Её амнезия просто находка

– Кажется, у меня нет другого выхода? – пожимает плечами Лекса, принимая предложение полицейского.

***

Рэйвен по-хозяйски заходит домой к Кларк, что та даже не успевает обменяться с подругой поцелуями в щеку. Ритуал по обмену поцелуями все же осуществляется, а шатенка устраивается на диване в гостиной. Кларк приносит штопор, потому что Рейес без вина – не Рейес. И действительно из сумочки, которая с виду кажется очень миниатюрной, девушка материализует из ее недр стеклянную бутылку шато.

– Ты – фокусница, в курсе? – подтрунивает над подругой Кларк.

– Не-а, не в курсе. Неа, не фокусница, – Рэйвен ослабляет галстук и уже откупоривает бутылку. – Рассказывай, дорогая, как тебя угораздило подцепить голую красотку посреди ночи на трассе, да еще, вдобавок, и сделать ее своим кроличком?

– Вовсе она не кроличек.

– Ну ты экспериментировала со своими сыворотками, как я поняла из нашего разговора утром. Значит, формально, она являлась для тебя кроличком для опытов. Не называю крысой, дабы не навредить твоим чувствам.

– Нет у меня никаких чувств… – пытается вставить свое слово Кларк, но подруга, то и дело, идет напролом. Неудивительно, что этой девушке удается постоянно распутывать сложные дела и находить преступников.

– Кроличек, кроличек. А теперь слушай меня сюда, вниматочно, – Рэйвен подносит бокал прямо к носу Кларк и чокается с ним. – За тебя и чтобы твой кроличек нашелся!

– Э-э-э, Рэйвен? Ты мне не налила вообще-то.., – обиженно произносит Кларк, пялясь в свой пустой бокал. Подруга тут же реабилитируется и наливает Гриффин.

– Ой, прости, не права. Так… вот… – Рэйвен наклоняет бутылку вина над бокалом и оно переливается через края. Девушка чертыхается, но с довольным лицом протягивает бокал Кларк. – Цель наша – найти Александрию Ворлд…

– Уорд…

– Уорд, окей. Красивых девушек, безусловно, достаточно в Лос-Анджелесе, но ты можешь хотя бы нарисовать ее фоторобот, примерный? Ты же у нас художник-любитель, так вот… Живенько берешь сейчас карандаш, любой листок бумаги и делаешь наброски. Без фоторобота будет проблематично найти ее. Обращаться к Линкольну – не горю желанием. Он последнее время взвинчен и на любую мою просьбу, не касающуюся дела, которое он официально ведет, отбрыкивается, гаденыш. Так что, с тебя фоторобот, с меня – все остальное. Не переживай. Если эта девочка рискнула выйти голой на трассу, где ее могли бы с легкостью запихнуть в багажник и продать, как секс-рабыню…

– Рэйве-е-ен, ну прекрати! Лекса потеряла память, а не сексуально раскрепощенная девица легкого поведения.

– Ладно, прости за оскорбление твоего кроличка. Но секс-рабынями, вообще-то, делают без личного на то согласия. На то они и рабыни..

– Она не…

– Не твой кроличек… бла-бла-бла… Неважно. Важно найти ее. Город большой и шансы на то, что она попала в какой-нибудь райончик, подобный Бойл Хайтс или Вестмонт, не настолько велики, учитывая отдаленность медицинского центра от них. Но, вполне вероятно, что ее, по твоим словам, стройные ножки…

– Я такого не говорила…

– Стройная она. Ты говорила ОНА СТРОЙНАЯ. И что за мода перебивать меня, Гриффин? Я вообще-то пытаюсь здесь помочь тебе найти твою подружку… Сто-о-оп! – Рэйвен затыкает рот Кларк ладонью. – Она не твоя подружка? Ну-ну… Не суть. Ее ножки легко могут дотопать хоть до Рима, если она потеряна и дезориентирована. Так что, будем надеяться, что она не валяется где-нибудь в подворотне.., – глаза Кларк моментально наполняются страхом за жизнь Лексы, но Рэйвен приобнимает подругу. – Ну тихо-тихо. Всего лишь предположение, которое, думаю, ошибочно.

***

Лекса лежит на неудобной койке и ее позвоночник молит о пощаде, поэтому девушке приходится постоянно вертеться. Пока она пытается заснуть, к ней заходит полицейский и легонько теребит за плечо.

– Возьмите. Так будет удобнее. Надо было мне сразу сообразить, – лейтенант подкладывает под голову Лексы подушку и выдает одеяло. – Мог бы допереть сюда матрас, но думаю, одну ночь как-нибудь стерпится?

– Спасибо Вам, – благодарит девушка, для которой наличие подушки и одеяла уже в радость, хотя позвоночник все равно не скажет спасибо, а точнее, лопатки, на которых, определенно, останутся синяки.

– Зовите меня лейтенант Кейн. Маркус Кейн, – улыбается мужчина, покидая камеру Лексы.

ЧАСТЬ 7. Нет пути для отступления

Веки евушки моментально становятся тяжелыми и усталость за весь день отдается в конечностях. Лекса проваливается в воронку сновидений.

Она снова видит себя маленькой. Здесь же ее мама и папа. Но…

Этого она не видела в последнем воспоминании. Какие-то люди забирают девочку у родителей. Лукас пытается их остановить, но получает удар в паховую область. К нему подбегает Розали. Маленькая Лекса плачет и ее заталкивают в черный фургон с тонированными стеклами. Взрослая Лекса наблюдает за родителями, которые бессильны против этих злодеев. Кто они?

Лекса заходит в двери фургона и едет вместе со своей маленькой версией в неизвестном направлении. Мужчины в военной, но черного цвета униформе пристально наблюдают за девочкой. Лекса также пристально следит за этими людьми. Маленькая Лекса уже не плачет, ее глаза покраснели от слез, а пальчики сжаты в крохотные кулачки. Девочка срывается с места, но ее спина тут же прибивается к стенке фургона.

– Лучше будь хорошей девочкой, иначе схлопочешь в отряде по-полной.

– В отряде? Куда вы меня везете?

– Этого знать тебе не положено. Одно уясни – ты больше не увидишь своих родителей, если будешь сопротивляться. Ты – избранная, мы давно наблюдали за тобой. Ты хорошо обучаема и сослужишь нашему делу на «ура».

– Но мне всего шесть… – тихим, но достаточно уверенным голосом говорит девочка. – Что вы сделаете с моими родителями? – а вот здесь чувствуются нотки слабости, переживания.

– Если будешь строго следовать тому, что тебе говорят, все будет хорошо.

– Если я сделаю все, как вы скажете, мама и папа в безопасности? – мужчина в униформе кивает. – Я согласна в таком случае.

– А у тебя и не было другого варианта, малышка, – говорит темнокожий мужчина, проведя ладонью по своей бороде, выплывая из глубины фургона. – С сегодняшнего дня ты официально работаешь на меня.

– Работаю на вас? А кто вы?

– Мы – армия, несущая справедливость миру. Это общество прогнило изнутри, а все началось с головы, рыба всегда гниет с нее.

– Какое отношение ко всему имею я?

– У тебя не по годам развиты физические навыки, логическое мышление, ты способна подстраиваться под ситуацию. Ты легко обучаема.

– И вы хотите, чтобы я тоже стала одной из вас?

– Я же говорю – смышленная.

– И вы думаете, я соглашусь служить в каком-то отряде?

