Страстный модерн. Искусство, совершившее революцию

Постшпаркасса. Австрия, Вена

(c) shutterstock.com / Pablo Fernandez Villoch

Здание почтового отделения сберегательной кассы Отто Вагнера считается ключевым сооружением европейского модерна. Это квинтэссенция практичного стиля Вагнера. В каждой детали конструкции, в каждом предмете мебели чувствуется практичность и удобство использования. Такой подход приводит Вагнера к последовательным и эстетичным решениям. Так, Вагнер покрыл фасад здания алюминиевыми плитами, закрепленными железными болтами. С одной стороны, это техническая необходимость и программная демонстрация современности, а с другой стороны, архитектор передает нам символическое сообщение. Здание банка представляет собой архетип безопасного хранения сэкономленного и напоминает кованый сундук с сокровищами.

Такой же программный подход был применен к дизайну всего интерьера Постшпаркассы: напольных покрытий, стеновых панелей, ковров, радиаторов, светильников, часов, дверных пряжек, напольных столов, выключателей, табуретов, скамей, кресел, письменных столов и гардероба. Даже полы и сейфы являются предметом этого символического принципа проектирования. Например, ножки кресел в почтовом отделении покрыты манжетами, подлокотники – лентами, что не только защищает от износа, но и подчеркивает художественную ценность того, что охраняется. Обогреватели в Центральном кассовом зале теряют сугубо утилитарную функцию, их практическая ценность перетекает в эстетическую, они становятся самостоятельными произведениями искусства.

Постшпаркасса, Кассовый зал, 1907, Музей Вены. Австрия, Вена

(с) Otto Wagner (architect), K.k. Postsparkassen-Amt, Kassensaal, 1907, Wien Museum Inv.-Nr. 215266/6, CC0 (https://sammlung.wienmuseum.at/en/object/1017013/)

Постшпаркасса Вагнера – тотальный шедевр без сантиментов и компромиссов. Современный практичный подход, который Вагнер хотел выразить своей архитектурой и дизайном интерьера, не потерял своей актуальности и по сей день: «Все современное служит иллюстрацией нашего лучшего, демократичного, уверенного, остроумного естества». (Отто Вагнер, 1913).

Церковь Отто Вагнера. Лимониберг

На холмах в местечке Баумгартен блестит на солнце «половинка лимона». Это золотой купол белоснежной церкви, которую венцы любовно прозвали Лимониберг. Первая в мире церковь в стиле модерн. Она находится на территории психиатрической больницы и выстроена по проекту Вагнера в 1907 году. Это самый амбициозный проект архитектора, и на сегодняшний день он находится на территории самой современной психиатрической клиники в Европе.

Отто Вагнер. Проект церкви Ам-Штайнхоф, 1907, Австрия, Вена

(с) Otto Wagner (architect), Kirche St. Leopold am Steinhof, Wettbewerbsprojekt, Perspektive, 1902–1903, Wien Museum Inv.-Nr. 96011/2, CC0 (https://sammlung.wienmuseum.at/en/object/56988/)

Вагнер продумал церковь до мельчайших деталей как единый шедевр модерна. Главная идея заключалась в том, чтобы объединить функциональность и практичность. Церковь создана не для того, чтобы удивить общественность и встряхнуть мир искусства, а для удобства необычных прихожан. При проектировании Вагнер руководствовался советами докторов и персонала по уходу за психически нездоровыми людьми.

Еще в 1899 году Отто Вагнер задумал реализовать первую в Европе сакральную постройку в стиле модерн. Современная концепция объединяла в себе свет, воздух, гигиену, практичность, комфорт и даже туалеты. Более того, церковь должна была быть построена из современных индустриальных материалов: железобетона, меди, стекла и мраморных плит. Путь от чертежа церкви до разрешения на строительство был непрост.

В 1903 году архитектор уже подвергся критике из-за проектов реконструкции Карлсплац и строительства городского музея. Эту церковь в Штайнхофе назвали «могилой индийского махараджи» в «глупом ассирийско-вавилонском стиле». Придворный капеллан и профессор университета Генрих Свобода возглавил совет строительной комиссии. Несмотря на откровенные протесты со стороны консервативных церковников, с литургической точки зрения к проекту церкви было не подкопаться. В конце концов, только благодаря покровительству политика Леопольда Штайнера Отто Вагнер был утвержден как архитектор.

