Помоги проекту - поделись книгой:
– Я удивился! – вякнул юнга, обернувшись к нам. Но встретился взглядом с разъяренной мной и, вжав голову в плечи, поспешил вперед.
– Триш, ну все же обошлось, не нужно так заводиться… – Себ предпринял еще одну попытку успокоить меня. И зря.
– Ты вообще на чьей стороне, а? И ты имей в виду, мы еще не поговорили на тему беспочвенного риска! Это что еще за фокусы были, суицидник несчастный? – тут же круто развернулась к дракону я.
– Ты же сама любишь риск, адреналин, спонтанные решения…
– Потому что имею опыт и отвечаю только за себя!
– Может, я тоже имею опыт… – совсем тихо попытался возразить Себ. Но его виноватый тон звучал крайне неубедительно.
– Какой? Умирать?!
– Пришли! Вот свободный участок палубы. Здесь вас никто не побеспокоит, от трубы исходит тепло, навес защищает от дождя, а надстройка от ветра. Лучшие места для вас! – вклинился юнга, указывая на, стоит признать, чистые и сухие доски палубы. Место в самом деле было удачное. Сколько я ни путешествовала на таких воздушных кораблях, впервые попадала в почти комфортные условия.
– Ладно, годится, – признала я нехотя. – Свободен.
– А что насчет оплаты проезда? Я ведь… – начал было приободрившийся юнга.
– Ты ведь треклятые грузики не прикрепил! Считай, что твои пассажиры все как один сорвались вниз из-за твоей халатности. И только врожденная любовь к таким гадам, как ты, не даст нам подать на вашу компанию иск, отдельно приложив скан твоей ауры! – вызверилась я, дернувшись из рук Себа.
Дракон благоразумно успел вновь перехватить меня поперек талии и прижать к себе. Иначе как минимум гордость, как максимум шевелюра юнги таки пострадала бы.
– Я принесу вам успокоительный чай! – пискнул парнишка, успев ужом юркнуть в какую-то щель внутрь корабля.
Еще какое-то время я побухтела, приводя нервы в порядок. Досталось и владельцам «Небесной Кассандры», и юнге, и Себастьяну, и Даррэну… Зато к моменту, как побаивающийся меня юнга принес нам две чашки и целый чайничек успокоительного чая, я почти вернула былую невозмутимость.
– Успокоительный чай только моей спутнице, – попытался было отказаться Себастьян.
– О, поверьте моему опыту, учитывая вашу спутницу, вам нужнее, – пробормотал этот гаденыш и смылся.
– Ладно, пусть живет. Впервые буду пить чай на такой высоте, – фыркнула я, усаживаясь прямо на досках, прогревшихся на солнце за день и сейчас источавших тепло. Приглашающе похлопала рядом Себу, недоуменно смотревшему на меня.
– Я правильно понимаю, обычно нужно платить за место на дирижабле, но само место – это кусок палубы, где даже некуда присесть? – уточнил он.
– Ну почему же? Можно даже прилечь, если есть с собой спальный мешок, – возразила я. И, покопавшись в своей сумке, вытащила такую необходимую для путешествия вещь. Придирчиво осмотрела на предмет пятен и дыр, после чего кинула рядом с собой на палубу. – Ложись, если хочешь. Я пока все равно спать не хочу. А потом тебе придется потесниться и пустить меня к себе. Чур, не храпеть в ухо, не пинаться и не кусаться… Ну что так смотришь? Ты думал, мы будем путешествовать в комфортабельных условиях, нам выдадут целую каюту, а то и две? Наивный. Ты хоть представляешь, сколько она стоит на таком судне? Если бы я за тебя получила гонорар золотом, его хватило бы на две поездки. Ну, от силы три. Потому многие поступают как я: рискуют жизнью, но прыгают на веревочные лестницы с крыши.
Пока говорила, я разлила чай по чашкам и предложила одну Себу. Встав, размяла косточки и сдвинулась к самому борту корабля. Вытянув ноги, оперлась на него спиной. Из моего положения я теперь могла видеть звезды. Можно было встать и облокотиться на сам борт, глядя на город с этой высоты, но я им налюбовалась вдоволь еще с крыши. А вот звезды ближе, чем сейчас, вряд ли будут.
