Близнецы. Том 2

Снейк. Серьезный оказался парень! Со временем он должен будет стать настоящей опорой Марко. А Бросман… Бросман – руководитель неплохой, но нет у него полета, нет размаха! Фантазии нет! Вот если спросить себя, положа руку на сердце, справились бы они без Снейка с таким монстром, как Рошаль? Уж себе-то чего врать, нет, конечно! Уж очень хитро тот все устроил! Так завернул свое дело, что ни Боб… Да что Боб, нашел тоже себе козла отпущения! А сам? Он сам разве мог предположить что-то подобное? Нет! Мозгов не хватило! Вот и Бульдозер такой же негибкий! Нет, что касается денег, вопросов нет, там он изобретателен! Да и в интригах дока! Да только сейчас разве это нужно? Разве с этим осуществишь то, что задумал Симоне? Нет, большое дело Бобу не по плечу. Такое, которое, даст Бог, провернет Смотрящий. И здесь Сазерленд будет незаменим.

Симоне, погруженный в свои мысли, откинулся на спинку кресла. Интересно, почему же не уходит чувство тревоги, что с самого утра не дает ему покоя? Откуда оно? Или старость уже стала давать о себе знать? А и правда, может, это сердце барахлит? Давно он его не менял! Медики говорят, что уже десять лет как пора. Вон уже три новых вырастили! Как будто ему столько нужно. Марко и это сердце, что сейчас бьется в груди, устраивает. Не болит, работать не мешает – и ладно. Он же не спортсмен, не солдат. Это тем нужно заботиться о том, чтобы самые высокие нагрузки переносить!

Сигнал вызова вывел Симоне из раздумья. Смотрящий даже обрадовался, что появился повод отвлечься. Сев поудобнее, он нажал кнопку ответа… и выругался про себя. Опять этот Бросман! Как же он иногда раздражает!

– Марко, ты не занят? – Лицо Бульдозера выражало крайнюю степень озабоченности. – Я хотел бы, чтобы ты узнал кое-что!

– Ну что там еще? – Симоне знал, что просто так подчиненные его не потревожат, и все-таки почувствовал глухое раздражение, слушая сбивчивую речь своего помощника. Сам не понимая почему, он в последнее время все чаще и чаще стал отмечать про себя, что Бросман его не устраивает. Наверное, потому что видел, как умеет работать Сазерленд? А ведь тот всего-навсего простой роллерболист!

– Да тут… Как тебе сказать…

– Слушай, Боб, – Смотрящий язвительно посмотрел на собеседника, – может, ты сначала подумал бы, что и как ты хотел сказать, а уж после этого меня вызывал?

Бросман кивнул, он понял, что домашняя заготовка подачи убийственной информации не сработала и нужно перестраиваться!

– Ситуация очень серьезная! – заявил он. – Это насчет нашего нового гения и его вроде бы потерянного прибора. – Бульдозер перехватил удивленный взгляд Симоне и зачастил: – Я, конечно, ничего не имею против Стива, но тут один… Ну, короче, какой-то черт вышел на коммуникатор Вальтера Шанца. Ну, ты помнишь того пилота, что призы на гонках брал…

– Да помню, помню. – Симоне почувствовал, что разговор начинает его тяготить. – Ты дело говори, не тяни! Снейк‑то тут каким боком?

– Помнишь, еще дело было, Шанца пропал? – потея от напряжения, продолжал Бульдозер. Он понимал, что ввязался в опасную игру, но теперь, после того как сказаны первые слова, отступать уже поздно! – Тот самый, что тогда отказался с нами работать! Виктором его звали!

Да, этого малого Марко не забыл. Парень помешался на стихах и ни в какую не хотел вслед за братом вливаться в ряды Империи. Да и не очень нужен-то был! Все в облаках витал, коммунизм строить хотел! О нем Симоне и узнал только потому, что редко кто отклонял приглашение войти в братство. Да и не всякому предлагают!

Если бы не личная просьба Вальтера, его старшего брата, то кому бы он был нужен, этот писака?

– Так вот, потом Виктор объявился! Он стал пациентом… нашего Храма! У него память, того, полетела! Напрочь, маму как звать, не помнит! – Лицо Боба покрылось бисеринками пота. Он ведь хорошо понимал, что его слова могут и не понравиться Марко. Вернее, информация, что он собирается выложить Симоне, уж точно не понравится, но вот только на кого обрушится гнев Смотрящего? – Он теперь этот… «Потерянный»!

Симоне, услышав слово «потерянный», вскинул брови.

– Этого я не знал, – Смотрящий пожал плечами. Мало ли что с кем происходит? – Слушай, я никак в толк не возьму: нас каким боком это касается?

– Да самым непосредственным! – наконец выдохнул Бульдозер. – Объявился этот братец!

– Какой братец? – опешил Марко. – Что ты все загадки загадываешь! Вальтер, что ли, нашелся? Он что, тоже пропадал?

– Да нет, Вальтер никуда не пропадал. – Боб чертыхнулся про себя. Он никак не мог закончить свой доклад, – Это другой Шанц, младший! Виктор, он нашелся!

Смотрящий выпучил глаза, чувствуя, что вообще перестал понимать смысл того, о чем говорит Бульдозер.

– Погоди-погоди, что-то ты меня совсем запутал! Как это Виктор объявился? – проговорил он наконец. –Ты же сказал, что он в Храме!

– Так в том-то и дело! – От Бросмана уже шел пар. – Мы проверяли Виктор Шанц в Храме и никуда оттуда не выходил! Как был деревом безмозглым и беспамятным, так и остался!

– Так что ты тут мне голову морочишь? – вконец разозлился Смотрящий. Глава Империи Хардсонсити уже готов был сорваться на крик. – Как он может найтись, если не терялся? Боб, ты чего от меня хочешь-то? На черта мне нужны эти ваши… заморочки?

– Марко, так в этом и вся загвоздка! – Глаза Бросмана горели. – Вальтеру на коммуникатор вышел кто-то и представившись его братом, понес такое, что…

– Боб, ты… Ты хотя бы сам понимаешь, что ты говоришь? Как это вышел на коммуникатор брата и заявляет, что он его брат, когда этот самый брат находится в дурке и Вальтер об этом знает? Слушай, а может, он и сам того? Больной? Или, может, ты сам перетрудился? – Симоне в раздражении ударил кулаком по столу.

– Но тот, кто связался с Шанцем… со старшим Шанцем уточнил Бульдозер, – заявил, что он его брат!

– А что, Вальтер сам не видит, что перед ним аферист? Или его собеседник так похож на брата?

– Да нет, Марко, дело в том… в общем, тот, который говорил с пилотом, и не говорил вовсе, а передавал сообщения в текстовом режиме, – Бульдозер незаметно перевел дух. – И привел такие факты из их общей биографии, какие мог знать только Виктор! Вальтер не сомневается, что говорил с братом. Вернее, говорил он, а брат писал ответ.

Симоне покачал головой. До него все еще не дошло, чего от него хочет помощник, и в то же время Смотрящий понял, что просто так от информации не отмахнешься! Бросман наверняка приготовил какой-то сюрприз и только ждет момента, чтобы его предъявить.

– Ну хорошо, пусть этот… Виктор твой не показывается. Но ведь говорить-то он может? Чего же буквами общается? – съязвил Марко. – Ну, морду казать не хочет, так не отрезали же ему язык!

– Вот тут и начинается самое интересное. – Бульдозер наконец почувствовал, что Смотрящий больше не сердится. А что не поощряет, ну и черт с ним, не кричит, и на том спасибо! – Виктор сообщил брату, что некоторое время назад был на семинаре молодых дарований. Он же поэт у нас! Там было много деятелей: музыканты, писатели, ученые – ну, в общем, бездельники разные! Раздавали там премии, награды. Ну как обычно бывает! Короче, яркая мишура для дурачков! Так вот самое интересное – это то, что среди гостей от науки был один профессор! Нет, профессоров было много… или нет, не знаю, не важно это. Но этот, тот, что нам нужен, обрати внимание, Марко, назвался Полем Рошалем!

При этих словах Симоне, который начал терять интерес к разговору, резко встрепенулся и так посмотрел на Боба, что тот в растерянности замолчал да так и застыл с открытым ртом. Не зная, чего ожидать дальше, Бросман уставился на Смотрящего вопросительным взглядом.

– Значит, и тут он отметился! – протянул Симоне. Он заметил состояние Бульдозера, но не показал вида. – Ну чего тянешь? Давай выкладывай дальше! Что он там натворил или наговорил? В Пауки, что ли, вербовал?

– Наверное, не знаю, может, и так. По крайней мере, Рошаль предложил Шанцу и еще нескольким писателям и поэтам пройти у него курсы по усилению возможностей памяти и развитию интеллекта. Знаем мы это усиление! – добавил Боб. Он увидел, что сумел зацепить Смотрящего и теперь оставалось развивать успех. – Так вот, те, кому он предложил, узнав, что за обучение им не придется платить, сразу подписались! Дурачки жадные!

Поначалу все шло как обычно: шли занятия, давались методики, и результат был неплохой. Недовольных не было. Но затем Виктору и еще нескольким слушателям курсов было предложено пройти усиленное обучение с применением новой технологии. Якобы она, ну, эта технология, позволит на несколько порядков усилить способности. Они и согласились, так как чувствовали, что действительно стали лучше соображать.

– Ну еще бы! – Марко усмехнулся. – У этого гипнотизера и мы с тобой арии бы петь начали! А ты еще и в балете звездой стал бы! Боб, сделаем так. Найди этого Вальтера, пусть зайдет ко мне! Только не тяни…

– Он у меня, так что можем прямо сейчас, – бодро доложил Бросман.

– Давайте ко мне! Жду!

Симоне выключил связь и задумался. Интересный тип, этот Поль Рошаль. До чего же энергичный! Где он только не отметился! Везде, куда только ни посмотри, везде следы его деятельности. И как это ему удавалось так долго оставаться в тени? Ну как не хвалить Сазерленда, если парень смог такого монстра скрутить? Нет, что ни говори, а мальчонка все-таки стоящий! И зря Бульдозер на него напраслину думает! Подожди-подожди, а что это там Боб говорил про Снейка? Его-то Бросман к этой истории с братом Вальтера как притянет?

В это мгновение в кабинете появился Бульдозер. Вопросительно взглянув на Смотрящего, он дождался разрешительного жеста и только после этого позвал своего спутника. Конечно же это был Вальтер Шанц. Невысокий, белобрысый, казалось, вроде бы ничем не примечательный человек, но Марко, едва его увидев, сразу вспомнил, как ему вручали лавровый венок победителя Гран‑при. Да, с тех пор прошло не так уж много времени, а почти все забылось! Вот тебе и еще один аспект человеческой памяти. Вот бы о чем с Рошалем поговорить! Ну да, конечно! Поговоришь с ним, а потом окажется, что ты в его полном подчинении и стал рабом гипнотизера.

– Здравствуй, Вальтер, давненько я тебя не видел! – Симоне улыбнулся Шанцу и указал рукой на кресло, – Присаживайся. Что не заходишь, наверное, дела хорошо идут? А то ко мне прибегают только когда беда приводит. Помоги, Марко, спаси! А вот просто вот так зайти, радостью поделиться – так тут уж нет, сразу забывают старика!

– Ну что вы! – Вальтер, смущенный словами Смотрящего, замялся. – Просто люди же все видят. Наверное, понимают, что с пустым к вам заходить не нужно, и так столько народу бывает! Зачем занимать время уважаемого человека пустым разговором? Может, в этот момент кому-то нужнее.

Симоне усмехнулся. Он понимал, что слышит лесть, но ведь и сам не от большой души вопрос задавал!

– Правильно мыслишь! Вот если бы все такие понятливые были! – Марко посмотрел на Бросмана. – Видишь, какие люди есть у нас, а ты все говоришь, что работать не с кем! – Симоне одобрительно положил руку на колено Шанца и продолжил уже другим, деловым тоном: – Ну что, Вальтер, говоришь, брат твой на связь выходил? А кто тогда у нас в Храме гостит? Разве не твой брат? Или есть еще один?

– Нет, брат у меня один и находится он действительно в Храме. И спасибо тебе, что в беде помогаешь, не бросаешь неразумного. Болен он, как и другие бедолаги. Ничего не помнит, даже самых близких. Это трагедия для нас! Мы с мамой хотели его забрать домой, но он не хочет, говорит, что не помнит кто мы. Хотя то, что это на самом деле Виктор, сомнений нет. У него и родинки, и шрамы совпадают. – Шанц махнул рукой. – Да что там приметы, разве я своего брата и без них не узнаю? Ну хорошо, я ошибаюсь, так ведь и мама его признала!

– А тот, кто с тобой связался, значит, не Виктор? – уточнил Симоне.

– Да в том-то и дело, что я уверен, что говорил… общался со мной именно Виктор! – В голосе Вальтера звучала растерянность, – Поймите, если вы всю жизнь росли рядом, любили друг друга, всегда можно узнать!

– Вальтер, но так же не может быть! – Марко мягко, словно бы в раздумье, пожал плечами. – Или, может, у твоего брата в этот момент было временное просветление? И это он сам выходил на связь?

– Мы проверяли! – вступил в разговор Боб. – В то время, которое указывает Вальтер, все пациенты Храма, в том числе и Виктор Шанц, находились в столовой. И никто не выходил.

– Дело даже не в этом, – горячо вмешался Вальтер. – Виктор, ну, тот с которым мы общались, сообщил, что он сейчас вне тела! Я не пойму, что это означает, но он сказал именно так. Что он даже не знает, что происходит с его оболочкой и где она находится. Я подумал, что он что-то перепутал, переспросил, но брат все повторил слово в слово! Знаете, поэты, память у них на слова хорошая! И он все переживал, как бы с ним, ну то есть с телом, без него, без Виктора, чего-нибудь не случилось, просил меня позаботиться о… об оболочке! Я сдуру ляпнул, что они находятся под присмотром специалистов, он обрадовался! Говорит, что Рошаль им так и сказал, но теперь он профессору не верит. Обманщик он…

Шанц увидел явное недоверие на лицах высокопоставленных собеседников и сбился.

– Ну вот и все вроде, – закончил он.

– Как, и это все? – удивился Марко. – Это что же получается? Твой брат… Ты хочешь сказать, он сам как бы погулять вышел, а тело оставил? Как бы это правильно сказать, на профилактику, что ли? Как машину?! Взял и пересел в другую. Ты хоть сам понимаешь, что несешь? А ты, Боб? Нет? Не понимаешь? И я не понимаю! Хреновина какая-то! Что-то вы тут такое ребята накрутили, что ни в какие ворота не лезет.

– Так я тоже не поверил! – Вальтер развел руками, – Но Виктор говорит, что это Поль Рошаль, профессор, уговорил их перейти в новое измерение, в Сеть, как он сказал. Жить в информационном пространстве!

– Да ты уже говорил об этом, не нужно повторяться! – Симоне больше не верил Шанцу и теперь гадал, кто перед ним: аферист или больной? – Вальтер, скажи, твой брат, его слова… Что-то у него или у тебя совсем не вяжется. Если слушать вас, получается, что он здесь, а душу в командировку отпустил? Слетать в рай и назад?

– Я не знаю! Клянусь, Марко, не знаю! – Пилот прижал руки к груди и с мукой в глазах посмотрел на Симоне. – Я понимаю, это звучит дико, но я не придумываю ничего! Это все Виктор сообщил! Он хотел только посмотреть на новый мир и вернуться. Написать новую поэму о том, чего никто еще не видел. Брат думал, что все это ненадолго. Рошаль им обещал, что это примерно на месяц, не больше. А потом вдруг оказалось, что прибор – они его называют Врата – исчез. Наши люди его уничтожили, и теперь возврата нет. Те, что ушли, уже никогда не смогут вернуться в свои тела. Виктор очень переживает. Ему там очень плохо. Хотя есть Живые – этим словом они там, в Сети, сами себя так называют, – так вот, есть Живые, которым там нравится. Но наш Виктор не из таких! Он у нас домашний, что ли? Говорит, что никак не может освоиться в Сети. Что там нужно какие-то программы писать. Самим себе писать. А Виктор такой неприспособленный! Он, кроме стихов, и писать-то ничего не умеет!

Глава Империи никак не мог понять, чего хочет от него этот сумасшедший. Господи, как же он устал от таких посетителей! Но ведь не выгонишь же, должен выслушивать, а не то скажут: зажрался Смотрящий, совсем чиновником стал!

– Вальтер, я не пойму, что ты от меня хочешь? – спросил Симоне. – Я-то ко всему этому какое отношение имею?

Пилот, услышав эти слова, рухнул на колени и протянул к Смотрящему руки.

– Марко, на тебя одна надежда, кроме тебя, нам помочь некому! И Виктор просил, чтобы я к тебе обратился!

– Вот-вот, когда ему предлагали в Империю войти, по твоей просьбе предлагали, не захотел. А стоило аферисту какому-то поманить, так сразу и согласился! – Бросман не удержался, чтобы не напомнить об отказе. – И что он теперь от нас хочет? Пусть в службу спасения звонит! Они не откажут. А мы-то чем можем посодействовать?

– Дело в том, что до сих пор они Рошалю верили, считали, что он с ними правдив и Врата действительно пропали. Несчастье, мол, случилось, но не все потеряно и люди занимаются проблемой. А раз так, то оставалось только ждать, что профессор что-нибудь придумает. – Вальтер говорил быстро, боясь, что Смотрящий его не дослушает и выгонит. – Но выяснилось, что все совершенно не так. Что все это самый настоящий обман! Прибор, Врата, вовсе не пропали! Доказательство этого два новичка, которые сегодня днем попали в Сеть. И привел их не кто иной, как сам Рошаль!

– Ну ты совсем гонишь! – взорвался Симоне. – Рошаль сидит у меня в подвале!

– Это его ава… ата… акватара! – Вальтер никак не мот вспомнить, какое название второго, земного Рошаля он слышал от брата. – А настоящий там, у них! В Сети!

Смотрящий и Бульдозер переглянулись. Нет, перед ними точно больной человек. По крайней мере Симоне был в этом уверен. Он даже обнаружил нелепицу в рассказе Шанца.

– Интересно, как же так получается, – заговорил он. – «Потерянные», и твой брат, кстати, тоже, ходят чурками безмозглыми, не помнят ничего, ни родителей, ни братьев, ни сватьев не признают, а вот тело самого Рошаля осталось с мозгами? Да еще с какими, столько лет, зараза, голову всем морочил! Сколько людей… Да зачем далеко ходить, твоего же брата, если поверить ему, в Сеть кто заманил? Рошаль? Но если он все это время жил там, как же его тело такое умное здесь живет? Хочешь, тебя с ним познакомят? Прямо сейчас? А? Ну говори, хочешь? Спустишься в подвал, там он и сидит под присмотром!

На лице старшего Шанца отразился испуг. Да кто же не слышал про камеры Империи? Ну нет, только не туда!

– Ну, чего молчишь? – не унимался Смотрящий. Он и не собирался устраивать экскурсии. Наоборот, Марко сделал Бросману незаметный знак, чтобы тот поднял несчастного с колен. Негоже так унижаться! – Вальтер, мы же с тобой разумные люди! Вот ответь мне, а главное – себе, на один вопрос. Как Рошаль может присутствовать и здесь и там, а остальные только там?

– Ну откуда же я знаю?! – Пилот посмотрел на Симоне мученическими глазами, перевел взгляд на Бросмана, ища у него поддержки, но тот быстро отвел глаза. И по тому, как Бульдозер это сделал, Шанц понял, что совершил самую большую ошибку в своей жизни. Господи, да за что это все на его голову? Что же теперь делать? Как выпутываться из ситуации? И ведь что обидно – он же сам влез в это дело! Никто его за язык не тянул. Как никто? А брат? Дурак чертов, зачем только ему поверил? А поверив, зачем рассказал обо всем этому Бросману? Эх, Виктор, что же ты наделал? Сам залез в неприятности, а теперь и его втянул.

– Еще он сказал, что теперь Рошаль спортсмена нашего, Сазерленда из «Скорпионов», туда затянул! – выпалил Вальтер, возлагая последнюю надежду на это сообщение. Выпалил и замер. Что же сейчас будет? – И их там двое!

Марко почувствовал, как по его спине пробежал холодок. Он, как и Шанц, внутренне содрогнулся. Что говорит этот псих? Снейк тоже в Сети? Так вот какую занозу заготовил Бульдозер? Хочет чужими устами озвучить информацию о том, что Сазерленд ушел в Сеть? Ловко! Стоп, Шанц сказал, что новичков было двое. Кто же тогда второй? Кос? Что, и Оскара втянули?! Значит, если поверить Вальтеру и Бобу, еще два тела потеряли память? Самый настоящий бред! Сколько лет прожил Симоне, а такого, чтобы люди жили вне тела, не слышал! Роботы – да, но чтобы люди? Хотя Рошаль же придумал, как сделать людей бессмертными, почему бы и не лишить их тел? И «потерянные» тому свидетельства? Возможно. Вполне возможно. Тогда, если все же заставить себя поверить, что братья Шанц не врут, получается, что Рошаль, который сидит, вернее, лежит спеленатый в подвале, привел Коса и Сазерленда в Сеть? В виртуальное сообщество? И они тоже бросили свои тела? А как же сообщения от соглядатаев, что оба имперца находились весь день в Чипленде? Кто ж тогда вместо них был там?

Нет, этого не может быть! Ну не может Стив так сделать! Уж в людях-то Симоне разбираться научился! Кто угодно, представься ему такая возможность, ушел бы, но чтобы Снейк?! Правда, если вспомнить, что в этой жизни нет ничего, в чем можно быть уверенным, то не нужно спешить с выводами. А почему не предположить, пусть на секунду, но предположить, что сегодня Сазерленд и Кос оказались в Сети? Оба одновременно? Но как? А не через тот ли самый прибор, что был у Снейка? И тогда получается, что аппарат, который Грелли увел из Института, это и есть Врата?! Боже, так них были Врата? Были? Почему были? Судя по словам этих братьев-обормотов, агрегат должен быть у Стива! А что, роллерболист был последним, кто держал его в руках, – он же им и воспользовался! Так что, Снейк его скрысил? Нет, не может такого быть! Алан собственноручно привозил все, что осталось от прибора, после того, как его расстреляли в подвале Института. Нет, вранье все. Да, конечно, вранье, Симоне же не дурак, чтобы так обмануться в своем фаворите. Сазерленд просто не смог бы. Постой, не торопись, если Вальтер врет, тогда откуда он мог узнать о Вратах? Эта информация строго засекречена! Бросман? Решил подсидеть ловкого конкурента? Так топорно? Ну нет, хитрый Бульдозер на такую грубую провокацию не пошел бы. Но не ясновидящий же этот Шанц? Ведь он все-таки знает о Вратах! А узнать мог только от Боба или брата. Господи, если поверить в последнее, нужно поверить и в остальное, рассказанное пилотом.

И что же, выходит, что железяка все-таки у Снейка? Но зачем она Сазерленду? До того как аппарат оказался у роллерболиста, тот и слыхом не слыхивал ни о каких Вратах! Да и до сих пор, наверное, не знает, что это такое – Врата! Да и откуда Стив мог о них слышать, если Симоне до сегодняшнего дня и сам не знал, как называется прибор и для чего он нужен! Марко для того и переправлял железяку в Чипденд, чтобы тамошние мастера разобрались, для чего он Институту и что с ним делать. И надо ж было такому случиться, что переброску поручили Снейку. Кстати, с этого ведь и начались все неприятности. Да-да, как раз после того, как к делу подключился Стив Сазерленд. Стив… Стив?! Неужто оборотнем оказался? Тогда зачем он Рошаля спеленал? Гапа, Паука?

Нет, что тут голову ломать? Есть же простой способ проверки!

Марко в волнении встал и зашагал по кабинету. Потом быстро подошел к коммуникатору и набрал номер Сазерленда.

– Да! Кто там еще – На экране возникло заспанное лицо Сазерленда. Увидев Смотрящего, он удивленно округлил глаза. – Марко? Что случилось?

– Стив, ты где находишься? – без предисловии спросил Смотрящий.

Сазерленд растерянно взглянул на Симоне. Он еще не отошел ото сна и ошалело оглядывался. Взгляд его скользнул по дисплею, затем на приборы и вбок – на своего спутника.

«Наверняка Кос с ним», – подумал Симоне. И как будто бы откликаясь на его мысли, Оскар развернул камеру к себе. Его лицо украсила легкая улыбка.

– Мы на подлете к Хардсонсити, сэр! – доложил гигант. – Надеюсь, у вас все в порядке?

– Конечно, сынок! – У Смотрящего отлегло от сердца. – А у вас как? Полагаю, без приключений?

– Естественно! Мы по-другому не умеем! – продолжал свою игру Кос – В Чипленде к нам, правда, сели на хвост какие-то сверхлюбопытные, но мы их стряхнули. А потом решили – чего прятаться, за нами-то ничего нет, – взяли и объявились. В открытую вернулись, сели в ваш «пайк» и улетели.

