Киллер на удалёнке (СИ)

Пролог.

«Вот нынче открыл мне глаза Всемогущий Сэдд на один обряд колдовской. Сделаю его и — нет человечка. Ни один дохтур не дознается до причины гибели его. Слава тебе, Всемогущий Сэдд, управляющий всеми духами земли, огня, воздуха и воды! Сила твоя, как и власть, безгранична. И я, верная слуга твоя, внемлю твоим указаниям и творю дело своё с твоей помощью. А дело-то и не сложное. Прост обряд. Ох, как прост! Главное, заклинание правильно произнесть, а уж куклу из теста я запросто состряпаю. Куклу из теста любая крестьянка необразованная слепить может, а вот дальше только мне под силу. Значит так: куклу сделала, волосы или ногти жертвы ей прицепила, да вещь каку жертвы приладила, и пошло дело. Нож в руки взяла и с помощью силы, что дал мне Великий Сэдд, начала заклятье произносить. А слова заклятья просты донельзя… Главное, имя жертвы знать…»

Ведьма кропотливо записывала в тетрадь то, что открыл ей Всемогущий Сэдд после принесения в жертву чёрной курицы нынче в полночь. Луна осветила опушку, на которой стояла с виду ветхая лачуга ведьмы. С виду-то она была ветхая, мхом поросшая, а на самом деле бревно было не просто крепкое, а заговорённое против бурь, дождей, огня и металла. Если бы кто по злому умыслу решил лачугу подпалить или топором изрубить — ничего бы у него не вышло. И что хуже, сам бы пал от руки неведомого врага. К ведьме той лишний раз да без надобности никто не заглядывал. Ведьма замерла на мгновение. Лоб наморщила, вспоминая наказ Сэдда. Наказ его был такой — передать знания, полученные от него, мужчине, что придёт к ней зимой. «Как узнаю я его?» — спросила она, и тут же в голове у неё прозвучал голос: «Знак у него на ладони будет. МОЙ знак». Подумала: «Где ж его взять, смельчака этого, что решится ко мне наведаться?» Обмакнула перо в чернила, смешанные с кровью той самой курицы, да принялась дальше выводить корявые буквы, что бы уже на века сохранить откровения духа Всемогущего да Всевидящего Сэдда, управляющего всем живым и мёртвым на земле…

Часть 1 глава 1

Год тысяча девятьсот одиннадцатый.

Ведьма взяла щепотку порошка и бросила его в огромный чан с водой, где плавали лепестки ночной фиалки. Затем, запрокинув голову назад, подняла руки к верху и произнесла: «Духи воды и огня! Духи воздуха и земли! Я силою своей призываю вас в помощь! Придите ко мне и примите в дар жертву во имя исполнения желания! Примите ли вы дар? Дайте знак!» Ведьма замерла, прислушиваясь к происходящему в её лачуге. Вдруг свечи на столе затрещали. Ветер с силой ударил в закрытое окно. Вода в чане заволновалась. Лепестки хаотично забегали по воде, прибиваясь к краю чана.

— Всё в порядке, госпожа! — радостно воскликнула ведьма, глядя на юную особу, сидящую в углу и кутающуюся в шаль. Девушка, затаив дыхание, наблюдала за действиями ведьмы. — Духи с радостью примут жертву, дабы исполнилось твоё желание!

— А какова жертва? — голос прелестницы дрогнул.

— Всего лишь капля твоей крови, Светлейшая Анна! Всего лишь капля. Подойди ко мне.

— А точно ли всё получится? — приблизилась юная особа к ведьме.

— Не сумлевайся в моих способностях и силы тех Духов, что творят свои дела по твоей просьбе! Смелее! Иль передумала? Хочешь смерть сестры своей неотомщённой оставить? Ты скажи — я остановлю обряд.

Анна уверенно протянула руку пожилой женщине, которая держала нож:

— Не передумала. Делай своё дело, ведьма! И да будет так, как я хочу!

Взмах рукой — и капли тёплой крови стали капать в маленькое блюдце. Затем ведьма присыпала рану порошком:

— К утру и следа не останется от пореза. А сейчас положи деньги и ступай. Видеть происходящее тебе не след.

— А когда я узнаю, что задуманное мной случилось?

— Санкт-Петербург — город маленький. Вести быстро распространяются. Ступай, госпожа. — С этими словами ведьма проводила девушку до дверей.

Как только юная особа исчезла, пожилая женщина спрятала деньги в коробочку и приступила к выполнению заказа Анны. Из теста слепила куклу. Приложила ей к голове волосы, принесённые девушкой. Из куска ткани, которую так же принесла юная особа, ловко раскроила платье и надела на куклу.

— Нарекаю тебя именем Наталья. Носить его будешь от сего часа до самой смерти, а смерть твоя уже стоит на пороге.

Потом ведьма полила куклу специально приготовленным снадобьем. Положила её на деревянный круг, по краям которого располагались ножом высеченные знаки. Густо посыпала круг сушёными травами и кореньями. Несколько раз произнесла заклятье на одном ей известном языке и приступила к завершению обряда. Она взяла нож с толстой деревянной ручкой, на которую были нанесены такие же знаки, как на круг, и стала методично вонзать нож в грудь куклы, сделанной из теста. Нож проходил насквозь и упирался в дерево, оставляя после себя видимый след. Когда круг из разрезов на груди куклы замкнулся, ведьма стала наносить удары в область живота, приговаривая при этом:

— Была жива, да вся вышла. Жизнь уходит, дух выходит, тело остаётся да земле предаётся. Такова воля всесильного духа Сэдда! Не моими руками, а твоими, Всемогущий Сэдд, дело делается. Не как я хочу, а как ты хочешь! Ныне и присно обращаюсь к тебе, Сэдд, за помощью.

Затем стала пританцовывать и негромко напевать:

— Наношу я удар последний, удар роковой. В руках моих сила самого Сэдда. Твориться дело моё при его помощи. Да завершится дело моё смертью Светлейшей Натальи! Да не останется на теле жертвы ни одного следа от ножа моего, как не останется следа от куклы!

Затем ведьма ножом провела по своей руке, капли её крови упали на куклу. Ведьма снова запела, только теперь уже на одном ей понятном языке.

Тесто стало сохнуть прямо на глазах. Платье скукожилось, волосы с головы упали, а кукла рассыпалась в прах. Ведьма воскликнула:

— Слава тебе, Всемогущий Сэдд, управляющий всеми духами земли, воздуха, огня и воды! Силой своей и могуществом убираешь ты всех врагов, стоящих на пути к исполнению желания прекрасной Анны! Жизнь за жизнь! Смерть за смерть!

Как только ведьма произнесла последние слова, окно в избе распахнулось, и ворвавшийся через него ветер унёс прах куклы с деревянного круга.

— Да будет тааак! — казалось, сами стены дома произнесли эти слова…

Часть 1 глава 2

*** Наше время.

… Дверь за Олегом закрылась, и Катя осталась одна в пустой квартире. Тишина пугала. Надо что-то делать… Что?.. Она схватила телефон и набрала Зойкин номер, но Зоя трубку не взяла. Сбросила её звонок. Наверно, Игорь был рядом, а она не захотела с ним ссориться. Конечно! Муж важнее лучшей подруги. Катя разревелась. Больше из-за злости на себя, чем из-за ухода Олега. Ругала себя последними словами за то, что плохо спрятала дневник. Скинув шубку прямо на пол, Катя смотрела на себя в зеркало. Да… Можно сто раз сказать себе, что ты красавица, но отражение быстро вернёт тебя к действительности. Молодая женщина вздохнула. Всего у неё было слишком. Слишком большой нос. Слишком высокий рост. Слишком маленькие глаза. Да ещё и зад плоский. Немудрено, что Олег от неё ушёл. Хотя, ушёл он не из-за этого, а из-за того, что нашёл и прочёл её дневник. Катя, шмыгнув носом, вытерла слёзы и включила кофемашину. Открыла бутылку ликёра, что купила в дьюти фри для них с мужем на Новый год. Налила рюмочку и выпила залпом. Злые слёзы рвались наружу. Как она могла так опростоволоситься с этим дневником!? Хорошо хоть Олег, уходя, всё ей оставил: и квартиру, и технику, и мебель. Ничего делить не стал. Правда, машину забрал, ну так он её ещё до брака купил. Взяв чашку кофе, рюмочку и бутылку ликёра, Катя отправилась на балкон. Балкон был большой и Олег (не только голова светлая, но и руки у мужа, теперь, к сожалению, бывшего, были золотые) сделал из него нечто среднее между кабинетом и комнатой отдыха. С одной стороны стоял компьютерный стол и стул, с другой он сделал каркас для кровати от стенки до стенки, только без спинки. На матрас Катя постелила большой пушистый плед и положила несколько подушечек разного размера. Когда Олег работал, она забиралась с ногами на эту кровать, куталась в махровый халат мужа и читала. В отличие от современной моды, где большинство людей читали книги в интернете, она предпочитала бумажные носители. Она любила делать заметки на полях и подчёркивать понравившиеся фразы. Муж всегда высмеивал эту её привычку, а она на него злилась. Теперь мужа нет. Злиться, даже в шутку, не на кого… Катя поставила рюмку и чашку на маленький круглый столик. Бутылку на компьютерный стол. Взяла сигарету. Закурила. Олег не разрешал курить в квартире, и она выходила на лестницу. Теперь же она спокойно курила на балконе, устроившись в подушках. Как там говорила героиня фильма «Девчата»? Одной лучше. Хочу халву ем, а хочу варенье. Может, не совсем так, но что-то вроде того. Катя выпила очередную рюмку ликёра и, утирая слёзы, предалась воспоминаниям…

… Отец ушёл из семьи, когда Кате было шесть лет. А когда Кате исполнилось двенадцать, мама снова вышла замуж. С отчимом Сергеем отношения не заладились сразу. Сейчас, с позиции взрослого человека, Катя понимала, что была неправа. Сама провоцировала скандалы. Пыталась ссорить Сергея с мамой. Не могла простить ей, как тогда считала, предательства. Катя была категорически против маминого замужества, а та её не послушала и вышла замуж. Отчим был человеком незлобивым и терпеливым, но даже его золотому терпению пришёл конец, когда пятнадцатилетняя Катя попыталась обвинить его в домогательстве. Сергей работал в компании по установке видеоаппаратуры и на его счастье у них в квартире стояли камеры, о которых девушка не подозревала. Хорошо ещё, что она выбрала для обвинений комнату, а не ванную. В ванной, по понятным причинам, камер не было. После такого выпада разладились отношения с матерью. И, как только Кате исполнилось восемнадцать лет, мама и Сергей вручили ей ключи от однокомнатной квартиры, куда она и переехала.

Подруги и сокурсницы ей завидовали. Ещё бы! Своё жильё в восемнадцать лет! Только Катя была недовольна.

— Как ты не понимаешь, — говорила она Зойке Павловой, своей подруге со школьной скамьи, — они меня выкинули, как собачонку из своей жизни!

— Ты тоже хороша была! Зачем тогда про домогательство выдумала? Ты понимаешь, что дядю Серёжу посадить могли?

— Я же только матери сказала. Я же не в милицию пошла. — Оправдывалась Катя.

— А если бы мать, не разобравшись, в милицию побежала?

— Ну, ведь, не побежала, — отбивалась Катя от нападок подруги.

— Хорошо ещё, камеры были в комнате установлены, а то бы точно дядя Серёжа в тюрьму загремел.

Никто из её подруг тогда такой поступок не одобрил. Тем более что к тёте Жене — Катиной маме — все девочки относились хорошо. Знали её с первого класса. И с Сергеем отлично общались. Он и уроки делать помогал, и Зойку с Маринкой в парк брал в выходные дни, и в кино они все вместе ходили. А когда Зойка влюбилась, то первой об этом узнала тётя Женя, а не её мама.

Часть 1 глава 3

Кате исполнилось двадцать пять лет двадцать пятого ноября. Вот тогда Зоя и предложила ей поехать к одной «бабушке».

— Зачем?

— Смотри, твои знакомые девчонки, включая меня, уже давно замужем, а Рита и Оля даже успели развестись и снова создать семьи. Только ты одна. Вдруг у тебя венец безбрачия?

