Краб. Иней

— Как вам будет угодно, сэр. Но прибыл указанный Б. И. Зиморс на ударном дредноуте «Ревенж Зиморс», сэр.

— Блин, нихера неприятно, — констатировал я. — Он же нам на контрактах может гадить!

— Вполне возможно, сэр.

— Перевести конфликт на межзвёздные уровень, — вслух задумался я. — И нахрен разнести этот Раванж Киселя.

— Не рекомендую, сэ-э-эр. И уполномочен передать сообщение вам от Хелисы: «Не вздумай усугублять уровень конфликта Ан!»

— Ну так-то да. «Агрессивная политика», видишь ли, плюс межзвёздный конфликт, чтоб его. Это корпы закопошатся, окрысятся и гадить могут начать не как сейчас, а совсем серьёзно. Но что с этим мстительным Компотом делать, Дживс? Этот паразит на выполняющих контракты может нападать, а конфликт объявлен. И не собьёшь его, без усугубления…

— Поговорить и узнать, что он хочет, сэр?

— Ну-у-у… может и вариант. Но если я ему милостиво дозволю не идти на хуй, даже если честно извинюсь, то, мне кажется, удовлетворён этот аристократичный гандон не будет. И не отвалит.

— Скорее всего, сэр.

— И дредноут, блин. Там можно кучу Досов везти.

— Несомненно, сэр.

— Достал поддакивать, Дживс! Скажи что-нибудь по делу!

— Это неприятная проблема, сэ-э-эр.

— Вот спасибо большое, — искренне поблагодарил я эфиряку. — Так, ладно, летит он к нам?

— Судя по отмеченной агентами разгонной траектории и данным от портального кольца — так, сэр.

— И долго ему лететь?

— Недели две, примерно, сэр.

— Значит подготовимся. Через пару недель сколько отрядов будет на выполнении контрактов?

— Минуточку, сэр… три отряда, сэр.

— И кто?

— Могильщик, Аспид и Помидор с подчинёнными, сэр.

— Неважно, блин. Но в принципе — уже лучше. Три отряда, наши силы… блин, нихера мне это не нравится, Дживс! И было бы из-за чего! Вот точно пошлю этого Кваса нахрен, ещё раз. И сломаю в нескольких местах! Просто же просил отвалить по-хорошему, — вздохнул я.

— При всём богатстве вашего лексикона, сэ-э-эр, должен признать некоторую обоснованность, в той, конкретной, ситуации, вашего посыла.

— Я вижу охренительную обоснованность, но да не суть. Ладно, время есть, разберёмся. Может всё-таки испробуем мой «довод»? — несколько повеселел я.

— Не рекомендую, сэр.

— Да я и сам не рекомендую, это так, мечты. Сладостные, блин. Да, кстати, Дживс.

— Да, сэр?

— Эфирный друг мой, составляя компиляцию данных, перед входом Стремительного в гипер, не мог ли ты выдать несколько больше информации?

— Мог, сэр.

— И не сделал, педагог-педофил, блин, — констатировал я.

— Как я вам неоднократно напоминал, сэ-э-эр, специалист по информационной…

— Да знаю я, что Котя древняя, почти как ты, — изящно пошутил я. — Но это свинство, Дживс! А если бы я психанул и выдернул Стремительный из гипера?!

— Вероятность этого была не более двадцати процентов, сэр.

— И я бы гробанулся нахрен, — замогильным голосом произнёс я, потирая предвкушающе клешни.

— На той траектории — нет, сэр. Перед отправкой пакета я провёл вычисления, выход из гипера в течении первых двенадцати часов перелёта ничем не грозило, сэр.

— Хммм, — задумался я. — Так, а если бы я после половины полёта стал бы выдёргивать судно из гипера вместо того, чтобы подождать конца полёта — то мдя. Это не псих, а долбанат неизлечимый был бы, а не Краб. Таким дедушка Дарвин жить не велит.

— Именно, сэр.

— И всё равно ты скотина, Дживс.

— Благодарю вас, сэр.

— И от педагогических люлей тебя все эти жалкие отмазки не спасут, Дживс.

— Как скажете, сэ-э-эр. Вынужден напомнить, что последнее время ущерб, получаемый вашими конечностями, возрос. Вы полагаете это педагогическим воздействием, сэ-э-эр? Я уточняю, поскольку на мой скромный взгляд это выглядит мазохизмом, сэ-э-э-эр.

— Сам дурак! — отпарировал я. — И да, Дживс. Передай Лори, что мне нужны к возвращению башмаки. Удобные, но с основным предназначением — пинка одной излишне хитрожопой задницы!

— Прошу прощения, сэр?

— Не прощу! И чтоб передал, камердинеррр, — ласково прорычал я. — Отбой связи, Дживс. Трепещи!

— Трепещу, сэр. До связи.

Блин, вот тоже проблема на пустом месте, вздохнул я, окончательно обдумав ситуацию и успокоившись. И ведь ситуация была, с одной стороны, понятная — этот хрен перекрывал разгонную траекторию. Тут даже эфиряка признаёт праведность посыла. А с другой — Великий Дом Сектора Стригель и прочая херня… Именно у нас, и именно как «ущерб репутации» вполне может проканать, собственно, уже проканало, блин.

Ну и ладно, звиздец этому Зимкомпоту от клешней справедливых. Время есть, посмотрим, подумаем и сделаем неотвратимый «клац!» Даже к лучшему, с некоторым позитивом рассуждал я, пока Стремительный приближался к орбите. А то я уже забодался с этой техникой и прочей хренью. Хоть морду набью кому, себе во благо, а врагам на страх.

Тем временем Стремительный вышел на орбиту. И, в зоне прямой оптической видимости, я разглядывал станцию. Ну… мягко говоря, знал этот котелок лучшие времена: напрочь изъязвлена космической коррозией. Так-то защита копеечная — но видно у миленниумовчан и копеек не было, так что поверхность станции была покрыта криво сваренными, изъязвлёнными плитами. И базы проебали, это вообще звиздец: основной объём секторальной и галактической информации един, обновляется всеми портальными станциями и, по сути, основа существования человечества в галактике. А если базы нет — значит полетел центральный комп, либо стерев при аварии накопители информации, либо они вообще сгорели. На дублирование денег нет, полезных ископаемых нет, населена миллениувчанами, поставил диагноз я.

Тем временем, подтверждая, что всё у них на станции накрылось, прямым радиоканалом передали мне посадочную глиссаду. Судя по всему — чуть ли не вручную высчитанную, блин. Ну хоть место местного Нерезиновска я понял, и даже название узнал: Вечный. Вот как-то, чем замшелее и мелкотравчее, тем название пафоснее, прям тенденция, отметил губернатор (по совместительству) столицы Производственный Комплекс Номер Раз, в моей физиономии.

Ну ладно, надо садится, подумал я, оставил пару раков на Стремительном и попёрся с представительно морфировавшими в крабоморфов восьмёркой донных в челнок.

Уже спускаясь, поправил рачий мундир, фуражку с крабом и остался доволен — пока пасть не разину, даже за приличного человека принять можно. При желании, ржанул я и собрался.

И вот, брякнулся челнок на посадочную полосу из потрескавшихся плит космопорта деревеньки Вечная. А название города это захолустье не слишком заслуживало, прямо скажем. И вообще, что-то челнок после посадки как-то рывком перекосило, отметил я. Блин, я им похоже космопорт доломал… Ну да и хрен с ним, по большому счёту, решил я, в кружении парадно выставленных раков становясь перед аппарелью. Рак передал мне небольшой баллончик с трубками носового респиратора — на Милленивосранске атмосфера была, нормальной плотности, но чрезмерно богатая углекислым газом. И недостаточно — кислородом. Так что выдыхать было можно, а вот дышать атмосферой — ну разве что промучатся минут пятнадцать, если повезёт.

— Мда-а-а… — протянул я, обнаружив в распахнутой аппарели какого-то паренька, с какой-то, чтоб её телегой. Запряжённой какой-то брюхоногой скотиной, чтоб её.

На этом встречающая делегация заканчивалась, только перекатиполя на заднем плане растрескавшихся плит не хватало, для полноты картины.

— Приветствую вас в городе Вечный, планетарной столицы Нового Милленима! — гордо пропищал паренёк.

— Угу, здорово, — несколько отошёл от ступора, вызванного местными прелестями. — Так, шестёрка раков — на челноке. Не хрен вас таскать с собой, — отметил я. — Это — что? — тыкнул я в телегу клешнёй.

— Транспорт, господин лорд Форфис. Голова Матик Шуст ожидает вас, пожалуйте, — сделал приглашающий жест паренёк.

— Что-то не вызывает у меня доверия этот транспорт, — честно признался я, обходя телегу. — И скотина эта, — подозрительно уставился я на злобно зыркающего на меня ездового слизняка, — не вызывает доверия.

— Господин лорд, у меня прекрасная повозка, а Толстый прекрасный скакун…

— Ползун тогда уж. Не желаю, в общем, — окончательно определился я. — Желаю пешком идти, полюбоваться на красоты города Вечный. Променаду совершить хочу, да.

— Как вам будет благоугодно, — аж присел от ужаса паренёк, устрашённый «променадой».

— Так мне и будет. Веди к голове.

— Следуйте за мной, — с облегчением ответил паренёк, явно ликуя, что его неотпроменадили.

А я потопал — ну реально, всего города километра три, от силы. Если даже этот голова на противоположной стороне города — за полчаса неторопливо доберёмся. А то телега какая-то подозрительная, а уж брюхоногая скотина — точно сволочь. И зыркает как злобно, зараза!

В общем, попёрлись мы по городку. Ну и «мда-а-а», версия два: если домишки были вполне ничего, любовно ухоженные, двух-трёх этажные особнячки, явно уже «местного кустарного» изготовления, то дороги так назывались исключительно в силу уважения к местным. А так — лужистые канавы, блин. И как бы этот брюхоног по ним не плавает, отметил я, чуть не ухнувший в какую-то планетарную бездну, притворявшуюся невинной лужей. К счастью, рак меня под руку подхватил, не дал сгинуть. А вдвойне к счастью, мой крабский мундир был с высокими сапогами. А то бы… мдя, уже версия три.

В общем, в центре городка стоял стандартный пятиэтажный блок колонистов, частично реставрированный и украшенный местным деревом. Гордые надписи указывали, что в этом домишке всё. От администрации, до больницы и центра связи.

— Пожалуйте сюда, — приоткрыл одну из деревянных и тяжеленных (судя по покрасневшей роже парня) дверей ведущих в здание.

Что делать, взял, да и пожаловал.

Глава 8

На что я хмыкнул, кивнул, ну и протопал в распахнутую раком дверь. Тоже неоткрываемую нормальным усилием, видно в надежде распугать посетителей. Но что, дурак корячится, когда раки есть? Вот если бы с ноги — тогда да, но сейчас явно не те расклады.

В кабинете было довольно технологично (терминал и голоэкран), этнично (всякие местные статуэтки и прочая, в основном из дерева, декоративщина) и головасто. В смысле, за столом пребывал этакий сферический голова в атмосфере. Ну вот совсем лысый, круглый дядька средних лет. Глаза круглые, сам пузатый, даже пасть, в смысле губы округлые, как будто сюсюкающие.

— Здравствуйте-здравствуйте, — совершил колыхание голова, очевидно символизирующее вставание и кивок. — С чем пожаловали на Новый Милениум? — не стал болтать не по делу колобок.

— Приветствую. С предложением, — осторожно осматривая предложенное сидение, выдал я.

Сиденье выглядело потрескавшимся, продавленным и вообще. Так что решил я почтить его запредельный возраст и прочие достоинства стоя.