– Родители-и-и, родители. Их жизнь может в одночасье оборваться. Ты будешь делать то, о чем я тебя попрошу. Я – Чарльз Пайк, а ты, Александрия Уорд – мой новобранец. Никаких отказов, только подчинение. И наш отряд… – мужчина задерживает свой взгляд глаза в глаза, от чего даже у взрослой Лексы холодок проходится по позвонкам. – Наш отряд – это высшая привилегия. Быть избранным в него – награда…

Лекса просыпается, сжимая в руках подушку и закрывая ею свое лицо. По щекам опускаются влажные дорожки, ее трясет. Почему новое воспоминание просочилось в ее память или же этого не было и все – сон? Тогда почему Лексу колотит озноб, а сердце безудержно выбивается из грудной клетки и не хватает кислорода?

– Девушка? С Вами все в порядке? – Маркус Кейн с переживанием заглядывает в глаза Лексы, сидя с краю ее койки. – Кажется, Вам не здоровится. Может, вызвать скорую?

– Нет, все в порядке. Спасибо за беспокойство… Просто сон неприятный.

– Бывает. Еще эти стены вряд ли придают умиротворение.

– Уж точно. Спасибо за внимание и что поинтересовались.

– Не за что. У меня к таким девушкам, как вы, отцовские чувства просыпаются.

– У вас есть дочь моя ровесница?

– Была бы. Моя жена с дочкой погибли семь лет назад, когда они отдыхали на курорте. Произошел террористический акт. Как выяснилось, это была подпольная организация киллеров, но которые постоянно меняют местоположение своего головного центра. Нам не удалось до сих пор вычислить их и закрыть на пожизненно.

Холод прокрадывается по венам Лексы, когда она слышит о какой-то тайной террористической организации. Тот отряд, о котором шла речь в ее сне… Нет, она ведь не могла согласиться убивать? Не могла? Или ее смогли заставить? Родители… Тот мужчина угрожал ее родителям.

– Сочувствую Вашей утрате.., – Лекса проталкивает комок в горле и не рискует заглянуть в глаза лейтенанту, опасаясь того, что возможно именно она причастна к гибели семьи Кейна. Но ведь не может быть таких совпадений в жизни?

***

–– Ido-b-zooki – Apocalipsa –

Рэйвен берет листок формата А4, на котором Кларк второпях набросала портрет Лексы. Рейес рассматривает изображение, подкусив нижнюю губу, а на ее лбу проступает парочка мимических морщинок от мозгового штурма, который происходит в ее голове в данный момент времени.

– А она правда красивая, – загадочно улыбается Рэйвен. – Мне даже захотелось еще больше найти ее, да поскорее. Ты ведь, как поняла, ничего против не имеешь, если я к ней подкачу? – Кларк на вопрос подруги нервно дернула скулами. – Или… все же имеешь? – прищуривается Рейес.

– Слушай! Мы здесь собрались, чтобы найти человека, потерявшего память и не имеющего понятия, где он даже находится, а ты все о своем личном, – закипает Кларк от несерьезного отношения Рэйвен к делу о сбежавшей из лаборатории Лексы.

– Ты злишься. Значит, эта Уорд тебе небезразлична…

– Да ты, чертов, мать твою, гений, Рейес! Мне нет дела до этой девицы! Мне важно лишь убедиться, что с ней все в порядке и она не пострадала на улицах ночного Лос-Анджелеса.

– Переживаешь. Все-все, поняла. Не претендую. Она – твоя.

– Да уймись же ты. Помоги мне ее найти, а там уже делай что хочешь.

– Прямо все-все, что хочу?

– Рэйвен, я серьезно прошу тебя отнестись серьезнее к моей проблеме.

Девушка делает свое лицо максимально серьезным и складывает портрет Лексы вчетверо, положив в сумку. Она обещает, что завтра постарается выяснить примерное местонахождение Уорд и сразу, как только найдет пропавшую, доставит ее лично Кларк.

Эбигейл загружена работой почти до вечера и, осмотрев последнего на сегодня пациента и отправив его на прием завтра к своей дочери, набирает номер своего бывшего мужа.

Они развелись, когда Кларк стукнуло четырнадцать. Темпераментному подростку было непросто принять факт развода любимых родителй, но спустя два года девушка научилась отделять свои эмоции от реальности. Она – реалист до мозга костей и умение принимать ситуацию такой, какая она есть – навык, который был отработан и выточен за почти тринадцать лет.

– Я думаю, Кларк будет рада провести совместный ужин в эти выходные… Нет, Джейк, Маркуса не будет, обещаю… И прекрати же меня ревновать! Не нужно было уходить к Авроре Блейк, когда у нас был шанс спасти наш брак. Теперь все счастливы. Да, я люблю его. Нет, я еще не знакомила его с Кларк. Нет, Джейк, она не знает. Почему? Потому что она разочаруется еще в одном родителе. Конечно, Джейк. Кларк узнала о причине нашего развода через два года. Думаю, мне простительно, что я встретила нового мужчину лишь недавно. Я достаточно долго была одна.

Кларк топчется возле двери кабинета матери, не решаясь войти. Она знает, что во время разговора с отцом, Эбигейл всегда на взводе. И Кларк не осуждает ее. Когда голос матери замолкает, Кларк осторожно стучится в дверь.

– А, это ты, милая. Тяжелый выдался день?

– Папа звонил?

– Я ему звонила. Предложила поужинать втроем, как в старые добрые времена. Джейк давно уже просил об ужине, но я все отказывалась.

– А сегодня передумала? С чего бы?

– Кларк… Я знаю, что ты уже взрослая девушка, которая скоро и сама может стать матерью, но я должна сказать тебе одну вещь, которая скорее всего тебя расстроит… В моей жизни недавно появился новый мужчина.

– Как давно?

– Почти полгода. Его зовут Маркус Кейн, он служит в полиции, лейтенант, – Кларк не знает как реагировать на эту новость, но услышав, что новый ухажер Эбби – коп, девушка радуется.

– Я рада за тебя, мам. А твой Маркус может нам помочь?

– Ты о чем?

– О Лексе. Ты не говорила ему, что у нас пропал об…

– Слишком насыщенной была неделя, мы с ним даже не созванивались. И ты ведь обещала не называть Лексу так.

– Я уже и так остановилась на полуслове. Больше не буду. Так что, мам? Ты попросишь его помочь?

– Конечно. Сегодня же позвоню ему. Ты… не оставишь меня? – Кларк подмигивает матери и счастливая выходит из кабинета. Она действительно рада за Эбигейл, за то, что спустя годы, мать нашла в себе силы на новую любовь.

Кларк чуть ли не пританцовывая идет по коридору, забирая из кабинета сумочку и спеша на парковку. Усевшись поудобнее в кожаном кресле Кларк довольно потирает ладошки. Хотя Лекса еще и не нашлась, но что-то подсказывает – теперь шансы найти ее увеличились вдвое, благодаря Рэйвен и Маркусу Кейну (кем бы он ни был).

***

Девочка выходит из фургона с завязанными глазами, но Лекса видит вокруг холмы из известняка и глины, а на земле – крупнокалиберные патроны.

Манекены, размером в половину человеческого роста, изрядно пострадавшие от неоднократного применения по назначению. Дети в военной униформе. Их лица в боевом раскрасе и они проходят полосу препятствий.

Повязку снимают с глаз маленькой Лексы и теперь она тоже может видеть ту же картину.

– Это и есть ваш лагерь? – задает вопрос девочка, медленно следуя за Чарльзом Пайком, шествующим впереди, а сзади замыкает цепочку другой мужчина в форме.

– Пока что да. Мы меняем точки размещения лагеря. Вынуждены менять после любого крупного задания.

– Убийства людей?

– Много людей, – маленькая Лекса сглатывает и озирается по сторонам. Слышны выстрелы – это юные наемники стреляют по мишеням. – Пойдем. Тебе выдадут униформу и ознакомят с правилами.

– А разве это законно – похищать ребенка у родителей? – задает вопрос девочка.

– Твой отец сам записал тебя в наш отряд, на добровольных условиях, – улыбается Пайк.

– Но он говорил мне про Академию.