Помоги проекту - поделись книгой:
К кораблю стремительно приближались пять летательных аппаратов, выстроившихся клином. У них был длинный и узкий корпус с остеклённой кабиной сверху. Аппарат легко можно было принять за ракету, если бы не пропеллер спереди и два закругленных крыла по бокам. Не было видно ничего, похожего на баллон, как у дирижаблей, зато на крыльях виднелись стволы то ли пулемётов, то ли малокалиберных пушек, а под брюхом каждая летающая машина несла бомбу. Снизу таинственные устройства были окрашены в грязно-белый цвет, и на крыльях и по бортам корпуса на них были нарисованы красные круги.
— Что… это… такое? — прошептала Акено, разглядывая невиданные машины. — Судя по обозначениям, это наши, но…
— Ни разу о таких машинах не слышала, — добавила Маширо. — И летят быстро. Дирижабли так не могут.
— Двести, — произнесла Шима.
— Скорее двести сорок, — поправила её Мэй. — Под двести сорок узлов жмёт.
— Надеюсь, нам не придётся от такого убегать, — испуганно сказала Рин и скрылась на своём боевом посту, где ей было куда спокойнее.
Летательные аппараты пронеслись над «Хареказэ», как будто не обращая внимания, и улетели вдаль, оставляя шокированный экипаж приходить в себя после такого зрелища.
— Может, это новая секретная разработка? — предположила Коко. — Вдруг мы случайно попали в зону испытаний? «Экипаж «Хареказэ», вы проникли на запретную территорию! А вдруг вы шпионы? Вы унесёте наши тайны с собой в могилу!»
Остальные негромко засмеялись.
— Не сгущай, — с едва заметной улыбкой ответила Маширо. — Командование свяжется с академией, подтвердит наши личности, и мы получим строгий выговор и подписку о неразглашении. Надеюсь…
— Ладно, возвращаемся на свои посты, — кивнула Акено. — Зато не придётся идти наугад.
Путь до базы выдался долгим. В небе несколько раз пролетали диковинные аппараты да на горизонте ненадолго появился необычный корабль: он был размером с линкор, но с большой и абсолютно плоской палубой и единственной надстройкой и почти без оружия. Шёл он с эскортом из эсминцев, а вокруг него кружили летающие машины. Беспокойство улетучилось, да и аппаратура, как оказалось, работала. По крайней мере, радар и сонар были в полном порядке, однако что сотовая связь, что спутниковая отсутствовали начисто. С командиром «Токицуказэ» Акено не решалась связываться: если их действительно занесло на какой-то секретный объект, то вопросов задавать не стоило. К тому же их командир сам вышел на связь и потребовал хранить радиомолчание до особого распоряжения.
Когда день начал клониться к вечеру, тучи расползлись, а на горизонте появилась земля. А вместе с землёй увеличилось и число кораблей поблизости. Причём некоторые почти сразу привлекли внимание экипажа. Размером они были меньше эсминца, орудия поскромнее, зато на корме ровными рядами лежали глубинные бомбы. Много глубинных бомб.
— Не может быть, — проговорила Маширо, которая раньше всех узнала эти корабли. — Это то, что я думаю? Ущипните, если я сплю… Ай, да не буквально же!
— Извини, — Акено сделала шаг назад, стараясь не пересекаться с ней взглядом. — А что это за корабли?
Коко развернула к остальным экран планшета, демонстрируя найденную в базе данных схему.
— Это малые охотники за подводными лодками тринадцатого типа, — рассказала она. — Строились в сороковых. Вооружены глубинными бомбами, двумя зенитками и трёхдюймовым орудием. Нам они не страшны, если не атакуют все вместе, но для подлодок это сущий кошмар.
— Ты кое-что забыла, — добавила Мунетани. — Последний «Тринадцатый» отправили на слом больше пятидесяти лет назад.
Акено насчитала три морских охотника и в отдалении два эсминца типа «Фубуки». Причём ни на одном из замеченных кораблей не было знакомых опознавательных знаков, кроме флотских флагов — таких же, как у «Хареказэ»¹.
— Если здесь испытывают новое оружие, то почему нет ни одного современного корабля? — спросила Маширо, на секунду опережая её.
— Может, специально скрывают, чтобы не привлекать внимания? — предположила Коко.
