Китайские сказки

И обе обезьяны понеслись на кухню. Но как только собаки увидели обезьян, они с громким лаем и рычаньем набросились на них. В страхе обезьяны выпрыгнули в окно и перескочили через забор своего дома. Тогда все собаки, что бегали по улице, с лаем погнались за этими обезьянами. Богачи в ужасе неслись вперёд, ничего перед собой не видя. Уже давно замолк собачий лай, а они всё бежали и бежали, спасаясь от страшной смерти.

Когда, наконец, обезьяны пришли в себя, — они оказались в дремучем лесу, среди стаи других обезьян. Здесь им и пришлось остаться до конца своих дней.

Вы, конечно, спросите, — что же случилось с рабыней?

Всё обошлось как нельзя лучше. Девушка вышла замуж за доброго трудолюбивого крестьянина и счастливо жила с ним до глубокой старости.

Свадьба речного дракона

 древние времена жители берегов Жёлтой реки больше всего на свете почитали и боялись речного дракона. Что только ни делали они, желая задобрить его и вымолить себе хороший урожай риса! Бедняки приходили в храмы, молились, отдавали служителям свои последние чохи[1], чтобы умилостивить речного дракона.

Однажды, в засушливый год, когда на берегу собралась голодная толпа, из храма вышли служители богов — монахи — и торжественно возвестили: речной дракон повелевает отдавать ему ежегодно в жёны пятнадцатилетнюю девушку. Если жители берегов Жёлтой реки не выполнят этого желания повелителя, их постигнут голод, наводнение, засуха и чума.

Застонал и заплакал несчастный народ. Но никто не посмел нарушить волю речного дракона.

И с того дня, каждую весну после посева риса, служители храма бросали на дно Жёлтой реки пятнадцатилетнюю девушку.

Но всегда оказывалось так, что в жертву приносилась девушка бедных родителей, а дочки богачей жили без всякого страха. Богачи задаривали монахов серебром, золотом и жемчугом, и, когда приходило время выбирать для речного дракона невесту, монахи всегда обрекали на смерть девушку из бедной семьи.

И жил в той местности простой крестьянин, по имени Чжао Бай-янь. Это был смелый и умный человек. В час его рождения к фанзе родителей прибежала лиса и проговорила человеческим голосом:

— Сын ваш родился в счастливый час: один раз в жизни он сможет принять облик любого человека.

Случилось однажды так, что в день приношения жертвы речному дракону главный служитель храма не вернулся из дальней поездки. Об этом узнал Чжао Бай-янь и сейчас же принял его облик. Чжао Бай-янь оделся в праздничные одежды и вместе с другими служителями торжественно отправился к реке. Там уже собралось множество народа. На позолоченных носилках сидела в свадебном наряде невеста дракона. Закрыв свои прекрасные глаза, она покорно ожидала смерти. Тут же стояли, обливаясь слезами, её бедные родители. Они знали, что больше уже никогда не увидят свою дочь.

Когда к носилкам подошли служители храма, раздались звуки гонгов и барабанная дробь. Все ждали знака главного служителя храма. Стоило ему поднять кверху большой палец — и в пучине вод Жёлтой реки погибла бы ещё одна несчастная девушка. Взоры всей толпы устремились к Чжао Бай-яню.

Но вместо того, чтобы поднять кверху большой палец, Чжао Бай-янь сказал:

— Не спешите! Я хочу сегодня сам сопровождать невесту к нашему повелителю. И потому всё должно быть торжественно и достойно.

Чжао Бай-янь прервал свою речь, посмотрел на ближайшего служителя храма и приказал:

— Сходите во дворец речного дракона и скажите повелителю Жёлтой реки, чтобы он вышел встретить меня и свою невесту.

Монах побледнел и стал пятиться от реки. Но Чжао Бай-янь приказал страже схватить непокорного и бросить в воду. На глазах всей толпы стража швырнула монаха в реку.

Прошло полчаса.

— Этот человек ничего не умеет делать, — промолвил Чжао Бай-янь, — иначе бы он давно вернулся!

И, положив руку на плечо толстого служителя храма, сказал:

— Идите, почтенный, к дракону и выполните моё приказание.

Толстый служитель притворился глухим. Но Чжао Бай-янь подал знак страже — и притворщик оказался в реке.

Прошло ещё полчаса. Тогда Чжао Бай-янь закричал:

— Негодные! Ленивые бездельники! Они заставляют меня ждать.

Тут он взглянул на третьего монаха и сказал:

— Сходите к дракону и посмотрите, что делают там оба посланца.

Служитель упал на колени и стал униженно молить о пощаде. И вслед за ним бросились на колени все остальные служители. Они клялись, что никогда больше не будут приносить, в дар дракону человеческих жертв.

Тогда Чжао Бай-янь приказал всем разойтись по домам и помог невесте сойти с носилок. Счастливая девушка упала, в объятия своих родителей.

Так прекратились навсегда свадьбы речного дракона.

Хуан Сяо

лушай, что было однажды. В небольшой деревушке жил бедный молодой крестьянин. Звали его Хуан Сяо. Хуан Сяо трудился на своём клочке земли с утра до вечера, но спать ложился всё равно голодным. Никак не мог заработать Хуан Сяо горсточку риса на ужин. Чтобы не умереть с голода, пошёл молодой крестьянин к местному лавочнику и стал на него батрачить. Вставал теперь Хуан Сяо с зарёй, работал до поздней ночи, а спать ложился по-прежнему голодным.

Однажды, когда Хуан Сяо кормил хозяйских кур, из-за туч точно камень упал ястреб, схватил самую жирную наседку и полетел с ней. Наседка была тяжёлая, и ястреб летел медленно и совсем низко. Хуан Сяо погнался за вором. Ещё бы! Батрак хорошо знал повадки своего хозяина: лавочник жестоко избил бы его за пропажу наседки.

Долго гнался бедняга за хищником. Уже и деревня осталась далеко позади и солнце пошло на закат, а Хуан Сяо всё бежал да бежал за ястребом. И неизвестно, чем бы кончилась эта погоня, если бы не счастливый случай. Когда ястреб пролетал над чьим-то садом, в воздухе просвистела стрела — и ястреб, не выпуская из когтей добычу, свалился за ограду сада. Хуан Сяо перескочил ограду и поспешил к ястребу. Около мёртвой птицы стояла девушка. В одной руке девушка держала лук, в другой — прекрасную хризантему. Услышав шаги, она повернулась к Хуан Сяо и посмотрела на него глазами глубокими, точно вечернее небо. Молча стоял перед красавицей молодой батрак. Ему не верилось, что всё это происходит наяву. Наконец Хуан Сяо услышал нежный голос:

— Как тебя зовут, юноша?

— Меня зовут Хуан Сяо. А тебя?

— Юань Мэй.

И тут, неизвестно откуда, Хуан Сяо набрался вдруг такой храбрости, что взял девушку за руку и твёрдо сказал:

— Я полюбил тебя и не смогу жить, не видя твоих глаз, глубоких, как вечернее небо. Будь моей женой.

— И я полюбила тебя, Хуан Сяо. Я согласна стать твоей женой. Присылай к моему отцу почтенного свата.

Радостный вернулся домой Хуан Сяо и упросил хозяина быть его сватом.

С почётом принял отец Юань Мэй толстого лавочника.

— Сколько у жениха денег? — спросил он свата.

— У него нет и связки чохов, — ответил лавочник.

А сколько у жениха земли?

— У него нет и одного чи[2].

— Мне такого зятя не надо, сказал старик. А если хочет он получить в жёны мою дочь, пусть пришлёт мне свадебный подарок: десять золотых кирпичей, три золотых нитки и большую жемчужину.

Передал лавочник своему батраку жестокий ответ отца Юань Мэй, засмеялся над чужим горем и пошёл в дом.

А Хуан Сяо, едва показалось утром солнце, тронулся в далёкий путь. Он отправился просить помощи у Старого Мудреца, что жил на краю земли. Хуан Сяо шёл день, другой, третий, четвёртый, подошёл к большому городу, вокруг которого жители возводили высокую стену. Они спросили у путника, куда он идёт, и Хуан Сяо ответил:

— Я иду к Старому Мудрецу за советом.

Взмолились жители города:

— Спроси Старого Мудреца, почему мы не можем достроить своей стены. Каждый раз она обваливается на Западном углу.

Хуан Сяо пообещал исполнить их просьбу и пошёл дальше.

На пути его лежало большое селение. На окраине селения Хуан Сяо увидел почтенного старика. Он сидел на пороге, и слёзы текли по его морщинам.

Хуан Сяо остановился около старика и спросил:

— О чём вы плачете? Не могу ли я вам помочь?

— Как же мне не плакать? Моей красавице-дочери исполнилось сегодня восемнадцать лет, но она немая и не может выговорить ни одного слова. Никто не в состоянии её вылечить.

— Хорошо, — сказал Хуан Сяо. — Я спрошу у Старого Мудреца, как вылечить твою несчастную дочь.

И он отправился дальше. Труден и опасен был путь батрака.

Хуан Сяо переплывал бурные реки, взбирался на отвесные скалы, пересекал безводные пустыни и, наконец, подошёл к берегу океана. И хотя Хуан Сяо был прекрасный пловец, но переплыть океан человек не может. Пока он раздумывал, как перебраться ему через океан, за которым живёт Старый Мудрец, к нему подплыла большая чёрная черепаха.

— Я перевезу тебя через океан, — сказала она. — Только ты спроси у Старого Мудреца, что я должна сделать, чтобы опуститься на дно океана. Много сотен лет плаваю я по волнам океана и хочу теперь отдохнуть на мягком илистом дне.

Хуан Сяо пообещал черепахе выполнить её просьбу, сел на неё и поплыл. Он плыл всю ночь и на заре достиг другого берега. Здесь жил Старый Мудрец. Смело вошёл Хуан Сяо в ворота его жилища.

— Что привело тебя ко мне? — спросил Мудрец.

— Я шёл, чтобы задать тебе только один вопрос. Но по дороге меня просили задать тебе ещё три вопроса. Позволь же задать тебе четыре вопроса.

— Никогда и никому не отвечал я больше, чем на три вопроса. И тебе я отвечу тоже на три вопроса, — сказал Мудрец.

Ах, как расстроился Хуан Сяо! Ему же надо было получить четыре совета, а не три.

Хуан Сяо не знал, что ему делать. Если не выполнить просьбы жителей города, они никогда не сумеют достроить своей стены. И враги проникнут в их город, разрушат его, перебьют стариков и детей, а молодых мужчин и женщин утонят в рабство.

Может быть, пренебречь просьбой отца немой девушки? Но тогда и девушка и старый её отец будут несчастны до конца дней своих.

Значит, оставалось только забыть о просьбе большой черепахи. Но ведь это было бы чёрной неблагодарностью! Черепаха везла на себе Хуан Сяо всю ночь. И он обещал ей спросить у Мудреца, почему она не может опуститься на дно океана.

А четвёртый совет он должен был получить для самого себя.

Что же оставалось делать Хуан Сяо? Он долго думал, а Старый Мудрец терпеливо ждал его вопросов.

И тогда Хуан Сяо поступил так, как полагается поступить благородному человеку. Он выполнил просьбы горожан, старика и черепахи. А о себе — ничего не спросил.

И вот что ответил Мудрец на три вопроса Хуан Сяо:

— Вырой заступом то, что зарыто у Западного угла стены, — и стена перестанет рушиться.

— Вырви у дочери старика три красных волоса и она заговорит.

— Вынь из пасти черепахи то, что ей не принадлежит, — и она сможет опуститься на илистое дно океана.

Так ответил Мудрец и сразу же исчез. И Хуан Сяо пришлось отправиться в обратный путь, так и не узнав, как раздобыть свадебный подарок для жадного отца своей невесты.

Печальный подошёл он к берегу океана. Здесь уже, покачиваясь на волнах, ждала его чёрная черепаха.

— Что сказал тебе Старый Мудрец? — спросила она, завидев Хуан Сяо.

— Перевези меня на другой берег, и я отвечу тебе.

Как только юноша ступил на берег, он приказал черепахе раскрыть пасть. В пасти черепахи лежала жемчужина, величиной с вишню. Хуан Сяо вытащил жемчужину — и черепаха сразу же погрузилась в воду.

Обрадованный батрак пошёл дальше и скоро достиг селения, где жила немая девушка. Отец её по-прежнему сидел на пороге. Рядом с ним стояла его красавица-дочь. Узнав Хуан Сяо, старик протянул к нему руки и воскликнул:

— Неужели Мудрец не захотел помочь несчастной девушке?!

Хуан Сяо молча подошёл к дочке старика и вырвал из головы её три красных волоса. И, о чудо! Девушка сразу же заговорила, а три красных волоса превратились в руках Хуан Сяо в три золотых нитки.