Сумрак

И где, черт возьми, была я, если уж на то пошло? Что такое Блэкчерч? Это звучало смутно знакомо, но сейчас я не могла думать.

Как он мог не знать, где находится? В каком городе или штате? Или даже в стране?

Боже мой. Страна. Я была в Америке, верно? Должна была быть.

Мне было плохо.

Но вода. Когда я проснулась, я слышала воду, и я навострила уши, услышав тупой, ровный стук воды вокруг нас. Мы были возле водопада?

"С тобой никого нет?" — спросил он, как будто не мог поверить, что я действительно стою здесь. "Ты не должна быть так близко к нам. Они никогда не подпускают к нам женщин".

"Каких женщин?"

"Медсестер, уборщиц, персонал…", — сказал он. "Они приходят раз в месяц, чтобы пополнить запасы, но мы сидим в своих комнатах, пока они не уйдут. Тебя оставили?"

Я оскалила зубы, теряя терпение. Хватит вопросов. Я понятия не имела, о чем, черт возьми, он говорит, а мое сердце колотилось так сильно, что было больно. Они никогда не подпускали женщин к нам. Боже мой, почему? Я отступила к лестнице, двигаясь задом вперед, чтобы не сводить с него глаз, и начала спускаться, пока он наступал на меня.

"Я хочу воспользоваться телефоном", — сказала я ему. "Где он?"

Он только покачал головой, и мое сердце упало.

"Компьютеров тоже нет", — сказал он мне.

Я споткнулась на ступеньке и схватилась за стену, чтобы удержаться. Когда я подняла голову, он стоял там, глядя на меня сверху вниз, его губы подергивались в ухмылке.

"Нет, нет…" Я сползла вниз еще на несколько ступенек.

"Не волнуйся", — предложил он. "Я просто хотел немного понюхать. Он захочет попробовать первым".

Он? Я посмотрела вниз по лестнице и увидела зонтики. Красивые и острые. Подойдет.

"У нас здесь нет женщин". Он подходил все ближе и ближе. "Тех, кого мы можем потрогать в любом случае".

Я отступила еще дальше. Если я схвачусь за оружие, сможет ли он схватить меня? Схватит ли он меня?

"Никаких женщин, никакого общения с миром", — продолжил он. "Никаких наркотиков, спиртного или курения".

"Что такое Блэкчерч?" спросила я.

"Тюрьма".

Я огляделась вокруг, заметив дорогие мраморные полы, светильники и ковры, причудливые золотые акценты и статуи.

"Хорошая тюрьма", — сказала я.

Что бы это ни было сейчас, раньше это явно был чей-то дом. Особняк или… замок или что-то в этом роде.

"Это за пределами сети", — вздохнул он. "Как ты думаешь, куда генеральные директора и сенаторы отправляют своих проблемных детей, когда им нужно от них избавиться?"

"Сенаторы…" Я запнулась, что-то сверкнуло в моей памяти.

"Некоторые важные люди не могут допустить, чтобы их сыновья — их наследники — делали новости, попадая в тюрьму, реабилитационный центр или будучи пойманными за грязными делами", — объяснил он. "Когда мы становимся пассивами, нас отправляют сюда, чтобы мы остыли. Иногда на месяцы". А потом он вздохнул. "А некоторых из нас — на годы".

Сыновья. Наследники.

И тут меня осенило.

Блэкчерч.

Нет.

Нет, он должен был солгать. Я вспомнила, что слышала об этом месте. Но это была всего лишь городская легенда, которой богатые мужчины угрожали своим детям, чтобы держать их в узде. Уединенное место, куда сыновей отправляли в наказание, но давали свободу действий, чтобы они были во власти друг друга. Это было похоже на "Повелителя мух", только с пиджаками.

Но этого не существовало. Не существовало. Существовало?

"Есть и другие?" спросила я. "Вас здесь больше?"

Злая улыбка расползлась по его губам, скручивая мой желудок.

"О, есть несколько", — промурлыкал он. "Грейсон вернется с охотничьим отрядом сегодня вечером".

Я замерла на месте, почувствовав головокружение.

Нет, нет, нет…

Сенаторы, сказал он.

Грейсон.

Черт.

"Грейсон?" пробормотала я, больше для себя. "Уилл Грейсон?"

Он был здесь?

Но Тейлор Динеску, сын владельца нефтяной корпорации Динеску, как я теперь поняла, проигнорировал мой вопрос. "У нас есть все необходимое для выживания, но если нам нужно мясо, мы должны на него охотиться", — объяснил он.

Именно этим и занимались Уилл и остальные. Добывали мясо.

И я не знаю, было ли это выражение моего лица или что-то другое, но Тейлор начал смеяться. Мерзкий гогот, от которого у меня сжались кулаки.

"Почему ты смеешься?" прорычала я.

"Потому что никто не знает, что ты здесь, не так ли?" — насмехался он, в его голосе звучал восторг. "А тот, кто знает, все равно должен был тебя бросить. Пройдет месяц, прежде чем появится еще одна команда пополнения запасов".

Я закрыла глаза на долю секунды, его смысл был ясен.

"Целый месяц", — размышлял он.

Его взгляд опустился вниз по моему телу, и я осознала полный смысл своего положения.

Я находилась в глуши в компании неизвестно скольких мужчин, которые уже неизвестно сколько времени не имели ни источника порока, ни контактов с внешним миром, а один из них имел огромное желание пытать меня, если я снова попаду ему в руки.

И, по словам Тейлора, в течение следующего месяца у меня было мало надежды на какую-либо помощь.

Кто-то приложил немало усилий, чтобы доставить меня сюда и сделать так, чтобы мое прибытие прошло незамеченным. Неужели на территории не было ни одного сопровождающего? Охрана? Наблюдателя? Кто-нибудь, кто контролирует заключенных?

Я стиснула зубы, не имея ни малейшего представления о том, что, черт возьми, я собираюсь делать, но мне нужно было сделать это быстро.

Но тут я что-то услышала и подняла глаза на Тейлора: лай и вой раздавались снаружи.

"Что это?" спросила я.

Волки? Звуки становились все ближе.

Он поднял глаза, посмотрел на входную дверь позади меня, а затем снова в мою сторону. "Охотничья группа", — ответил он. "Они, должно быть, вернулись рано".

Охотничья компания.

Уилл.

И сколько еще пленников, которые могут быть такими же жуткими и угрожающими, как этот парень…

Вопли раздавались уже снаружи дома, и я смотрела на Тейлора, не в силах успокоить дыхание. Что произойдет, когда они войдут в дом и увидят меня?

Но он просто улыбнулся мне. "Пожалуйста, убегай", — сказал он. "Мы умираем от желания повеселиться".

Мое сердце упало. Этого не было. Этого не было.

Я отступила назад, направляясь вниз по лестнице, не сводя с него глаз, пока он преследовал меня, жидкий жар струился по моим венам.

"Я хочу поговорить с Уиллом", — потребовала я.

Он может хотеть причинить мне боль, но он этого не сделает. Правда?

Если бы я могла просто поговорить с ним…

Но Тейлор рассмеялся, его голубые глаза заплясали от восторга. "Он не сможет защитить тебя, милая". А потом наверху скрипнул пол, и Тейлор откинул голову назад, глядя в потолок. "Айдин проснулся".

Айдин. Кто?

Но мне не хотелось оставаться здесь и выяснять. Я не знала, действительно ли я в опасности с этими парнями, но я знала, что не буду в опасности, если убегу.

Спрыгнув с лестницы, я перемахнула через перила и помчалась к задней части дома, слыша вопли Тейлора, когда я исчезла в темном коридоре, пот уже холодил мой лоб.

Этого не могло быть. Должна была быть слежка. Я отказывалась верить, что родители отправили сюда своих наследников и активы без какой-либо страховки, что они будут в безопасности. А если бы кто-то был ранен? Или тяжело заболеет?

Это была… шутка. Крайне неуместная и роскошная шутка. Была почти Ночь Дьявола, а он меня разыгрывал. Наконец-то.

Блэкчерч был ненастоящим. Уилл даже не верил в существование этого места в средней школе.

Я проходила мимо комнат, в одних была одна дверь, в других — две, а в третьих — вообще ни одной, коридор разветвлялся на другие коридоры, и я не знала, куда, черт возьми, мне идти. Я просто бежала.

Резиновые подошвы моих кроссовок скрипели по мраморному полу, и в нос ударил затхлый запах старости. Здесь не было ничего теплого.

Стены меняли цвет с кремового на бордовый и черный, гниющие обои в некоторых местах выцвели, а потолки высотой в милю, как и портьеры, падали на окна, которые были в восемь раз выше моего роста.

Но светильники сияли, отбрасывая мрачное свечение в каждом кабинете, каморке, гостиной и игровой комнате, мимо которых я проходила.

Остановившись, я повернула направо и помчалась по коридору, благодарная за тишину, но и напуганная ею. Несколько минут назад они были за дверью. Сейчас они должны быть в доме. Почему я ничего не слышала?

Проклятье.

Мои мышцы горели, а легкие были сжаты, и я не смогла сдержать стон, когда, спотыкаясь, вошла в последнюю комнату в конце коридора и подбежала к окну. Я распахнула его настежь, хрустящий воздух ворвался внутрь и прорвался сквозь шторы. Я вздрогнула, увидев за окном огромный зеленый лес, почти черный в ночи.

Болиголов. Я выглянула наружу, осматривая местность. Там были и красные ели, и белые сосны. До меня донесся влажный запах мха, и я заколебалась. Я больше не находилась в Калифорнии. Эти деревья произрастали гораздо дальше на севере.

И мы были не в Тандер-Бей. Мы не были рядом с Тандер-Бэй.

Оставив окно открытым, я отступила назад, подумав дважды. Прохлада в воздухе проникала сквозь мою белую блузку с короткими рукавами, и я понятия не имела, где нахожусь, как далеко от цивилизации и с какими стихиями могу столкнуться без защиты.

Я выбежала обратно из комнаты, прижалась к стене и тихо пошла по коридору, не сводя глаз. Думай, думай, думай…

Мы должны были быть недалеко от города. На этих стенах были картины, бесценный антиквариат, массивные люстры, и чертовски много денег ушло на то, чтобы обставить и украсить это место.

Это не всегда была тюрьма.

Никто не стал бы тратить такие деньги на то, что кучка мелких говнюков из братства собиралась разгромить. Это был чей-то дом, и они не стали бы строить его в нескольких лигах от города. Такой дом предназначен для развлечений. Там был бальный зал, ради всего святого.

Я разжала руки. Мне было все равно, кто меня здесь бросил. Сейчас мне просто нужно было добраться до безопасного места.

А потом я услышала его

Зов — голос — надо мной. Я остановилась, моя кровь застыла. Наклонив голову, я проследила за звуком, который распространялся слева направо, мой пульс учащенно бился, когда половицы наверху ныли от тяжести.

Одновременно. В нескольких местах.

Они были наверху, и не один. Тейлор видел, как я бежала в эту сторону. Почему они были наверху?

И тут я вспомнила, что еще было наверху. Айдин.

Тейлор говорил о нем, как об угрозе. Неужели они сначала идут к нему?

Эхо голоса пронеслось по коридору, и я навострила уши — окно позади меня манило.

Еще один крик раздался дальше, возможно, из фойе, а затем еще один вопль где-то рядом со мной.

Я повернулась, голова закружилась. Что, черт возьми, происходит? Нервы под кожей запульсировали, и я заставила себя сглотнуть, так как в желудке бурлила желчь.