— Говорит «Хареказэ». Вас поняла, всё сделаем, — ответила Мисаки. — Приготовить якорь к отдаче, швартовой команде собраться на палубе.
Гавань представляла собой самую обычную военно-морскую базу: ряд пирсов, военные корабли, склады и ангары в отдалении, краны, снующие туда-сюда солдаты, радиомышка на ближайшей скале. Рядом встретились ещё два реликта из прошлого — кайбоканы³ типа «Эторофу». И что-то с этой базой было не так, но Акено никак не могла понять, что именно.
Места в гавани было маловато, но Рин смогла развернуть эсминец, ничего не задев, и аккуратно подойти к пирсу. Пока швартовная команда принимала концы, якорь с плеском погрузился в спокойные воды гавани, а Акено довела до машинного отделения последнюю команду. Марон не очень понравилась идея оставлять силовую установку без присмотра, но спорить с приказами сверху она не стала.
Как только со всеми процедурами было закончено, экипаж спустился по трапу и выстроился на пирсе, где уже стояли солдаты. Только теперь Мисаки поняла, что ей показалось неправильным. Здесь не просто не было ни одного современного корабля — база целиком как будто пришла из прошлого. Даже форма и снаряжение солдат были наследием прошлого. И вооружены они были музейными экспонатами, а не тем, что полагалось по штату Силам Самообороны.
— Это все? — к Акено подошёл звероподобный сержант.
— А? — командир замялась, потом быстро пересчитала экипаж и кивнула. — Так точно. Экипаж «Хареказэ» в полном составе построен и ждёт распоряжений.
Сержант нехорошо прищурился и махнул рукой солдатам, что кучковались в стороне. Те тут же поднялись по трапу на борт эсминца. Прошли десять томительных минут. Солдаты не говорили ни слова, девушки опасались задавать вопросы. Вскоре с борта вернулась отправленная туда группа. Один из солдат что-то сказал сержанту.
— Так мало? — удивился он. — Ладно. Эй вы, следуйте за мной.
— Колонной по двое, шагом марш, — скомандовала Акено.
С каждым шагом, отделявшим экипаж от корабля, Мисаки чувствовала напряжение. Куда-то улетучилось первоначальное спокойствие, появившееся после встречи с «Токицуказэ». Может, дело было в непривычности происходящего. Может, в устаревшем снаряжении и оборудовании. А может, дело было в настороженных и лишённых даже отголоска доброжелательности взглядах солдат.
— Широ, мне всё это не нравится, — вполголоса пожаловалась она.
— Мне тоже, — кивнула старпом. — Такое чувство, как будто мы в историческом кино снимаемся. Только всё… настоящее. И не смейся, но кажется, будто остров не японский.
— Думаешь? — Акено вдруг схватилась за голову. — Мы же забыли Исороку и Тамонмару!
Она попыталась было броситься обратно, но её сгрёб за шиворот один из солдат.
— Куда собралась?
— Я забыла на борту… — начала было объяснять Мисаки, но её грубо толкнули к остальным.
— В следующий раз применю силу, — пообещал солдат, снимая с плеча винтовку. «Арисака» в его руках была немного потёртой, но в целом в очень неплохом состоянии.
Вздрогнув, Мисаки снова возглавила свою колонну. Теперь нехорошее предчувствие не просто теплилось, а кричало во весь голос, что всё очень плохо. Но оставалось лишь оправить форму и идти вместе с остальными. Спорить с настолько недружелюбными солдатами себе дороже, это ясно читалось в их взглядах.
Сержант остановился у грузовика с прицепом и развернулся к девушкам.
— Половина — туда, половина — сюда. Живо!
Удивлённо переглядываясь, экипаж «Хареказэ» начал грузиться. Все удобства внутри ограничивались грубо сколоченными деревянными лавками. Не было даже тента, так что пассажиры были открыты всем ветрам, благо уже распогодилось, и дождя в ближайшее время можно было не ждать. Вдобавок, что в грузовике, что в прицепе, в котором оказалась Акено, оказалось тесновато, да ещё в каждый забрались по двое солдат.
Поездка вглубь острова могла бы быть комфортнее, благо открывались красивые виды, но дорога была далека от идеальной, как и рессоры заляпанного грязью грузовика, поэтому девушки больше беспокоились о том, как бы удержаться на своих местах, чем об окружающих видах. Впрочем, была пара исключений. Например, Каэдэ Марикоджи, что держалась за спинку скамьи мёртвой хваткой и разглядывала живописные поля с редкими пальмами.