В основании церкви на Штайнхофе лежит латинский крест. Фасад здания строго структурирован и «одет» в платье из белых мраморных плит в качестве декоративной отделки. Над входом возвышается половинка лимона – купол с позолоченными медными плитами, латерной и крестом на высоте 51 метра. Железная конструкция весом более 100 кг служит доминантой павильона. На столбах справа и слева от входа сидят две монументальные скульптуры: святого Леопольда, которому посвящена церковь, и святого Северина. Обе созданы Рихардом Лукишом.

Святой Леопольд является покровителем Нижней Австрии, а когда-то был покровителем и всей Австрии. Леопольд династии Бабенберг правил Австрией задолго до Габсбургов, построил не одну церковь и был объявлен по этому случаю святым. 15 ноября австрийцы празднуют День Святого Леопольда, также это (ласково – Полди) одно из самых популярных имен среди австрийцев. Вход в церковь украшают четыре позолоченных ангела дизайна Отмара Шимковица.

Церковь Ам-Штайнхоф, фото, 1910, Австрия, Вена

Интерьер церкви продуман до мелочей. Функционально, безопасно, гигиенично, лаконично, как требовалось для удобства работников и неспокойных пациентов психиатрической клиники. Всего церковь вмещает 800 человек, 400 сидений. В церкви предусмотрено три входа. И это также имеет свое обоснование.

Центральный портал открывают во время праздников, в другое время мужчины и женщины заходили в церковь, не встречаясь: слева – женщины, справа – мужчины.

Интерьер Ам-Штайнхоф, 1907, Музей Вены. Австрия, Вена

(с) Otto Wagner (architect), Inneres der Kirche St. Leopold am Steinhof, around 1907, Wien Museum Inv.-Nr. 77259, CC0 (https://sammlung.wienmuseum.at/en/object/538685/)

Что революционного в этой церкви? Прежде всего, ориентация на гигиену и нужды больных. Например, Вагнер отказался от привычного для католических церквей фонтана со святой водой, так как он мог служить источником распространения инфекции. Вместо этого был создан рукомойник, из которого струилась проточная святая вода. Стулья для молитвы отделаны внизу медью, так как в церкви каждый день проводилась влажная уборка.

Скамейки и стулья созданы без острых краев, причем длина скамей предназначена не более чем для трех или пяти человек, чтобы в случае необходимости медицинский персонал смог оказать помощь или вмешаться в конфликт. Стены в церкви снизу отделаны серым мрамором на высоту трех метров, пол имеет наклон 30 сантиметров, что облегчало уборку в церкви и освобождало взгляд на священника во время службы.

Вся церковь решена в светлых тонах. Белый и золотой традиционно являются символами сакральности. Богато декорированный резной балдахин парит над дарохранительницей. Кафельный пол с черным орнаментом из маленьких квадратов напоминает декор фасада. Эстетика и гигиена в церкви идут рука об руку.

Отдельно стоит поговорить о свете в церкви. Он магический.

Вагнер пригласил талантливого Коло Мозера создать дизайн алтаря и витражей, хотя реализованы витражи были только частично. Именно витражи создают общее впечатление церкви. Мозер решил вместо принятой в XIX веке техники росписи по стеклу использовать обжиг, что придало витражам сияние, а интерьеру церкви особое свечение.

На южном окне изображено грехопадение с сидящим на троне Богом Отцом, окруженным двумя ангелами, Адамом и Евой.

Над созданием шаблонов витражей и мозаики Мозер работал два года, но часть эскизов были отклонены из-за слишком модного дизайна. Сочетая уникальную технику мозаичного остекления с использованием золота, Мозер, как истинный визионер, создает «стильный» дизайн XX–XXI веков. Дизайн вне времени. Церковники осудили слишком «гламурные» головы ангелов.

Коло Мозер. Витражи с ангелами, эскиз, 1905, Австрия, Вена

Окончательное решение отдать заказ конкуренту – Леопольду Форстнеру – настоятель церкви принял после того, как Мозер покинул лоно католической церкви по случаю своей свадьбы на протестантке. После нескольких лет дискуссии и ссор Мозер был отстранен от реализации алтаря. В 1913 году Леопольд Форстнер реализовал мозаичный дизайн Ремигиуса Гейлинга.

Торжественное открытие церкви состоялось в присутствии эрцгерцога Франца Фердинанда. В благодарственной речи наследник трона даже не упомянул имя архитектора, сославшись на то, что мария-терезианский стиль ему нравился больше, сел в свой лимузин-Мерседес и укатил во дворец.

Как бы то ни было, своей архитектурой Вагнер объединил конец эры Рингштрассе с золотой порой венского модерна и функциональным стилем 1910 года.

Отто Вагнер создал новое современное лицо австрийской столицы на рубеже веков.

Все его здания легко узнаваемы по характерным орнаментам и материалам: мрамор, стекло, плитка, металлическая отделка, штукатурка, подсолнухи, растительные элементы и позолота. Впоследствии Отто Вагнер предпочитал геометрический стиль.

Совет инсайдера. В одной из последующих глав вы найдете карту и маршрут по следам венского модерна, включающий здания Отто Вагнера в историческом центре Вены и пешеходной доступности.

Подводя итог, хочется подчеркнуть масштаб личности Вагнера и его заслуги перед Австро-Венгрией. Архитектор выполнял большие заказы императорского дома, служил профессором в академии изобразительных искусств целых 20 лет, возглавляя архитектурный класс, привлекал в Вену талантливейших архитекторов со всей Европы, объединив их в вагнерианскую школу.

Адольф Лоос

Архитектор Адольф Лоос был независимой силой, которая также стремилась модернизировать Вену. По его мнению, архитектура являлась отражением тех глубинных процессов, которые переживало австрийское общество на рубеже веков: «Каждый город имеет ту архитектуру, которую заслуживает. Каждый народ имеет правителя, которого заслуживает». Новое общество не должно было брать традиции в качестве ориентира и обращаться в прошлое.

Лоос открыто противопоставлял себя Сецессиону и Вагнеру, в частности, называя здания модерн татуированной архитектурой. По его мнению, современный человек, делающий себе тату, является или преступником, или аборигеном.

Также стиль одежды своих современников Лоос считал вышедшим из моды. В своей публикации «Орнамент и преступление» 1908 года он подчеркнул унизительность вычурного костюма: «…современный человек пользуется одеждой как маской. Его индивидуальность так сильна, что не нуждается больше в подчеркивании одеждой. Недостаток украшений теперь является признаком духовной силы».

Откуда появились столь прогрессивные идеи?

Лоос был сыном каменщика и начал свою творческую карьеру в его мастерской. Вся его архитектура возвращается туда. После смерти отца, которая стала катастрофой для девятилетнего мальчика, Адольф бросил гимназию.

Решающей для судьбы мальчика стала поездка в Америку к родственникам в 1893 году, где он провел три года. Адольф ехал в США без конкретных перспектив, однако эта поездка вдохновила его до конца жизни. Молодой архитектор изучил американское строительство и был совершенно ошеломлен новыми типами зданий. Высотные дома, офисы и магазины – все вызывало восторг и удивление. Лоос решил познакомить Австрию с американской культурой еще до того, как начал создавать архитектурные шедевры. Вернувшись в Вену, он написал статью, которая была опубликована в журнале Сецессиона «Священная Весна», и тут же начал получать заказы. Лоос стал своеобразным проводником между Америкой и Западной Европой и для многих архитектурным примером.

Адольф Лоос пошел еще дальше, чем Вагнер в своем сопротивлении украшательству зданий. Он был адептом функциональной архитектуры и дистанцировался от стиля модерн.

Его архитектура также была встречена венцами с непониманием. Дом на площади Михаэлерплац, который Лоос спроектировал в период с 1909 по 1911 год для элитного магазина «Goldmann & Salatsch», публика окрестила «дом без бровей».

Если мы сравним дом Лооса 1910 года с соседними домами, на фасаде которых над окнами размещен портик, в «доме без бровей» над окнами действительно нет ничего. В этом здании орнамент сменился скромным нигилистическим фасадом.

В отличие от окружающих домов в необарочном стиле с раковинами и портиками, дом построен совершенно в другом алфавите формы. Перед входом в здание расположены тосканские колонны, в мезонине bay-windows на британский манер, а необычный цокольный этаж отделан драгоценным зеленым мрамором.

Адольф Лоос. Дом Лооса, 1910, Музей прикладного искусства. Австрия, Вена

Парадоксально, что «дом без бровей» был выстроен напротив Хофбурга – императорского дворца. Говорят, Франц Иосиф более не хотел выглядывать из окна на Михаэлерплац. По одной версии, Лооса заставили украсить дом ящиками с красными геранями, чтобы разнообразить фасад.

Почему дом вызвал скандал? Лоос изменил подход к строительству. Архитектор создал дом не снаружи внутрь, а изнутри наружу. Функциональность становится важнее, чем фасад. Лоос не показал эскиз фасада строительной организации заранее, поэтому и возник скандал после завершения строительства дома. Может быть, архитектор сделал это умышленно?

Дом на Михаэлерплац является примером тех изменений, которые происходили в обществе монархии. Буржуазия намекала на то, что все равны. Если вспомним фасады XIX века, становится очевидно, что благодаря фасаду дома и наличию бельэтажа демонстрировался статус владельца. «Дом без бровей» стал предвестником того, что случится через 8 лет. А случится демократия. Американскому примеру Европа последовала не только в архитектуре, но и в политике.

У Лооса была своя борьба. Он считал, что искусство в архитектуре и предметах быта – это пережиток аристократического прошлого. Он столкнул нужды городской культуры с аристократическими требованиями эстетики в быту. Архитектор упрекал историзм, в котором аристократическая мебель говорила о богатстве и роскоши, любви к искусству и вкусе владельца, в то время как обычный гражданин довольствовался копией формы. Эта имитация роскоши с использованием дешевого материала вызывала у него отторжение.

Лоос считал, что восприятие архитектуры публикой основано на классическом образовании. Архитектор в традиционном понимании – это строитель, который «выучил латынь». Лоос пытался разрушить восхищение традициями прошлого и воспитать ответственность перед современностью и будущим. Его поддерживали видные деятели того времени, например писатели Петер Альтенберг и Карл Краус.

«Орнамент – это преступление», – эту громкую фразу приписывают Лоосу. Но это ошибка, достойная развенчания. Лоос никогда такого не произносил, а его статья, опубликованная в свободной прессе, называлась «Орнамент и преступление». Здесь имелись в виду отношения между Лоосом и объединением Сецессион. Для Лооса Сецессион был слишком декоративным. В кафе «Музей», интерьер которого был спроектирован Лоосом, он нашел поддержку и сопротивление. Венцы саркастически назвали кафе «нигилизм» за белые стены без декора. Лоос считал, что красота дома должна заключаться не в декоративном украшательстве архитектурными элементами, а в красоте самого материала. Так, он инкрустировал дом без бровей на Михаэлерплатц самым дорогим мрамором зеленого цвета, который по заказу привезли с приисков в Богемии.

Лоос-Бар,1913, Музей Вены. Австрия, Вена

(с) Unknown, 1., Ka#rntner Durchgang/ Ka#rntner Straße 10 – “Kärntner Bar” (Loos-Bar), Ansichtskarte, 1913, Wien Museum Inv.-Nr. 236088, CC0 (https://sammlung.wienmuseum.at/en/object/1058393/)

Наряду с домом на Михаэлерплатц Лоос получил заказ на отделку маленького американского бара и придумал, как его увеличить при помощи зеркальных эффектов. Также он создал стильный фасад элегантной мастерской по пошиву мужских костюмов для аристократов и императора Knize.

Лоос назвал Рингштрассе потемкинской деревней. Рингштрассе стало отражением времени, подчеркивая противостояние консервативного имперского вкуса и стремление буржуазии выразить новое ви2дение современности, связанное с индустриализацией, ростом экономики и коммерции.

Со времен Средневековья Вена не очень изменилась, и на архитектуру города прежде всего влиял император и аристократия, однако промышленники смогли изменить внешний вид города с помощью своих финансов. Финансовая элита усиливала свое политическое влияние, в Вене было выстроено здание парламента. Новая буржуазия начала конкурировать с аристократией в культурном и социальном плане. На здании венской Ратуши, городской мэрии, архитектор Фридрих фон Шмидт установил пятиметрового Ратхаусмана. Железный рыцарь и сегодня возвышается над старым городом, символизируя триумф буржуазии, хотя по задумке императора самым высоким зданием Кольцевого бульвара должна была стать церковь Вотивкирхе, располагающаяся неподалеку.

Почему до сих пор не иссякает интерес к архитектуре Лооса? Его парадокс заключается в том, что он строил дома вокруг людей и для людей. В них фокус на человека.

Глава 3

Живопись наслаждения Густава Климта

Самый важный художник модерна, Густав Климт, начинал свое творчество с архитектурных проектов в историческом стиле.

Климт – одно из самых известных имен в мире, оно является синонимом эстетики в стиле модерн. Настроение заката Австро-Венгерской монархии спровоцировало у людей неимоверное желание жить и окружать себя искусством. В этой атмосфере наслаждения и праздника жизни как в последний раз развивался Климт. Он стал главным представителем страсти в искусстве. Искусство стало для него всем, и он подчинил ему все: свой успех, отношения и личность.

Имя Густава Климта в голове каждого любителя искусства связано с органическими формами, эротическими женщинами и декоративным золотым орнаментом. Его работы выставлены в важнейших музеях мира. Сегодня он популярен, но так было не всегда. С середины XX века искусствоведы стали изучать его наследие, и он стал известен широкой публике благодаря своим картинам, которые продавались за сотни миллионов долларов на мировых торгах.

Становление Климта было сложнее, чем у других художников, он стал знаменитым скорее вопреки. Это как раз тот случай, когда мы говорим: черный пиар – это тоже пиар. Он стал знаменитым благодаря скандалам вокруг его работ, которые не были приняты современниками. Климт не основал собственной школы, он скорее был художником-одиночкой, который бесстрашно восстал против лицемерия и морализаторства своей эпохи. Несмотря на жестокую критику его работ, Климт смог стать успешным портретистом и создателем огромных архитектурных фресок. Сегодня Климт считается символом модерна. Он был первым председателем Сецессиона и ментором молодого поколения современных художников. Благодаря ему появились «Венские мастерские» и выставка Кунстшау. Его эстетические взгляды объединили XIX и XX века и сделали его важнейшей фигурой в искусстве.

Сложность пути Климта интересна еще тем, что мы мало о нем знаем. О его частной жизни ходят легенды, его мысли остались тайной, он не давал интервью. Всем журналистам художник советовал смотреть на его картины, в которых все, что он хотел сказать, сказано: «Я не особенно красноречив и талантлив в письменной речи, особенно когда просят рассказать обо мне или моей работе». На фото мы видим Густава обычным грубоватым горожанином, в большинстве случаев в рабочем балахоне художника, он так и не женился и вел богемный образ жизни.

Если бы его картины могли заговорить, что бы они нам поведали через свои тщательно прописанные поверхности? Эротические символы, мистику, порнографию? Творчество Климта часто связывают с открытиями, сделанными знаменитым венским психоаналитиком Зигмундом Фрейдом. Когда Климт внезапно умер в возрасте 55 лет, в его мастерской было найдено большое количество незаконченных работ, в которых сексуальность показана как никогда прежде.

Ранние годы

Густав Климт родился 14 июля 1862 года в предместье Вены под названием Баумгартен. Отец Густава был гравером и ювелиром, в семье Климта было семь детей: три мальчика и четыре девочки. Свое обучение Густав начал в мастерской отца, в 14 лет он поступил в венское художественно-ремесленное училище при австрийском Музее искусства и промышленности. Целью этой институции стало объединение искусства и ремесла. Там же учились братья Густава.

Густав Климт. Фото с кошкой, 1911, Австрия, Вена

Обучение включало в себя традиционное академическое образование и освоение ремесленных техник, например создание фресок и мозаики. После окончания учебы Климт создал вместе со своим братом и одноклассником Францем Матчем мастерскую «Компания художников». Трое молодых людей стали получать заказы по рекомендации своего профессора Фердинанда Лауфбергера. Они создавали монументальные фрески в частных виллах и в государственных зданиях. За следующие 10 лет слава о технической одаренности и таланте «Компании» разнеслась по всей Вене и вскоре по всей империи.

Климт специализировался на архитектурной живописи, что очень кстати совпало с желанием состоятельной буржуазии утвердить свой статус с помощью постройки репрезентативных дворцов на Кольцевом бульваре. Климта как будто специально готовили для этой работы.

Первые заказы на портреты Климт получал среди своих знакомых. Вскоре начали поступать заказы повесомее, например сотрудничество в создании праздничного шествия по случаю серебряной свадьбы Франца Иосифа и Елизаветы, которое организовал Ханс Макарт.