— Не говори ерунду! Все эти венцы безбрачия придумали всякие проходимцы, что бы деньги с доверчивых людей снимать.

Но Зойке было не занимать упрямства, и в выходные она повезла Катю в Стрельну, к бабушке Клаве.

Баба Клава была очень бойкой и поворотливой старушкой, несмотря на свою полноту. Зойку она сразу выставила из комнаты. Катю посадила на стул лицом к дверям. Сама встала за её спиной и стала что-то шептать, водя вокруг головы горящей свечой.

— Всё, вставай. — Сказала она и подошла к столу. Присела на узкий диванчик около стола и постучала рукой рядом с собой:

— Садись.

Катя послушно села рядом с бабушкой Клавой.

— Нет у тебя никакого венца безбрачия. И порчи нет. И сглаза. Чистая ты.

— Тогда почему же мне замуж никак не выйти?

— У каждого своя судьба. Кому-то суждено всю жизнь прожить в браке, кому-то быть одиноким. — Уклончиво ответила та.

— Моя судьба в одиночестве? — с испугом выдохнула девушка.

— Дай-ка, руку гляну. Да не эту. Правую давай. Ого‼ Вот это дааа… Твоя судьба в другом, — баба Клава смотрела на девушку удивлённо и недоверчиво, — но тебе пока рано об этом знать. Время твоё ещё не пришло. Ты ко мне через год обязательно приезжай. Не важно, как жизнь у тебя сложится. Ну, а если уж так хочется замуж сходить, то вот… на, сходи…

Она встала. Подошла к старому, видавшему виду, серванту и, открыв дверцу, достала маленький пузырёк.

— Сходи. Посмотри, как там замужем, — усмехнулась она. — Капнешь в бокал со спиртным понравившемуся мужчине, и свадьба не за горами, — подала она пузырёк с прозрачной жидкостью.

— А что это?

— Приворотное зелье. Только запомни, пить вы должны вдвоём, без посторонних и надо обязательно чокнуться бокалами-то.

— Это как же я с ним наедине окажусь? В гости, что ли с бутылкой напроситься?

— Можно и в компании. Главное, что бы только ты одна с ним бокалами чокнулась, без других девушек. Запомнила?

Катя кивнула и, убирая пузырёк в сумку, спросила:

— Сколько я Вам должна?

— Сколько не жалко.

Девушка вынула тысячу рублей и положила их на стол. Бабушка Клава усмехнулась:

— Что ж так дёшево счастье своё женское ценишь? Или не веришь мне, девонька?

Катя покраснела.

— Давай так договоримся: как только мужа найдёшь — принесёшь мне тысячу долларов.

— Долларов? — Катя аж подпрыгнула.

— А ты себе в мужья мужчину-то побогаче выбирай. — Клава пристально смотрела на девушку. Вроде улыбается, а взгляд холодный, до костей пробирает.

— Я принесу. Обязательно принесу. Честно, — прижала руки к груди Катя.

— Конечно, принесёшь, — снова усмешка. — Кто ж это ведьме долги не отдаёт? Только глупец да самонадеянный человек.

— А вы, что — ведьма?

— А сама-то как думаешь? — баба Клава легко поднялась и махнула рукой на дверь:

— Иди уже. Подруга заждалась. Да про зелье никому ни слова, поняла?

— И даже Зойке?

— Никому.

— Спасибо, бабушка Клава, — и Катя бочком, бочком вышла из комнаты.

— Ну, что? Что? — теребила её Зойка.

— Нет на мне ничего, — отмахнулась Катя. — Я же говорила, что ерунда это всё.

Часть 1 глава 4

Придя домой, Катя открыла пузырёк. Понюхала. Ничем не пахнет. Неужели это и, правда, приворотное зелье? Девушка задумалась. С первым встречным жизнь связывать не хотелось. Она закрыла пузырёк и поставила на кухонную полку. Затем налила себе чаю. Села за стол и стала перебирать в памяти знакомых мужчин.

— Нет. Лучше не так, — сказала она вслух. Прошла в комнату. Покопалась на книжных полках.

