Семь чудес театра оперетты

Мне там чмокали: мол, типа, дай проходу,

Мне там даже брулиянтами сверкали.

Мне храпели в ухо. (Не убила, что ты!)

Мне рассказывали про соседку Галю.

Я культурная. Молчала и терпела.

Как могла бинокль старенький крутила.

Генерал меня смущал. Ну, знамо дело,

К генералам я неровно, эх… Но было!

Там такие были арии, дуэты,

Танцы овнов, сборы денег, Виолетта.

А соседи всё храпели. О котлетах

Надо мной вели старушечки беседу.

А к финалу все соседи оживились,

Просыпались, о котлетах позабыли.

На поклонах две старушки возвестили:

– 

Браво, Сильва!

Боже мой, что это было???

2020

Король Артур

Размышление о Мэрлине.

Потом напишет кто-то: Авалон

В конце пути. Король Артур. Измена.

Я провожал последний легион

И знал, какую мы заплатим цену

Своей свободы. Сонмище князьков

Голодных псов напоминало стаю.

И каждый рвал кусок себе. Но кто

Соединит? Задача непростая.

Пришел Артур, и всё объединил:

Мечом и волей. Верой и уроком.

И ничего в нём не было сверх сил,

Что нам даны природой или Богом.

Легенд не счесть: Моргана и жена,

Сэр Ланселот и прочие… Неважно.

Но кто способен вынести сполна

Нет, не Грааль, а собственную чашу?

Я не владел ни луком, ни мечом.

И не судил людей по их сословью.

А волшебство здесь вовсе ни при чём,

Я просто свет принес в средневековье.

И там, где искру надо заронить,

Где разум слаб, а сил недоставало,

Мне оставалось только добрым быть.

И другом быть.

И этого хватало.

2020

Postscriptum

Записка в День Театра, 27 марта 2020

Я тоскую по каждому из вас. По капельдинеру, что принимает цветы, и тому, кто предлагает программку. Или запахивает шторку в ложе. По охраннику у рамок детектора. По билетёру, что улыбается каждому.По чашечке кофе в антракте, в которой пытаешься погасить себя и никогда, никогда не получается. Тоскую по гардеробу, где у меня есть своя любимая дама-служительница на первом этаже и милый мужчина-гардеробщик на втором. У нас уже есть тайна: Со своим? Конечно! (Это про бинокль.)

Тоскую по мягкому свету в зрительном зале, когда занавес ещё закрыт. И по люстре, к которой обязательно нужно поднять глаза и прошептать: «Здравствуй, я вернулась».

Тоскую по звукам настройки из оркестровой ямы. И по лицам музыкантов во время спектакля. Я смотрю и на них, обязательно.

И тоскую по ним, балетным и хору, мастерам и наследникам, ученикам и легендам.

Помню каждого, их дыхание, их голоса, их пластику и мимику, каждого. Их особые приемы и массу мелочей из разряда «свои актерские приколы». Помню тайные жесты и взгляды партнёру. Помню дар каждого. Почти для каждого актёра у меня есть свое, тайное имя. Нет, не прозвище, не кличка, а имя сердца.

И – музыка. Свет. Мир, в котором есть ответы, надо только найти их.

Но сегодня, в сложившихся условиях, я знаю – надо говорить и писать о них. Вспоминать то, о чём не сказано в уже состоявшихся эссе. Дописывать. Комментировать в соцсетях. Ставить лайки. Просто – смотреть трансляции Театра Оперетты и других. И тем – быть с ними.

Сейчас, сегодня, мои дорогие актёры, режиссёры и служители театра, я вспоминаю о каждом из вас. Нам досталось время страха и неопределенности, но когда-нибудь оно кончится.

Только вы берегите себя, пожалуйста. Вы нужны мне. И всем зрителям.

Потому что потом, когда откроются театры, загорится люстра, и откроют занавес – нам нужно будет посмеяться над нашими страхами, поплакать, отпустить что-то, а что-то обрести вновь. Нам будет нужен свет и музыка, смех и грусть, слезы и слова. Ваш дар. Ваше мастерство.

Только вы умеете творить это волшебство – открывать зрителю сердце. И своё, и его.

С уважением и благодарностью, Диана Галли.