Грузовик сбросил скорость и, свернув на обочину, остановился. Экипаж «Хареказэ» завертел головами, пытаясь понять, что происходит. Поблизости не было ни зданий, ни укреплений, ни ещё каких-то мест, куда в теории могли бы отвезти так неожиданно высаженный на берег экипаж. Впрочем, эта загадка, в отличие от большинства сегодняшних, была разгадана сразу: по дороге двигалась колонна из трёх таких же допотопных грузовиков и десятка танков.
— Это «Чи-Ха»? — произнесла Маширо, не веря своим глазам. — Но откуда их столько?
Акено не слушала. Осматриваясь, она обратила внимание на противоположную сторону, куда с ужасом взирала часть экипажа. И по мере того, как девушки осознавали происходящее, они тормошили друг друга, и зрителей становилось всё больше.
Недалеко от дороги располагалась длинная траншея шириной метра в два. Глубину её сложно было оценить — в основном, из-за того, что её заполняли обезглавленные тела и отрубленные головы. Вдоль траншеи нестройной шеренгой на коленях стояли люди. Большая часть из них была в тёмно-зелёной форме, непохожей на ту, что была у встреченных солдат, остальные носили гражданскую одежду. И у начала этой шеренги стояли двое: офицер с обнажённым син-гунто⁴ и рядовой с секундомером. В стороне топтались солдаты, которые о чём-то перешёптывались. Один держал в руках кепи, куда другие бросали деньги, второй стоял рядом и записывал что-то в блокнот.
— Что происходит? — шёпотом прошептала Акено, с ужасом понимая, что не хочет знать ответ.
— Они делают ставки? Но на что? — спросила сидевшая рядом Коко, бледнея с каждой секундой.
Солдат, стоявший рядом с офицером, коротко кивнул и включил секундомер. Син-гунто в командирских руках стремительно взметнулся вверх.
Акено услышала громкий, преисполненный ужаса визг, не сразу понимая, что источником была она сама. Вскочив, она вцепилась в стоящего рядом солдата:
— Сделайте что-нибудь! Остановите это!
Солдат резко оттолкнул её, отчего потерявшая равновесие Мисаки упала на своё место, и направил на неё свой «Тип 100». Между ними тут же вклинилась Маширо.
— Не надо! Она просто испугалась, никакого вреда не причинит…
— Сидеть! — солдат буквально швырнул её обратно на лавку и замахнулся было для удара прикладом, но на его плечо легла рука напарника.
— Думаю, они и так поняли. На первый раз простим, а там уже посмотрим, — спокойно произнёс он.
Автоматчик махнул рукой и отошёл в сторону. Мимо проехала ещё одна танковая колонна, и грузовик наконец тронулся, увозя пассажиров от кровавой расправы. Акено невольно оглянулась. Офицер уже вытирал клинок под одобрительные крики солдат, не обращая внимания ни на них, ни на машину. Солдат же, не давший товарищу ударить Маширо, лишь с сочувствием посмотрел на девушек, но не сказал ни слова. Да и вся дальнейшая поездка проходила в гробовом молчании.
Через полчаса езды они въехали в джунгли и после пары поворотов оказались на ещё одной базе. Эта была куда скромнее береговой, зато помимо казарм и складов тут располагались полупустые танковые ангары. Грузовик остановился вдали у входа, где на холме за забором из колючей проволоки располагались несколько одноэтажных прямоугольных коробок.
— Всем выйти! — скомандовал автоматчик, демонстративно снимая свою «сотку» с предохранителя.
Девушки поспешно спустились на землю, потирая отбитые поездной по ухабам места. Акено при спуске потеряла равновесие и чуть не упала, но была вовремя поймана за руку Маширо. Через миг их грубо растащили в разные стороны: к машине подошли ещё несколько солдат и, угрожая оружием, разделили экипаж «Хареказэ» на две группы, после чего Мисаки получила тычок прикладом в спину. Больше не было никаких приказов, как на берегу. Их выстроили в ряд, а потом обыскали и вытащили из карманов телефоны и почти все вещи. Было даже удивительно, что Акено оставили карманные часы, да и в целом её обыскивали не очень тщательно.