– Почему тогда сразу не сесть на борт на причале, просто на палубе? – все еще не понимал Себастьян, примостившись рядом со мной.
– Можно и так. Но даже будь такой причал в этом городе, я предпочла бы наш путь с крыши. Во-первых, так никто не может отследить, сколько людей взошли на борт, и никто не будет досматривать наш багаж. Во-вторых, это в разы дешевле, ибо цену указывает юнга, привязавший веревочные лестницы, – пояснила я. Помолчав, добавила, поморщившись: – Этому мы тоже кинем несколько монет. Хотя бы за чай. Но потом, когда я окончательно перестану злиться. Придурок, конечно, но не со зла.
– Даже учитывая, что от его действий могли пострадать люди?
– Брось. Настолько отчаянных попробуй найди, – легкомысленно пожала я плечами. – Это у нас выбора не было – даже не переждать нигде, учитывая, что Даррэн рыщет по городу и вся стража работает на него. Другие предпочтут дождаться следующего рейса. Если принципиально на этот дирижабль – следующей ночью. Если подойдет любой другой – днем еще два рейса ходят.
Какое-то время мы молчали. Себ обдумывал сказанное мной. Я же просто пила чай и, задрав голову, любовалась звездами. Казалось, только тронь их – и они осыплются крупными спелыми плодами. Допив содержимое своей чашки, я улеглась на спину, чтобы удобнее было смотреть на манящие, слабо мерцающие огни.
– О чем ты мечтаешь, Себ? – спросила я вдруг.
– Найти скрижаль.
– Нет, не сейчас. Вообще. Или о чем мечтал в детстве? О чем думал, глядя на звезды?
Доски едва слышно скрипнули, когда Себ прилег рядом. Бесцеремонно приподняв мне голову, он под нее подпихнул мой же спальный мешок. На другой конец улегся сам.
– Сложно сказать. Точнее, в детстве я мечтал об одном: чтобы родители были живы. Снова обнять маму, полетать над горами с отцом… – тихо ответил Себ, когда пауза затянулась настолько, что я уже не надеялась услышать ответ.
– А потом?
– А потом я вырос и понял, что это невозможно. А значит, толку мечтать. У меня есть свои обязательства, свой долг – следует пустить все силы на его выполнение, – честно признался Себ. Помолчав немного, задал встречный вопрос: – А ты?
– Я… Когда была совсем маленькая, мечтала летать. Не так, как драконы или маги, ты не думай. Я прекрасно осознавала, что магии во мне нет и вряд ли когда-то слишком близко ее коснусь, – фыркнула я, не став говорить, что и вовсе тогда в нее не верила. – Просто хотела полетать на… м-м-м… да, в общем-то, на дирижабле и хотела полетать. А когда чуть подросла и осознала, насколько бедно живет моя семья, другая мечта затмила первую. Хотела жить так, чтобы не нужно было экономить и считать медяки, прикидывая, сколько и чего я смогу поесть и не придется ли голодать, если внезапно порвется зимняя обувь. Нет, не думай, аж до такого дело не доходило, мы не были совсем нищими. И все же мечта осталась: жить так, как хочется, не заботясь о деньгах, чтобы можно было позволить себе любые радости жизни, от лишней конфетки до, может, и не особо нужной шляпки. Просто потому, что в этот момент захотелось…
– Выйти замуж за богатого, – понимающе покивал Себ.
– На кой единорог он мне сдался? – возмущенно пихнула его в бок я. – Нет. Мне не нужно было, чтобы кто-то просто так дал мне средства. Я хотела сама добиться. Правда, не думала, что это будет связано с обманом… Детям свойственно идеализировать мир. Они редко думают, что с ними может случиться что-то плохое… Впрочем, я и выросла, но так до последнего и не возникла мысль, что со мной может случиться беда…
– До последнего? – зацепился Себ, вырывая меня из неприятных воспоминаний. – И какая беда случилась?
– Жизнь случилась, – скривилась я. – Новая, полная неясных перспектив. О которых мы поговорим уже завтра, когда прибудем в точку назначения. А сейчас давай уже спать.
Глава 22
За что люблю местные дирижабли, помимо возможности полюбоваться звездами и смыться незаметно из города, так это за скорость. Мы достигли Аргута еще до полудня. За это время я успела успокоиться и оттаять, так что встретившему нас юнге отсыпала монет за проезд. На пару серебрушек меньше, чем в прошлый свой полет, но юнга, видимо, уже смирился, что мы бесплатные пассажиры, так что был счастлив и этому.
Причал встретил нас гомоном толпы, криками торговцев, расположившихся на самом краю плато, воплями зазывал-носильщиков, предлагающих свои услуги по спуску вещей с плато вниз. Мы с Себом подзадержались, осматривая разномастный народ, опасаясь заметить хорошо знакомую блондинистую драконью голову. Но даже если Даррэн и сообразил, куда и когда мы направились, прибыть сюда вперед нас не успел. Да и, в общем-то, я надеялась, что и не сообразит. По крайней мере, еще с недельку точно. А мы тем временем успеем здесь управиться со своими делами и отправиться в другой город, так и затеряемся.
Убедившись, что нас никто не встречает, я выдохнула посвободнее и, привычно схватив моего дракона за руку, потащила вперед. Попутно я умудрялась шикать на излишне наглых попрошаек и карманников, которых здесь бегало немало, причем любых возрастов и пород. Недаром Аргут еще называли городом полукровок.
Не то чтобы полукровок и квартеронов как-то особо не любили или ущемляли. Нет, на официальном уровне их привечали и в народе матери, и в народе отца. А на практике они были ни туда ни сюда. Несмотря на дополнительные умения, недоступные чистокровным, по силе они значительно уступали. Да и чистокровные за редким исключением предпочитали заводить семью с себе подобными.
То ли дело Аргут, где некоторые индивидуумы в открытую хвастались как можно большим количеством различных народностей у себя в предках. Здесь, бывало, такую гремучую смесь крови встретишь, что потом еще несколько ночей будешь лежать и смотреть в потолок, пытаясь осознать: да как это вообще возможно? Так что Аргут носил еще одно негласное название: город свободы и возможностей.
Правда, многие трактовали эту характеристику в негативном смысле за счет количества преступлений, многократно превышавшего показатели любого другого города. Причем не только на человеческих землях. В общем-то, это подводило к моим мотивам отправиться именно сюда. По крайней мере, я бы на месте похитителя скрижали прятала ее здесь. Я не знаю, насколько должен вырасти уровень преступности в этом городе, чтобы кто-то заподозрил неладное. Да и природными катаклизмами особо не удивить – в Аргуте вечно то ураганы, то землетрясения, то дождь не того цвета. Сказывалась близость гномьих земель, где и рудники, провоцирующие обвалы, и фабрики, своими отходами подгаживающие окружающей среде.
– Себ, не спи, пошли-пошли, – поторопила я дракона, заметив, что тот немного контужен от обилия впечатлений.
Правда, проследив, куда направлен его взгляд, я сама чутка подзависла. Гномов-полукровок я видела. Эльфов-полукровок тоже. Русалок… Сама не видела, но слышала. Но увидеть полуэльфа-полугнома, покрытого русалочьей чешуей… Да что за извращенцы вообще в предках этого несчастного?!
Правда, судя по тому, как ему строила глазки полудриада, не такой уж он и несчастный. К тому же вид у него весьма и весьма уверенного в себе парня, разбивателя девичьих сердец. А уж когда лениво улыбнулся…
– Триш, сама же сказала не спать, мы идем? – дернул меня Себ, заставив сбросить невольное оцепенение. Хм… Похоже, кроме чешуи, русалочья кровь этому персонажу также принесла и умение заманивать моряков… В данном случае – морячек. И даже не голосом.
Встряхнувшись, я еще крепче вцепилась в руку Себа и решительно двинулась дальше. Вскоре мы свернули на одну из улочек с жилыми домами, где можно было уже немного расслабиться. В это время суток народу там было не особо много. Попутно я рассказывала Себу, что где находилось. Начиная от здания администрации, заканчивая каким-то важным для истории булыжником или клумбой с цветущими кактусами.
– А вон из того дома мне однажды пришлось убегать через окно третьего этажа. Видишь, водосточная труба чуть погнутая? Это я немного не рассчитала и поскользнулась на узком карнизе. Едва успела за нее схватиться, – перешла я уже на личные истории.
– И зачем же ты убегала?
– Артефакт пыталась похитить, но что-то пошло не так, – тяжело вздохнула я. – Я тогда была начинающей аферисткой. Хотя ладно, будем называть вещи своими именами – тогда я была банально воровкой, – скривилась я. Помолчав, добавила: – Очень неудачливой воровкой. Но зато со своей задачей справилась.
– Все же украла артефакт? – заинтересованно приподнял бровь Себ.
При этом в нем не было обычного презрения к этому роду деятельности, что уже само по себе подозрительно. Дурное влияние – оно такое, но Себ не производит впечатление парня, легко расстающегося со своими принципами. Особенно учитывая, насколько он помешан на справедливости, честности и прочих благородных качествах.
– Нет. Говорю же, воровка из меня была никудышняя. А вот отвлечение внимания прошло на ура. Правда, я в тот момент не знала еще, что работаю как приманка, – передернула плечами я.
Помнится, тогда мне было безумно обидно, что меня так использовали. Сейчас же, сквозь года, я благодарна, что меня не учили именно воровать. Да, без этого в нашем деле никуда, все равно приходится, но теперь есть выбор. Нередко и вовсе получаю заказ достать какую-то вещь из древних руин, где возможны ловушки.
– О, а вон ту зазубрину на столбе видишь? Это я поддалась на уговоры друга и взяла у него сигнальный артефакт. Вот только сигнал в виде яркой вспышки сработал сам по себе, а остатки артефакта разлетелись во все стороны, вот один из кусков туда и попал, – переключилась я. – Мне повезло, что не задело. Умудрилась споткнуться и упасть ровно в тот же момент. Правда, сейчас, вспоминая те события, думаю, может, как раз наоборот? Я упала, сломала артефакт, вот он и сработал не тогда, когда нужно…
– Я могу спросить? – перебил меня Себ. И, дождавшись заинтригованного кивка, продолжил: – А почему ты вообще начала заниматься этим всем? Ты ведь на самом деле не плохой человек, каким усиленно пытаешься показаться.
Его вопрос застал меня врасплох. Я понятия не имела, что можно на это ответить. Хороший, плохой – это все условности. А почему я стала той, кто есть…
– Вот мы и пришли, – поспешно выпалила я, радуясь, что Себ не задал свой странный вопрос еще на причале, и толкнула его к нужной двери.
Глава 23
Мы оказались в полутемном помещении, куда не проникал солнечный свет, где я тут же расчихалась от кружившей в воздухе пыли. Сделала шаг вперед и едва не поскользнулась на луже чего-то вязкого, мазутообразного. Дернулась в сторону и задела локтем кучу чего-то металлического и бряцающего. Несмотря на то что окна были то ли зашторены, то ли покрыты толстым слоем копоти, рассмотреть все вокруг света хватало. Куда ни посмотри, от самого входа высились горы из сломанных, разобранных и недоделанных артефактов. Все это гудело, жужжало и мигало разноцветными лампочками.
Откуда-то из глубин этого добра слышался визг циркулярной пилы или чего-то подобного, разве что чуть потише. Там же что-то сверкало, мигало, моментами ярко вспыхивало. И над этим всем кто-то напевал песенку фривольного содержания о веселом орке, наведавшемся в гости к веселой вдовушке, а после ко второй, третьей, четвертой… В общем, считалочка та еще, сдобренная такими подробностями, что мне даже как-то неловко было смотреть в сторону Себа и малодушно хотелось закрыть ему уши, пока его удар не хватил. Что уж говорить, если всегда очень внимательный и ловкий дракон умудрился неаккуратно повернуться и задеть какой-то артефакт, с готовностью пронзительно запищавший.
Песенка тут же смолкла. Одновременно с этим пила, или что там, взвизгнула на особо высокой ноте и тоже затихла.
– Заказ еще не готов, я же сказал, что сам свяжусь! – раздался недовольный бас.
– А если мы не за заказом? – пробормотал Себ себе под нос, быстро приходя в себя после услышанного народного фольклора. Но его услышали.
– А новых клиентов я не беру! Убирайтесь отсюда! Узнаю, кто дал мой адрес, ноги поотрываю, – заревели из глубин завалов. От звука его голоса в ближних кучах что-то зашаталось и с грохотом свалилось на пол, чем разозлило обладателя мощного баса с характерными рычащими нотками. Разразившись длинным и витиеватым ругательством, от которого даже я несколько смутилась, он двинулся в нашу сторону, судя по звукам его шагов, от которых свалилась еще пара железяк.
– Триш, пойдем отсюда, – благоразумно дернул меня за предплечье Себастьян. Вторая его рука уже покоилась на эфесе меча.
– Триш? Кто сказал «Триш»? – еще громче прогрохотал хозяин здешних сокровищ и ускорился. Через пару секунд мы увидели его во всей красе.
Огромный зеленокожий орк едва не касался головой довольно высокого потолка. Его мышцы бугрились и практически разрывали изнутри безрукавку и засаленный фартук, из ткани которых мы с Себом вполне могли соорудить себе двухместную палатку, да еще бы осталось на спальный мешок. Мощные и даже на вид острые клыки оттягивали нижнюю губу и зловеще поблескивали на его лице. Густые темно-зеленые брови нависли над налившимися кровью глазами, которые уставились прямехонько на меня.
– Три-иш! – заревела эта громадина так, что у меня даже челку сдуло.
Себ попытался загородить меня, задвинув себе за спину. Лязгнул меч, вынимаемый из ножен.
– Халк, ты чем питаешься, что так вымахал? На стероидах сидишь, что ли? – выдохнула я, дернув Себа, чтобы спрятал оружие обратно.
– Ну, Триш, когда же ты запомнишь? Я – Сарк, – пробухтел орк привычно и расплылся в клыкастой улыбке, жутковатой для простого обывателя. – А ты стала еще мельче.
– Это ты растешь и ввысь, и вширь, а в моем деле крупным быть никак нельзя, – фыркнула я, выскочив из-за спины Себа. И, больше не тратя время на расшаркивания, радостно взвизгнув, запрыгнула на Сарка, обхватив руками за шею. Тот, как когда-то раньше, довольно хохотнул и прокружился со мной вокруг своей оси.
– Начинай есть, ты же весишь уже меньше Ори, – добродушно пробухтел он и небрежно кивнул на настороженно замершего Себа: – Этот твой?
Я не стала уточнять, кто именно «мой», и просто кивнула. Да и Сарку этого было достаточно.
– Я Сарк, – представился орк, хлопнув замешкавшегося дракона по плечу. Надо отметить, Себ даже не покачнулся от такого приветствия, хотя я явственно услышала, как у него что-то хрустнуло. Но судя по его невозмутимому лицу, либо мне послышалось, либо парень уже приловчился скрывать обуревавшие его чувства, либо драконья регенерация – это в самом деле вещь!
– Себастьян, – представился он. Сарк нахмурился, и дракон, не дожидаясь уточнения, со вздохом добавил сокращенную мной версию: – Себ.
– Будем знакомы, Себ. Мне, правда, привычнее было бы Себастьян, но как скажешь, – дружелюбно улыбнулся орк.
Оценив ошеломленное выражение лица дракона, явно сделавшего скидку на «глупого» орка, я искренне рассмеялась. То-то же, нельзя мыслить так стереотипно, в прогрессивное время все же живем.
– Вы по делу или просто в гости заглянули? – поинтересовался Сарк тем временем.
– Одно другому не мешает, – подмигнула ему я.
– Узнаю Триш, – хохотнул орк. У него за спиной что-то сверкнуло и бамкнуло, заставив дернуться в ту сторону. Но он лишь прислушался на несколько секунд, не будет ли повторного взрыва, и легкомысленно махнул рукой. – В общем-то, на сегодня я закончил. Раз уж вы и по делу, и не только, думаю, не откажетесь от приглашения к нам? Ори и Крисси не простят мне, если узнают, что Триш заходила ко мне в мастерскую, а я не позвал ее к нам на ужин.
– Когда это я отказывалась от бесплатного ночлега и вкусной еды Крисси? – фыркнула я, шутливо пихнув Сарка в бок. Правда, не уверена, что он заметил мой тычок. – Как они там?
– Замечательно. Открыли кофейню, как ты и советовала. Даже научились делать эти, как ты их назвала, какели. Только придумали более благозвучное название: «освежающий напиток под любое настроение». Длинновато, правда, но зато соответствует содержанию, – охотно поделился Сарк, горделиво улыбнувшись. – Кстати! Мы ведь можем сразу отправиться к ним.
– Почему бы и нет, – улыбнулась я, осторожно переступая через лужу непонятно чего, чтобы снова не поскользнуться. Но еще какую-то железяку все равно задела, неприятно оцарапав руку. Ну хоть не завалила. Правда, тут уже заслуга Себастьяна, успевшего придержать целую гору железяк. Он же, приобняв меня, дабы я больше ни на что не напоролась, осторожно вывел нас наружу.
– Погодите минутку, я сейчас запру мастерскую, – попросил Сарк, задержавшись у двери, и продолжил говорить: – Ох, как же обрадуются сестренки, увидев, что ты все же нашла себе жениха!
– Ага, хор… Что?!
Глава 24
Не знаю, кто из нас с Себом обалдел больше, но Сарк проигнорировал наш шок и, быстро справившись с дверью, переменил тему. Да так ловко, что я лишь несколько минут спустя поняла, что так и не прояснила момент с нашей предполагаемой помолвкой, или женитьбой, или чем там еще. К тому же орк вел себя невозмутимо, болтая без умолку о чем угодно. Я даже засомневалась, не послышалось ли мне. Себ, увлекшись разговором с нетипичным для своей расы орком, тоже об этой оговорке не упоминал. Так что и я махнула рукой.
– Тебе Триш вообще рассказывала, как мы познакомились? Я воровал на улице, а она меня приметила… – вещал Сарк по дороге в кофейню.
– Ты был карманником? – Бровь Себа удивленно поползла вверх. Видимо, он пытался представить, как неповоротливый Сарк подкрадывается к зазевавшемуся гуляке, срезает у него кошелек и незаметно исчезает в толпе. Не знаю, сумел ли он это представить, но лично моя фантазия на такой картинке засбоила.
– Да куда уж мне? – добродушно хохотнул орк. – Уличные артефакты разбирал на детали. Сестренки мои по свалкам лазили, оттуда притаскивали различную сломанную мелочуху. Я что относительно целое отбирал там, чинил и продавал как подержанное. Ты не думай, все добротно делал, на совесть. Думал, репутацию себе заработаю, клиенты попрут, а пока можно и подешевле…
– Угу. За медяки. Еще и умудрялся скидку сделать на пустом месте, поверив россказням очередного покупателя о чрезвычайно тяжелом финансовом положении, – фыркнула я, включившись в разговор. – Что касается «воровал» – громко сказано. Этот обалдуй по ночам снимал осветительные артефакты со столбов. Мне, в общем-то, это было на руку, так что, когда нужно было убегать, выбирала как раз те районы. Жалко только, что с таким подходом к работе его бы со дня на день загребла стража.
– Ну чего ты так сразу? Я бы сбежал, – надулся Сарк.
– Угу. Весь такой неприметный малолетний орк, – подметила я с сарказмом.
– Малолетний? – переспросил Себ, уставившись сначала на Сарка, потом на меня и обратно.
– Два года назад это было, за год до его совершеннолетия, – успокоила его я, почти наяву видя, какие мысли бродят у него в голове. Явно ж прикидывает, насколько хорошо я сохранилась и сколько мне может быть лет, если Сарк малолетний.
– А?.. – многословный вопрос адресовался уже орку. Точнее, не совсем орку.
Поделиться книгой: