Дожидаясь, пока закипит вода, Элен взяла свой телефон и приготовилась отвлечься от всего окружающего её мира, продолжив чтение рассказа за пять долларов.
11
Красная, глинистая дорога по которой не спеша передвигая копытами шла Гельда, таща за собой двухколесную бричку с Элен уже пересохла и растрескалась, оставляя небольшие фонтанчики пыли, вылетающие из-под копыт. Солнце склонилось к закату отбрасывая длинные тени редких кустарников, освещая розоватым оттенком бесконечные, не возделанные в этом году поля пашен. Элен приближалась к дому. Вдалеке, перед поворотом к ферме Гринлиф показалась фигура всадника, с большими дорожными тюками свисавшими по бокам лошади. Увидев Элен на дороге, он остановился. Видимо желая её объехать через поле, он сначала повернул на обочину, но засомневавшись в своем решении, вернулся. Стараясь оттянуть неминуемое свидание, медленно, не спеша, пустил лошадь навстречу.
– Арнольд? Это же Арнольд! – Узнав во всаднике знакомые черты, думала Элен, сначала вся переполнившись восторгом от долгожданной встречи с любимым. Но закравшееся чувство тревоги быстро охладило её радость.
– Но почему он здесь, на дороге и ещё с какими-то тюками. Возможно, он ещё не успел разобрать их после поездки. – Элен перебирала в уме варианты:
– Или волнуется за меня, ведь уж темнеет и потому выехал на встречу. Почему не дождаться в доме, ведь она уже не маленькая девочка и может за себя постоять.
Она вспомнила о припрятанном отцовском револьвере в кожаном мешочке на бричке, из которого ей ещё ни разу не приходилась стрелять.
– Может что-то случилось? Папа… – Выкрикнула она и закрыв свой рот ладонью, испугавшись своих собственных мыслей, щелкнула хлыстом над головой Гельды.
Гельда, которая плелась всю дорогу как полумертвая, всем своим видом показывая, что готова в любую секунду прекратить свое жалкое существование, вдруг узнав последнюю прямую к дому, где с неё наконец-то снимут хомут и напоют водой, резво ринулась в прыть оставляя большие клубы красной пыли позади себя. Спустя всего лишь несколько мгновений, Элен, поравнявшись с Арнольдом натянула вожжи, и остановила лошадь.
– Что с папой? – Испугано спросила Элен
– С папой? – Перепросил Арнольд. – С папой всё хорошо. Ты была в салуне Сэма? – Явно нервничая поинтересовался он.
– Я получила твоё письмо и ездила встречать тебя с поезда, но видимо пропустила. – Удивляясь его вопросу ответила Элен, не понимая какое значение имеет салун Сэма к их встрече. Элен достала из лифа письмо Арнольда и протянула ему аккуратно сложенный, маленький конвертик. Арнольд, даже не взглянув на содержимое, скомкал его и с силой бросил на землю.
– Да не было меня ни в каком поезде. Нужно было заставить приехать тебя в город. – Сквозь зубы говорил Арнольд. Было видно, как его скулы играют на перекошенном от злости лице.
– Ты была в салуне Сэма? Да или нет? – Элен ещё никогда не видела Арнольда в такой ярости, ей казалось, что ещё мгновение и он накинется на неё разрывая на части как пантера на беззащитную лань. Элен тихонько потянула руку за спину, где в кожаном кармашке брички лежал спрятанный револьвер.
– Да, была. – испуганно ответила Элен, не зная, что произойдёт дальше и стремясь оправдаться продолжила:
– Было очень жарко, и я сняла там комнату с ванной, чтобы охладиться на время сиесты, а потом уснула. – Она нащупала рукой револьвер.
– Какое жалкое враньё! – Гневно стиснув зубы, с омерзением на лице сказал Арнольд и пренебрежительно сплюнул в сторону Элен, оторопевшей от такого поведения её любимого.
-– Не думал я, что ему это так легко удастся тебя купить, шлюха. – И пришпорив лошадь двинулся в сторону города.
Совершенно не понимая, за что ей её вдруг были нанесены такие оскорбления, в купе с совершенно непристойным поведением её любимого, внутри Элен всё закипело. Видя как Арнольд покидает её без каких либо разъяснений и желая во чтобы-то ни стало остановить его, она вытащила револьвер и взяв его в обе руки, встала на облучок прицеливаясь в лошадь Арнольда. Револьвер был тяжелый и держать его на вытянутых руках так, чтобы ни гулял прицел она не могла. Ей пришлось облокотиться на складной козырек кибитки и положив на него руки, прицелиться.
– Стоять! – Выкликнула Элен и зажмурив глаза в ожидании сильного хлопка нажала на курок.
От громкого выстрела, Гельда, которая как можно скорее желала оказаться у себя в конюшне, в то время как Элен явно никуда не спешила, пока не выяснит все обстоятельство происшествия, что есть силы рванула вперёд. Кибитка не выдержав, сложилась и Элен повалилась на дно брички на половину свесившись через край так, что её шляпка тут же слетела с её головы. Волосы растрепались и волочились по земле подметая дорогу. В лошадь Арнольда она не попала, но изрядно напугала его самого.
– Ненормальная – крикнул ей в след Арнольд, смотря как Гельда уносит беспомощно брыкающуюся в стремлении подняться и подпрыгивавшую на ухабах Элен.
12
Элен не собиралась сдаваться просто так. Приложив не мало усилий, чтобы подняться в прыгающей на ухабах бричке она дотянулась до поводов и остановила повозку. Горя от гнева, обиды, стыда и нестерпимой душевной боли, которую совершенно незаслуженно нанес ей любимый человек, она не теряя ни минуты распрягла лошадь. Оттащив свою маленькую повозку на обочину дороги, вплотную подвела за уздцы к ней Гельду, чтобы с высоты повозки было удобнее оседлать неоседланную лошадь. Сдёрнула с пояса кринолин, вытащив его из под подьюбников через ноги и повесила на щиток брички. Затем задрав обвисшие юбки выше талии поджала их локтями, чтобы они не спадали вниз. Если бы кто-то в-то время видел, как она обнажая свои стройные ноги, выше коленей спрятанные под белыми, домоткаными панталонами, скинув туфли и захватив с облучка револьвер, неуклюже вскарабкалась на спину Гельды, это было бы самый настоящий позор. Но Элен на это уже было всё равно.
– Нет. В этот раз ты от мне так не уйдёшь. – Подумала про себя Элен стараясь с третьей попытки залезть верхом на лошадь и когда ей это удалось, она отпустила прижатые локтями подолы юбок, которые каскадом тканей свесились по обе стороны лошади. Элен намотала на руку длинные для верховой езды поводья и потрепав Гельду за гриву сказала:
– Давай милая, догони этого груженого тюками ишака.
Гельда послушно двинулась вперёд. Ей довольно быстро удалось нагнать плетущуюся по дороге, груженую лошадь Арнольда. Но Арнольд, увидев разъяренную и скачущую за ним в галоп Элен, на полудохлой от старости Гельде, не на шутку испугался. Он добавил своей лошади прыть, стремясь ускакать от разъяренной фурии которую сам же и разозлил её до такого состояния, но было уже поздно. Элен, чуть ли не на ходу спрыгнув с Гельды стала на одно колено на землю и оперла руку с револьвером на другую руку, создав жесткий упор и хорошенько прицелившись сделала второй выстрел в своей жизни.
Ошалев от боли, лошадь Арнольда встала на дыбы, чуть не скинов с себя седока, а потом как безумная, понесла его не разбирая пути куда-то в поле. Арнольд пытался её остановить, выкрикивал команды, натягивал вожжи, дергая их в разные стороны, но все было бесполезно. Он приготовился спрыгнуть на ходу стоя одной ногой в стремени, но раненая лошадь, проскакав так чуть меньше четверти мили, вдруг зашаталась и упала, придавив его собою. Элен, оставив Гельду на дороге, подняв полы юбок, босая ринулась за ними по полю. Добежав до Арнольда, который всё ещё пытался вытащить ноги из-под лошади, Элен еле переводя дух взглянула на него. Гнев у неё уже утих, была только усталость и нестерпимое желание выяснить причину, по чему с нею так поступили.
– Говори – Задыхаясь сказала она Арнольду, наведя на него дуло пистолета.
– Ты ненормальная. – Ответил ей Арнольд, смотря на растрепанную, всклоченную, грязную, с торчащими из волос кусками глины и какого-то дорожного мусора в волосах, со стекающими каплями пота по раскрасневшемуся после пробежки лицу Элен. Он беспомощно рассмеялся откинувшись спиной на землю.
– Говори! – взведя курок повторила она.
– Давай. Стреляй. – Сказал он совершенно спокойно. – Мне нечего уже терять. У меня осталось только то, что сейчас рассыпалось из тюков, благодаря тебе. Стреляй, ты мне этим только поможешь. Я всё проиграл, всё под откос. Я умудрился проиграть даже тебя.
– Объяснись. – Элен опустила пистолет.
– Думаешь как Сэм Паттерсон получил участок для строительства своего салуна, который не смогли получить даже самые влиятельные люди города, а какой-то заезжий стрелок, путь и самый быстрый, сумел? Всё это хитрость предательство и обманом, вот его спутники.
– О чем ты вообще говоришь? – Не понимающе спросила Элен. – И что за сплетни ходят о моем отце и ферме?
– Я попал в безвыходную ловушку Сэма. Был вынужден отдать тебя ему. Я не ожидал, что ты так легко прыгнешь к нему в постель. Я думал, что ты любишь меня и этого не будет. Как же я ошибался. – Его исцарапанное от падения лицо снова исказилось от бессильного презрения.
– Стреляй, мне незачем больше жить.
– Никуда я не прыгала. – Обижено сказала Элен. – Он хотел со мной о чем-то поговорить, но я не пошла, а поехала домой. Что происходит, черт побери?
– Тык ты что же, ничего не знаешь? – Арнольд сразу переменился в лице.
– Я убила твою лошадь и готова убить тебя, если ты мне ничего не расскажешь. – Вновь закипая сказала Элен.
– Вот оно что, я думал причина того, что ты стоишь на домной с револьвером совсем в другом. Я тебе всё расскажу. Расскажу. Помоги подняться. – попросил он.
Элен положила револьвер на тело лошади и нагнулась, подав руку лежащему на земле Арнольду, но вдруг увидела, как из раскрывшегося тюка выглядывает до боли знакомая, деревянная коробочка.
– Это что? Шкатулка моей матери? Ты нас ограбил? – Удивлённо спросила Элен. В это мгновение, Арнольд с такой силой дернул её за руку, что она повалилась перед ним на колени и в следующие мгновение получив кулаком по голове потеряла сознание.
13
Лай собак, звучащий как будто из глубины колодца, становился всё громче и отчетливее. Звон тонких, мелодичных колокольчиков перемешивающийся со скрипом гнущегося на ветру, старого дерева, плавно превратился в детские голоса и голос мужчины поочерёдно выкрикивающий имя Элен.
– Элен. Элен. Элен. – Кричали колокольчики и старое дерево.
--Я Элен, я! – Подумала Элен и моментально пришла в себя узнав в колокольчиках голоса Эмели и Бетси.
– Элен! – Громко выкрикнуло старое, скрипучие дерево.
– Папа? – Удивилась Эмели, сказав это так тихо, что даже сама себя почти не слышала. Она открыла глаза.
По полю, погруженному в ночную тьму, которую не мог осветить даже усыпанный крупным бисером купол звёздного неба, круглыми, как будто летающими над полем огоньками, в её сторону, вслед за собаками двигались три фигурки с маслеными лампами.
– Я здесь – Собравшись с силами выкрикнула Элен. Голова у неё гудела, как после хорошего похмелья. Кружилась и раскалывалась. Сильно, до изнеможения хотелось спать, глаза закрывались сами собой. Элен хотела подняться, но из-за сильного головокружения просто села на землю и осмотрелась. Арнольда не было. Перед ней лежала ею застреленная лошадь с тюками, которые Арнольд по какой-то причине предпочел оставить. Возможно потому, что сам это унести не смог. Элен потянулась туда, где лежала шкатулка её матери и нащупав её рукой выдернула из тюка, придавленного тушей лошади. Шкатулка была заперта. Возможно Арнольд просто не догадывался о её содержимом, её бы уж он точно захватил бы с собой, раз собрался их грабить, если бы знал о её ценности.
Виляя хвостами и радостно лая, к Элен подбежали две пастушьи собаки Джек и Тори, а следом за ними её сёстры, Бетси и Эмели которые бросились обнимать Элен. Последним шел еле державшийся на ногах её больной отец Ричард.
– Как вы меня нашли? – Удивлённо спросила Элен у девочек.
– Гельда пришла одна в свое стойло. – Ответила ей Эмели и девочки на перебой начали рассказывать, как приехал Арнольд и стал как на пожаре собирать вещи. Он очень торопился и ни с кем не разговаривал. Рассказали о том, как Арнольд наотмашь ударил по лицу Бетси за то, что она крутилась у него под ногами. После того как Бетси разревелась, вышел папа и наставив на Арнольда ружье заставил его уехать.
– Что тут случилось? – Спросил подошедший в этот момент отец, который нес на перевес тяжелое, для его слабого состояния ружье.
– Я встретила Арнольда и не хотела с ним расставаться… – Слегка улыбнувшись ответила ему Элен.
– Ты зачем поднялся с постели, папа?
– Не мог же я оставить свое дитя в биде. – Сказал Ричард, тяжело дыша и захлёбываясь кашлем.
– Я могу за себя постоять, папочка – Поднимаясь с земли ответила Элен. – Я даже застрелила лошадь. Смотри, что я нашла у наго в вещах. – она покрутила в руках деревянную шкатулку.
– Лучше бы ты застрелила этого ублюдка. – Гневно сказал Ричард. – Ведь я ему верил, а он украл последние наши сбережения наличных. Жаль я не сразу смог это заметить. Сам бы пристрелил этого негодяя. Он прижал к груди растрёпанную голову Элен и она, вновь почувствовав себя маленьким ребенком перед сильным, пусть и изнеможенным от болезни отцом, расплакалась.
– За что он так со мной, папа? За что? – Рыдала она. – Какая малярийная муха его укусила? Ведь я так сильно его любила, а он ни с того не с сего так повел себя.
– Возможно он всегда таким был, просто ты не замечала этого. – Ответил её отец.
– Главное, что ты жива. Значит всё хорошо. Пойдёмте домой, детка. Пойдём домой.
14
Рано утром, когда первые лучи только начали пробиваться за горизонт, Элен уже встала и натаскав из колодца воду в большую бочку на улице, чтобы Эмели и Бетси в течение дня могли поить скотину, прошла в курятник и набрала яиц. Пожарив яйца вместе с ещё молочными початками кукурузы, что росли на небольшом поле возле дома, которое этой весной она засеяла вместе с Арнольдом и наёмными рабочими по четверть доллара в смену, Элен разбудив девочек, отправила их умываться и усаживаться за стол, а сама взяв поднос понесла завтрак отцу. Она аккуратно постучала в дверь, а затем вошла.
– Папа, ты спишь? – Спросила она у лежащего в постели отца, который просыпаясь сильно закашлялся, закрывая рот окровавленным платком. Элен подождала пока её отец не прекратит кашлять и поставив поднос на тумбу у кровати, продолжила:
– Я принесла тебе завтрак, как ты себя чувствуешь?
– Ну, это не меня вчера били – Попытался пошутить её отец. – Так что я буду завтракать со всеми в столовой.
– Но пара ты и так. – Хотела что-то возразить ему Элен, но отец перебил её.
– Мне лучше, на много лучше. Я больше не намерен гнить лежа в этой постели. Если мне уж суждено умереть, я умру на ногах. Он сел на кровати, засунув ноги в домашние тапочки, сваленные из шерсти и снова прокашлявшись в окровавленный платок, небрежно кинул его на край тумбы, где стоял поднос.
– Я вижу, как тебе лучше! – Печально ответила Элен разглядывая платок.
Отец поднялся с кровати и взяв с тумбы поднос вышел из комнаты, оставив Элен стоять в раздумьях, не понимая, радоваться ей или переживать о таком решении её отца. Позавтракав с семьёй Элен приняла ванну и попросила Эмели завязать корсет, затем одевшись привела себя полностью в порядок. – Куда ты собираешься – спросила её Эмели.
– Нужно ехать в город, узнать насколько бедственно наше положение, и постараться вернуть нашу ферму обратно.
Сказала Элен спародировав слова Сэма, сказанные ей на лестничной площадке его салуна.
– А что с нашей фермой? – Непонимающе спросила Эмели.
– О, если бы я знала. – Ответила ей Элен. – А вы с Бетси, пока меня не будет, перенесите вещи с поля, а отцу скажи, что… – Она замолчала. – а впрочем ничего не говори. Ему не нужно ничего знать.
Элен взяла мамину шкатулку, в надежде, что, продав семейные украшения её матери, она сможет оплатить задолженность, о которой говорил Сэм. Она уже понимала, что деньги, выделяемые Арнольду на уплату закладной по ферме, просто не доходили до банков, а продав это свадебный гарнитур, состоящий из золотого колье с большим пурпурным рубином в виде сердца, двух серёжек и перстня, она могла с легкостью покрыть все расходы. За время болезни Ричарда, ферма очень издержалась. Посевов не было, да и скотины почти не осталось.
О! Если бы она не была так слепа со своей любовью к этому молодому красавцу Арнольду, она бы всё сделала сама, а не полагалась на крепкое плечо мужчины.
Выйдя на улицу, Элен, взяв под уздцы Гельду направилась туда, где на обочине дороги, со вчерашнего вечера стояла её маленькая бричка, чтобы запрячь в неё лошадь и отправиться обратно в город.
15
– Нет, мисс O’Нилл, задолженностей у вас больше нет – Сказал управляющий в городском банке.
– Слава Богу. – Облегченно выдохнула Элен.
– Да, не беспокойтесь вы так, сделка прошла успешно. – Сказал ей управляющий.
– Передайте мистеру Ричарду мои поздравления, если он, конечно, вообще в курсе событий.
– О каких событиях вы говорите? – Не понимающие спросила Элен.
– Ну как же? – продолжил он. – Доверенный вашего отца, Арнольд Ватерлоу передал документы на собственность мистеру Сэму Паттерсону, на сколько мне известно, за четыре тысячи долларов конфедерации. Цена сравнительно небольшая, для такой фермы как «ГринЛиф»
– О! Боже мой! – Выкрикнула Элен, схватившись ладонями за вспыхнувшие жаром щеки.
– Он же настоящий мошенник. Я должна рассказать обо всем шерифу.
