Пранапанк

— Это были преступники, осуждённые на смертную казнь. Они сами согласились стать куклосами.

— Ты их лично спрашивал или тебе так сказала администрация тюрьмы, где ты их получил?

— Это юридический вопрос, ими занимались юристы клана.

— Вот что-то подсказывает мне, что когда одним нужны тела, а у других есть власть над заключёнными смертниками, то вопрос их добровольного согласия становится несколько иллюзорным.

— Для паразита ты очень хорошо соображаешь, — сказал Георг, решив не обращать внимания на странные слова паразита, проистекающие, видимо из его прежних жизней с другими носителями. — Или ты так ассимилировался с сознанием школьника… да нет, он бы так не разговаривал. Кто ты и чего хочешь?

— Вопросы, вопросы… если я тебе вот так прямо отвечу, это же будет не интересно! Давай сыграем в игру. Я загадаю загадку. Если ответишь правильно, то я отвечу на один твой вопрос. А если нет, то я тебя съем. Вот вопрос — съем я тебя или оставлю в живых?

Отступая, Георг упёрся спиной в ствол дерева и сполз по нему на землю. Ему всё равно не убежать, зрение восстановится минимум минут через сорок — это было единственное знание, пришедшее от симбиота. Пока червь не регенерирует, рассчитывать нужно только на себя. Значит надо сосредоточиться на единственном, что у него осталось. На собственном интеллекте.

Вопрос, несмотря на бредовость вроде содержал внутреннюю логику, но в ней чего-то не хватало. И тут он вспомнил.

— Это же вопрос Сфинкса!

— А ты его, откуда знаешь?

— В школе проходил. Были у нас такие стражи мёртвых, но после Второго Восстания некромантов их полностью истребили. Сегодня от них остались только проекции в Астрале.

— Ладно, будем считать, что ты ответил. К твоему сведению, я не собирался тебя есть. Я даже не хотел тебя ослеплять, призрак немного перестарался. Но, я смотрю, что твои глаза уже регенерировали, только какие-то блеклые…

— Своим выбросом праны ты повредил мою душу. А её регенерация медленнее, чем у тела.

— Так, подожди. Я своего рода эксперт по душам и ответственно заявляю, что подобными энергетическими ударами их никак нельзя повредить.

— В твоём мире может и нельзя, а у нас можно.

— Это ты тоже в школе проходил?

— Да.

— Ничего не понимаю… хотя… а школа была обычной или вашей, клана кукловодов?

— Клановой. Какое это сейчас имеет значение?

— Как твоё имя?

— Георг.

— Георг, у меня для тебя очень плохая новость. Согласно моим, хгм… исследованием ваших паразитов, то удар праны принял на себя именно твой паразит. И если ты чувствуешь, что повреждена душа, то это значит, либо то, что паразит поглотил и заменил собой твою душу, либо, что он в процессе её поглощения. Странная, конечно способность, но если ты сам на это согласился, то он мог получить такое право. Ты при вступлении в клан никакой договор кровью не подписывал?

…

Разговор как то затих. Я смутно чувствовал, что говорю что-то не то, что меня несёт по наклонной уже далеко не здравого смысла. Наверно слияние разумов прошло не так идеально, как я думал сидя в астрале. Какие-то куски воспоминаний из старых фильмов и книг. А ещё в руках чувствую круглую холодную тяжесть чёрного шара. Значит, могу его использовать. Может, не придётся?

Смотрю на ошарашенного кукловода. С тех пор, как пришёл в себя, у меня что-то со зрением. Вижу всё в чёрно-серо-белых тонах. Вот тело кукловода передо мной — серое, а мелкий паразит в его мозгу — чёрный. И у него явно не хватает верхней части. Вот как я понял, что ранил его праной.

Похоже, у меня иньское зрение активизировалось. От того, что я держу в руках. Да, адский шарик уже проявился в этой реальности.

— Я могу попробовать спасти твою душу, — говорю Георгу — уничтожу паразита в тебе, а там, как повезёт. Если он не успел уничтожить душу, то у тебя есть шанс. А если он уже стал твоей душой, то у тебя будет достойная смерть.

— Нам говорили, — мёртвым голосом отвечает этот грешник, — что мы можем реинкарнировать в мире хозяев, но я всегда скептически относился к религии.

— Что? Тут тоже есть атеисты? Впрочем, учитывая состояние твоей души, это не удивительно. И я советую тебе согласиться. Потому что реинкарнировать в мир паразитов ты вряд ли сможешь. То, что я о них узнал, подписало ему смертный приговор.

Понимаешь, последний мир, который мне не понравился, превратился в чёрную лужу нечистот. А мир твоих хозяев мне не нравится ещё больше. Улавливаешь тенденцию?

Чего-то он завис. — Даяна! Просканируй этого перца и скажи, что думаешь.

— Видеть или как то оценивать души мне мой уровень не позволяет.

— Ну конечно, иначе было бы слишком просто.

— К нам приближается летающий корабль. Расчётное время прибытия — три минуты.

— Георг, — мой внутренний диалог с Даяной он естественно не слышал. — Ты кого-то ждёшь?

— Я вызвал эвакуацию — думая о своём отвечает он, — глава клана должен был понять, что мы встретили тебя. Поэтому он или сам на корабле или отправил свои руки.

— Он использует марионеток как собственные руки на любом расстоянии? Круто. Но ему не поможет. Ну, что ты решил — становишься червяком с душой червяка, или рискнёшь вернуть себе человечность?

— Паразита нельзя уничтожить, не убив его носителя.

— О! ты уже называешь его паразитом, а не хозяином. Значит решился? Даю тебе пятидесятипроцентную гарантию, что ты выживешь.

— Даже если так, они, — он мотнул головой в сторону города, видимо корабль летел оттуда, — сразу поймут и подселят нового.

— Может, и нет. У них, вероятно, будут другие проблемы. Но кто не рискует, тот становится червяком. Ну, так как? У тебя десять секунд на ответ.

Кивает.

Хорошо. Придётся немного запачкаться, но другой энергии у меня нет. Поднимаю шар на уровень глаз, сосредоточиваюсь, создавая образ. Никогда такими вещами не занимался, но теорию из первой жизни, знаю.

Оболочка шара трескается, вязкая чернота расползается по ладони, формируя почти правильный круг. Он начинает вращаться, вращение разбивается на разные потоки и вот на ладони, свёрнутая в спираль малюсенькая змея. Поднимает голову, смотрит на меня чёрными провалами глазниц.

— Твоя жизнь ограничена, — говорю ей, — ты можешь продолжать жить, только поедая паразитов. Вот таких, — показываю другой рукой на голову Георга. Змея не слушая больше, слетела с руки и прямо по воздуху заскользила в указанном направлении. Миг и вошла прямо в лоб кукловода. Ну, призрак, что с него возьмёшь.

— Если носитель останется жив после твоего обеда, подарю тебе имя, — поспешно обещаю я. Призраки, вернее новые, только что созданные духи на инстинктивном уровне желают получить имя от своего создателя. Им кажется, что так они обретают настоящею жизнь. Ну, может они и правы. Георг начинает подвывать и падает на землю.

Над серыми деревьями, на фоне белого неба показывается чёрный силуэт корабля. Пора уходить. Странно, иньскую энергию я уже использовал, а всё равно вижу в чёрном-белом спектре. Протираю глаза рукой. Белая ладонь становится чёрной.

— Даяна! Анализ ситуации!

— Пробуждение дьявольской родословной из-за контакта с иньской энергией.

— Я превращаюсь в дьявола?

— Пока нет. В этом мире уровень дьявола соответствует уровню героя. Но возможно начало превращения в демона. Это вторая ступень. Тебе до неё ещё шесть уровней. Поэтому тело не справляется, от этого нестабильность в психической сфере.

— Да, я заметил. Что посоветуешь?

— Можно дождаться помощи от вновь прибывших. Или использовать подручные средства.

— Второй вариант.

— Тогда нам нужна экзаменационная карта. Ты её оставил около первого трупа.

— Да, помню. — Быстрым шагом направляюсь обратно в овраг. Корабль подплывает сверху. Сейчас не до него. — Что с ней делать то?

— Карта вытягивает главную характеристику из убитого монстра. С тобой тоже справится.

— Логично. Так, нашёл. — В энергетическом видении было одно несомненное преимущество — всё лишнее, типа кусков трупов на моей полянке сливалось по цвету с чёрной землёй, а моя карта светилась чистым серым светом. — Что дальше?

— Теперь тебе нужно умереть.

— Совсем?

— Карта сработает только с мёртвым телом. Тебе ещё повезло, что дьявольская характеристика перешла из души в тело, откуда её можно достать! А тело я потом, как-нибудь реанимирую.

— Как-нибудь?

— Эта часть плана пока в состоянии разработки. Но выхода нет. Твоё тело всё равно сейчас умрёт, только если это произойдёт от его неспособности выдержать демоническую эволюцию, то реанимировать уже будет нечего. Тебя разнесёт на мелкие кусочки.

— Понял. Какой способ самоубийства наиболее оптимален для реанимации?

— Выпусти кровь. Её просто восстановить из праны, а твоя, всё равно заражена.

Корабль зависает надо мной и с него прыгают куклосы в чёрной броне. Активирую карту и, убирая её во внутренний карман, сажусь на колени. Открепляю штык от ствола. Смотрю на подошедшего коммандера. Нет, это явно не главный паразит. В голове по-прежнему каша из мыслеобразов. Ничего, сейчас всё кончится.

— Я видел такое, что вам, людям, и не снилось… — говорю, глядя в глаза куклосу, а через него и главгаду. — Атакующие корабли, пылающие над Орионом; лучи Си, пронизывающие мрак близ ворот Тангейзера… Все эти мгновения затеряются во времени, как слёзы в дожде. Время… умирать. — Перерезаю себе артерию справа на шее. Аккуратно. Не хватало ещё, потом щеголять со шрамом поперёк горла. Рутгер Хауэр покидает чат.

Глава 8. Как бы ни была плоха ситуация, её всегда можно ухудшить

— Тьфу ты! — Если бы я не был призраком, обязательно плюнул бы в лицо окружающей реальности, а так, пришлось ограничиться звуковым, точнее ментальным, выражением своих эмоций. — Опять ты!

— Знаешь, это немного обидно, — поведала мне двухметровая плюшевая лягушка, — будто в том, что ты создал мой образ, есть моя вина!

— Ладно, не принимай на свой счёт. Просто я рассчитывал попасть в Астрал, а очутился… где, я очутился?

— В Астрал в этом пранапанке без праны не попасть. А ты перед харакири очень вовремя активировал карту, которая вместе с твоей дьявольской родословной всосала в себя всю твою энергию. Так что до Астрала тебе как до Австралии. Что касается, где мы, то это сложный вопрос.

— Насколько сложный? — я оглядывал улицу, на которой стоял. Было в пятиэтажных домах с готическими, подходящими больше соборам всяких парижских матерей фасадами, что-то странное. Как будто нарисованное.

Поскольку лягушка переросток не спешила отвечать, я подошёл к ближайшему зданию и… да. Весь фасад представлял собой отлично, практически с голографической точностью выполненный рисунок здания. Интересно, что за ним?

— Ну что ты, как Буратино, какой-то — не выдержал Квак, — не порти экспозицию. Твоему спасению, то, что за барьером никак не поможет, а помешать, заняв время и внимание, очень даже.

— Это подсознание?

— Не совсем. Когда ты стал человеком, то, естественно обрёл все доступные человеку функции. В том числе, подключение к коллективному бессознательному, именуемому в современной квантовой эзотерике, Тенью. Чем, правда, совсем не пользовался. А когда тебя послали сюда геройствовать, то полагающийся тебе кусок этого бессознательного отправился с тобой в виде чемодана без ручки. Но так как ты сейчас отрезан от человечества, то в твоей… то тут только один настоящий житель. Я.

— И ты получается…?

— Твоя тень. — Квак снимает плюшевую голову и на месте лягушачьего рта торчит моя физиономия. Точнее та, что была моей в мою бытность Мерфи. — Я хотел представиться более эпично, ну мы могли бы подраться на световых мечах, ты снёс бы мне голову, увидел бы кто под ней и офигел. Но сейчас у тебя на это энергии не хватит.

— Я даже не буду спрашивать, почему моё бессознательное оказалось любителем плюшевых игрушек. Просто скажи, зачем ты тут.

— Да не зачем. Просто так сложились обстоятельства. А что до моего облика, то кто виноват, что став улиткой, ты бессознательно вспомнил рассказ Мураками, где такая лягушка побеждает злобного слизня?

— Хорошо, в твоём существовании нет никакого смысла. Но это не значит, что мы не сможем его найти. Ты можешь мне помочь выйти в Астрал или вернуться к жизни?

— Вот, возвращаться я бы не советовал.

— Если ты моя тень, то это не значит, что можешь себе позволить многозначительные маловразумительные фразы. Выкладывай всё.

— Сейчас в реале какой-то кукловод подсаживает на твоё тело паразита. Так как тебя там нет, то из него куклоса не выйдет, но они смогут ознакомиться с тем, чем твой мозг был занят последние часы, после чего, скорее всего, выкинут. Ну, я не думаю, что им в хозяйстве пригодится тело без мозгов, а этот червь-дознаватель в процессе посмертного допроса поглощает мозги.

Но это не самое плохое. Будет хуже, если ты сейчас оживёшь. Эти червяки, как ты уже догадался, пожирают души. Конечно не сами, но у них есть астральные проекции… хотя, я думаю, что настоящая форма паразитов, как раз астральная, там они охотятся на души людей, а в материальном мире действуют их тени.

И как только ты вернёшься в… к своему телу, то там-то тебя и съедят. Поэтому Даяна не спешит тебя возвращать.

— Ещё неизвестно, кто кого съест!

— За ним стоит вся мощь их домена и героя. Надо подождать, когда кукловод отвлечётся.

— Сколько у меня времени, и какого количества мозга я уже лишился?

— Ты недавно вообще, был слизняком и спокойно жил без всякого мозга! Не кипешуй.

— Подожди, ты сказал астральные проекции? Разве душа находится в Астрале? Иначе как они могут ей повредить?

— Душа, это ты, если ты об этом забыл. Где ты себя проявишь, там она и будет. А местные особенности Мироздания в том, что тут всё состоит из праны. Нулевой уровень является материальным миром, а всё что выше, называют Астралом. Ну, у него тоже много уровней, в зависимости от уровня праны. И да, она тоже делится по уровням. Так что, на каком уровне Астрала находится душа, зависит от того, насколько ты себя прокачал. Ты сейчас на третьем уровне первой ступени праны, а значит, находишься на первой ступени Астрала. Как и эти паразиты.

Вот их босс, героический паразит сидит на третьей, поэтому тебе до него можно добраться только в реальности.

— Что-то ты слишком много знаешь. Такие долго не живут.

— Чего только не узнаешь, если есть свободное время и умеешь анализировать информацию. Ты уже забыл, что до начала технического прогресса и всех этих извращений с идолопоклонничеством, наш мир был устроен так же? Материальный слой, под ним уровень духов, над ним план богов из множества уровней Небес. Тут всё устроено по старинным лекалам. Ортодоксальность в чистом виде!

На улице потемнело.

— К чёрту такую ортодоксанльность, — говорю я, смотря вверх. — В небе над нами висела смесь червяка, медузы и падшего ангела. Длинный, метров десять, полупрозрачный приплюснутый червь, с медузоподобными щупальцами, свисающими с брюха и десятком пар белых крыльев разной длины и ширины.