— Вот то, что надо! — глядя на маленький блокнот, решила она. — Ведь недаром мудрый русский народ придумал поговорку: «Что написано пером, то не вырубишь топором». Да и всякие продвинутые психологи рекомендуют вести дневник. Говорят, это дисциплинирует и помогает потом анализировать происходящее.

Она вернулась на кухню и написала: «С сегодняшнего дня начинаю записывать свои мысли и действия. Благодаря бабе Клаве моя жизнь изменится в лучшую сторону».

Потом она припомнила, что психологи и коучи рекомендуют пользоваться аффирмациями, и записала несколько жизнеутверждающих фраз. Перечитала. Затем стала припоминать всех мужчин, которые ей когда-то нравились. И только потом записала несколько мужских имён. Из одноклассников никто внимания не привлёк. В институте ей симпатизировал Андрюшка Кошкин, так он женился на третьем курсе. И видела она его последний раз года два назад. Ещё Павел Горшков на работе… они с ним пару раз просыпались вместе, но потом как-то всё само собой на «нет» сошло. Да и не перспективный он. Сидит на окладе. Двигаться вперёд не хочет. Стремлений никаких. Нет… не то… Она вычеркнула его из списка. В отпуске в этом году с Артёмом познакомилась, так только в отпуске любовь и была. В Питер вернулись, в кафе один раз сходили и он пропал. Дааа… тяжёлый случай. Тоже не вариант. И тут она подумала про брата Зойкиного мужа, Олега. Олег и Игорь были двойняшки. Они с ними в кафе познакомились. У Зои с Игорем любовь с первого взгляда случилась, а Олег на Катю тогда внимания не обратил. И после тоже, когда они встречались все вместе, хоть Катя прозрачно и намекала на отношения. Олег ей нравился. Не то, что бы она была в него влюблена, но… Катя несколько раз обвела его имя, написанное в блокноте. Он не женат — это точно. Машина у него хорошая. Вроде, он компьютерщиком работает. Если так, то это очень хорошо. Двум людям, отлично владеющим компьютером, всегда будет о чём поговорить. В семье обязательно должны быть общие интересы. Это она в какой-то книге вычитала. Вот на Олеге Катя и решила остановить свой выбор. Встретиться с ним очень просто. У Зойки совсем скоро день рождения. Правда, на день рождения Зоя с Игорем поедут в Сочи, кататься на лыжах. Зато Новый год на носу. И хотя Катя обычно встречала Новый год с Таней и Мариной, то ради своего счастья она решила изменить этим правилам. Зойка обязательно её к себе пригласит, если узнает, что в новогоднюю ночь подруга останется одна. А то, что Олег присоединится к ним, Катя даже не сомневалась. Братья были очень дружны и не только праздники, но и выходные часто проводили вместе. Она тут же позвонила Зое:

— Как добралась, Зайка?

— Нормально добралась. — Слегка удивилась та. Никогда Катя раньше не интересовалась такими мелочами. — Правда около дома с трудом припарковалась. За день столько снега намело, что дворники убирать не успевают.

— Вы с Игорьком никуда на Новый год не собираетесь? В кафе там или на лыжную базу?

— Собираемся. А что? Хочешь с нами?

— Хочу, если ещё не поздно.

— Молодец, что сказала. Игорь сегодня будет места на базе отдыха бронировать.

— А что же ты мне не предложила? — обиженным тоном спросила Катя.

— Так я думала, ты, как всегда будешь с Мариной и Таней справлять.

— Маринка пойдёт с будущими родственниками знакомиться. У них с Лёшей всё серьёзно. А Таня в какую-то новую компанию идёт. Она меня пригласила, а я отказалась. Не хочу с незнакомыми людьми Новый год отмечать. С вами кто ещё поедет?

— С работы Игоря два парнишки будут. Ты помнишь, наверное. Они на дне рождения у него были. Юра и Костя. Потом Олег с девушкой. И ты.

— У Олега девушка есть? — равнодушно поинтересовалась Катя, хотя внутри всё оборвалось.

— Да. Познакомился с ней не так давно.

— А ничего, что я одна буду?

— Почему одна!? Со всей компанией, — засмеялась Зойка. — К тому же будут свободные молодые люди! Тебе же сказали, что венца безбрачия нет, вот и действуй. Держи нос по ветру, подруга!