Новая реальность

– А если они тоже не будут зажигать свет? – Олеся всячески вынуждала взрослых, чтобы они поступили так, как хочется ей. – Засядут в домах возле дороги и заметят нас через окно!

– Бандиты ночью спят! – Пётр проявил строгость. – Им бояться некого! Они просыпаются под утро и отправляются ездить по трассе, грабить и убивать!

– У них есть часовые! – Уже было видно, что Олесе и самой не хочется идти в горы неизвестно куда, но соглашаться с чужой правотой она не хотела ещё больше. – Они не спят, чтобы на них не напали другие бандиты!

– Олесечка, золотце, – ласково произнесла Анна Хабибовна, – давай пройдём через город ночью, найдём реку, наловим рыбы и поедим. Очень есть хочется! Не хочу заблудиться в горах на голодный желудок. Твой папа прав: если там не окажется реки, у нас будут серьёзные проблемы. Может случиться так, что придётся возвращаться обратно и всё равно пробираться через город. Только тогда будем страдать от голода несколько дней. Может, сейчас выспимся, а ночью осторожно прокрадёмся? И займёмся рыбалкой! Ты ведь хочешь кушать?

– Хочу. – Олеся наконец-то пошла на попятную. – Ну о’кей! Давайте тогда искать место, где спать. Только чтобы там не было страшно!

– Вон там начинаются дома, – Анна Хабибовна указала в сторону города. – Можно зайти в несколько и найти подходящий. Запрёмся в самой глухой комнате или в погребе, чтобы нас случайно не нашли или не услышали.

– А бандиты не начнут обыскивать ближайшие к дороге дома? – обеспокоился Пётр. – Может, лучше уйти как можно дальше?

– Давайте уже го куда-нибудь! – нервно задёргалась Олеся. – Пока нас не увидели!

Все заспешили к ближайшим строениям, озираясь по сторонам, и вбежали в первый из домов. Здание, похоже, являлось офисом какой-то фирмы, занимающейся обслуживанием электромобилей. Внутри строения обнаружился крупных размеров не то цех, не то ангар, занятый полуразобранными машинами. Мародёры не обошли его стороной, всюду виднелись следы разграбления, хотя Пётр так и не понял, что интересовало налётчиков: всё, что тут есть, для своей работы требует электричества. В оставшейся части здания располагались кабинеты и технические помещения. Пётр как раз открывал дверь в одно из таких, когда со стороны цеха раздались грубые голоса.

– Там кто-то есть! – в ужасе прошептала Олеся. – Они идут за нами!

– Внутрь! Скорее! – Пётр распахнул дверь. – Прячьтесь!

Все бросились в помещение, оказавшееся не то складом использованных запчастей, не то какой-то мастерской. Вдоль стен стояли стеллажи, на которых были размещены пластиковые короба с различными грязными механизмами. Спрятаться тут было негде, и Пётр панически заозирался.

– Надо залезть наверх! – тихо воскликнула Олеся и начала карабкаться на ближайший стеллаж. – Надо лечь за коробкой!

Анна Хабибовна последовала её примеру, и Пётр не стал раздумывать. Он подбежал к соседнему стеллажу, собираясь лезть на него, но его остановила Олеся:

– Папа! Закрой жалюзи! Чтобы тут стало темно!

Она ткнула пальцем в окно, и Пётр бросился к нему. Жалюзи были на электрическом приводе и подчинялись системе «умный дом», и несколько секунд он не мог понять, как их закрыть. В отчаянии Пётр начал дёргать за всё, что только могло оказаться приводом жалюзи, и в последний момент какой-то из них поддался. Его удалось затянуть, и жалюзи закрылись. В помещении мгновенно стало темно, и Пётр выхватил из кармана зажигалку.

– Трансмиссионное масло тащи! – Голос, раздавшийся из коридора, звучал совсем близко. – Имран сказал, что из него факелы получаются норм!

– Разве оно здесь есть? – ответ прозвучал со стороны цеха. – Тут же электрокары!

– А трансмиссия у них на чём, по-твоему?! – грубо поинтересовался первый голос.

– Имел я эту трансмиссию! – ещё более агрессивно отреагировал второй. – Я тебе не автослесарь! Я тачки покупаю, а не ремонтирую! Сами ищите своё масло, млять!

– Папа! – сверху раздался едва слышный шёпот Олеси. – Если он зайдёт сюда, выруби его и отбери ствол! Используй что-нибудь тяжёлое!

Замерший с горящей зажигалкой в руке Пётр осознал, что если бандит действительно зайдёт сейчас в этот склад, то ему не успеть влезть на верх стеллажа. Он в ужасе бросился под стеллаж, стараясь заползти поглубже, но зацепился рюкзаком за что-то и едва успел высвободиться, наполовину залезая за какую-то замызганную вонючим маслом коробку.

В следующую секунду дверь распахнулась, и на пороге возник грузный мужской силуэт. Пётр замер, переставая дышать, и похолодел от страха. Бандит вошёл в помещение, тихо ругаясь на непонятном языке, дёрнул к себе пару ближайших коробов, пытаясь разглядеть в полумраке их содержимое, извлёк оттуда несколько грязных замасленных деталей, швырнул их обратно и вышел вон, оставив дверь распахнутой. Пётр понял, что проникающий через полураскрытую дверь тусклый свет падает прямо на него, и в ужасе пополз под противоположный стеллаж, в спешке цепляясь рюкзаком за металлические стойки.

Минут пятнадцать по коридору ходили бандиты, которых оказалось больше, чем двое, и несколько раз кто-нибудь из них заглядывал в помещение склада. Но, увидев валяющийся в темноте грязный замасленный хлам, терял интерес и шёл дальше. Больше всего в эти секунды Пётр боялся того, что Олеся не выдержит и закричит, но инстинкт выживания у дочки был развит очень хорошо, и она не проронила ни звука. Потом бандиты покинули здание, и взмокший от напряжения Пётр выполз из-под стеллажа, благодаря бога. Поздравив себя с удачей, все пришли к выводу, что сегодня бандиты второй раз обыскивать это место точно не будут, потому что уверены, что тут никого нет, и решили остаться спать здесь.

Проснулся Пётр от того, что его будит Олеся.

– Папа! Просыпайся! – Она бесцеремонно трясла его за лицо. – Уже ночь! Надо идти, пока не рассвело!

– Осторожней! – Пётр мотнул головой. – Ты могла бы будить меня за плечо!

– Я сделала это! – парировала дочка. – Но ты не просыпался!

– А где Анна Хабибовна? – Пётр осмотрел утопающее в темноте помещение и насторожился, не найдя спутницы.

– Пошла в туалет! – столь же бесцеремонно заявила Олеся. – Вставай уже давай!

– Холодно! – пожаловался Пётр, вылезая из спального мешка. – Хорошо, что мы здесь, на Чёрном море… Дома уже минус двадцать, если не минус тридцать!

– Думаешь, дома сейчас было бы хуже? – Дочка подала ему рюкзак. – Мы тут как бомжи! А дома у нас квартира!

– В которой сейчас нет ни света, ни отопления, ни воды с продуктами. – Пётр свернул спальник и принялся привязывать его под рюкзаком. – Только жуткий холод.

– Тогда зачем мы возвращаемся домой? – Олеся задумчиво замерла.

– Домой мы пешком не дойдём. – Пётр нацепил на себя рюкзак и застегнул застёжки на лямках. – Тем более зимой! Дойдём до Краснодарского края, там тепло и места плодородные, все нормальные люди ушли отсюда туда! Там получим помощь и останемся до тех пор, пока не вернётся электричество.

– А если оно никогда не вернётся? – Дочка потянулась за своим рюкзаком.

– Останемся там, где тепло и сытно, – рассудительно ответил Пётр. – Правительство должно принимать какие-то меры, нужно только дойти дотуда, где принятие мер возможно в принципе! Здесь, в курортной зоне, нет производства пищи, я же объяснял! И без электричества привезти сюда продукты невозможно! Поэтому всё адекватное население самостоятельно вышло в Краснодарский край, а там у правительства уже есть возможности!

– Или нет, – подытожила Олеся, застёгиваясь. – И никто нам ничего не даст просто так! Значит, мы должны как-то зарабатывать на жизнь! По-любому надо всем говорить, что ты доктор! Папа, только не налажай, когда скажу кому-нибудь, что ты врач, о’кей? Иначе мы всегда будем бомжами, которые никому не нужны! Научи меня разбираться в таблетках! Тоже хочу знать, что от чего помогает! Буду говорить, что я – помощница врача и ты меня научил!

– Мы можем причинить кому-нибудь вред, если не угадаем с лекарством… – начал было Пётр, но дочка не стала его слушать.

– Да пофиг! – перебила Олеся. – Скажем, что он сам виноват! Типа, он не сказал, что у него аллергия на это лекарство! Папа! Хватит тупить! Ты что, не понимаешь, что нас никто не возьмёт к себе просто так! Если бы ты был бойцом, мы могли бы пойти по пути файта! Убивали бы бандитов, собрали бы команду и стали рулить какими-нибудь фермерами! Но ты не боец! Крафтить ты тоже не умеешь, так что этот путь тоже не для нас! Остаётся торговля и медицина! Торговля – самый выгодный путь, но для неё нужен начальный капитал! Мы можем заработать его медициной! Она всегда нужна, особенно сейчас! Поэтому сразу запомни: для всех ты – врач! Я тоже должна шарить в лекарствах! Как только доберёмся до безопасного места, ты должен помочь мне прокачать знания о твоих таблетках! О’кей?!

– О’кей, – Пётр не стал спорить с десятилетним ребёнком.

– Тогда го! – Олеся распахнула дверь и увидела приближающуюся Анну Хабибовну: – Аня, го быстрее, пока ночь не закончилась! А то бандиты заметят нас посреди улицы!

– Там дождь идёт, не заметят! – Анна поспешила к своему рюкзаку и начала отвязывать от него туристический плащ, найденный в очередном разграбленном магазине. – Мы можем использовать плохую погоду!

Чтобы не терять времени, Пётр с Олесей накинули на себя плащи прямо поверх рюкзаков, и все заторопились на улицу. Дождь не лил как из ведра, но шёл достаточно сильно и был ледяным, и вряд ли бандиты в такую погоду вообще выйдут на улицу. Пётр продрог за минуту, и согреться удалось только спустя четверть часа интенсивной ходьбы.

Идти пришлось значительно дольше, чем он себе представлял. То ли город оказался большим, то ли так казалось из-за холода, дождя и ночной темноты, но россыпи кварталов по обе стороны шоссе никак не заканчивались. Где-то со стороны моря бушевал сильный пожар, горел какой-то высотный микрорайон, и охватившее его пламя понемногу гасло под дождём, из-за чего всё в той стороне было затянуто дымом, сливавшимся с ночной темнотой в одно мутное чернильное пятно. В слабых отблесках пожара было видно, что трасса переходит в мост через довольно крупную реку и на другом её берегу город всё ещё продолжается.

Часа через полтора непрерывного передвижения под непрекращающимся дождём они всё-таки дошли до того места, где город закончился и трасса терялась в моросящей ночи без строений за обочинами. Оставаться в каком-нибудь из последних строений никто не решился, и они пошли дальше, планируя до рассвета пройти столько, сколько получится, и с наступлением утра заняться поисками укрытия. Но минут через пятнадцать ходьбы трасса вдруг стала шире чуть ли не втрое и вскоре расщепилась на несколько практически одинаковых шоссе.

– Кажется, это какая-то развязка, – определил Пётр, вглядываясь в дождливую темноту из-под капюшона. – Не видно нифига! Куда идут эти дороги?! Надо найти указатель! На развязках всегда есть указатели!

Пришлось идти назад и искать указатели на всех ответвлениях. Делать это в темноте было трудно, и нужный указатель, конечно же, нашёлся самым последним.

– Папа! – Олеся одной рукой держала горящую зажигалку, другой пыталась закрывать её от дождя и при этом всматривалась в придорожный щит: – Тут есть стрелка на Краснодар! Надо идти направо! Чё?! Сто километров?! Офигеть! Мы сюда сто пятьдесят километров месяц шли! Мы так вообще никогда не дойдём до этого Краснодара!

– Если нам будет везти с рыбалкой и не придётся прятаться от бандитов, то дойдём за неделю! – попытался ободрить её Пётр, торопясь к указателю.

– Папа! – В голосе дочки зазвучали знакомые капризные ноты: – Ты сам-то поверил в то, что сказал?!

– Пойдёмте дальше! – поспешила заявить Анна Хабибовна. – Давайте найдём нужную трассу, а потом отыщем место для ночлега! Холодно стоять на месте!

Олеся что-то недовольно пробубнила, но стоять столбом не стала, и все пошли в нужную сторону. Спустя час ходьбы через едва ли не кромешную тьму, единственным ориентиром в которой была кромка шоссе, из ночного мрака неожиданно появилось какое-то строение. К тому моменту все уже замёрзли настолько, что никто уже не хотел выяснять, что там дальше, и вся семья дружно устремилась к дому. Входная дверь оказалась взломана и не заперта, дом был брошен и, как все подобные, разграблен. Кое-как заперев все двери, чтобы избавиться от сквозняков, Пётр со спутницами закрылись в самой дальней комнате, в которой обнаружилась пустая двуспальная кровать, уложили на неё спальные мешки и закрылись в них едва ли не с головой. Несколько минут Пётр стучал зубами от холода, потом спальный мешок нагрелся, стало тепло, и он погрузился в умиротворяющий сон.

– Встать, суки! – резкий окрик ворвался в сон, и истеричный вопль дочки вырвал Петра из сонного состояния. – Заткнись, овца! Или прострелю пасть на хрен!

Пётр открыл глаза и увидел несколько рук, хватающихся за его спальный мешок. Петра вышвырнули с кровати, и он упал на пол, больно ударяясь. Психику сдавило страхом, и он судорожно забился, путаясь в застёгнутом спальном мешке.

– Встать, я сказал! – Кто-то ударил его ногой в живот.

Удар был не столько сильным, сколько для острастки, через спальник даже не было больно, но паника, охватившая Петра, стала ещё сильней. Он кое-как выскочил из спального мешка и увидел пятерых чернявых мужчин в форме полувоенного кроя и в таких же шапках, из-под которых торчали кудрявые чубы. Все они были вооружены и держали на прицеле сжавшуюся от ужаса Анну Хабибовну, забившуюся в угол возле кровати Олесю и его самого.

– Ну, что, отбегались, уроды?! – Один из них, самый молодой, направил ствол ружья Петру в лицо. – Больше грабить вам не придётся! Потому что мёртвые мародёрством не занимаются!

Пётр в ужасе зажмурился, инстинктивно пытаясь закрыться руками, и вдохнул, чтобы взмолиться о пощаде, но не успел.

– Не стреляйте! – выкрик Олеси опередил его. – Мой папа – врач! Он доктор!

– Ну-ка погодь! – Самый старший из чубатых мужчин осадил молодого и посмотрел на Петра: – Эй, мужик, руки опусти! Ты правда доктор?

– Я дипломированный фармацевт и врач-терапевт общего профиля! – на одном дыхании выпалил Пётр. – Имею с собой запас жизненно важных медикаментов, необходимых для лечения основного списка наиболее частых болезней!

– Хлопцы, нам, походу, подфартило! – Старший боевик опустил ружьё и шагнул к Петру: – Извиняй, уважаемый, ошибка вышла! – Он окинул взглядом его спутниц: – Вставайте и собирайтесь! Приглашаем вас в гости! Здесь лучше не оставаться, сюда банды отморозков наведываются часто!

* * *

– Вениамин Моисеевич! Тревога! – Громкий стук в дверь заставил Вениамина открыть глаза и испуганно подскочить на кровати. – Просыпайтесь!

За прошедший месяц Отдел под его руководством разжился множеством полезных вещей, включая кровати, и уровень комфорта значительно повысился. В частности, для себя Вениамин подобрал превосходную двуспальную кровать в магазине элитной мебели. Практически всё, что там было, имело семизначные ценники, и потому забрать это себе, как говорится, сам Всевышний велел. Правда, на всякий случай разграбленный магазин пришлось сжечь, но это мелочи. Всё равно он находился едва ли на другом конце Кунцево, и досюда пожар не дойдёт никак. Зато, если вдруг блэкаут всё-таки закончится, хотя он не закончится никогда, доказать факт мародёрства владельцам магазина будет гораздо сложней. Это если они вообще доживут до такого момента.

В общем, все самые нужные и лояльные сотрудники с лёгкой руки Вениамина обзавелись роскошной мебелью, и офисы ТЛЦ, ранее бывшие очень скромными, сейчас были обставлены от итальянских производителей. Немного напрягал недостаток площади, которую можно отвести под жилую без потери комфорта, но это были проблемы тех, кто занимал в созданной Вениамином иерархической пирамиде третью ступень и ниже. Наиболее приближённые люди очень довольны, менее приближённые просто довольны – остальное малозначительно. Никто даже не стал возражать, когда он, Вениамин, забрал под свои нужды сразу два рядом находящихся помещения, один под офис, другой под жилплощадь.

Это было очень удобно: никуда ходить не надо, вышел из одной двери в коридор, вошёл в соседнюю – и ты на работе. Его телохранители одобрили это решение. Правда, наименее ценным сотрудникам Отдела из числа нанятых на работу гражданских жилплощадей внутри периметра ТЛЦ не хватило, и их расселили в ближайших домах. Жить там не так безопасно, как за высоким мощным забором, охраняемым вооружёнными часовыми, но тут уж ничего не поделаешь – кто на что учился, как говорится! Для успокоения будущих подданных Раиса организовала в ТЛЦ специальный караул, который в случае чего по тревоге выдвигался к вышеуказанным домам для оказания помощи или отражения нападения.

Обычно с этим справлялся Дмитрий Магометович со своей командой, и Вениамина по таким пустякам не будили. Тем более что здесь, в его новой квартире, звуки уличной стрельбы услышать невозможно, он специально выбрал для себя место понадёжней, чтобы с улицы не выстрелили в окно с крыши какой-нибудь многоэтажки. Вдруг конкуренты попытаются подослать к нему снайпера-убийцу?! До блэкаута он часто видел подобное в киносериалах и видеоиграх. Поэтому появление телохранителя посреди ночи напугало Вениамина не на шутку.

– Что случилось?! – Он нервными движениями поспешно натянул на себя одежду и открыл дверь. – На нас напали?! – Вениамин испуганно выглянул в коридор и увидел всех своих телохранителей, при оружии и в полном боевом снаряжении. – Надо бежать?

– Бежать никуда не надо, – успокоил его автоматчик. – У нас всё спокойно. Бой идёт на территории контейнерного терминала, оттуда пришёл посыльный. Терминал атаковала местная Росгвардия. Их много, гораздо больше, чем мы рассчитывали! Они прорвали периметр и ворвались внутрь. Сейчас бой идёт среди контейнеров!

– Их очень много?! – Вениамин похолодел при мысли, что сейчас толпы оголтелых головорезов убьют всех на контейнерном терминале, а потом придут сюда и убьют его! – Что же делать?! Нужно срочно вызвать Раису Моисеевну!

– За ней уже пошли, – кивнул телохранитель. – Не волнуйтесь, Вениамин Моисеевич, ТЛЦ в безопасности, мы тут за всем приглядим! Просто сейчас все наши срочно выдвигаются к терминалу, Магомедыч объявил общую тревогу. Здесь, в ТЛЦ, останется только минимум охраны. Мы пойдём к ним в усиление, так на периметре будет больше стволов. С вами останутся двое, поэтому просим вас одеться и не спать. На всякий случай! Чтобы, если что, мы могли вас быстро эвакуировать!

– Считаете, что нам не победить Росгвардию? – Едва успокоившийся Вениамин вновь испытал страх.

– Посмотрим, – уклончиво ответил автоматчик. – У нас раньше с ними прямых столкновений не было. Сейчас выясним, кто сильней. Имейте верхнюю одежду наготове, мы будем держать вас в курсе!

– Да-да, конечно! – торопливо подтвердил Вениамин. – Буду ждать информации!

Пара телохранителей осталась возле его двери, остальные ушли к выходу, и он закрыл дверь, для надёжности запираясь на замок. Замок ему врезали недавно, Дмитрий Магометович привёл какого-то работягу из числа новых служащих, и тот при помощи отвёртки, молотка и стамески вышиб из офисной двери ставший бесполезным электронный замок. На его место рабочий установил какое-то полуржавое старьё, явно снятое откуда-то ещё. Вениамин даже не стал выяснять, откуда именно. Но к его удивлению, ржавый замок заработал сразу же. А после того, как работяга залил в него машинного масла, даже перестал хрустеть и скрипеть и начал проворачиваться легче. Теперь у Вениамина есть допотопный железный ключ на манер аварийного, тоже подёрнутый ржавчиной, но её специально для Вениамина почти полностью счистили. Дверь в квартиру отлично закрывается, осталось только раздобыть такой же замок для офиса. Дмитрий Магометович обещал решить эту проблему.

Однако сейчас пусть лучше решит проблему с Росгвардией! Вооружённый конфликт с этими этноросгвардейцами, разросшимися до размеров серьёзного конкурента, был неизбежен, рано или поздно это должно было случиться. Но Вениамин всегда считал, что это его люди атакуют росгвардейцев и победят, а не наоборот! Мы же готовились к этому больше месяца, Дмитрий Магометович и майор Раневский, правая рука Раисы, чуть ли не на каждом совещании обсуждали какие-то детали этой подготовки! Как так случилось, что конкуренты нас опередили?!

В военных вопросах Вениамин был не силён, и потому доверял мнению своих полицейских, считая их компетентными. По крайней мере Раиса настаивала на их компетенции. Да и результатами работы Дмитрия Магометовича он всегда был доволен. Мысль о том, что его стройная, всеобъемлющая и отлично работающая долгосрочная стратегия по установлению нового порядка в новых реалиях может разбиться в результате катастрофы военного характера, заставляла Вениамина нервничать всё сильней с каждой минутой. Он даже не стал вызывать истопника и самостоятельно занялся находящейся в его апартаментах печкой-буржуйкой. Её затопили перед сном, дрова уже прогорели, но на углях ещё вился слабый огонь, и Вениамин подбросил туда несколько поленьев. Вроде не погасло… Если что, он плеснёт туда горючей жидкости. Специально для этого ему всегда приносят пластиковую бутылку с каким-то техническим маслом.

Нервно походив из угла в угол, Вениамин попытался поспать в кресле одетым, но какое там! На таких эмоциях уснуть невозможно! Может, лучше отпереть дверь? Вдруг надо будет эвакуироваться срочно, счёт пойдёт на секунды, а у него дверь заперта и телохранители не смогут добраться до него своевременно?! С этой мыслью Вениамин поспешил к двери, торопливо отпер замок и вернулся в кресло. Что же там происходит, почему никто не докладывает?! Или так и должно быть… От волнения он вскочил и вновь принялся ходить взад-вперёд.

Там, на контейнерном терминале, ещё остались материальные ценности. За последний месяц почти всё продовольствие было перемещено из терминала внутрь ТЛЦ, но загрузить всё вообще оказалось невозможно. В ТЛЦ просто не хватило места. Тут всё было забито под завязку, сложено в десяток этажей и упиралось в потолок! В текущих реалиях это воистину сокровища, которыми нужно распорядиться с умом, а не просто скормить бесконечным тысячам бесполезных ртов! В состав Отдела входило уже больше пяти тысяч сотрудников, если считать всех, кто был полезен, вместе с теми, кто полезен не был, но сердобольная Раиса велела принять их потому, что считала, будто они достойны сочувствия. Всякие актрисы, программисты, менеджеры по продажам вочей с малолетними детьми, и так далее.

Весь этот бесполезный биомусор, которому удалось пробиться к его сестре, броситься ей в ноги и слёзно рыдать, выпрашивая помощи и жалуясь на приближающуюся голодную смерть. Приходилось идти навстречу требованиям сестры и принимать в штат Отдела бесполезных существ. А потом вышвыривать их силами Дмитрия Магометовича и его людей. К счастью, даже люди Раисы были не в восторге от её подобного благодетельства, и потому ничего не сообщали ей о самоуправстве Вениамина. Но бесполезных людишек в Отделе всё равно было много, потому что Раиса дважды в неделю вела приём населения в назначенные законом часы, ибо никак не могла успокоиться со своими страхами на тему окончания блэкаута. После каждого из таких приёмных дней количество бесполезных дармоедов в Отделе увеличивалось на десяток штук, и едва половина из них оказывалась способна успешно исполнять обязанности хотя бы чернорабочих.

Чернорабочие, кстати, требовались в большом количестве, и потому продуктовый набор получали регулярно, раз в сутки. Ведь должен же кто-то топить печки, вычищать золу, выносить нечистоты, таскать воду для технических и санитарно-гигиенических нужд, разгружать контейнеры и переносить грузы в ТЛЦ! Впрочем, с этой недели переноска грузов больше не осуществляется. Грузить уже некуда, и последние заполненные контейнеры останутся на территории терминала до их полного опустошения. Которое, по подсчётам Вениамина, произойдёт точно к Новому году, то есть через пару недель.

Вообще застрявшие в терминале продукты можно было бы растянуть подольше, но Раиса заявила, что в новогоднюю ночь Отдел будет раздавать продуктовые наборы бесплатно по одному в руки в порядке живой очереди. Несложно предугадать, что весь биомусор не просто встанет в эту очередь, а будет занимать её по кругу постоянно, пока не завершится раздача. Такой расточительностью были недовольны едва ли не все, включая большинство людей Раисы и даже Раневского. Все понимали, что Раиса опять пытается запомниться гражданам в качестве заступницы на случай окончания блэкаута. И даже пытались её переубедить. Но сестра была непреклонна, и главным её аргументом являлось то, что у нас-де, столько продуктов, что они даже в ТЛЦ не вмещаются! Мол, до весны нам хватит, можно раздать людям излишки без ущерба самим себе!

Конечно, можно раздать. Можно вообще всё раздать, если и дальше заниматься такой ерундой! И даже набитого под завязку ТЛЦ не хватит! Потому что биомусор сожрёт всё мгновенно, сколько бы этого са́мого «всё» у тебя ни было, только дай! Почему, спрашивается, не использовать излишки с пользой, извините за каламбур? Объявить новогоднюю распродажу, сделать скидки, добавить незначительные подарки? Пусть биомусор охотнее несёт ювелирные изделия и прочие нужные вещи, включая оружие и патроны! А они у них есть, судя по докладам Дмитрия Магометовича! Да Вениамин и сам слышал далёкие выстрелы, если выходил из ТЛЦ подышать воздухом. Толпе есть чем и из чего стрелять, это точно не Росгвардия палит, они далеко, их отсюда не услышишь! Можно было бы приурочить к Новому году акцию выгодной скупки оружия и патронов, например!

Он уже проводил такое дважды, и всякий раз находились люди, продававшие это по выгодному для них обменному курсу. Лучше было бы повысить закупочные цены вместо этой бездарной филантропии! Сейчас в Отделе было бы больше оружия! Вдруг его не хватит для победы над Росгвардией?! Вениамин нервно уселся в кресло, ругая себя за то, что проводил недостаточно акций по скупке оружия у населения. Надо бы выпить для храбрости, обычно ему это помогает, но нельзя сейчас показываться подчинённым с запахом алкоголя, его могут неправильно понять! В период становления власти перед будущими подданными нужно выглядеть безукоризненно!

Тогда хотя бы чаю напиться! Вениамин поспешил поставить на плиту туристический чайник и принялся нервно возиться со стаканами, чайными пакетиками и сахарницей с невероятно раздражающим дозатором. Могли бы найти для него сахарницу получше! Это что, проблема?! Вокруг Москва пустая раскинулась, ищи – не хочу! А мы тут продукты бесплатно раздавать собрались и всякий биомусор регулярно кормим! А ведь они не пойдут за нас воевать! Сейчас бы бросить их в бой, так ведь нет, у них дети, тонкая душевная организация, хронические болезни, гуманитарное образование, пацифистское воспитание и всё такое! Бесит до глубины души!

Несколько минут Вениамин раздумывал, а не приказать ли своим офицерам, которые остались в ТЛЦ, собрать весь эпически бесполезный биомусор, который собрала Раиса, и выставить их на подходе к воротам в качестве живого щита! На улице холодно, минус пятнадцать, ночь всё же, так что половина сама разбежится по домам, и не придётся ломать голову в поисках очередных предлогов для того, чтобы вышвырнуть за забор десяток-другой тунеядцев! А оставшихся путь перебьёт Росгвардия, когда придёт сюда захватывать ТЛЦ!

В страхе и душевных метаниях прошло несколько часов и три полных чайника, но очередной стук в дверь всё равно застал Вениамина врасплох. От неожиданности он дёрнулся, обливаясь горячим чаем, и от ожогов его спасла исключительно зимняя одежда, которую он надел для того, чтобы не терять бесценных секунд в случае необходимости спасаться бегством.

– Вениамин Моисеевич? – Дверь приоткрылась, и в помещение заглянул телохранитель. – Идёмте скорее! Нужна ваша помощь!

– Они ворвались в ТЛЦ?! – Вениамин замер от ужаса, решив, что его зовут участвовать в бою. – Боюсь, я не умею стрелять…

– У нас есть кому стрелять, это не проблема! – Телохранитель жестом пригласил его покинуть помещение: – Идёмте на военное совещание! Надо поддержать Магомедыча перед Раисой, ей может не понравиться наш план уничтожения Росгвардии! Мы заблокировали их на терминале, но тамошние продукты могут быть потеряны! Зато перебьём им основную массу боевиков! Ловушка сработала!

– Вы сделали Росгвардии ловушку? – До успокаивающегося Вениамина начал доходить смысл происходящего. – То есть это нападение не случайное? Вы его спровоцировали сознательно? Почему меня никто не предупредил?

– Вы же сами всегда говорите, что каждый должен заниматься тем, что умеет! – парировал телохранитель. – Вот мы и не стали вас отвлекать от дел! К тому же об этом могла узнать Раиса, фиг поймёшь, как бы она отреагировала, так что решили вас заранее с ней лбами не сталкивать! А так вы были не в теме, значит, не виноваты!

– Логично! Но впредь ставьте меня в известность заранее, чтобы я имел возможность подготовить наши с вами позиции для дискуссии заблаговременно! – Вениамин храбро направился по коридору. – По дороге введите меня в курс дела!

– План возник после того, как Раиса решила раздать оставшиеся на терминале продукты всяким бесполезным ушлёпкам, – телохранитель говорил на ходу очень тихо, и Вениамин невольно сбавил шаг, прислушиваясь. – Раз уж всё равно теряем столько продовольствия, так хотя бы с пользой!

– Согласен! – авторитетно поддержал его Вениамин, демонстрируя всем своим видом, что он на стороне лояльных ему людей. – В чём заключалась стратегия?

– Это тактика, – поправил его автоматчик, – но сейчас неважно. Короче! Мы сняли охрану с терминала, оставили там всего два десятка бойцов и сделали так, что толпа, которая вечно ошивается там и продаёт нам вещи, об этом узнала.

– Не сомневаюсь, что в толпе были шпионы Росгвардии, – подхватил Вениамин. – Наши конкуренты не удержались от соблазна!

– Ожидали их нападения позже, дня через три, – продолжил телохранитель. – Не успели сосредоточить нужное количество людей в одном месте. Но так тоже норм получилось! Росгвардия атаковала неожиданно и прорвала периметр. Наши, кто охранял терминал, сразу же отошли вглубь, туда, где стоят пустые контейнеры, и заняли оборону. Враги поняли, что оставшееся продовольствие уже у них в руках, и не стали лезть под пули. Они блокировали наших и тоже заняли позиции. Тем временем у наших был заранее подготовлен тайный выход в заборе! Они отправили к нам посыльного и по-тихой вышли с терминала! Магомедыч собрал людей и окружил терминал снаружи! Теперь мы держим оба выхода под прицелом, а Росгвардия орёт из-за забора, что, типа, уничтожит продукты, если мы их не выпустим!