(Не)любимая жена

Дверь оказалась открыта — сразу видно, Окиво с отрядом уже всё обследовали.

В доме было прибрано, как обычно прибирают, уходя надолго. Камины закрыты, светильники отключены, перекрыта вода, вынесен мусор к обочине, где специальный фургон собирает каждый вечер… Вместе с платьем.

Ночью он, наверное, и не обратил бы внимания, если бы не ожидал, что девчонка действительно окажется воровкой. Проверил драгоценности, а не досчитался лишь платья сестры.

Разумеется, не могла же она бежать раздетой. Но тогда он был слишком разъярён, чтобы об этом думать трезво.

Вспоминая, как она держалась, он сжал кулаки. На предательство жениха Делира Деналь отреагировала достойно.

А следом перед глазами всплыло её тело, обнажённая грудь, разведённые ноги.

Впервые Аттар подумал, какое отчаянье должно было двигать девушкой, чтобы она решилась на это.

Какое отчаянье движет многими из тех, кто приходит продать свою девственность?

Он всегда искренне считал их шлюхами. Но, возможно, пора разобраться, что там на самом деле творится?

Впрочем, даже собратья-драконы его вряд ли поймут. Всех всё устраивает, драконы получают силу без обязательств и привязок, девушки — деньги, и не малые. С попустительства его развратного высочества принца Гертана.

Но ведь таким способом и девственниц может не остаться. А это значит, драконы не обретут своих итерри.

И кому это может быть выгодно?

В конце концов, Аттар де Тайлерон — не последний мужчина в королевстве. И он разберётся, что здесь происходит. Потом.

— Колдовство, — произнёс, останавливаясь посередине холла — того самого, где вчера разговаривал с Делирой.

— Кристаллы не засекли колдовства, — отозвался Окиво.

Аттар нахмурился. Прислушался к себе.

Он явственно чуял магический след, будто прикрытый, спрятанный — и всё же след. А кристалл должен был различить яснее, как бы ни пытались скрыть и замести.

Если только…

6

Есть разновидность глубокой, изначальной магии, которую не в состоянии уловить кристаллы. Она достаточно редка и большинство ведьм и ведьмаков, кто ею владеют, не покидают своих ковенов. И всё же именно эту магию невозможно отследить и почувствовать.

Аттар ругнулся. Он тоже не чувствовал её — чувствовал его дракон. Слишком уж заинтересованный рыжей ведьмой.

Именно она скрыла всё, что здесь творилось. И если немного раскинуть мозгами — выходило, что девчонка использовала свою ведьмовскую силу, чтобы сбежать. И прикрыть свой след.

И шерс бы с ней, пусть бы сгинула где-нибудь в ведьмовских болотах!

Но от кого! От него?! Да половина королевского дворца готова лечь к его ногам, лишь бы он обратил внимание, и любая была бы счастлива связать себя узами брака!

Он, королевский инквизитор, кузен самого будущего короля, не собирается терпеть подобных унижений!

И ещё принц. Как сказать принцу, что невеста сбежала и он, великий инквизитор, не может её найти? После того, как совсем недавно сбежала сестра. Чего принц, похоже, до сих пор не простил.

Нет, это было бы уже слишком.

А ещё дракон.

Дракон рвался к шерсовой ведьме, и Аттару просто необходимо было как можно скорее разорвать с ней связь!

Решительно развернувшись, он взмахнул рукой, срывая все покровы и защиты с помещения. И шагнул оттуда сразу же к дому мадам Пенни.

Верный Окиво поспешил следом, пока Аттар отворял дверь и размашистым шагом шёл в кабинет мадам. Остановился позади молчаливой тенью.

Мадам вздрогнула, уставившись на инквизитора перепуганными глазами.

Только тогда он вспомнил, что драконы обычно появлялись здесь в балахонах с капюшонами. Чтобы их никто не узнал.

Ему пришлось специально приобрести такой. Но он никогда не был завсегдатаем подобных заведений, поэтому и думать забыл.

Хорошо. Инквизитор глянул грозно на мадам, не собираясь показывать смущение. Будем считать, он здесь официально.

— Чем могу служить, ваша светлость? — поднялась из-за стола полненькая женщина средних лет, склонилась в положенном поклоне.

Даже если она и узнала мужчину, который был здесь ночью, — а ходили слухи, что мадам прекрасно знает своих клиентов, даже под капюшонами, — она никак не показала этого.

— Делира Деналь, — отрывисто бросил инквизитор. — Расскажи мне о ней.

— Она… обидела кого-то из драконов? — осторожно поинтересовалась мадам, возвращаясь за стол и рукой приглашая посетителя сесть напротив.

Аттар прошёлся по кабинету, отстукивая каблуками сапог. Развернулся:

— Я жду.

— Простите, просто… её контракт не закрыт. Ей не оплатили. Девушку… — на миг запнулась, — забрали. И…

— С самого начала, — потребовал инквизитор.

— Её рекомендовал некий… Раоль Жалпен.

Аттар не сдержал гримасу отвращения. Этот щенок ещё и самолично притащил невесту к шлюхам! Как таких только земля носит?

— А она что же, не способна была своей головой подумать? Или так денег хотелось? — спросил резко, выдавая эмоции.

— У девушки была сложная ситуация, — осторожно отозвалась мадам. — Ей нечем было кормить себя и малолетнюю сестру. Она хотела устроиться на работу, но не вышло: знаете, к ведьмам и так отношение настороженное, а после того, как родителей обвинили в открытом колдовстве, и вовсе никто якшаться не хотел. Я… не в моих привычках вмешиваться в дела клиентов, но я предложила ей подумать ещё разок. Намекнула, что, может, среди сородичей ей жилось бы легче. Но девушка сказала, что родители вышли из ковена, и их с сестрой туда не примут.

Тот, кто никогда не голодал, вряд ли поймёт того, кто из-за голода теряет честь.

Но Аттару однажды пришлось. И он знал, что намного тяжелее снести голод того, кто полностью зависит от тебя, того, за кого ты отвечаешь.

Аттар де Тайлерон взрослый, сильный мужчина. Он справился. А девятнадцатилетняя девушка, на руках которой осталась малолетняя сестра? Что делать ей, особенно после опалы, павшей на их дом?

Мадам развела пышные ручки, поправила розовую оборку на платье.

— Это всё, что я знаю, господин.

— Покажи контракт.

— Сию минуту, — мадам подхватилась, приблизилась к шкафу с круглыми полками, на манер тех, где хранятся бутылки с вином. Отворила крышечку в одной из них и вытащила несколько свёрнутых вместе свитков.

Развернула на столе, полистала, загибая уголки. И протянула один Аттару:

— Пожалуйста, ваша светлость.

Резко схватив, он пробежался глазами. Стандартный контракт, свою часть он скреплял магическим согласием. Как только девственность была бы взята, у мадам проявился бы специальный вензель, с которым можно прийти прямо в Драконий Банк.

— Я заберу это, — рыкнул, сам не зная, на кого злится.

Мадам перечить побоялась. Расспрашивать тоже.

Развернувшись, инквизитор вышел — благо, кабинет мадам был рядом со входом. Жест рукой у крыльца — и он снова шагнул к своим покоям. Верный Окиво так же тихо, не привлекая внимания, просочился следом.

— Что ты думаешь обо всём этом? — спросил Аттар, меряя шагами комнату.

— Очень странно, что семья решилась на колдовство, зная, что двое детей останутся без поддержки.

— Странно, — согласился инквизитор. — Либо они скрывали что-то более важное, либо… их просто оклеветали.

Окиво склонил голову, признавая правоту.

— Завтра я попытаюсь разыскать девушку. У меня есть одна мысль, как её найти. А ты собери всё, что сможешь, по этому делу. Официальную версию я видел. От тебя неофициальная.

— Разве… не нужно сопровождать вас, мой господин?

— Ты не сможешь, — отозвался инквизитор.

Окиво лишь молча кивнул. И, попрощавшись, покинул апартаменты.

Аттар готов был бросить всё и помчаться прямо сейчас! Но дракон устал за день. Магические раны, нанесённые ведьмаком, всё ещё жгли. А исцелиться ему так и не довелось.

Рыкнув, инквизитор бросил взгляд на ночной город и отправился в постель. Восстановить силы хоть немного.

Но не успел закрыть глаза, как увидел Делиру.

7

Вокруг расстилалось болото. В первый миг я испугалась, после вспомнила: ведьмы защищают свои города, чтобы в них непросто было проникнуть.

Перед нами уходила вверх шаткая, полуразрушенная на вид каменная лестница. Она венчалась символом, похожим не то на два огня, не то на два крыла, между которыми определённо имелся проход. Но куда — видно не было.

Камень должен был перенести нас туда, откуда в своё время ушли родители. Они хранили его на самый крайний случай — значит, не исключали, что однажды могут вернуться.

Поэтому я и рискнула.

— Мне страшно, — Мелисса вцепилась в мою ладонь.

— Не бойся, моя хорошая. Это иллюзия, чтобы отпугнуть непрошенных гостей.

«Таких, как мы», — нашёптывал внутренний голос.

Решительно заставив его замолчать, я поставила ногу на первую ступень.

Вопреки опасениям, ничего не рушилось, и мы с Мелиссой медленно поднимались. В какой-то момент стало казаться, что лестница бесконечна и её верхушка не приблизилась ни на йоту — хотя и земля тоже не отдалилась. Будто мы шли, шли в бесконечности…

А очнулись уже наверху, между двумя сомкнутыми крыльями.

— Кто? — вопросил безличный голос неясно откуда.

— Я… Делира Деналь, и моя сестра Мелисса, — произнесла я, изо всех сил стараясь, чтобы голос не дрожал.

Несколько минут стояла в тишине, оглядываясь вокруг, всматриваясь внутрь. Но болото внизу оставалось таким же бесконечным и безжизненным, а впереди, в проходе между крыльями только сиял свет.

Так и не дождавшись ответа, я сделала несмелый шаг вперёд.

Ещё. И ещё.

Не выпуская руку притихшей Мелиссы.

И вдруг — оказалась на улице!

Обычный городок, каменные дома — впрочем, бедных домов я не заметила. Все красивые, убранные, в Нерре такие только у аристократов.

— Где мы? — прошептала Лиська.

Оглянувшись, я обнаружила, что и крылья, и проход исчезли. Везде, сколько хватало видимости, простирался город.

Откуда-то с окраин слышалось блеяние и мычание, но на мощённых улицах не было даже экипажей. Какие-то ведьмовские повозки без лошадей.

— Госпожа Шириза приказала провести вас, — раздался мужской голос, и я, вздрогнув, обернулась.

На меня смотрел парень — рыжий, как и большинство ведьмаков. Волосы до плеч, вьющиеся, глаза голубые. Смотрел с интересом — но губы едва презрительно изгибались, будто он что-то такое знал.

Сразу же захотелось одёрнуть платье, убедиться, что нигде ничего не видно… Непривычно выбритые интимные места казались незащищёнными даже под одеждой. Моментально накатили воспоминания сильного тела надо мной, рук инквизитора там, где до него никто никогда не касался…

Я расправила спину, очень стараясь, чтобы лицо не заливала краска.

— Кто? — переспросила.

— Верховная ведьма, — хмыкнул парень. — Кстати, я Исид, будем знакомы.

Я вежливо кивнула.