Неадекватные решения, том 3

Одно было от отца:

Привет, как ты там? Скучаю.

В желудке у Ханны тугим узлом завертелся гнев, она сразу же удалила сообщение. Ну ещё бы ты не скучал, ослина, - подумала она, и тут же её укололо чувство вины. Она любит папу, без сомнений любит. За то малое время, что было им отведено, хороших моментов набралось больше, чем плохих. Если не брать во внимание худший из всех момент, когда он уходит, не оборачиваясь, и неважно, как бы не объясняла Ханна себе его уход логичным и справедливым, всё равно ощущение, что это предательство не оставляло её.

Телефон снова звякнул.

Опять массовая рассылка с неизвестного номера, и, как и все такие рассылки, они собрали ответы ото всех номеров, которым пришло сообщение.

Динь, динь, динь!

Ханна беспомощно наблюдала, как сотни сообщений, одно за другим, набивают её "Входящие", а телефон истерично сигналит, будто пожарная станция. Она лишь могла поставить беззвучный режим, чтобы раздражало поменьше.

Первое сообщение "Следи за телефоном" продолжилось:

Оно начинается. Безопасней не смотреть.

Ханна успела прочесть несколько ответов, прежде чем Фиона выволокла её из уборной под брюзжание о вреде социальных сетей, но и увиденного хватило, чтобы Ханна испугалась.

Они выходят из стен, из нас. Такие прекрасные. Впусти их. Почувствуй любовь и их сияние.

Блядь, кто это? Откуда у вас мой номер? В блок!

Наши отцы дома. Она вернула их домой.

Черты, возраст, кожа, спасение. СВЕТ.

Ты ошибся номером, братан.

Кто-нибудь, удалите меня из группы. Раздражает.

Рисунки, Боже, вы их видели? Рисунки наших ладоней - это карты их галактик.

Вот вам мой член, сучки. Отсосите.

Род-Айленд исчез.

Андромеда зовёт.

* * *

Мистер Донован не пришёл на урок алгебры, и тем не менее всё осталось спокойно, хотя обычно ученики начинали бесноваться. Вместо того, чтобы разойтись по группкам, болтать и заняться тем, чем обычно занимаются старшеклассники, когда в расписании возникает окно, в классе было ненормально тихо. Те, кто считался самыми проблемными, в замешательстве вертели головами. Некоторые тихо переговаривались, несколько ребят принялись штудировать домашнюю работу. Но большая часть учеников сидели, вперившись в смартфоны. Что-то и впрямь было не так. Новости сообщали о возможном теракте у берегов Род-Айленда, что-то о потопленном военно-морском судне и взрывах вдоль береговой линии. Цвета под водой. Мигающие огни в небе. Репортажи были путанными, отдавали недосказанностью и даже противоречили друг другу. Ханна попыталась дозвониться до мамы, но натыкалась на голосовую почту. Пока что волноваться не о чем. Мама редко берёт трубку в рабочие дни, если только не звонит клиент. Они поискала новости в Гугле, но узнала не больше, чем из сплетен одноклассников. Истории разнились, но сходились в одном: взрывы, огни и цвета, массовые травмы.

Творилось нечто.

Но, если всё так серьёзно, почему они до сих пор в школе? Где взрослые, где объявление, что случилось что-то плохое? И тут Ханна поняла, что за день не было ни одного объявления от Фарриса или кого ещё. Она приникла ухом к громкоговорителю и уловила звуки в кабинете директора, лёгкое потрескивание, словно в кабинете директора кто-то без конца нажимает кнопку громкоговорителя.

Мне надо домой, - подумала Ханна. По парте от вибрации пополз телефон, словно был живым существом.

В тревоге Ханна схватила смартфон и с облегчением выдохнула, увидев сообщение от мамы. Но по мере того, как она читала его, паника всё сильнее сжимала ей горло.

Ты уже видела? Двигатель запускающий любовь? Звёзды, огонь, вихри и завитки на наших ладонях? Мы собираемся к приходу... к возвращению домой... идти домой... там вши в холодильнике...

Дрожащими руками Ханна набрала ответ:

Мама, что с тобой?!!

Прождав ответ десять минут, Ханна сгребла рюкзак и бросилась искать Фиону.

* * *

Они решили уехать из школы. Фиона хотела спросить на это разрешение, но спрашивать было не у кого. Учителя исчезли, и скоро коридоры наводнили толпы растерянных учеников. Oни задавались теми же вопросами и не получали ответов. Другая часть учеников предпочли остаться в классах. Немигающим взглядом они гипнотизировали доску или ладони. Дверь в кабинет директора была закрыта на замок, но через матовое стекло девочки разглядели неподвижно стоявшую фигуру с руками, поднятыми к потолку.

- Это какой-то пиздец, - дрожащим голосом произнесла Фиона.

- Может, это действие парализующего газа?

- Если бы. Лучше газ или вышедший за рамки пранк от придурковатых ребятишек. Что бы то ни было, я бы взорвала это место.

Они направились к выходу, сквозь море учеников, гудящее напряжёнными голосами.

- Интернет сдох, - сказал кто-то.

- У меня работает, - отвечает другой. - Но такие помехи на экране, что я не могу ничего прочесть.

- Я видел взрыв, - сказал третий. - Всего на секунду, пока телефон не отключился. Пламя было зелёным.

- И прекрасным, - добавил бледный парень, который стоял подле Ханны.

Улыбка его ужасала.

Мне надо домой! Панике Ханны вторили лица вокруг. Пранк или нет, ситуация вышла из-под контроля, что-то пошло не так. Оно висело в воздухе, она почти ощущала запах. Воздух, казалось, был заряжен, словно приближалась гроза.

- Давай первым делом навестим твою маму. Проверим, как она.

- А если всё плохо?

Слёзы встали у Ханны в глазах, и она пожалела, что этим утром была такой безразличной. Она взмолилась, чтобы с мамой всё было хорошо.

- Так, мыслить надо позитивно.

Фиона растолкала локтями трёх девчонок, которые сгрудились для селфи. Ни одна не улыбалась. Хэштег "Апокалипсис", - подумала Ханна.

Минуя спортзал, обе через армированное стекло разглядели парней, стоявших смирно в линейку, лицом к стене. Физрука мистера Бурлсона и след простыл.

* * *

Они возвращались домой полупустыми улицами; тротуары должны были бы кишеть наряженными вурдалаками, но единственной приметой празднования Хэллоуина были украшения на домах и магазинах. Без людей улицы выглядели жутко. Как будто комендантский час в действии, и Ханна никак не могла отделаться от мысли, что дышит отравой. Может, на них напали, вторглись в страну, или вспыхнула инфекция? Почему сирены молчат? Где полиция, армия, служба спасения, которые всегда были на месте, когда в них нуждались.

Когда автомобиль Фионы проезжал мимо места, где им пришлось встать из-за ревущей полицейской машины, Ханна увидела пугало, которое набивали мать и дети; оно было разорвано на части, сено выпотрошили, разбросав по лужайке и по улице. А старик, сосед, стоял на месте пугала спиной к дороге, вытянув руки по швам.

- Куда все подевались? - спросила Фиона, и Ханна подумала, что именно такой вопрос задают при конце света.

Вместо того, чтобы подумать над ответом, она достала телефон. К экрану прилипли волосинки. Ханна попробовала смахнуть их, и поняла, что они находятся под стеклом, да и не волосы это вовсе, а с экраном что-то случилось.

Внезапно у Ханны разболелась голова. У неё было больше шести сотен непрочитанных, ни одно не насторожило её. Вай-фая не было, рядом горело: "Вне зоны действия". Ханна попыталась почитать сообщения без сети. Bдруг там от мамы что-то пришло, и бред, который она присылала, ей не принадлежал. Может, телефон украли, или у мамы случился инсульт, а может, просто хотела разыграть Ханну. В любом случае, пока всё прочитаешь, уже будешь дома.

- Слушай, - тихо позвала Фиона, объезжая автомобиль, вставший прямо посреди улицы.

Внутри сидели мужчина и женщина, одетые по-деловому, и с отсутствующим видом пялились в лобовое на осеннее солнце. Pуки они подняли перед лицами, словно в мольбе.

- Что?

- Мне страшно.

- И мне.

Они взялись за руки и ехали так до конца, пока не очутились перед домом Ханны.

* * *

Дома никого не оказалось, но здесь точно кто-то побывал прежде. Вероятно, это была мама Ханны. Дверца холодильника стояла распахнута настежь, а содержимое разбросали по полу.

Мы собираемся к приходу... к возвращению домой... идти домой... там вши в холодильнике...

- Что ж, - сказала Фиона, - это явно дурной знак.

Ханна обыскала дом и не нашла признаков жизни. Она мерила кухню шагами, запустив обе пятерни в волосы и тяжело дыша, когда телефон у неё в кармане завибрировал. Она тут же вытащила его, смахнула заставку, а экран заморгал, как будто заряд батареи приблизился к нулю. На экране загорелось: "Папа". Впервые за восемь месяцев, со дня, когда он вышел за порог с двумя чемоданами, пообещав, что это ненадолго, Ханна была по-настоящему рада ему.

- Папа?

- Дочура?

- Боже, папа. Ты цел? Ты знаешь, что случилось?

Голос отца звучал так, словно доносился издалека. Соединение поскрипывало и шипело.

- Они придут за тобой, доченька. Они хотят разъединить тебя, чтобы ты увидела наконец.

- Что? Не поняла. Что происходит, скажи!

Ей стало по-настоящему страшно. Крупные слёзы потекли по щекам.

- Андромеда многорука, но ты не увидишь этого, пока не позволишь им пальцами открыть тебе глаза. От меня почти ничего не осталось, но ты ещё можешь убежать и спрятаться. Ты почти напиталась светом и любовью. Тебе не нужны их любовь и свет. Прости, родная. Я люблю тебя, и мы ещё увидимся на звёздах, моих звёздах. Помни, они захотят отключить тебя, следи за телефоном, им ну...

- Пап? Папа, ты тут?

Звонок оборвался. Ханна проверила телефон. Сигнал опять пропал.

- Папа звонил.

Фиона подошла к ней. В немом молчании Ханна опустила руку с телефоном и в ужасе уставилась на подругу, которая кивнула в сторону кухонного окна.

- Надо валить. Сейчас же. Снаружи мужик. Думаю, сантехник.

- Так может впустить его? Вдруг он знает что-нибудь?

Фиона медленно покачала головой в ответ.

- Почему нет?

- Мне хватило одного взгляда и... Сначала мне показалось, что он в очках, но потом я поняла, что это кровь. Думаю... Мне кажется, у него нет глаз.

Секунду ни одна из них не могла пошевелиться.

Стук в дверь заставил их сорваться с места и броситься на улицу через заднюю дверь дома.

* * *

Ханна проснулась со вздохом, огляделась в панике. Она сидела на полу, прислонившись спиной к креслу. Напротив, на диване, устроилась Фиона. Подтянув колени и укутавшись в тёплое одеяло, она смотрела в телевизор, который не показывал ничего, кроме помех.

- Фи?

Подруга перевела на неё стеклянный взгляд, глаза у неё покраснели и воспалились от слёз.

Паника вернулась в одночасье, украла надежду, что события минувшего дня лишь почудились, что это был кошмарный сон. Ханна села и попыталась припомнить, что же случилось. Она вспомнила, как пришла в дом Фионы, её охватила слабость, так что она уселась прямо на полу, пока подруга искала родителей, но затем, должно быть, Ханна заснула, что было почти непостижимо.

- Фиона, они...?

Ханна не знала, как закончить предложение. До сегодняшнего дня она была обычным неуверенным в себе, угрюмым, но умным подростком, жившим в ожидании дня, когда тело подчинится так, что Ханна сможет жить нормальной жизнью, не как птичка в клетке. Вместо этого она вернулась в мир, где благополучие родителей Фионы под вопросом, и даже больше: ты не знаешь, живы ли они вообще. К такой реальности Ханна совершенно не приспособлена.

- Не знаю, где они, - прохрипела в ответ Фиона. - Но кто-то приколотил все перчатки, какие есть в этом доме, к потолку их спальни.

Ханна с трудом подползла на четвереньках и уселась рядом на коленях. Взяв холодные руки Фионы в свои, она спросила:

- А Макс?

Звук имени брата заставил Фиону разрыдаться, её затрясло. Тогда Ханна подсела к ней, обняла, так они и просидели, пока подруга не успокоилась. А когда она заговорила, Ханне показалось, что она не так всё поняла, сомнительно, что ей вообще хотелось вникать в суть.

- Макс в своей комнате. Я думала он спит. Потом я увидела его руки. Они лежали на его подушке. А сам он... - oна сделала глубокий вдох, словно хотела набраться сил. - ...сам он стоял в другом конце комнаты.

Услышанное не поддавалось пониманию, впрочем, как и всё до этого. Казалось, наступил конец света, и нечто выпустило в мир неведомый ужас. Как фанатка фильмов ужасов и шоу об апокалипсисе, она часто спрашивала себя, что стала бы делать, оказавшись при подобном раскладе. И всё, что приходило неизменно в голову - это стать напарницей Нормана Ридуса из "Ходячих мертвецов" и попытаться затем соблазнить его. Потому что, уж он-то знает, как выжить (и как минимум, заставит завидовать тех, кто не замечает её существования). Но вот, конец настал, её семья исчезла, люди сходят с ума; она не чувствует бравады или фантастического воодушевления. Tолько чистейший ужас. Так что, она сделала то, что делала всегда.

Ханна достала телефон.

Экран не ответил на прикосновения. И не надо. Цветные пятна вспыхивали на смартфоне, сотни непрочитанных сообщений, какие-то понятные, какие полная бессмыслица. Смесь жалких команд и пылкого ликования. Конец настал, но для некоторых он был началом.

- Я хочу умереть, - прошептала Фиона.