– Это теперь уже ваш «пайк», ребята! – засмеялся Симоне. – Я рад, что вы на моей стороне! Жду вас завтра! Но спешить не нужно, сначала выспитесь как следует! А потом возьмемся за Рошаля!

Марко отключил связь и повернулся к Бобу и Вальтеру. Молча посмотрел сначала на одного, затем на другого

– Мудачье! Вон! Оба! Вон отсюда! – прорычал он. – За базар ответите!

Глава 4

Нужно ли говорить, что первое, чем занялся Крис после того, как настроил себе интерфейс ввода-вывода или, как здесь говорили – обменник, было его же улучшение. Модуль входил в комплекс драйверов, который они с Митчелом получили от В-Рошаля, и стал как бы стандартным девайсом для общения в сетевом сообществе. Вооружившись оным, новички становились полноправными членами маленькой колонии, – теперь Джордан и экс‑Митчел могли обмениваться информацией с такими же бестелесными индивидуумами. Так что одинокими новоприбывшие себя не чувствовали.

Нужно сказать, что Джордан вообще очень быстро адаптировался. Едва справившись с собственным оснащением, он сразу же стал помогать освоиться и псевдо-Джеймсу. Тот тоже на удивление легко привык к новым условиям существования. Крис должен был признать, что если бы он не поторопился со своей помощью, то экс‑Митчел вряд ли уж очень отстал бы от него и вскоре справился бы с задачей своими силами. Чем объяснить такую гибкость, Крис не знал. Возможно, те, кто проходил перезапись памяти, легче воспринимают переход в новую среду? Или это ему только так показалось? Может, просто совпадение? Неизвестно, ведь для ответа на этот вопрос у Криса пока не хватало накопленных статистических данных.

Но как бы то ни было, первые шаги в Сети они сделали без осложнений. Оставалось только освоиться и обжиться. Чем они с усердием и занялись.

Войдя во вкус, Крис понял, что все те методы создания программ, которые были доступны ему ранее, не шли ни в какое сравнение с тем, что стало возможным теперь, когда он оказался в Сети. Вот где проявилось истинное визуальное программирование. Стоило только зримо представить себе, что ты хочешь создать, как оно должно работать и как должно внешне выглядеть – и все, программа начинала работать. Не понравилась, тут же уничтожаешь и создаешь новую! И так до тех пор, пока не приходишь к выводу, что добился именно того, чего хотел.

Псевдо-Джеймс хватал на лету каждое слово Джордана. Подсмотрев за тем, как творит чиплендец, экс‑Митчел экспериментировал сам и вскоре создавал себе окружение не хуже учителя. А почему бы и нет? Уж с фантазией-то у него проблем не было! Наоборот, приходилось ее ограничивать, особенно внешние формы. Уж больно страшновато порой выходило – что поделаешь, от проклятого наследства просто так не избавишься. Маньяк нет-нет да проглядывал!

Начали они с себя. Разобравшись с тем, что получили от В‑Рошаля, друзья быстренько модернизировали и переделали под свой вкус все, что в них было. При этом Джордан старался заставить новые драйверы, особенно те, что отвечали за стандартные функции – такие, как преобразователи внешней информации в визуальные и акустические образы, – работать так, чтобы результаты максимально соответствовали привычным человеческим представлениям. А это было непросто! Нужно было из всего объема информации, что проносилась по Сети, научиться вычленять то, что им необходимо для нормального существования, и в то же время отсеивать ненужный им, но такой объемный цифровой поток. Для этой цели Крис использовал как собственный интерпретатор, так и идентификаторы, встроенные в программы их создателями. Затем, после того как выяснилось, что тот или иной драйвер необходимо еще и настроить под привычные образы, Джордану пришла в голову мысль создать обучающий модуль и использовать его для настройки картинки и видеоклипов различных баз данных. Он отыскал магистраль, ответвляющуюся к порталу Храма, легко обойдя систему контроля и допуска, вошел на сервер. Там Крис нашел свою же собственную разработку, генерировавшую образы для «потерянных», теперь она послужит для настройки визуального интерфейса.

Следующее, что сделал Джордан, это модифицировал софт, отвечающий за обмен данными с сетянами. Это был интерпретатор речевых посылок. Он позволял общаться в привычном режиме, что создавало иллюзию реального мира и позволяло чувствовать себя более комфортно. Модуль работал так, как будто Живые просто разговаривали между собой. Теперь можно было беседовать друг с другом, не задумываясь о том, как вообразить программу, соответствующую тому или иному общепринятому термину. Не воображать же каравай, когда можно просто сказать «хлеб». Зато при обсуждении сложной темы визуальное программирование оказалось весьма удобным! Чем долго говорить, лучше просто показать!

Таким образом уровень понимания между Живыми был намного выше, чем у тех, кто жил в реальном мире. Нужно ли говорить, что Джордан с экс‑Митчелом тут же этим воспользовались? Новички так увлеклись этой работой, что добились поразительных результатов. Стали передаваться не только слова, но и интонации, громкость и даже векторная направленность посылок! Это давало столь высокий уровень понимания, что Джордан стал опасаться, что в критический момент могут возникнуть непредвиденные последствия. Вдруг кто-то испугается, и это вызовет массовую панику? Или же создаст такой выброс энергии, что приведет к перегрузкам программ Живых? Это могло стать серьезной проблемой, но прежде чем за нее браться, нужно было опять-таки набрать статистики. Той, которая в реальной жизни называется опытом.

Ну, опыт – дело наживное, что его обогащает быстрее всего? Конечно, путешествия и исследования! Виртуальные, естественно! Нужно же знать, где и среди кого ты живешь? Тем более что новые органы чувств требовали общения. Чем друзья и занялись. Они так увлеклись этим, что даже не заметили, как кто-то ненавязчиво, но упорно, не упуская новичков из виду, следил за ними. А этим «кем-то» был сам профессор. В-Рошаль, наученный горьким опытом первой волны переселенцев, с тревогой наблюдал за начальным этапом адаптации новых членов сетевого сообщества. Вдруг и у них возникнут трудности? Но та легкость, с которой Крис решил сложнейшую проблему визуализации образов, еще раз убедила руководителя проекта, что он не ошибся с приглашением. Джордан именно тот, кому в будущем можно поручить обустройство всего Сетевого мира!

То, что бывший Паук и его товарищ оказались на высоте, радовало В-Рошаля, хотя пока что своей радостью он ни с кем не делился. Оба словно были созданы для такой жизни! Вот, пожалуйста, еще одна загадка человеческой психики. Казалось бы, внешне нет никакой разницы, а различие между индивидуумами все равно есть. Даже в Сети. Или, может быть, правильнее будет сказать – особенно в Сети? Здесь, как ни где, ярко проявляются различия в психических особенностях людей. И что одним дается с легкостью – причем это касается не только новичков, ведь адаптировались и почти все, прибывшие ранее, – другие, пусть это будут единицы, просто не могут сообразить, как им жить дальше. Несколько сетян приживались с большим трудом. Особенно беспокоил Виктор. Бедолага Шанц, он до сих пор так и не смог настроить свои драйверы. Нужно признать, что его приглашение было ошибкой, хотя именно от него ожидались наибольшие достижения. Ведь он поэт! Казалось, богатое воображение позволит ему легко войти в виртуальный мир. Но нет, видимо, не всякая фантазия плодотворна. Наверное, Шанц только и умеет, что грезить о любви и цветах, а способность правильно и грамотно подставлять слово к слову еще не означает талант. Скорее всего, это только одно из условий успеха стихотворца.

Ну да ладно, раз нашли Врата, то теперь можно будет Шанца вернуть в реальный мир. Вот только аватару нужно будет освободить и отправить его в Чипленд. Пусть перевезет Врата в Хардсонсити. Конечно, это опасно, но что поделаешь, тела-то в Храме, не возит же их тайно в Чмпленд! А что касается Виктора, то поэту придется заблокировать ту часть памяти, где хранится информация о его пребывании в Сети. Да и про знакомство с Рошалем ему придется забыть. Но это уже мелочи, с этим и аватара справится. Уж чем-чем, а гипнозом Р‑Рошаль владеет в совершенстве.

Профессор рассмеялся. Как эти черти придумали! Он – В‑Рошаль, аватара – Р‑Рошаль. Нет, это просто здорово, что Джордана удалось вырвать из лап Симоне!

Подожди, Смотрящий, не заметишь, как и твой Храм начнет на Сеть работать. Уже работает, носителей содержит, что-то дальше будет! Бедняга Стив, он и не знал, что этой ночью заполучил себе еще одного заклятого врага.

* * *