Переход

– И так, продолжим. Ты совершил Переход, поскольку Иезикиль, тот, в чьем теле ты сейчас, находился на пороге смерти. У него начался приступ астмы, и мы с Хиросом бросились ему на помощь, однако не смогли уложиться в пять минут. После пятой минуты был риск, что тело Иезекиля не умрет, но в его тело совершит Переход душа, которую в этот момент убили в его мире. Видимо ты попал в наш мир благодаря тому, что тебя убили в своем, в одно время, с началом реанимации Иезекиля.

– Значит вот почему я оказался тут! Мой пидор – бухгалтер, значит, все таки убил меня, падла! – Я получил новый щелчок по губам, и на этот раз из моих глаз брызнули слезы. Я закрыл рот и прижал к нему руки.

– У тебя есть два дня до свадьбы, чтобы разобраться совсем. Ты должен изучить, хоть немного наш мир, который, вероятно, отличается от твоего, а, также, изучить свое окружение. Хвала Пантеону Богов! Ведь ты оказался на Бденье в доме Хироса и никто к тебе до дня свадьбы приближаться не сможет.

– Это еще что за новости? У вас что, пи…, – я увидел нахмуренное лицо мужика и быстро поправился, – парни, то есть, могут жениться что – ли? Это не против конституции?

– Ты глупый варварский гомофоб! У нас уже пятьсот лет как можно однополым парам вступать в брак, и мы гордимся этим. Не знаю, откуда ты, но тот мир заслуживает уничтожения, за дискриминацию. Это варварство нужно прекратить повсюду.

– А что за Бденье?

– У нас есть традиция, что будущего мужа помещают на одну неделю в дом будущего супруга перед свадьбой. Он не должен ни с кем встречаться, кроме своего будущего мужа и того, кто приставлен охранять его девственность.

– Что, блядь, охранять?

– Девственность.

– То есть, ты хочешь сказать, что этот старый развратник Хирос, собирался меня насиловать неделю?

– Ох, блять! Да какой – же ты идиот! Это традиция такая, и никто тебя насиловать не собирался, кому ты нужен то, блять! Мешок с костями! Тем более, что я приставлен охранять твою дырку, а это значит, что тебя и сами Боги не трахнут до свадьбы!

– Я бы хотел не делать этого и после свадьбы!

– Ага, как хочешь! И кстати, Хирос не старик, он воин, ты наших стариков не видал, им по сто пятьдесят лет. А Хирос ровесник твоей первой души между прочим. – Возразить мне нечего.

– Так что, давай, не глупи. Я помогу тебе. Но ты должен запомнить одно: ни одна живая душа, кроме нас троих, не должна знать, что ты совершил Переход. – Марис посмотрел на меня внимательно, и я кивнул ему в ответ, как бы говоря, что я понял и умирать не собираюсь. По крайней мере, добровольно. Или, по крайней мере до того дня, когда меня соберется выебать Хирос, ведь живьём мою дырку он не получит.

– Ну и ладненько, господин Иезекиль. А теперь, поднимайтесь, переодевайтесь, и, спускайтесь в столовую, там накрыт обет. После этого мы сможем пройтись погулять. – Мой желудок издал урчание и я понял, что очень проголодался.

– Надеюсь, моего пид…, то есть будущего мужа, в столовой не будет? Не хочу портить аппетит.

Марис посмотрел на меня неодобрительно, встал с кровати и вышел за дверь. Я вздохнул, посмотрел на кресло, увидел там стопкой сложенную одежду. В моей груди зажёгся неведомый мне ранее интерес, я так захотел примерить всё, что там лежало, что выпрыгнул из кровати. Когда я подошел к белью я понял, что это явно не мое настоящее желание, я осекся, быстро схватил первую попавшуюся мне тряпку, натянул ее, это оказалась длинная голубая майка с тесьмой, а также напялил хлопковые шорты, и вышел из комнаты.

Столовая оказалась на первом этаже, и это было именно то место, где я совершил переход. На столе стояли простые блюда со злаками и фруктами, а также овощами. Всё было просто, красиво, изящно, экологично. Я набросился на еду, и набил полный желудок. Хирос и Марис поели быстро и молча, посматривая на меня с опаской. Мне было всё равно, я не помню, чтобы ел таких простых и вкусных вещей. На столе не было приборов, но мне было насрать. Я ел и в худших условиях и в самых лучших Мишленовских ресторанах, где на одно блюдо было по два прибора.

                              Глава 4

Я не был дураком, не смог бы построить в прошлой жизни ту империю, которую бы построил, будь я недалеким. Мне стало понятно, что я беззащитен, пока всё не пойму и не обрету информацию. Главное оружие мира – это информация. И неважно, в каком мире ты находишься, хоть в этом, хоть в другом. Я решил выйти на улицу и осмотреться. Меня ждала неожиданность: мой будущий муженек был явно богат. На меня смотрел двухэтажный особняк в таком классическом, американо – голливудском стиле: белые колонны, невысокая изгородь заборчика, в котором находился палисадник с цветами, стены дома окрашены в зеленые тона, просторные окна, местами открытые.

На всю длину моего взора, простирались угодья, которые явно относились к этому особняку. Никого нигде видно не было. Я решил обойти дом и побродить вокруг. Мне очень понравилось окружение, я испытывал не знакомое мне чувство эстетического удовольствия, глядя на великолепный ландшафтный дизайн. Вокруг всё утопало в цветах и кустарниках, ровные дорожки уходили вдаль, маленькие фигурки и статуи заканчивали дизайн, наполняя сад изяществом и красотой. Я бродил по тропинкам, нюхал цветы, рассматривал деревья и не мог налюбоваться этой красотой. Небо было чистым и голубым. Пока всё вокруг напоминало планету Земля, которую я покинул. Мне повезло, что люди были похожи на нас, точнее пока только двое мужиков, которых я увидел. Я всё шел и шёл по тропинке и никак не мог дойти до предела сада.

Мне было странно, что вокруг никого нет из других людей, по мне, так за таким хозяйством должна была наблюдать армия слуг, или рабов. Не знаю, уж, не рабовладельческое ли это общество?

Красота сада завораживала, и я понимал, что это не мои эмоции. Я силой возвращал себя к своим мыслям, а не к мыслям этого худосочного тела. Было понятно одно: я умер, меня убил мой пидор – юрист, который защищал свою сучку бухгалтера.       Потом я совершил Переход, который, я помнил отчетливо, напомнил мне мост с точкой «А» и «В». И наконец, я попал сюда. Сейчас я находился в теле восемнадцати летнего парня, которого ждет замужество за тридцатипятилетнего воина. Также мне понятно, что я никому не могу рассказать про переход, иначе все, кому я расскажу, умрут, включая меня самого. Да уж, веселый день, а начиналось ведь так всё хорошо!

Внезапно я увидел забор. Он был высоким, но решетчатым: я мог разглядеть окружающий дом мир. Я прибавил скорость и побежал к нему. С удивлением я обнаружил две вещи: окружающий мир – также прекрасен, как и усадьба Хироса, дома за забором такие же красивые. Вокруг ходят люди, похожие на Землян. И ещё я понял, что не могу отдышаться, потому что небольшая пробежка лишила меня дыхания и сил. Это проклятое тщедушное тело требовало тренировки. Я отметил про себя, что в жилище Хироса наверняка есть спортзал, который надо найти. Проходящие мимо забора люди смотрели на меня, кланялись слегка, улыбались и махали. Я отметил с облегчением, что среди них есть и женщины, а некоторые пары состояли из мужчины и женщины. Видимо, не всё потеряно.

И тут в мою голову внезапно стрельнула мысль о том, что возможно я смогу вернуться обратно! Нужно найти источник информации: телефон, компьютер, или что – то, что могло бы рассказать об этом Новом Мире, об этом месте и о Переходе. Почему – т о последнее вызвало у меня холод, который пробежал по телу. Мне не хотелось умирать снова. Я чувствовал, что мое новое молодое тело отчаянно хочет жить. А еще я почувствовал дикое желание трахаться. Чёрт! Мой член встал и болезненно пульсировал. Я захотел подрочить прямо тут.

Я повернулся спиной к забору и побежал в сторону дома. Я точно знал, что мне нужно две комнаты: туалет для дрочки и библиотека.

Кончил от своей руки я очень быстро и так бурно, что просто охуел. Я давно не помнил такого ощущения, ну, разве что в восемнадцать лет. Хотя стоп, мне сейчас и есть восемнадцать. Член не успел опасть, а я захотел дрочить снова! Гормональное проклятье! Поборов искушение, я отправился на поиски библиотеки.

Найти в доме библиотеку не составило никакого труда. Огромная комната, с витражными окнами, вся заставленная сверху донизу фолиантами. Зайдя вовнутрь, я присвистнул. Мне за всю жизнь здесь не перечитать и половины, не то, что за пару дней. Я огляделся, в поисках компьютера, или другого электронного устройства, однако ничего не нашел. Решил исследовать корешки.

Хвала всем Богам, как сказал Марис, я понимал, что написано на корешках. Вообще язык и письмена народа Нового Мира отличались от привычного нам английского и других языков, но были созвучны. А мое понимание, наверное, было связано с моим новым телом, которое обладало этой информацией.

Я прошелся пальцами по корешкам, достал первую книгу, на которой остановилась рука. Сразу вспомнил чувства, которые вызывали у меня старого книги, и то ощущение, которое они дарят, когда впервые открываешь новенький корешок. Бумага была белая и хрустела, я вдохнул запах и на моей душе потеплело. Но когда я попытался прочитать текст, вышло напряжно. Как будто бы я не хотел читать, на меня навеяло скукой. Да быть такого не могло! Я обожал книги и всё, что с ними связано. Но сейчас, определенно, испытывал скуку.

Отбросив эти мысли, я попытался сосредоточился. У меня в руках находилась конституция Терры, видимо так именовался Новый Мир. Я зачитал первую строчку: «Терра, есть демократическое, либеральное государство, объединившее в себе все страны, которые существовали в Старом Мире, объединив их в себе. Столицей государства признается город Аргеад…»

Так, понятно, значит, в этом мире не существует других государств, они были объединены в одно. В голове не укладывается, как можно объединить много государств в одно, да еще и с одной столицей. Я сразу подумал, что Терра не такая уж и большая по своим размерам. Потому что, если вспомнить Землю, то едва ли можно было всех собрать в одном месте и в одно государство. Ладно, оставлю это для одного из вопросов Марису.

Я продолжил чтение: «Все граждане в Терре равны. Государство делится на две части: Цивилизацию и Пустые земли. В Цивилизации признается главенство Закона и Конституции. Пустые земли используются в целях изгнания. Власть на этих землях отсутствует.». Ого, подумал я, значит, есть какие – то странные Пустые земли, надо расспросить об этом подробнее.

Мои глаза скользнули вниз страницы и выдернули строчки: «Общество Терры делится на два класса: знать и земледельцы. Знать делится на две группы: воины и врачи. Все граждане равны перед Законом, независимо от классов.».

– О, да, да, да, наконец-то, что – то Землянское. – Я сказал это вслух и даже улыбнулся. Вот тебе и на, общество делится на классы. И хоть и написано, что все равны, что-то мне подсказывает, что это не так.

«Семья, это союз двух, трех, или нескольких лиц, независимо от пола, расы, вероисповедания, достигших совершеннолетнего возраста, а именно восемнадцати лет. В состав семьи могут быть включены иные лица, которые гражданин признает своей семьей, а именно: родители, дети, иные родственники, друзья, а также лица, указанные гражданином. Члены семьи имеют равные права между собой».

Я захлопнул Конституцию. Ясно понятно, что мне дальше неинтересно. Я помню, как голосовал «ЗА», притом, обеими руками, за поправку в нашу Конституцию, где было написано, что семья – это союз между мужчиной и женщиной.

Я поставил Конституцию на полку, взял соседнюю книжку, на которой было написано: «Уголовный Закон». В первой статье значилось, что никто не может быть подвергнут наказанию без суда и следствия, бла, бла, бла. Интересно, как это работает на Терре, потому как у нас это не работало вообще никак. Далее, в разделе наказания я нашел, что наказаниями признаются денежные штрафы, биение плетьми, тюремное заключение и высылка в Пустую землю.

Самое интересное, что плетьми били гомофобов, за большую часть преступлений штрафовали, действовал мораторий на тюремное заключение, а за тяжкие преступления – высылали в Пустую землю и только за одно преступление полагалась смертная казнь. Я решил прочитать статью о тяжких преступлениях. Среди них нашел убийства и Переход. Бинго! То, что мне и надо.

Оказалось, что про Переход написана всего одна статья: «Статья 104. За реанимацию человека после пятой минуты, если в результате реанимации в тело человека попадет Переходящий (что именуется Переходом), грозит наказание в виде смертной казни для совершившего реанимацию, для совершившего Переход, для лиц, помогавших совершить Переход. Дела этой категории рассматриваются Советом в течение суток с момента совершения Перехода. Приговор обжалованию не подлежит. Приводится в исполнение немедленно».

После прочтения этой статьи у меня похолодели руки и ноги. Кровь отхлынула к сердцу. Я не понимал, почему такая серьезная мера наказания, за, казалось бы благое дело. У нас на Земле, конечно, не было случаев Перехода, но реанимировать обязаны были более двадцати минут. Причём благо и хвала, если человек выживал. А тут только пять минут. Это вообще достаточно? И чем, чёрт подери, так страшен Переход?

Мои мысли застряли на Переходе, и я не заметил, как ко мне кто-то подкрался. Увидев Мариса, я вздрогнул:

– Блять, вы меня напугали! – Книга вылетела из моих рук на пол. И вообще, какого черта я назвал его на «Вы»?

– Заканчивай сквернословить, Иезекиль так не выражался.

– Так Вы, то есть ты, сам сказал, что я и есть Иезекиль!

– Ну да, ну да. Так и есть теперь. У тебя есть вопросы ко мне? Вижу, что ты зашел в библиотеку неслучайно.

– Да, у меня две тысячи вопросов, ответы на которые тебе не рассказать мне и за сотню лет. Я так правильно понял, что тут живут по две сотни лет.

– Да, ты прав. Но, вижу тебя интересует совсем не это. – Марис вертел в руках Уголовный Закон.

– Я никак не могу понять, почему люди в Терре так боятся перехода. У нас в мире конечно такого не было, но что плохого в спасении жизни?

– Переход – это не спасение жизни. То тело, в которое ты попал, всего лишь оболочка. Настоящий Иезекиль уже умер, и никогда не сможет совершить Переход. Его душа отправилась к нашим Богам, в Пантеон. И это правильно. Так заведено природой.

– Но я не пойму, что в этом опасного – то?

– Ты, наверное, обратил внимание на то, что у нас очень мягкий Уголовный Закон. Так было не всегда конечно. Много веков назад у нас было множество государств, люди воевали между собой, убивали друг друга по самым малым причинам. Бушевал голод и несправедливость, были соответствующие Законы. Однако сейчас в этом нет необходимости. Убивать людей за проступки, пускай даже за самые тяжелые, значит уподобиться самим преступникам. Мы просто возмещаем ущерб деньгами, а в особо тяжких ситуациях, например, за убийство, высылаем в Пустые земли.

– Да, но за Переход то убивают.

– Ты прав, Переход – единственное преступление, за которое полагается смерть всем, кто приложил к нему руку. Это очень страшное преступление.

– Марис, хватит ходить по кругу. Просто объясни, почему. Я хочу знать.

Вздохнув, немного подумав, Марис ответил:

– В незапамятные времена путем реанимации создавались бессмертные воины. С одной стороны это позволяло выигрывать битвы, а, с другой, планету населили люди из разных цивилизаций. Это были волки в овечьей шкуре. Ты воспитан в другом мире, в другой цивилизации, другим народом. У тебя другие ценности. Но, самое главное, тебя так не видят окружающие, тебя так не воспринимают твои близкие и друзья. Для них – ты прежний, потому, что твоя оболочка прежняя. У нас есть одна легенда, рассказанная одним из людей, который совершил Переход. В одном из миров была война, древняя война. Воевали два государства, и никто не мог взять верх. И тогда, один из умных людей, который и совершил Переход, предложил создать видимость того, что войско сдалось победителю и в качестве дара прислали большого коня.

Противная сторона возрадовалась подарку, потеряла бдительность, воины посчитали, что выиграли битву и устроили пир. Однако в том коне спрятались хитрые воины из другого племя, которые открыли ворота города для своей армии, и так, хитростью, выиграли войну. – У меня глаза на лоб полезли, очень это походило на Троянского коня. Одиссей, значит, хитрая лиса…

– Так вот, – продолжил Марис, – совершивший переход есть суть тот конь. Ты знаешь другого человека, ты видишь своего прежнего парня, друга, мужа, родителя. Ты слушаешь его, ты делаешь так, как он велит, но, он – это уже не он и у него могут быть свои интересы. Бесконтрольные переходы привели к катастрофе невиданных масштабов. Люди потеряли веру в друг друга, не понимали, кто перед ними: друг или враг. Это было ужасно. Это принесло погибель.

– Спасибо, Марис. Теперь я понимаю, почему за Переход полагается смерть. – Мне стало страшно. По телу пробежала неприятная, скользкая волна страха, меня передернуло от этого.

– А что случается с личностью, которая Перешла, и той, которая была до перехода?

– Часть привычек и часть личности от Перешедшего сливается с частью личности того, в которого перешли. Со временем должен получиться новый человек, отчасти с прошлым одного и другого. Но есть еще такое понятие как телесная и мозговая память. Например, ты был в прошлой жизни музыкантом, а Перешедшему наступил медведь на ухо. Так вот Перешедший может начать играть на скрипке, хотя в прошлой жизни этого не умел. Есть и другие примеры симбиоза. Тут всё очень трудно и неизученно. Кроме того, Переходов не было давно, так что тут мало что можно сказать. Ясно одно: Иезекиль и ты – теперь одно целое. Со временем ты возьмешь часть от него и оставишь часть от себя. Остальное ты забудешь полностью. Одно будет в тебе преобладать, потом угасать. Привычки могут поменяться. – От услышанного мне стало немного грустно. Я набрался смелости и спросил:

– Марис, а есть какая – то возможность? То есть, я хочу сказать, что… Может быть…

– Нет, парень. Забудь про это. Я точно уверен, что дороги назад, в твой мир нет. Мы не знаем где он находится, и попасть туда невозможно. Обратного Перехода не существует. А теперь, пора ужинать и спать. Тебе много досталось за сегодняшний день.

Марис покинул меня, а я еще долго сидел в библиотеке, обдумывая полученную информацию. Мне стало понятно, откуда у меня появились некоторые пристрастия, и чувства, которыми я не обладал. Также я понял, что мои сны – не все мои. Там заключены воспоминания Иезекиля. Я так и не пошел к ужину. Мне не хотелось есть, и я не хотел встречаться с Хиросом. Поднявшись в свою комнату, я рухнул на постель и уснул глубоким сном.

                         Глава 5

Мне показалось, что вот, недавно я лег, закрыл глаза, но вот, я уже их открыл, и наступило утро. Я потянулся в кровати, и на один миг мне показалось, что всё, что со мной произошло – это всего лишь сон. Я улыбнулся, предвкушая вкусный завтрак от личного повара и долгий день, наполненный делами по управлению фирмой. А потом наступит сладкая ночь, где я буду не обделен женским вниманием. От этой мысли внизу всё напряглось. Я хотел писать, но и чувствовал, что хочу разрядиться. Я схватился за свой член, и мгновенно по моему телу разлилось тепло.

Я начал водить рукой вверх и вниз, потом снова вверх, потом снова вниз. Мне стало так хорошо, эмоции были такими яркими, словно мне было восемнадцать, а не тридцать пять лет.

– Да, да, о Боже, как хорошо, то!

– Нравится новое тело? – Я резко открыл глаза и увидел перед собой Хироса. Стыд от того, за чем он меня застал, а так же воспоминания минувших дней нахлынули на меня и вызвали злобу.

– А в этом мире не учат стучать в дверь? – сказал я с нажимом.

– Я у себя дома, если ты не забыл. К тому же, я постучал, ты видимо не слышал, пока игрался с собой.

– Чёрт возьми! – Я рычал от бессилия, скатываясь с кровати и кутаясь в тряпки, которые мне подал Хирос.

– Пошли, Иезекиль, у нас сложный день сегодня.

– А что такое?

– Завтра свадьба. – Вот же блять! Я совсем забыл об этом. Я вдруг понял, что меня напрягает вся эта ситуация. Мы спускались в столовую. Я шел за Хиросом, он был одет в легкую белую тунику. Она еле прикрывала могучее тело воина. Я был восхищен, ну в обычном плане. А что, в качалке мы часто обсуждали тела других парней. Это нормально, кстати.

– Сегодня весь день ты проведешь со мной. Я должен кратко рассказать тебе, что нас ждет завтра. – Голос Хироса был спокойный и твердый. Он излучал уверенность. Я бы сказал, что он был мне достойным противником. Если бы мы встретились в моем прошлом мире, я думаю, мы бы даже подружились: вместе занимались бы бизнесом, снимали телочек.

– Ой, блять! – Я запнулся о последнюю ступеньку и влетел прямо в спину Хироса. Мышцы у него были что надо – у меня останутся синяки. Он смутился, на удивление, но поддержал меня и поставил на ноги.

– Сейчас у нас завтрак, после тренировка, где я тебе всё и расскажу. – Я сел за стол и начал ковыряться в еде, представляя параллельно репетицию свадьбы. Сейчас на меня наденут белое, подвенечное платье, потом придет папаша, которого я должен взять под локоть, и мы, дружненько пойдем по церковному проходу, прямиком к алтарю, где меня будет ждать нахальная и жадная до первой брачной ночи, морда Хироса.

– Ну уж нет, блядь! – Я хлопнул кулаком по столу, отчего фрукты и овощи подпрыгнули в тарелке и покатились по полу. Хирос посмотрел на меня вопросительно. Я потупил взгляд.

– Доедай и выходи во двор, там и начнем. – Он встал и вышел из – за стола. Я еще пару минут поковырял в тарелке, при этом понял, что сижу на стуле, поджав ноги под себя – ужасная поза. Никогда бы так раньше не сел. Набравшись мужества, я встал и вышел во двор. То, что я увидел, увидеть не ожидал. Хирос стоял расставив широко ноги, а в руках у него был наготове меч, и ждал меня. Сказать, что я растерялся – ничего не сказать:

– Мне что, надо убить тебя что – ли, чтобы стать законным супругом? Или как у вас тут это делается?

Хирос выгнул бровь:

– Иезекиль, не пори чушь. Тренироваться мы будем не свадьбу играть, а орудовать мечем. Я должен обучить тебя, и, это станет нашим первым уроком, которые будут проходить три раза в день: утром меч, днем врачевание, вечером ножи.

– А ты уверен, что это обязательно?

– Да, это часть нашего брачного договора и я не намерен от неё отказываться.

– Не забудь дать мне почитать договор на досуге. – Сказал я со злом, берясь за ручку меча.

– Непременно! А теперь, закрой свой рот и нападай на меня. – Я взял меч в руки и понял, какой он тяжелый. Я чуть не опустил его на землю от отсутствия сил держать его. Но делать это означало сдаться.

– Что, прямо нападать?

–Да, так, как будто от этого зависит твоя жизнь.

– Я сжал меч. Руки налились привычной силой, которая во мне рождалась перед силовыми тренировками. Я много занимался спортом в прошлой жизни и имел не маленькое тело, наверное, сравнимое с телом Хироса. Ну, может бицепсы у меня были слегка поменьше, и ноги не такие раскаченные, и грудь не так выпирала, ну ладно, трапеции были тоже похуже. Но пресс у меня был такой же красивый и хорошо прокаченный. И вообще, именно из-за него я оказался в этом Богом забытом месте, будь ты проклят, Хирос, я тебя ненавижу, я тебя убью!

С этими мыслями я кинулся на него, однако в следующую секунду оказался лежащим на спине, а у моего горла был приставлен его меч.

– Так быстро? – Я не знал, что сказать на это. Скорость Хироса меня удивляла. Он протянул мне руку, чтобы я поднялся, но я отмахнулся и встал сам. Спина болела. Я напал вновь, однако, как и в первый раз, оказался на земле, на коленях, а Хирос держал меч у моей шеи. Я встал, чертыхаясь, коленки были разбиты и чувствовал я себя не важно.

– Да уж, надо видимо начать с общей подготовки. – Хирос смотрел на меня скептически. Я был похож на ободранного цыпленка и меня это бесило. – Давай пойдем в зал, начнем оттуда. – Он махнул рукой, приглашая следовать за собой.

Я догадывался, что в особняке есть свой зал. И действительно, огромное помещение в подвале отводилось тренажерам, гирям, блинам. Я был в восторге! Прошлый я обожал железо и регулярно занимался в зале.

Мы подошли к гантелям, я, привычно, попытался взять двадцатки на подход, однако гантели потянули меня к полу.