— Предложение — это звучит, — выдал интересный вывод Голова. — Присаживайтесь.

— Постою, — отрезал я. — Могу и информацию скинуть, — тыкнул я клешнёй в голоэкран.

— Как вам будет удобно, скопом ответил на обе мои фразы Голова, после чего я скинул в сетку ряд ТТХ станции и производства, вакансии и условия.

— Интересно-интересно, — проговорил колобок, пробежав глазами информацию. — Вам нужны люди?

— Работники, — уточнил я. — Никаких законтрактованных долгами и прочего.

— А долги за обучение? — потыкал в пункт Голова, показав, что не просто жалом перед монитором водил.

— Бесплатно, что ли, обучать? — риторически спросил я. — Процент указан, сроки отдачи долгов посчитать несложно. Вообще, судя по тому, что я видел — выходцев с Нового Муиленним…а учить точно придётся, нормальных техников у вас…

— Новый Миллениум — прекрасный Мира, с высоким уровнем образования! — патриотично заявил Голова, под мои «угу-угу» ехидные кивки. — Ну хорошо, допустим, — даже не побарабанил, а поперекатывался он пальцами ладони по столу. — А от меня-то вы что хотите, лорд?

— Нихрена я от вас не хочу, — честно признался я. — Просто у вас сетки толком нет, и объявление не сделаешь. Ну и сотрудничество там, какое никакое.

— А в чём оно будет заключаться? — заинтересовался колобок.

— Да хотя бы рейсы раз в месяц к вашему прекрасному Новому Миллениуму, а то у вас тут торгаш раз в год бывает, по-моему.

— В полтора, — выдал колобок, с покислевшей миной. — Администрация Нового Миллениума не заинтересована в подобном, — поджал губы он.

— Хммм, — озадачился я. — Ну, в принципе, это проблемы этой администрации, — после размышления выдал я. — Ладно, тогда пока, пощупаю радиоэфир, сделаю объявление на планете, наберу народ…

— Запрещаю! — аж надулся колобок, на что я радостно оскалился.

— Запрещалка не выросла, — радостно выдал я. — И корабли летать будут, — припечатал я.

— И вы убьёте планету, — вдруг скорбно обмяк толстяк.

— Да вроде и не собирался, — озадачился я, даже в крабкомм заглянул.

Ну мало ли, может с устатку внёс в свой график пункт «разнести нахрен Миллениумовосранск». Но нет, не было такого в планах.

— Точно не собирался, — уже уверенно заключил я. — И это, с чего уничтожу-то? Вообще, чего вы такой надутый?

— Конституция такая, — ещё больше надулся голова.

— Да я не про вашу сферичность, — озадачился я очередным лингвистическим вывертом. — Я про то, что вас не устраивает-то? Денежка там появится, налоги…

— От кого? — ядовито осведомился колобок. — Кто-то вернётся?

— А хрен знает, — честно признал я. — Кто-то — точно да.

— В общем, Новый Миллениум не заинтересован в сотрудничестве. Оставьте нас в покое… пожалуйста, — добавил он после обдумывания.

— Нет, так не интересно, — констатировал я. — Давайте-ка вы мне поподробнее расскажите, что у вас тут. В сети нихрена непонятно, ни деталей, нихрена. А если у вас тут такая жопа, что никто не вернётся — так нахера тут жить? — пожал я плечами. — Радоваться надо, что можно в места поприличнее перебраться. Без масок этих дурацких, — деликатно потыкал я на два шрама-пролежня, ведущих к носяре колобка.

Совсем надутый колобок выдал мне такую историю (умеренно врав, что я проверил крабкоммом — ну мало ли). Итак, этот новый мухосранск начали осваивать лет двести назад, из-за трёх факторов — условно-пригодной к обитанию планеты, это раз. Возможности ведения тут сельского хозяйства и добывать в системе воду для корабельных реакторов, это два. И, расположенной поблизости, беспланетарной системе с голубой звездой, с россыпью очень богатых на вкусные минералы астероидов.