Их повели к одной из бетонных «коробок» и затолкали внутрь через зарешеченную дверь. Внутри царил полумрак, свет пробивался лишь через маленькие окошки под потолком, тоже забранные решёткой. Когда дверь захлопнулась, солдаты ушли, оставив девушек изучать тесное и совершенно пустое помещение, если не считать нескольких рваных тюфяков, набитых соломой, да примостившейся в углу дырки в полу, недвусмысленный запах из которой намекал на её предназначение.
— Что… что это за место? — Акено не поняла, кто именно задал этот вопрос, но ответа не знала. Как не знал его вообще никто.
— Это точно не секретная база, — сказала она, сев на край тюфяка и разглядывая фуражку в своих руках. — Может, это террористы?
— Террористы с техникой, не имеющей аналогов? — усомнилась Коко. — Может, они просто убирают свидетелей? Но почему именно так?
Среди экипажа раздались тихие всхлипы. Почти все были бледны и до смерти напуганы недавним зрелищем. Несложно было догадаться, что почти все были уверены, что их ждёт такая же участь, как и тех людей у траншеи. Акено глубоко вздохнула, стараясь не поддаваться панике. Где бы они ни оказались, надо было думать, как выбраться.
— Нужно осмотреться. Должен быть какой-то способ выбраться отсюда, — произнесла она. — Давайте подумаем.
Думать им позволили не больше часа. Потом раздались шаги, и за решетчатой дверью появился солдат.
— Кто командир? — спросил он.
— Я, — Мисаки поднялась на ноги и надела фуражку.
— На выход.
Дверь со скрипом открылась. Акено вышла на улицу. Солдат было четверо, двое из них — недавние конвоиры.
— Лицом к стене, руки за голову, — распорядился один из них.
Мисаки подчинилась, борясь с накатывающим страхом. Один из солдат обыскал её, ощупал карманы, а потом к её лицу прижали тряпку, смоченную какой-то жидкостью с незнакомым запахом. Акено попыталась было вырваться, но её крепко схватили за руки. Голова начала кружиться, ноги подкосились. Мысли спутались, начали тяжелеть веки. Перед тем, как сознание окончательно покинуло её, командир «Хареказэ» услышала шёпот у самого уха:
— Мужайся.
____________
1. Флаг Морских Сил Самообороны был унаследован у Японского Императорского Флота.
2. ГЭУ — главная энергетическая установка.
3. Сторожевые корабли.
4. Японский армейский меч, выпускавшийся вплоть до конца Второй Мировой. В отличие от катаны и прочих традиционных клинков, изготавливался фабричным способом.
2. Иди и смотри
Блаженный Августин
DEEP-EX-SENSE — Хомо Саспенс
Пробуждение было тяжёлым и не самым приятным. Акено хорошенько проморгалась, прежде чем мир вокруг неё перестал выглядеть как размытое пятно, однако голова всё ещё была тяжёлой и движения давались с трудом. Впрочем, последнее было скорее из-за того, что руки были связаны за спиной.
Акено сидела на грубо сколоченном деревянном стуле, и связанные руки были заведены за его спинку.
Вокруг были сплошные деревянные стены без каких-то следов отделки, освещалась комната лампой, что свисала с потолка на проводе. Напротив стоял самый заурядный стол, на котором расположились несколько папок с документами, фуражка, старомодный чёрный телефон с дисковым номеронабирателем, настольная лампа и подставка для меча, на которой покоился кай-гунто¹
А за столом сидел ещё один анахронизм — усатый мужчина лет сорока в форме сороковых годов. Знаков различия со стула не было видно, но, судя по фуражке, это был офицер. На его правой руке не хватало части безымянного пальца.
Слева раздался тихий стон. Оглянувшись, Акено увидела Маширо, которая тоже медленно приходила в себя.
— Плохо выглядишь, командир, — сказала Мунетани.
— Ты не лучше, знаешь ли.
Офицер медленно поднялся со своего места, обошёл стол и посмотрел на девушек сверху вниз.
— Вижу, вы очнулись. Это хорошо, — он смахнул с левого погона пылинку. — Позвольте представиться. Полковник Китано, Токкэйтай.
Акено склонила голову, пытаясь вспомнить, где она слышала это название. Кажется, на истории флота. И в тот момент, когда в памяти всплыло нужное, её опередила Маширо.
Поделиться книгой: