Помоги проекту - поделись книгой:
Дэлан кивнул и подошел к окошку дежурного, чтобы забрать бумажный пакет с личными вещами. Расписался за получение и зашнуровал ботинки.
– Почему тогда ничего не сказал?
– А что бы изменилось?
– Я бы вывез семью за пределы города.
– Ты, другой, третий, так и начинается неконтролируемая паника, которая приводит к большему количеству жертв, чем событие ее вызвавшее. Эльфы ушли, отдав на разграбление Хладриэль, но подумай, как все могло бы закончиться, стань об этом известно гораздо раньше? Как только бы пролилась первая кровь, поданные Владыки Маравиэля получили бы законное право защищать себя любимыми средствами, а у них, в отличие от девяноста процентов жителей Убежища, они есть. Что бы было тогда?
– Погибли бы сотни тысяч.
– Больше, Елисар, гораздо больше. Эльфы давно искали повода указать обычным магам на их место. Тот факт, что они просто вернулись в Налиндил, внушает надежду, что еще можно подготовиться к возможным последствиям. Я выслал агентов на улицы. Скоро все успокоится само собой, и можно будет подумать о том, как быть дальше.
– А вот это вряд ли. – Ардэ вызвал лифт. – Днем я видел в толпе несколько знакомых лиц, и поверь, занимались они чем угодно, но только не восстановлением порядка. Я бы скорее назвал это подстрекательством к действию. Либо агенты до того вжились в роль, что перешли на сторону народных масс, либо директивы Центрального Управления имеют двойное дно, знать о котором дано не каждому. Что-то там наверху затеяли, знать бы еще что.
– Об этом уже будет думать мой приемник, – безучастно сказал вампир, разглядывая себя в отполированной створке лифта. Лицо еще хранило следы побоев, что ненадолго, а вот прекрасный кашемировый свитер, покрытый грязью, кровью и наверняка приютивший колонию вшей, теперь годился разве что на половую тряпку.
Створки открылись, и они вошли в лифт. Елисар протянул руку, чтобы выбрать этаж, но Дэлан опередил его.
– Заглянем в лабораторию.
Шеф ОКДУ был так удивлен, что не стал ничего говорить. Несколько секунд в лифте царила тишина.
– Значит, Готта добился своего. Никогда бы не поверил, что у него получится напугать тебя.
Вампир поморщился.
– Дело не в Готте, но отстранение, как ни странно, пришлось весьма кстати. Я чувствую, что здесь замешан кто-то еще, и я намерен с этим разобраться. Надеюсь, ты мне поможешь.
Ардэ хмыкнул.
– Лишь бы ты не начал искать демонов там, где их нет.
При виде выходящих из лифта, идущая по своим делам лаборантка в голубых комбинезоне и шапочке, удивленно вскрикнула и выронила из рук самоохлаждающийся штатив с колбами. Вампир успел его подхватить и попробовал пристроить обратно в дрожащие женские руки. Ободряющая улыбка возымела обратный эффект. Девушка вцепилась в ношу и рванулась прочь по коридору, громко топоча резиновыми тапками.
Дэлан проводил задумчивым взглядом бесформенную фигурку и попросил Ардэ подождать его у лифта. Вернулся быстро, держа в руках папку с результатами анализа образца из квартиры Колючкиной. Он оказался прав, вещество в ее рвоте не было ни кровью, ни наркотиком. Это было некромантское проклятие, настолько мощное, что должно было убить ведьмочку в тот же момент, как началось отторжение. Подобные всегда имеют парочку отсроченных побочных эффектов, которые и сами по себе смертельны. Проклятую необходимо поместить в клинику и понаблюдать, заодно и хоронить будет проще. С кровью же на платке возникли проблемы. Заставить ее говорить пока не удавалось, несмотря на усилия лучших специалистов лаборатории.
– Твои люди еще у Колючкиной?
– Я отозвал их. – Елисар отвернулся от настенного плаката, который внимательно разглядывал.
