённым пал, как от взрывчатки.Была богиня молода,Стройна и хороша собою,Амбициозна и горда.Он звал её телезвездою.В мученьях бросил он жену,Причалил к берегу другому,Прикрыв в стесненье седину,Придался счастью озорному.Кружила голову постель —Слыла зазноба мастерицей.Гордился он – фотомодель!Знакомил всех друзей с девицей.Летели сладостные дниИ восхитительные ночи.Сияли радости огни,Летали регулярно в Сочи.Вдруг интересы разошлись —Ей нужен был гламур и танцы,А он не мог, хоть провались,Всё время находиться в глянце.Тоска заполнила кровать,Обиды сыпались горохом.Модель ходила танцевать,Он предавался грустным вздохам.Тихоня раньше был учтивС соседями и на работе,Стал раздражён и молчалив,В тревожном пребывал болоте.Расстроенный, звонил жене,Но благоверная молчала.Шли вечера наединеВ преддверье громкого скандала.Он, к удивленью, осознал,Что любит до сих пор супругу.Его терзал сомнений шквал,И мысли двигались по кругу.С одною в спальне – мёд, сирень,С другой – сердечно и душевно.Пронзала острая мигрень.Была дилемма злободневна.