В теле дрища в военной школе аристо 2

Их я уже успел, поглотил пять или шесть штук. Точно я не помнил. Отбросил эту затею, если не сделаю перерыв в их употреблении то…

Почувствовал впереди присутствие.

Замер.

— Мутант! Там ползёт мутант! — раздался встревоженный голос.

— Кбооою-гтовсь***! — воздух разрезал мужской бас.

От этой команды, слитой в одно слово, всё сжалось внутри. Я не был готов сейчас принять бой. Судорожно подгрёб свёрток с моим и только моим добром под себя. Здесь уже примесей в воздухе было не так много и, восстановив немного энергии, активировал слабый аурный щит. Крикнуть удалось почти не хриплым голосом:

— Я не мутант!

Щелчки множества затворов.

— Оно разговаривает!

— Но мутанты же не разговаривают. — Тихо возразил кто-то.

— Да не мутант я! — подтвердил я и заозирался по сторонам в надежде отыскать место, куда припрятать свёрток с ценными кристаллами. Как назло голая ровная земля.

«Может представиться?» — подумал я. Энергии совсем не было, и я стал ковырять ногтями твёрдую землю под корягой, которая служила мне временным щитом.

— А может это мутировавший мутант, то есть ещё более изменённый? Ты хоть раз видел, чтобы оттуда выползал человек?

— Может это браконьер может они научились забираться так далеко?

— Какой браконьер. Они там не выживут. Не говори с мутантом. Он или лучше сказать оно может влиять на мозг!

— Псизащита! — Вновь раздался грубый мужской бас.

Ощущение присутствия жизни пропало. Я вытащил из свёртка семисантиметровый кристалл и приготовился его поглощать.

— Сначала застрелим, а потом поговорим… То есть разберёмся. Огонь!

* * *

* По́едь — еда животных или то, что осталось после их трапезы.

** Парить мясо по-медвежьи. Когда холодно медведи обычно греют добычу теплом своего тела до нескольких суток, закидав ветками, мусором и ещё кое-чем пахучим.

*** Особенность боевых и строевых команд в том, что обычно они состоят из двух частей: протяжной предварительной и краткой энергичной исполнительной.

Глава 4

Прекратить огонь! — более командный женский голос остановил залп.

А я уже залпом поглотил кристалл, и он рассыпался прахом в моей руке. Никогда я ещё не поглощал кристаллы так быстро. От плескавшейся во мне звериной энергии я думал, что меня разорвёт на части.

Я лежал под корягой с активированным щитом и с болью выталкивал примеси из звериной, неочищенной энергии. От меня исходила чёрная дымка, она была не такая явная, как смотрелась в серой мгле аномалии.

Принять бой? Отступить в аномалию? Или же попытаться договориться? Что можно сделать ещё?

Мои размышления прервали звуки уверенных шагов:

— Голос мне твой показался знакомым, хотя и хрипловат. — Снова раздался командный женский голос, но уже ближе. — Давай не стесняйся, покажи личико. Обещаю, стрелять не будут.

Я не стеснялся. Вообще я не страдал подобным. Путь из аномалии отнял у меня все силы и банально я не мог встать, пока с риском для своего здоровья не поглотил кристалл. Во мне только сейчас восстановилась энергия, и я смог снять усталость с мышц. Приподнялся над корягой.

Женщина была в сером мундире без отличительных знаков. Он подчёркивал её стройную, но крепкую, спортивную фигуру. Её толстая длинной коса как у Насти только фиолетовая лежала на плече. За женщиной, а я бы назвал её больше девушкой с волевым красивым лицом, распределились полувеером множество роботов разных моделей. Были тут пауки, богомолы и большие металлические собаки. Помимо орудий роботов на меня были направлены оружейные стволы сотни солдат, занявших позиции за роботами. На форме солдат тоже не было знаков отличий.

Глаза девушки, что остановилась в тридцати шагах от меня, широко открылись от удивления и заискрились, наполнились фиолетовым свечением. Это, скорее всего, было не удивление, а узнавание.

