Романов. Том 1 и 2

Здесь блеска и роскоши стало еще больше. Вдоль стен расставлены столы с легкими закусками, в центре зала свободное пространство, гости расходились в стороны, мгновенно формируя компании по интересам, я заметил отца в первых рядах, мы обменялись кивками, но Алексей Александрович быстро прошел вслед за слугой, подошедшим к князю Романову.

Напротив входа возвышался пышно украшенный трон, рядом находилось кресло поменьше, для царицы. Несколько ступенек, на которых установили места для венценосных особ, обложены красным ковром.

— Великий государь, царь и великий князь всея Руси! — зычным голосом провозгласил слуга, распахивая боковые двери.

Это был очень короткий, можно сказать, практически домашний титул — без перечисления земель, входящих в царство. Но тот обычно зачитывают перед Новым годом, либо на мероприятиях с иностранными делегациями.

Михаил II шагал ровно и уверенно, одним своим видом демонстрируя, кто здесь главный. Его присутствие ощутимо довлело над собравшимися, аура верховного правителя, казалось, в любой момент может тебя размазать, стоит только монарху решить, что ты тут лишний.

В мою руку впилась пальцами Морозова, и я бросил на нее короткий взгляд. Но нет, боярышня не падала в обморок, хотя и побледнела больше обычного. Чуть сжав ее ладонь, я кивнул Виктории Львовне, успокаивая.

А царь тем временем занял место на троне и, сложив руки на подлокотниках, заговорил:

— В этом году вы смогли порадовать меня, дорогие гости. Русское царство становится сильнее и крепче, а потому мне отрадно видеть, сколько достойных людей сегодня собралось на моем приеме. Пусть этот праздник запомнится вам надолго.

Михаил II хлопнул в ладоши, и где-то наверху грянули трубы, стряхивая с собравшихся заторможенность и подавленность. Аура власти, исходящая от монарха, исчезла, оставив лишь ощущение, что по сравнению с человеком, восседающем на троне, ты просто мошка. И раздавить тебя ему ничего не стоит.

Трубачи заткнулись резко, и заиграла легкая негромкая музыка. Царь остался сидеть на троне, не меняя позы, и под его взглядом аристократы зашевелились, оживая.

— Впечатляет, не правда ли? — чуть склонившись к боярышне, спросил я.

— Да, — сглотнув, ответила Виктория Львовна. — Очень.

— Вина?

— Пожалуй, — все еще пребывающая под впечатлением, чуть заторможено кивнула Морозова, и я повел девушку к столам.

Мы оказались далеко не первыми. Краем глаза я заметил Юсупова, уже подающего напиток чьей-то дочери — худой как спичка невзрачной девчонке.

Взяв бокал с разбавленным вином, я вручил его своей спутнице.

Пока мы прошли к угощению, в центре зала уже начался первый танец. Толпа аристократов раздвинулась, образуя круг, и Михаил II с супругой плавно кружились под музыку. Не прошло и пары минут, как к ним стали присоединяться другие Рюриковичи — патриархи родов со своими женами.

Очередь молодежи еще не подошла, но благородные парни и девушки разбивались на пары, весело общаясь друг с другом и обсуждая гостей.

— Виктория Львовна, — обратился я к девушке, когда она отпила из бокала.

Морозова уже выглядела намного лучше, практически окончательно отойдя от выступления Михаила II. Так что вино явно пришлось к месту.

— Да, Дмитрий Алексеевич?

— Не желаете потанцевать? — спросил я, предложив спутнице руку.

Мелодия вот-вот должна была смениться на более живую — как раз для молодых и резких. Это патриархам родов уже невместно плясать, как в молодости, они должны блюсти образ умудренных жизнью старцев. А подвижная музыка — это для юности.

— С удовольствием, — ответила она, отставляя бокал на поднос так вовремя появившегося официанта.

Я вывел девушку в центр, и в этот момент свет в зале приглушили. Отведенная под танцпол зона оказалась будто отрезана от окружающего мира, музыка заиграла громче и веселее, лучи света выхватили из полумрака пары девушек и парней.

Держа Викторию за талию, я двигался в такт мелодии, Виктория поспевала за мной играючи. Мы смотрели только друг на друга, как и требовали правила, и я видел, что Морозовой нравится происходящее — румянец на щеках, на губах раскрывается улыбка.

Последний аккорд сопровождало включение яркого освещения, и я увел тяжело дышащую Викторию в зону отдыха. Нам на смену вышли новые пары, и теперь было заметно, что пока мы танцевали, часть гостей расползлась по прилегающим комнатам. Кто-то уже осваивал столы в игровой. Другие беседовали, устроившись на мягкой мебели в уютных гостиных.

— Благодарю за танец, Виктория Львовна, — сказал я, поклонившись, как велел этикет.

— Для меня было в радость танцевать с вами, Дмитрий Алексеевич, — отозвалась она, завершая ритуал.

Я услышал краем уха нарочито громкий шепот какой-то девушки.

— Кто ее вообще сюда пустил?! — возмущалась незнакомая мне аристократка.

— Не желаете ли отойти, Виктория Львовна? — проигнорировав чужие слова, предложил я.

Морозова, кажется, ничего не заметила, спокойно взяла меня под руку, и мы пошли вокруг зала. Периодически я останавливался, приветствуя знакомые семьи — в основном провинциальных владетелей.

— А вот и вы! — преувеличенно бодро воскликнула Динара, ведя под руку своего мужа. — Княжич, а мы вас повсюду ищем. Дорогой, позволь представить тебе Романова Дмитрия Алексеевича, моего хорошего друга и надежного партнера нашей семьи. Княжич, познакомься — Мурза Артурович Аганин, мой любимый супруг.

Я улыбнулся, оборачиваясь к спутнику одноклассницы.

— Рад знакомству, княжич, — сказал я, вежливо кивнув. — Полагаю, раз вы смогли заполучить сердце такой красавицы, как Динара Тагировна, вы очень сильный человек.

— Взаимно, княжич, — низким голосом ответил мужчина. — Судя по тому, что я о вас слышал, вы тоже не прочь показать свою мощь. Не представите мне свою спутницу?

— Разумеется, Мурза Артурович, — я взял одногруппницу за руку и чуть вывел ее вперед. — Боярышня Морозова Виктория Львовна.

Он поклонился ей с достоинством, а девушка в ответ чуть присела.

— Виктория Львовна, как вы смотрите на то, чтобы обменяться партнерами на один танец? — спросила Динара. — Уверяю вас, что верну вам княжича Романова целым и невредимым.

Морозова взглянула на меня с вопросом в глазах, и я кивнул. Уж в своих друзьях я не сомневался.

— Тогда, княжна, прошу вас, — подав Динаре руку, с улыбкой поклонился я.

— Виктория Львовна, — зеркальным жестом обратился к Морозовой княжич Аганин.

Мы вчетвером вновь вышли на танцпол и разошлись в стороны. Динара держала положенную этикетом дистанцию, но когда я в очередном движении оказался близко, прошептала:

— Слышала, ты повздорил с Николаевыми.

Я отвел ее на расстояние вытянутой руки и хмыкнул. По моему лицу княжна все поняла, и на очередном сближении продолжила:

— Послушала сплетни.

— И что говорят?

— Что Романовых стало слишком много в столице, — ответила Динара. — Оглядывайся почаще, княжич. Не вздумай здесь помереть.

Ну, этим она меня не удивила. Ни квартала еще не минуло, чтобы нам не пытались воткнуть палку в колеса. Отцу регулярно докладывают о диверсиях, но поймать за руку еще никого не удалось.

— И кто же это сказал? — спросил я, закружив партнершу вновь.

— Стояли рядом с Николаевыми, я их не знаю, — ответила Динара и отошла на несколько шагов — танец кончился.

— Благодарю за танец, княжна, — коснувшись губами воздуха возле ее руки, произнес я.

Динара сверкнула глазами, как умеют только южные женщины, намекая, чтобы я не относился к ее предупреждению легкомысленно.

Что ж, я и не думал, что всеобщая нелюбовь к Романовым когда-нибудь закончится.

Мурза Артурович подвел к нам Морозову и мы, вежливо раскланявшись, продолжили обход. Танцы сменялись один за другим, но я больше не тянул Викторию Львовну на танцпол, а боярышня не рвалась туда, следуя за мной и просто наслаждаясь праздничной атмосферой.

Пройдя мимо небольшой группы девиц, я услышал сквозь шум в зале:

— Романов здесь, я должна привлечь его внимание.

— Да, нужно показать этой Морозовой ее место, — ответила ей подруга, также не переходя на полный голос.

— Как у нее смелости хватило явиться сюда!

Мне оставалось только свернуть в сторону столиков. Морозова этого не услышала или только сделала вид. Я старался вести ее по залу так, чтобы расстояние до возможных сплетников сохранялось достаточное, чтобы их слова остались незамеченными.

И тут я заметил Демидовых.

— Виктория Львовна, — сказал я, — прошу вас не удивляться тому, что услышите.

На прием явился не только Руслан Александрович, патриарх рода, но и его жена с тремя девушками. Все семейство одето в изумрудные цвета, старшее поколение держится с подчеркнутым достоинством, глядя на окружающих с презрением. А вот девушки явно не прочь сорваться с места, чтобы повеселиться.

— А, явился, — повернувшись к супругу, заявила Демидова старшая. — Смотри, Руслан, помнит еще внучок, откуда его кровь. Я уж думала, совсем позабыл о своих корнях. Как знала, нельзя нашу девочку за этого чумазого хвастуна отдавать.

Вот они, вот они наши змеиные корни.

— Мария Евгеньевна, — с легкой укоризной в голосе заговорил я. — Как бы я смог забыть о вас? Вы совершенно незабываемая женщина! Руслан Александрович, рад видеть вас в добром здравии.

— Взаимно, внучок, — кивнул тот. — Представишь нам свою спутницу?

— С превеликим удовольствием. Руслан Александрович, Мария Евгеньевна — моя одногруппница боярышня Морозова Виктория Львовна.

— Что ж, — окинув мою пару внимательным взглядом, цокнула Демидова. — А это наши внучатые племянницы — Ольга, Анастасия и Марина.

Названные девушки по очереди приседали, склонив головы и бросая по сторонам внимательные взгляды. Меня вежливо игнорировали — все-таки я занят. И на фоне Морозовой выводок Демидовых казался слишком… никаким.

— Рад нашей встрече, уважаемые родственники, — поклонился я.

— Постой, внучок, — чуть поведя рукой, распорядился Руслан Александрович. — Мы в Москве проездом, но ты уж постарайся заглянуть в гости на следующих выходных. Нужно будет кое-что обговорить наедине.

— С превеликим удовольствием, — ответил я.

Он одобрительно кивнул и махнул рукой, отпуская меня. Морозова наблюдала за этим с легкой улыбкой. Не всякий может вот так княжичу приказывать, но на правах родни Демидовы могли еще и не то сделать. Особенно у Марии Евгеньевны в этом плане фантазия работает.

— Они всегда… такие? — украдкой спросила боярышня, когда мы отошли на достаточное расстояние.

— Да, — просто кивнул я. — Демидовы — сила, и не забывают об этом. Конечно, со стороны может показаться, что это просто спесь, но на самом деле подобное мировоззрение возникло не на пустом месте.

Мы прошли еще немного, прежде чем едва не столкнулись с парой девушек, держащих бокалы в руках. Мгновение, и они окатили бы Викторию Львовну вином, но напиток остался в посуде, перекрытый моим даром.

Не оглядываясь, я повел свою спутницу дальше, пока мы не остановились возле столов с закусками из морепродуктов. Стоило мне подать Морозовой блюдо с устрицами, чтобы она могла выбрать, как рядом оказался Юсупов.

Михаил Эдуардович подошел в компании уже другой девушки, невысокой, но с выдающимися формами. Она весело улыбалась, едва не заглядывая кавалеру в рот, а тот, казалось, полностью ее игнорировал.

— Дмитрий Алексеевич, Виктория Львовна, — кивнул он нам. — Как вам сегодняшний прием?

— Восхитительно, — ответил я.

— Мне все нравится, — поддержала меня Морозова.

— А я что-то начинаю уставать от всего этого, — проникновенным голосом сообщил Юсупов. — Вот думаю, не пора ли мне уже остепениться? Может быть, найти себе невесту и жить с ней счастливо в браке. А что, у меня богатая родословная, доходные предприятия и дружная семья.

Глаза его так и не представленной спутницы замасливались с каждым произнесенным словом.

— Да, вам определенно пора завести невесту, Михаил Эдуардович, — с улыбкой ответила Морозова. — Такой замечательный молодой человек, и совершенно один в нашем мире.

Боярышня извлекла откуда-то платочек и вытерла несуществующие слезы.

— Это так печально, — вздохнула моя одногруппница, и пришедшая с Юсуповым девушка окончательно поплыла.

— Вы правы, Виктория Львовна, — горячо кивнул Михаил, беря свою спутницу за руку. — Что ж, еще увидимся. Дмитрий Алексеевич, Виктория Львовна.

Мы раскланялись и оба смотрели вслед Юсупову с улыбкой.

— Надеюсь, я правильно поступила? — негромко спросила Морозова.

— Все хорошо, Виктория Львовна, даже не переживайте, — махнул рукой я и заметил ту самую пару девушек, которым не удалось облить платье моей спутницы. — Потанцуем?

— С удовольствием.

Мы вновь оказались в центре зала. Морозова искренне наслаждалась процессом, и мне было приятно видеть ее довольную улыбку, уже не вымученную, как в самом начале. Но, наконец, музыка стихла, и мы отошли в сторонку, чтобы не мешать новым парам.

Вел я свою спутницу не просто так, еще в танце заметил Ефремова, кружившегося с Салтыковой. Светлана Николаевна лучилась довольством и в нашу сторону даже не посмотрела, а вот с Семена глаз не отводила. Впрочем, это не помешало ей дать согласие на новый танец другому кавалеру.

Мой взгляд зацепился за одного из слуг, целеустремленно шагающего в нашу сторону. Заметив мое внимание, он чуть ускорил движение. Значит, это за мной.

— Кажется, Виктория Львовна, мне скоро нужно будет вас покинуть, — сказал я, двигаясь по залу.

— Тогда, может быть, я заменю княжича, пока он занят своими делами? — Ефремов возник рядом с нами, будто всегда здесь шел.

— Если боярышня согласна, — сказал я.

Ко мне, наконец, приблизился слуга, замеченный мной ранее.