Пленник

На экране появилось знакомое лицо. Даже больше – не просто знакомое, а лицо женщины, которую гвардеец начал считать своей! С которой планировал встретиться и сегодня вечером. И завтра.

– Сашенька, сладенький мой, спасибо тебе! – произнесла мамочка. – Благодаря тебе я, наконец-то, смогла переехать! Ура! Честно – я сама не ожидала столь бурной реакции от тебя, думала, пройдет недели две, но ты просто чудо! Крепко тебя целую! Возможно, еще свидимся!

– Не понял, – нахмурился мужчина. – Что это означает?

– Это означает, что социальный рейтинг Надежды Воронцовой повысился и теперь она смогла переехать в другую квартиру, – пояснила РИСК.

– Постой… – имперец тряхнул головой. – Что значит – переехать?

– Это означает – сменить место жительства, – поучительным тоном ответил компьютер.

– Как раз это я понял. Я другого не понял. Она – что… вот паскудина!

Офицер треснул кулаком по столу. Теперь-то он все понял. Соседка просто воспользовалась пленником! Воспользовалась для поднятия собственного рейтинга. Александр не был для нее мужчиной, объектом вожделения. Мамочка не ставила перед собой цель завладеть сердцем Смирнова, как-то привязать к себе. Вовсе нет! В новом постояльце Надежда видела лишь средство для достижения своей цели. Пусть и приятным для гостя способом.

Все бабы – одинаковы. Что на Луне, что на Земле. Попользоваться мужиком, выжать досуха, и, получив желаемое – выкинуть, как надоевшую игрушку. Так алкоголик выбрасывает пустую бутылку за ненадобностью.

– Ненавижу, – прошипел лейтенант. – А мой рейтинг?

– Ваш рейтинг, с момента последнего запроса, понизился на одиннадцать пунктов.

– Какого хрена? – возмутился пленник. – Я не заметил, чтобы этой потаскухе вчера было плохо!

– Вы испытывали гнев и сквернословили. Обращаю ваше внимание, что ваш рейтинг понизился еще на семь пунктов.

– Так я же у себя, в собственной квартире ругаюсь! – возразил Александр.

– Это не имеет значения.

– Так вы что, падлы, даже дома за мной следите? – язвительно поинтересовался военный. – А в сортире – тоже?

– Да.

– Что – да?

– На оба вопроса ответ «да».

– Твари!

– Обращаю ваше внимание, что ваш социальный рейтинг опустился значительно ниже среднего.

Офицер набрал полные легкие воздуха, чтобы высказать все, что думает по этому поводу. И поднял руку, готовясь рубануть ею воздух, для большего театрального эффекта. Даже на Луне человек имеет право протестовать сколько душе угодно! Да, пусть тихонько, дома, запершись на кухне, чтобы никто, не дай Бог, не услышал протестов. Но право такое есть!

Однако, раздумал. Неизвестно еще, к чему приведет такая форма протеста. Если на воле гражданина обложили со всех сторон, то в здешних тюрьмах, поди, и дышать без разрешения нельзя.

Вместо этого лейтенант решил позавтракать. Тортиком. Крем с него основательно потек, но кое-в-чем бывшая соседка не соврала. Угощение оказалось весьма вкусным. Слишком сладким для военного человека. Но вкусным. Поскольку о столовых приборах никто не позаботился, есть пришлось руками.

Параллельно пленник заслушал сообщение Родионовой. Она тоже была обеспокоена низкими показателями гвардейца и обещала сводить вечером на какое-то мероприятие, которое, по мнению куратора, точно поможет. Правда, забыла уточнить – кому. Гвардеец уже нисколько бы не удивился, если только ей.

Александр забрал посылку с кулоном – она лежала у двери, упакованная в точно такой же материал, уже знакомый по приборам и бутылке в кафе. Только тоньше и мягче. Интересная штука.

– Сеть?

– Я слушаю.

– А из чего это сделано? – осведомился Смирнов. – Точно не пластик…

– Пластик имеет сложности при утилизации. Практически все предметы краткосрочного и одноразового использования сделаны из водорослей. Их переработка экологически безвредна.

– Ух ты! – изумился офицер.

Эти люди живут под куполами, в мире, отравленном радиацией, и, при этом, заботятся об окружающей среде! Чего проще – выбросить за пределы города, и пускай там валяется себе спокойно, гниет хоть тысячи лет. Все равно в обозримом будущем человечество не сможет жить на Земле без защиты куполов. Нет же – пытаются что-то, стараются, думают.

Лейтенант повесил ромбовидный кулон из пластика, окрашенного под металл, себе на шею. Прибор связи приятно холодил кожу.

– А коробку куда?

– Утилизатор на кухне, рядом с холодильником.

– Да, по поводу холодильника… что это за сопли в нем?

– Это криогель. Позволяет содержать продукты изолировано друг от друга, обеспечивая деление на зоны при охлаждении, выбирая оптимальный режим температуры и влажности для каждого продукта. Кроме того, путем анализа выделения аммиака, определяет оставшийся срок годности продуктов и последующую автоматическую утилизацию при его истечении.

– Ух ты! – изумился офицер. – Круто! У нас такого нету…

Выкинув тару, гвардеец принял душ. Затем заказал обед. Решив, что шаурмы с него достаточно, мужчина выбрал пельмени во фритюре со сливочно-чесночным соусом и пакет лимонада. В ожидании доставки, обновил гардероб и заказал посуду. Все же в приличном обществе не принято есть руками.

– А что, телепрограммы у вас тут есть какие-нибудь? – спросил пленник.

– Могу вывести список наиболее популярных передач.

– Валяй…

Лежа на кровати, поглощая пельмени, стоит отметить – бесподобные, невероятно вкусные пельмени, с натуральным мясом, раскаленные внутри, но в божественно прохладной оболочке сливочного соуса, в меру острого, изучая выбор программ, Александр так и не мог определить – нравится ему здесь, или нет?

С одной стороны – никто не неволил со службой. Не нужно никуда рано вставать. Не нужно рисковать жизнью, подставляясь под пули. Не нужно думать о том, как растянуть жалование до очередной выплаты. Словом, не нужно рвать жопу, чтобы отъесть ряху.

Да и женщины… корыстные, конечно. Как и везде. Зато сами на шею вешаются! Живи, радуйся жизни, радуй других… большего никто не требовал! Но за это можно получить все, чего душа пожелает. В пределах лимита.

А с другой стороны – тотальный контроль. Настоящий цифровой концлагерь, в котором даже в собственной квартире, в собственном сортире, неусыпно следит РИСК. В конце концов, какое кому дело – сколько раз выругался офицер, допустим, стирая носки? Оказывается, и до этого есть дело… и такое вмешательство в личную жизнь крайне неприятно.

Дюжина популярнейших каналов включала в себя передачи по аэробике, фитнессу, шейпингу, уроки танцев на шесте… столько девушек, невероятно красивых, подтянутых, собранных в одном месте, имперец в жизни не видел! И Ольга, которую Александр поначалу счел весьма привлекательной, даже рядом с ними не стояла. Про Анну и говорить нечего. Мужчина и не мог себе представить, что где-то в мире существуют настолько идеальные тела и лица – без единого изъяна. Будто они и не люди, а фарфоровые куклы.

Дальше шли уроки по кулинарии, разведению кошек, какая-то мамаша рассказывала про своего «серунчика», причем не уточнялось – это производное от имени, или основного рода занятия младенца.

Постепенно пленник дошел до художественных фильмов. Слезливая мелодрама, настолько приторная, что захотелось выключить через десять минут. Комедия, местами очень даже ничего. И боевик, повествующий о событиях ранних лет после Трехлетней Зимы. События, отображенные на экране, мало соответствовали тому, что рассказывали в лунных школах на уроках истории. Республиканцы были показаны благородными рыцарями, а имперцы – редкостными скотами. Кровожадными, тупыми, жадными. Пленник изо всех сил старался болеть за землян, но его симпатии, все же, оставались на стороне лунян. И каждую смерть имперца он сопровождал болезненным стоном, словно самому сапогом по почкам заехали. Однако фильм изобиловал головокружительными трюками, погонями и перестрелками, местами нереалистичными, но зрелищными.

За просмотром кино лейтенант сам не заметил, как приговорил огромную пиццу, отметив, что у этих дикарей даже колбаса делается из мяса, несколько пирожков из ржаного теста с капустой, и впервые в жизни Смирнов ел капусту с большим аппетитом, чем мясо – настолько они были вкусные! И ведерко острых куриных крылышек. Штука совершенно замечательная, а под пиво стала бы идеальной. Жаль, что пиво на Земле под запретом.

Солнце клонилось к закату, Ольга пока не торопилась к своем подопечному, и Александр решил посмотреть еще один фильм. Теперь система предложила сгенерировать фильм, согласно выявленных предпочтений. Гвардеец даже не догадывался, что бы это могло значить, но обещание звучало интригующе. И согласился.

Что за кино это было! Что за фильм! Офицер смотрел на экран, раскрыв рот. Даже забывая жевать. Картина, в которой всего в меру. Протагонисты – два человека, имперец и республиканец, вынужденные работать вместе, дабы победить инопланетное вторжение – именно такие, какими и представлял себе героев Смирнов. Волевые. Сильные. Выносливые. Они рубили пришельцев пачками и влюбляли в себя прекрасных женщин. Ни единой затянутой сцены. Сюжет, словно вынут из глубин подсознания самого зрителя.

Примерно на середине боевика, как некстати не вовремя, заявилась Родионова.

– Пауза, – приказала она сети.

– Да ты что! – возмутился мужчина. – Дай досмотреть!

– Дурак, что ли? – рассмеялась девушка. – Ты его никогда не досмотришь!

– Я уверен – осталось немного!

– Саша… – укоризненно произнесла куратор. – Это фильм, созданный нейросетью по твоим предпочтениям. РИСК проанализировала, что тебе нравится, а что – нет. И создала идеальное кино для тебя. Я даже скажу больше – сеть отслеживает падение интереса и меняет сюжет по мере твоей реакции.

– Да ну? – усомнился пленник.

– Ну да, – заверила Ольга. – И, похоже, придется заняться твоей диетой, – добавила она, указав на коробки от пищи на столе. – Еще советую начать ходить в спортзал.

– Мне и так нормально, – отмахнулся лейтенант.

– Тебе-то, может, и нормально. Только ты так растолстеешь и отхватишь минусов.

– Что? За это – тоже?

– Конечно, – кивнула республиканка. – Это не эстетично!

– Ну, знаешь ли…

– Собирайся, – перебила брюнетка. – Поедем на культурное мероприятие.

Глава 10

Такси остановилось перед широкой аллеей, ведущей к приплюснутому зданию дискообразной формы. К вечеру стало прохладно. Ольга, почти раздетая, с голыми ногами, зябко поежилась и Александр пожалел, что не взял пиджак или куртку, чтобы предложить девушке. Потому приобнял ее, прижимая к себе, согревая теплом своего тела.

В одном направлении с парочкой, которую можно было принять за влюбленных, шли десятки людей, и, как заметил Смирнов, преимущественно женского пола. Наряженные, все, как одна – крайне вызывающе. От обилия обнаженных бедер у пленника зарябило в глазах. Он едва успевал крутить головой, разглядывая аппетитные округлости, почти не скрытые одеждой, пока не получил тычок локтем в бок от спутницы.

– Извини, я случайно, – сразу произнесла республиканка.

Офицер сразу прыснул от смеха. Какие же эти женщины… женщины! В любом мире они одинаковы. В любом мире остаются женщинами.

– Что смешного?

– Да ничего. Скажешь, куда мы направляемся? – спросил лейтенант.

– На поэтический вечер.

– Я всю эту поэзию не особо, – поморщился мужчина. – Как-то больше привык к суровой прозе жизни. Я бы предпочел бокс или хоккей.

– Жестокие виды спорта у нас запрещены, – отметила куратор. – Но, если хочешь, завтра можем сходить на бадминтон. Или теннис.

– Женский?

– Можно и на женский… почему именно женский?

– Интересные деревья, – поспешил сменить тему офицер, кивнув на раскидистые ветви с крупными белыми плодами. – Что это?

– Картошка, – пояснила брюнетка.

– Ты меня за дурака-то не держи, – хохотнул гвардеец. – Пусть у нас, на Луне, кроме кукурузы, в основном, ничего не растет, но даже я знаю, что картошка растет в земле!

– Да честно – картошка! – надулась красотка. – У нас очень многие любят готовить самостоятельно. Знаешь, кто первый достиг миллионного рейтинга? Максим Орлов! Он изобрел растительное масло, которое не брызгается на сковороде! Сколько людей его добрым словом на кухне поминало! Потом, правда, привыкли и такое масло начали воспринимать как данность… короче, удобнее ведь просто сорвать несколько картофелин, уже без кожуры, а не копаться в грязи и очистках. Это наши ученые придумали! – с гордостью заключила Родионова.

Пленник неодобрительно покачал головой. У них, в Империи, наука работает, в первую очередь, для выживания. Белковые рационы, синтетические фрукты с ароматизаторами, которые похожи друг на друга – яблоко и ананас одинакового вкуса мокрой бумаги. Затем – для армии. Ракетопланы, автоматы, экзоскелеты. Все грубо, просто и понятно. До каких-то излишеств руки уже не доходят. Мозгов хватает качественно, но не количественно. Если б картошка просто росла, в грязи – уже было бы счастье. Но ей не хватает кислорода на спутнике Земли, не хватает питательных веществ в почве. О том, чтобы картошку просто срывать с деревьев и не чистить – никто и не мечтал. Элементарно обеспечить пищей всех подданных – и это запредельное мечтание. Оттого и случаются голодные бунты. Оттого и бунтует беднота. Оттого и нужны патроны в тылу.

Республиканцы определенно зажрались. Картошку им лень выкапывать. Чистить – лень. Подавай все готовенькое, и чтобы масло на сковороде не брызгало.

– У моей подруги, кстати, даже ресторан есть, – продолжала брюнетка. – Она сама там готовит! Очередь – записываются за два месяца вперед! Жалко, тебя там не обслужат… сейчас она принимает с рейтингом не ниже семидесяти тысяч, а год назад и двадцати тысяч хватало!

– Так это – дискриминация, – нахмурился Смирнов. – По социальному рейтингу!

– Это – не дискриминация, – возразила Ольга. – Это – социальная норма!

– Не-не, – покачал головой Александр. – Вот если я получаю жалование, как офицер, то могу пойти в ресторан и пообедать там. А, допустим, зарплаты дворника на ресторан не хватает И это нормально – это рыночные отношения. А у вас все бесплатно. И этих она обслуживает, а тех – нет. Это самый настоящий цифровой капитализм! И откуда у нее ресторан, если у вас все общее?

– Как – откуда? Обратилась в РИСК, ей выделили помещение в персональное пользование.

– И я могу попросить? – оживился лейтенант.

– Можешь. Но тебе откажут. Рейтинг пока маленький.

Пока? Это обнадеживало!

Так, неторопливо, за разговором, парочка достигла строения. Здание во многом напоминало амфитеатр – такое же круглое, с крышей над галереями, с отверстием в центре. Вряд ли под куполом можно опасаться дождя, но как-то неуютно. Впрочем, в помещении было теплее. Похоже, внутри климат регулировался. Искусственный климат в среде искусственного климата! Подумать только!

– Оленька! Душечка моя!

К Родионовой подлетел жеманный тип в сиреневом пиджаке, с голубой розой в петлице, ярко-зеленым шарфом на шее и тесных оранжевых джинсах. Заломив себе руки, чудо трижды чмокнуло воздух возле щек девушки, а затем повернулось к имперцу, намереваясь проделать то же самое. Разглядев блеск на губах незнакомца, Александр испуганно отшатнулся, нечеловеческими усилиями сдержавшись, чтобы не вмазать моднику.

– Ой, он что – с Луны свалился? – всплеснул руками тип.

– Именно с Луны, – подтвердила куратор. – Саша, познакомься, это – Роман Бестужев, поэт. Роман, это – Александр Смирнов, новый гражданин Земной Республики!

Хотя этикет и предполагал рукопожатие при знакомстве, но лейтенант поспешил спрятать руки в карманы, обозначая тем самым, что этому чуду он руки не подаст.

– Очень приятно, – пропищал поэт. – Может быть, позже познакомимся поближе… милые мои, вынужден вас оставить, мне пора готовиться к выступлению! Чмоки-чмоки, сладенькие!