— Ты… — краткая недоговорённая фраза из её уст подтверждала это. Дуги молний пробежали по телу девушки.

Как она меня узнала с такого расстояния?

«Это невозможно. Я весь в серой пыли и высунулся только чуть-чуть», — недоумевал я.

Грозовая девушка сделала останавливающий жест рукой, чтобы её армия оставалась на прежних позициях, и пошла на меня.

Я усилил аурный щит, прокачал мышцы энергией.

Девушка выключила свои молнии и хотела присесть возле коряги, но я встал на ноги.

— Как тебя зовут, мальчик? — спросила она.

Я очень хотел ответить ей: «Девочка не надо тыкать людям, даже если они выползают из леса». Но жизнь в этом теле меня многому научила. Я спокойно ответил:

— Глеб. Меня зовут Глеб.

— Вышел Глебка из тумана. — Девушка осторожно подалась вперёд, — Не Туманов ли ты к случаю? — Тихо спросила она. — Я могу чувствовать мутантов. И я ощущаю, что ты не мутант. Хотя… — Она посмотрела на едва заметную чёрную дымку отходящую от моего тела. — Есть в тебе что-то странное. Так ты тот самый Глеб Туманов?

Я кивнул, девушка ещё сильнее подалась на меня.

— Я не знаю, что твой глава задумал, но…

— Мне нужно срочно с ним связаться.

— Может тебе ещё с Настей нужно связаться?

Она со мной на «ты» и я тоже ответил по-простому:

— Можешь связать меня с ней. Так даже лучше.

— Ты что мне тыкаешь?

— Мы не представлены. Знаков отличия на вас нет, на них тоже. — Я указал на солдат за спиной девушки. — Как мне обращаться. Женщина?.. Девушка?.. Сударыня? — Глаза у моей собеседницы опять заискрились, а я продолжил. — Могу леди или госпожа?

— Не надо леди. — Процедила искрящаяся девушка. — Генерал Екатерина Громова я. По техники безопасности здесь не положено носить знаки отличия. Мутанты научились определять… Не будем об этом. А я думала ты на курорте.

— На каком курорте?

Генерал Громова посмотрела мне за спину:

— Вчера по новостям показывали, что у тебя был нервный срыв. Ты отказался лететь на учебное задание. Лежишь ты такой в гамачке на пляже и Пина Коладу попиваешь. Твой глава, кстати, и рассказывал всё это.

— Госпожа генерал, обеспечьте связь с главой моего рода? — Я ударил кулаком по сердцу. — У меня к нему очень серьёзное дело. И ещё, в вашем отряде есть Ветровы?

— Ветровых нет. Возле аномалий с этой стихией нужно осторожнее они и так расширяются. С твоим главой связать могу.

— Пройдём. Екатерина Громова указала рукой в направлении солдат. — Затем замерла, и её взгляд опустился, скользнул по моему браслету и остановился на моём свёртке. — А что там у тебя? Имею полное право сделать полный досмотр. Даже твой глава вывернет кармашки, пройдя мимо меня, если он пойдёт оттуда или туда. — Девушка генерал указала мне за спину. — В аномалию имеют допуск только специально подготовленные отряды Алмазовых.

Я поддел свёрток ногой, приоткрывая содержимое.

У грозового генерала глаза выкатились из орбит. Затем она вернула самообладание и прокашлялась:

— Чую, что здесь попахивает проблемами. А на моей территории я не хочу проблем. Сдам тебя твоему главе. Пусть сам разбирается. Да и он сначала мне объяснит, почему, зачем и для кого. — Она указала на свёрток.

Я поднял свёрток, а Громова внимательно на него посмотрела, но больше ничего не сказала.

«Может, хоть часть достанется?» — сделал наивное, но такое желание предположение. Я хотел оставить себе все кристаллы. Обернулся на аномалию. Оглядел пейзаж и попытался запомнить. Если заберут, то я наведаюсь к мишке ещё раз.

Громова посмотрела на меня и поняла мои оглядывания пейзажа иначе:

— Обещаю, что ты поговоришь со своим главой.

Я кивнул и сделал шаг к ней.

— Виталий, отвести в штаб. Выдели спецотряд сопровождения.

— Спецотряд? — Пробасил здоровый мужик, его лицо было всё покрыто глубокими шрамами. Я узнал этот голос. Именно он отдавал команду открыть огонь.

— Да! Я что два раза два раза должна повторять!

— Так точно, генерал.

— Доставить в целости и сохранности в штаб. Отвести в мой личный кабинет. Ясно!

— Так точно, генерал.

Меня окружил отряд. А затем подоспел спецотряд, состоящий из шагающих роботов.

Меня указали на открытую кабину одного из шестипалых металлических гигантов.

Я только хотел предупредить о моём ранге, как увидел в кабине знак, позволяющий перевозку сильных магов.

Залез в просторную кабину для перевозки. Ко мне залез Виталий и в кабине сразу стало тесно. Он задраил люк, и мы тронулись.

— Извини, если что. — Гигант кивнул в сторону аномалии. — Оттуда вылезает всякое. Я уже потерял много ребят из своего отряда.

— Понимаю, — согласился я.

— Дела рода. — Гигант снова кивнул в сторону аномалии.

Я кивнул в ответ. Дальше мой попутчик не проронил ни слова, лишь иногда косился на свёрток в моих руках. Его даже не удивило, что я был в майке и трусах.

Вспомнил, что маги могут вовсе обходиться без одежды и подобный наряд мог не удивить окружающих.

Спустя полчаса мерного покачивания и пейзажа, состоящего из ёлок на фоне окружающих нас роботов сопровождения, мы миновали десятиметровую стену, и оказались в укреплённом форте. Здесь было много зданий с бронеплатинами на окнах. Мы направились с самому массивному трёхэтажному строению.

Как только я вышел из кабины, почувствовал сильнейшее воздействие подавителей.

— Датчики ментального воздействия, — указал Виталий на продолговатые короба с краёв зарешеченной двери. Она открылась, и он прошёл первый.

Охранение пропускало нас без вопросов. Солдаты лишь открывали перед нами двери и косились на мой свёрток.

Длинными запутанными коридорами меня доставили к деревянной дубовой двери. Сопровождающий меня Виталий указал на дверь:

— Проходите, господин Туманов, генерал сейчас подойдёт.

Виталий, шедший до этого впереди, не заходил.

Видя, что я топчусь на месте, сопровождающий открыл передо мной дверь:

— Дальше мне нельзя. Это личный кабинет генерала. Допуск туда ограничен.

Я шагнул и заглянул в кабинет.

«Кабинет как кабинет», — сделал вывод, но усилил аурный щит и прошёл в личное генеральское логово.

Обстановка была сурово аскетичной: стол несколько стульев, большой чёрный кожаный диван.

Из этой суровой обстановки ярким пятном выделялась моя фотография на стене, истыканная дротиками.

Ещё усилил щит и осмотрел кабинет. Больше истыканной фотографии на стене меня смутил манекен в углу. У него было моё лицо. Неумело и криво вырезанная ножницами фотография. Видимо, эти самые ножницы торчали в паховой части манекена.

Мои колокольчики непроизвольно сжались, я ощутил присутствие за спиной, ещё усилил аурный щит и повернулся.

Там искрилась Екатерина Громова.

Глава 5

— Давно хотела познакомиться с тем, кто делал шпили-вили* с моей лучшей подругой. — Фиолетовые глаза генерала Громовой искрились.

Я справился с сиюминутной оторопью, указал сначала на фотографию на стене, истыканную дротиками, затем на пронзённый в пикантном месте манекен:

— У тебя какие-то вопросы ко мне? — Обратился я на «ты». Судя по моим фотографиям и то, что Громова узнала мой охрипший голос и моё испачканное в сером кристаллическом пепле лицо с далёкого расстояния, означало, что со мной генерал Громова в одностороннем порядке знакома уже давно.