– Почему?!
– Она исчезла. Не смотри так, меня там не было. Парни сказали, что вошли в ванную, а от Колючкиной остались несколько капель крови на полу да отпечаток ладони на стене. Это загадочное исчезновение могло бы сойти за похищение, если бы я своими глазами не видел, на что способна эта девка. Не думал, что пожалею такую скотину, как Тельгор, но все же. Не знаю, как и чем она его соблазнила, но после их знакомства беднягу поместили в психиатрическое отделение госпиталя в острейшем состоянии. Санитары не успевают его ловить – то рвется жениться, то повеситься. Профессора в один голос твердят, что столкнулись с неизвестным видом нейромодуляторов и потому помочь никак не могут, а в приемном покое рыдает его жена. Выпила годовой запас успокоительных зелий, хоть саму модулируй.
Вампир скрипнул клыками, стараясь не представлять себе неприятных картин, но выходило плохо. Это был укол ревности? Это был расстрел в упор.
– "ОКО" отыскала ее?
– Ее нет ни в городе, ни в окрестностях, – поморщился инквизитор. – Может, перестанешь бешено вращать глазами, и объяснишь, наконец, кто она такая? Эй, ты куда, дэ Аншэри, это же выход к пожарной лестнице!
Триста этажей вниз по крутой лестнице помогли вампиру прийти в себя. К тому моменту, как за его спиной сначала захлопнулась дверь такси, а чуть позже квартиры, он уже мог адекватно мыслить. Быстро и тщательно вымылся, чтобы убрать едкую тюремную вонь, едва пригубил поданной Тэрчестом крови (Тельгор был прав, его тошнило от одного только запаха консервов, и эту проблему стоило решить как можно скорее) и ненадолго заглянул в тайную комнату, прежде чем отправиться на Ведьмину гору. Картины сходящего с ума мира и железистая вонь от бурых луж, мелькающих за окнами машины, волновали его многим меньше, чем возможность упустить единственную призрачную ниточку, ведущую к разгадке мучившей его тайны.
Глава 3. В поисках исчезнувшей ведьмы
Надежда отыскать Колючкину испарилась, стоило Дэлану переступить порог ее квартиры.
Все, что когда-то стояло на своих местах, теперь представляло смесь погрома и стихийного пожара. Что не было сожжено, то было разломано, разбросано и залито мутной водой с островками пены. Особенно досталось кухне. Деревянная мебель обратилась в пепел, металл оплавился, а куски пластика, в которые превратились мелкие бытовые приборы, все еще удушливо чадили. Копоть покрывала стены сплошным слоем, но вампиру удалось разглядеть на них несколько схожих пятен по всему помещению. Это были следы плазменных шаров. Он обошел квартиру несколько раз, но так и не нашел ничего, что могло бы пролить свет на исчезновение ведьмочки. И перешел ко второй фазе пустой траты времени.
За час им были опрошены все, оказавшиеся дома жильцы. Результат: слезливые причитания пожилой соседки снизу: "Бедная девочка! Как жить, когда такое творится?", три версии про нападение террористов, пять про самоубийство и только одна более или менее правдивая – от извращенца с биноклем из дома напротив.
По его версии, девушка вернулась домой незадолго до полуночи, он понял это по цвету зажегшегося в окне пульсара, а потом завертелось. Взрывы, пожар, Колючкина, которая прыгнула с балкона и исчезла в неизвестном направлении, погоня на коврах-самолетах.
Можно было уходить, но Дэлан вернулся. Словно сотня кругов по разгромленной квартире могла бы дать ему ответ, где искать беглянку, но на сей раз ему почти повезло. Он поддел ногой обгоревшую крышку кофейного столика – хотел выместить злость хоть на чем-нибудь, и отодвинул ее в сторону гораздо осторожнее, чем собирался. Под ней лежали обгоревший кусок ошейника с оплавившимися серебряными шипами и расколовшийся надвое медальон – точная копия того, что вампир извлек из останков наемника тем недобрым утром.
Он отряхнул руки от пепла. Отсюда его путь лежал в Грязные Кварталы.
Удивительно, но на фоне творящегося вокруг безумия они казались островком спокойствия. Ни кто ничего не жег – все занимались привычным делом: торговали телом, дешевой выпивкой и чужими жизнями. И все же улицы были почти пустынны. Исключением был Квартал Скупщиков. По обе стороны улицы разбегались их разнокалиберные лавки и ломбарды. Народ бодро шнырял мимо, торопился скинуть добычу, потому и перезвон дверных колокольчиков не умолкал ни на минуту.
Инквизитор шагнул к двери под самой старой вывеской, покрытой струпьями отслоившейся краски. За мутным стеклом с некогда золотым, а теперь облупившимся изображением весов, шелохнулась ажурная занавеска со спущенными петлями. Впрочем, сей антураж был рассчитан на недалекое большинство. Самые глупые отправятся к более "нарядным" витринам. Те же, кто имел при себе что-то более ценное, чем набор столового серебра, не раздумывая, направлялись именно сюда.
Ава Магазинер знал толк в хороших вещах, а в случае объективной необходимости сводил любимого клиента с тем, кто мог сделать дополнительное приятно всем сторонам сделки. Чести быть рекомендованными Магазинером удостаивались только лучшие из лучших воров Бьёрсгарда, среди которых с недавних пор обосновалась и Рубиновая Кобра. Ава частенько подкидывал ей лакомые кусочки. Собственно поэтому Дэлан настойчиво искал возможность подобраться к скупщику вплотную, а тот, кто ищет, всегда найдет. Ну, или создаст условия, чтобы птичка или, точнее, птенец птички, угодил в расставленные силки, но это уже другая история. Главное, что в его руках оказался рычаг ощутимого давления на гражданскую сознательность Авы.
Вампир повернул замусоленную медную ручку и толкнул дверь. Внутри было сумрачно, пахло пылью и химическими реагентами. Единственная мутная лампа под потолком скудно освещала стеллажи вдоль стен, забитые малоинтересной рухлядью. Хозяин сидел за деревянной стойкой, которая была завалена шкатулками, футлярчиками и кожаными тубами с ощутимым запахом гари. В руках он вертел флейту, по спирали покрытую мягко светящимися рунами. Кончик длинного носа выглядывал из-под полей черной шляпы и беспрестанно подрагивал, выдавая радость скупщика от очередной удачной сделки. Колокольчик заставил его поднять голову. На узком, не слишком старом лице с жидкой бороденкой вспыхнула и погасла профессионально-скорбная улыбка.
– И шо вам опять надо до бедного меня, господин хороший инквизитор, шо ви готови отобрать у моей семьи последнюю крошку хлеба, торгуя вокруг моего скромного предприятия своим казенным лицом?
– Мне нужна информация, и чем скорее вы мне ответите, тем скорее я отсюда уйду.
– Все, шо знал несчастный я за предмет того подлого гешефта, шо ви так хорошо назвали взаимовыгодным сотрудничеством во благо моего глупого Сёмы, уже вам известно. Шо таки вам было непонятно?
– Мне нужно услышать это лично от вас.
– Таки в каком укромном месте ви не постеснялись спрятать записывающий кристалл, за шнурок которого ви собираетесь подвесить старого больного человека? Хеля, скорее снимай тот замок, шо твоя мама повесила на сундук с твоим приданным в день нашей свадьбы, я таки нашел ему правильное место – мой болтливый рот.
– Если я захочу сдать вас коллегам по цеху, я найду для этого что-нибудь более захватывающее, чем помощь следствию. Вы очень удивитесь, если узнаете, сколько скупщиков только на этой улице снабжают Управление сведениями.
– О-о! – Магазинер достал из-под прилавка перо и бумагу и приготовился записывать. – Можете ничего не говорить, но шо такое? Ви хотите сделать Аве каплю приятного за то добро, шо он вам сделал, и назвать несколько имен? Хеля, пошли Сему за плотником, чтоби снести одну маленькую стенку. Я уже слышу, как наш сосед Шмульцер начал вязать теплые носки до ближайшего колодца, так шо к вечеру его Фима уже будет чистить пол в твоей новой кухне, чтоби заработать себе и детям на скромную мацу. Ну, шо же ви молчите, как не родной? Говорите мне за всех.
Дэлан шагнул к стойке и схватил скупщика за недоразумение вокруг острого подбородка.
– Это шо, погром?
В глазах Магазинера зажегся маниакальный огонек. Дверь в жилую часть лавки приоткрылась, и высунулась женская голова в белом платке. Вампир знал, чем это закончится. На вопли и стоны хозяев сбегутся все, кому охота увидеть тщательно отрепетированное представление, и он останется ни с чем. Поэтому он отпустил скупщика и даже разгладил невидимую складку на его жилете, в то время как вторая его рука пережала Магазинеру горло, чтобы тот не издавал никаких звуков без разрешения.
– Что было в письме, которое вы мне отправили?
– Святой Иосиф, шо же ви такой нервный? Я за все скажу, тока отпустите! – Ава получил свободу, рухнул на табурет и жестом прогнал жену. – Посредник Кобры получил заказ, ви – мое письмо.
– Посредник? Вы никогда не упоминали, что Рубиновая Кобра кого-то использует.
– А шо, это так важно?
– Кто посредник?
Скупщик перестал изображать жертву, и его глаза жестко блеснули.
– Пусть я стар и слеп, но таки увидел, шо ви без жетона. Ми оба знаем, шо оно значит для инквизитора. Мои люди ждут сигнала за этой дверью. С утра один из них шо-то мастерил на предмет осинового кола. Вдруг споткнетесь, неудачно упадете, раз пятьдесят, сгорите, да так шо и мама родная не узнает. А оно вам надо?
Дэлан усмехнулся. Он бы с удовольствием поспорил за предмет уговора и без жетона, но рисковать сейчас не имел права.
– Что вы хотите за информацию?
Магазинер потер руки.
– Я рассказываю все, шо знаю, и ви делаете вид, шо в упор не знаете мою семью, и с миром идете дальше. С этого момента долг моего сына за покушение на вас будет погашен. Таки шо скажете?
– Вашего Сему не тронут. Даю слово.
Ава хрипло каркнул-рассмеялся, но кивнул.
– Таки ви тот, кому еще можно поверить. Но слушайте и не говорите потом, шо вас тут не стояло. Все зовут ее Золотой Лозой. Ви должны знать за нее.
Вампир кивнул. Золотая Лоза была травницей. Специализация – редкие и сильных яды. К ним Рубиновая Кобра питала особую слабость. Добавить сюда ведьмочку, и картинка начинала обретать четкость.
– Невысокая, волосы темные, глаза зеленые, отвратительный характер? – описал он Колючкину.
– Таки нет, очень высокая блондинка, нос горбинкой, родинка на щеке, – пожал плечами Магазинер. Его слова соответствовали описанию травницы в картотеке Управления. – Она приходила недели две назад, забрать заказ для наемницы. Я таки сразу взялся за перо и послал к вам дракона.
– Что было в письме?
– Шо же ви заладили – шо было, шо было?! – всплеснул руками скупщик. – Две недели назад Магазинер сообщил вам, шо отправил девушку в Белую Пустыню за одним редким товаром. Надо полагать, ви так резво побежали следом, шо сами не заметили, как ударились головой и все забыли.
Дэлан дернул углом рта. Вполне могло статься, что так и было.
– Где я могу ее найти?
– Шо может быть проще? Идите на улицу, спросите за это любого и смело идите туда, куда вас пошлют.
– Магазинер…
– Таки шо? Ви здесь инквизитор, или я? Ви найдете ее на Свободной улице. У нее там лавка.
Дэлан задумался. Слишком просто, чтобы сработало, но уже что-то. Он развернулся, чтобы уйти, но остановился.
– Что искала Рубиновая Кобра?
Скорбное лицо скупщика стало совсем печальным.
– Уже и не за шо говорить. Артефакт активирован до передачи заказчику и пошел на ювелирный лом, а ваш покорный слуга Магазинер остался без процента. Это был Венец Ашерат. Вам известно за него?
Инквизитор кивнул. Он лично внес его в список артефактов, подлежащих уничтожению во благо Убежища. А ведь следы Венца, чья сила заключалась в огромных запасах любовной магии, способной заставить сотни тысяч живых существ буквально впадать в экстаз по одному слову владельца, давно затерялись в веках. Выходит, нашелся. Спрашивать у Магазинера, кто был инициатором поисков, было бесполезно. Он не сдал бы клиента даже под пыткой, чтобы сберечь репутацию. Впрочем, теперь это волновало вампира меньше всего.
– Если это попытка меня обмануть, я вернусь, – пообещал он. – И уже не буду таким добрым.
– В этом не будет нужды, Ава Магазинер понимает за честь, – заверил его скупщик, слегка склонив голову.
Дэлан скупо кивнул и вышел из лавки. Оставалось навестить нескольких знакомых, способных помочь в поисках Колючкиной в уплату старых долгов. Но не успел он сделать и пары шагов по бурой слякоти, как на плечо опустился голубой почтовый дракончик и выплюнул в подставленную ладонь свиток. Он узнал печать матери.
Он разломил пломбу, прекрасно представляя, что будет внутри. Мать в ультимативной форме требовала незамедлительного возвращения сына в родовой замок. В противном случае на его голову падут кары небесные и светские, а также ее сердечный приступ, ведь однажды он непременно доведет ее до нервного срыва.
Вампир поморщился и отпустил дракончика. Зашвырнул комок гербовой бумаги в ближайшую сточную канаву и отправился в замок только к вечеру, предварительно разослав по городу маленькую армию соглядатаев. К тому времени приготовления к балу уже завершились, и недовольство ее светлости ощущалось даже в шорохе елочной мишуры и дробном перестуке ее каблучков по натертому до блеска паркету. Его он услышал, как только переступил порог кабинета. Мать почти бежала по коридору, чтобы высказать ему, что наболело. Только вот у Дэлана не было ни сил, ни желания ее выслушивать.
Он плюнул на приличия и попросту сбежал в свои покои проверенной годами дорогой. Забрался вверх по стене, увитой каменным плющом, в заранее приоткрытое Тэрчестом окно. Как раз в тот момент, когда в спину вонзился разъяренный материнский вопль. Но и там его не оставили в покое. Опытный камердинер быстро загнал его в угол между шкафом и парадным портретом какого-то бледного пращура и вынудил облачиться в парадный герцогский костюм.
Но стоило отдать матери должное, она не хуже старика знала о привычках сына. Стол в его кабинете, куда он отправился тайным ходом, превратился в маленький филиал агентства по подбору невест. Фотографии были разложены согласно силе желания матери видеть ту или иную претендентку в роли невестки. Верхнюю строчку ее личного хит-парада занимала Виривена, что вызывало у Дэлана особенную злость.
Он смахнул фотографии в ящик стола и забросил ноги на стол. И остался один на один с портретом отца. Мрачные небеса, острые иглы молний, посеребренные боевые доспехи, начищенные до матового блеска, меч в руке и тяжелый пронзительный взгляд. Художник солгал. Дэлан помнил отцовские глаза. Они были мертвы. Будто внутри него жила пустота, заполнить которую было нечем. И не кем. Даже ребенком он понимал, что мир вокруг отца, включая их с матерью, был для него театром теней.
Вампир отвел взгляд от портрета, словно смотрел на незнакомца, достал из другого ящика лист отменной гербовой бумаги и коснулся его кончиками пальцев, призывая простейшую магию. В центре листа само собой возникло лицо Колючкиной – так, чернильный набросок, отголосок его мыслей о живой девушке. Ведьмочка улыбалась, еще насмешливо, но в глазах уже таилось беспокойство. Он устало растер шрам на виске, который некстати дергало застарелой болью, и продолжил облекать в рисунок свои мысли.
В левом верхнем углу появилась маленькая фигурка Рубиновой Кобры. Она помахивала мешочком с артефактом. Наемница подмигнула ему. Портрет Колючкиной смерил Дэлана ревнивым взглядом, поджал губы и повернулся профилем. В дополнение к ним на листе возник дракон – точная копия татуировки со спины наемника. Этот обвился вокруг Древа и плюнул огнем в шипастую кляксу вурдалака. Следом на бумаге проявились реалистичные очертания Грязных Кварталов, из самого центра которых уверенного пробивался росток виноградной лозы в мелких ядовитых шипах. Рубиновая Кобра сделала колесо и с неприличным жестом переметнулась поближе к дому. Колючкина одобрительно кивнула.
Он соединил Колючкину с драконом, вурдалаком, Грязными Кварталами и возникшей внизу листа схемой Врат прерывистыми линиями. Врата атаковала нечисть из Мертвого мира и черный человечек с гротескным мечом. Чуть поодаль вытянулась вверх башня Управления, которую подпирала фигурка генерал-магистра. Компанию ей составили маска Оракула в кольце рун "Проект "Возрождение" и череп с костями.
Чего-то не хватало.
Тогда на нос Колючкиной сел черный мотылек. Вампир невольно улыбнулся, когда она попыталась сдуть наглое насекомое, а ведь, действительно, не стоило сбрасывать со счетов и некроманта.
Теперь можно было и подумать. Он небрежно коснулся схемы и передал ей свои знания. На мгновение рисунок смешался. Наемница металась между Грязными Кварталами и Вратами. Дракон обстреливал огнем нежить, которая кучкой собралась возле Готты и жалобно пищала. Вспыхивали и угасали линии связей, добавлялись новые персонажи – Виривена, убитая девушка, создатель Оракула и, конечно же, некий "Х", чья воля явно довлела над этой историей. Но только одно на листе оставалось неизменным.
Глава 4. Багровое око Тьмы
Стук в дверь отвлек Дэлана от того, что он и так знал.
– Пошел вон, Бобикас!!!
– Ваша светлость, это Тэрчест, – ответили из-за двери. Вампир выдохнул и начертил в воздухе отпирающую руну. Камердинер вошел мягкой и бесшумной, несмотря на преклонные года, походкой. – Прибыл господин Деволье, просит о встрече с вами.
Дэлан нахмурился. Он плохо представлял себе, что заставило его предшественника нанести визит именно сейчас, но кивнул.
Старик вышел, уступая место Залану Деволье. На бывшем инквизиторе был отличный костюм-тройка. В полумраке кабинета, где единственным источником света был огонь в камине, воротничок и манжеты сорочки казались вызывающе белоснежными. На носках дорогих ботинок блестели капли растаявшего снега. Дэлан поднялся, но предпочел остаться за столом.
– Ваша светлость, покорнейше благодарю, что согласились принять меня в такой час. – Визитер слегка поклонился и приложил руку к сердцу. При этом его взгляд успел скользнуть по его схеме. – Кажется, бал в самом разгаре, а ее светлость Регула, как и всегда, прекрасна. Алый цвет ей к лицу.
Дэлан спрятал лист в карман брюк и сложил руки на груди, не спуская взгляда с Деволье. Прежний глава КВМБ уже миновал порог зрелости, но еще не был стариком, хотя уже имел выбеленные сединой виски. В серых глазах соседствовали ум, хитрость и некоторая доля кротости. Весьма интригующая смесь.
– Что привело вас ко мне?
Поделиться книгой: