Испытания

Все понимали: атакуй эсминцы Патруль, это станет началом новой войны.

– Прыжок, – Рей лишь кивнул старшему смены.

Не дожидаясь, когда обломки астероида достигнут обшивки, «Стодесятый» прыгнул. Скорее всего, и «Орион» последовал его примеру. Теперь Джейсону стал предельно ясен замысел всего действа. Ничего не менялось: Рей не менялся с возрастом, с этим можно было смириться, но он втянул и сына. Через Исана – весь Союз. Сейчас было совсем не то время и не те условия, чтобы кичиться новыми разработками и подкармливать собственное эго.

– И зачем было так рисковать? – спросил Джейсон, когда они вернулись на «Второй». – Ты доволен? Что теперь?

– Ждать, – Рей пожал плечами, с нечитаемыми эмоциями заглянул ему в глаза, коснулся рукой щеки и улыбнулся.

Часть 2

О том, чего именно ждать, Джейсон узнал через несколько месяцев. К этому моменту на Евразии-2 уже прошла серия трёхсторонних совещаний, причём слово держали в основном аварцы: Нойд и его сторонники последовательно излагали свои идеи по реформированию Союза.

Предложений было немало. И строительство орбитальной станции для нового главного офиса, где будут созданы максимально благоприятные условия для каждой вступившей в Союз цивилизации. И масштабная реорганизация флота с учётом уровня развития технологий всех членов Союза. И введение квот для поддержания баланса присутствия рас в войсках, искоренения дискриминации и необоснованных преференций доминирующему большинству. И постоянное личное присутствие представителей всех ключевых участников Союза, чтобы оперативно решать текущие вопросы. И создание пси-подразделения для обеспечения чистоты проводимых переговоров и дознания при возникновении спорных дел.

Слово «коррупция» вслух никто не произносил – оно незримо витало в атмосфере Евразии.

В первом раунде от Керийской империи участвовали Рей и Джейсон, а потом уже на переговоры летал Кали. Премьер-министру под силу решать конкретные задачи.

Конфедерация Аррахве на этих совещаниях не присутствовала – ремийцы оставались за намеренно очерченным кругом, Союз подписал с ними договор об ограниченном сотрудничестве. Рею даже не пришлось разговаривать по этому поводу с Каримой Джонс, председатель Генерального комитета сделала выводы сама. А может быть, посоветовалась с Исаном.

– Собирайся, вылет через три часа.

Рей застал Джейсона врасплох. Беспокойство вызвало и то, что муж держал в руках браслет-инъектор. Джейсон лучше всех в Галактике знал, что находится в непрозрачных ампулах, и не мог не встревожиться: Рей всегда выступал против использования синтетического катехина – препарат истощал и без того слабый организм навигатора.

– Куда мы направляемся? – Джейсон не встал в позу, но сейчас дело касалось его напрямую.

– По пути расскажу, – нервно отмахнулся Рей.

Только они вышли из стыковочного коридора, как «Второй» прыгнул в гиперпространство. Рей, бросив короткий взгляд на табло над шлюзом, направился в комцентр флагмана. Джейсону пришлось следовать за ним – никаких объяснений по-прежнему озвучено не было. Впрочем, стоявшая среди истребителей гражданская яхта в традициях клана Делавари лучше любых слов говорила о предстоящей опасной вылазке в одиночку.

После уточнения координат места, где флагман должен выбросить яхту, Рей с Джейсоном обосновались в каюте. У них было более половины суток: даже немногословному Рею не отвертеться. Правда, он всё ещё не горел желанием делиться подробностями неожиданного вояжа, а завалился на подобие дивана в одной из комнат каюты, с невозмутимым видом закинув ногу на ногу и заложив руки за голову, чем сумел-таки вывести Джейсона из себя.

– Ну так что? – скрестив руки на груди, Джейсон перешёл в наступление.

– Что? – Рей поднял одну бровь.

– Ты обещал рассказать, не забыл? – Было очевидно, что Рей ушёл в глухую оборону, но от понимания этого факта раздражение не становилось меньше. Скорее, даже росло.

– Мы летим в Конфедерацию, – как ни в чём не бывало выдал Рей.

– Нас там ждут? – Признаться честно, Джейсон чего-то такого и ожидал, за Реем не заржавеет, но всё равно был несколько обескуражен. Присел рядом, машинально положив руку на голень мужа.

– Насколько мне известно, да. Но на случай непредвиденных обстоятельств у нас есть синтетик. – Уверенность Рея таяла, как призрачный мираж, но он не был бы самим собой, если б не храбрился.

– И какова цель нашего визита? – Пожалуй, впервые со времён войны с Духами Джейсону пришлось целенаправленно допрашивать Рея.

– Тебе разве плевать, как и чем они живут? – Опять невпопад. Куда испарилось привычное понимание с полуслова?

– Настолько, чтобы ради любопытства рисковать жизнью? – Джейсон скорее скопировал насмешливый тон Рея, в ответ ожидаемо получил лишь сдавленный смешок.

Конечно, Джейсону был небезынтересен уклад жизни ремийцев, но предполагаемая цена не соответствовала величине интереса, и он не верил, что Рей вдруг начал руководствоваться иной логикой.

Вопрос Конфедерации в данный момент остро не стоял, но постоянно зудел на заднем плане ровным мерным гудением. Рано или поздно статус-кво изменится, и неизвестно, к каким последствиям для Галактики приведёт выход ремийцев из самоизоляции.

Хотя, возможно, не меньшее влияние окажет визит советников керийского императора на запретную для посторонних территорию. Главное – Джейсон не мог даже предположить, что увидит в Конфедерации.

Безусловно, Гимсо немало рассказывал о местных порядках, телепаты извлекали дополнительные сведения из глубинных слоёв памяти перебежчика, но всё равно это не давало объёмного представления о мире-кольце и жизни ремийцев. Слишком смазанной, спутанной и нереалистичной казалась полученная информация.

Например, с трудом укладывалось в голове, что с помощью генной инженерии можно не только создать новые виды организмов, но и репрограммировать геном уже имеющихся. Таким образом изначально рождающиеся похожими ремийцы меняли цвет глаз, волос и даже строение некоторых органов – конечно, не всё подвергалось редакции, но и доступного перечня оказалось достаточно, чтобы искренне поразиться.

В своё время Джейсон действительно удивился, а Рей напомнил, что его переход, по сути, является событием того же порядка. Сама техника давно была известна в Империи и на Аваре – не то от рэнделов, не то даже от камр, которые в былые времена демонстрировали больше разумности, – но не использовалась ввиду высокой смертности. Точнее, умирали практически все испытуемые, кроме тех, кого к этому переходу привёл случай. Или провидение. Или метод полного перебора – как случилось с Джейсоном. Имперские и аварские учёные причину неудач найти не смогли, да и практической пользы в расовых переходах не видели, так что исследования заглохли – и не возобновились, даже когда человек внезапно стал к-рутом-навигатором.

Теперь Рей видел в этом своё упущение – слишком много всего произошло, чтобы задумываться о детальном разборе процесса. Вполне вероятно, по горячим следам ещё можно было установить, почему Джейсону, в отличие от остальных пленников камр, удалось выжить, но тогда Рей подобные вопросы не решал, а императору Ардину внезапно возникший из ниоткуда к-рут, который спровоцировал бунт младшего брата, казался просто помехой. Время было упущено. Да и не являлись имперцы доками в генной инженерии – запретной области науки с момента первого объединения Империи.

Хотя правитель Карем, первый официально задокументированный рэндел, появился не без помощи медиков. Это тоже относилось к скрываемой от обывателей информации: самый яркий лидер Империи был зачат в пробирке и выращен в инкубаторе в качестве резервного фонда наследников. На всякий случай – в современности император должен обязательно произвести на свет минимум двух сыновей, а раньше прибегали к иным методам, что, бесспорно, имело некоторые недостатки: возможность манипулирования кандидатурами потенциальных доноров генетического материала, отсутствие нормального воспитания у потенциальных правителей и обесценивание династии как семьи.

С другой стороны, смертность в родах тогда была гораздо выше, а доля жителей Империи, страдающих от бесплодия, доходила почти до трети; раса находилась на грани вырождения, и император Арен вместе со своим мужем Каремом стояли на перепутье: можно было продолжить изыскания в сфере искусственного оплодотворения или направить все силы на поддержание естественного воспроизводства населения.

Кто из них сделал выбор в пользу второго – Арен или Карем, – история умалчивала. Но теперь Империя имела то, что имела: запрет на генную инженерию и аборты, продвинутый уровень репродуктивной медицины и стабильную рождаемость, позволяющую перекрыть естественную убыль. Правда, прирост народонаселения обеспечивался стараниями к-рутов и полукровок, но проводимая демографическая политика удерживала баланс – живущие на головных планетах к-руты уже не считались дикарями, а органично вписывались в местную среду, не вызывая шока у ортодоксально настроенных керийцев. Для этих целей активно работали не только образовательная политика и тщательный отбор мигрантов, но и пропаганда. Даже жители чопорной столицы не считали Нижний город гетто, что говорить про население Наёми?

Империя не держалась за прошлое – шла в будущее, пусть оно и несло в себе перемены. Восьмая часть крови наследника была к-рутской, но никто уже не видел в этом ничего из ряда вон выходящего; прошли времена, когда по закону полукровка не мог взойти на трон.

Очевидно было, что родоначальники керийцев пошли другим путём: ни Рей, ни Джейсон не знали – а Гимсо внятно ответить не смог, – когда ремийцы сделали знаковый выбор в пользу генной инженерии. Произошло ли это одновременно с запретом генетических исследований в Империи или позже, после сокрушительного поражения от Карема?

Джейсон не надеялся получить ответы на вопросы даже во время грядущего опасного визита; чего хотел Рей, вообще оставалось загадкой – вёл себя слишком непривычно, чтобы не чувствовать подвоха. Но Джейсон смирился с тем, что в этот конкретный момент пробиться сквозь стену не сможет: раз ему не удаётся, значит, не удастся никому.

После выхода из дока «Второго» яхта несколько часов петляла, пользуясь стационарными точками перехода, чтобы вынырнуть в непосредственной близости от Провинции Эхрефаат. Дальше путь пролегал через неизвестные картам навигации квадранты в звёздную систему Аррахве.

Светило относилось к красным карликам среднего возраста, стабильный и подходящий для углеродных форм жизни тип. А вот крупные космические тела в этой системе отсутствовали: пояс астероидов и единственный каменистый гигант ремийцы использовали в качестве материала для строительства мира-кольца – тонкой в планетарных масштабах полоски тверди, вращающейся вокруг звезды. Установленные на ней двигатели при необходимости корректировали орбиту.

Ремийцы и тут выбрали особый вариант – не стали осваивать бесконечные просторы космоса, а создали дом собственными руками. Непонятно, почему их не устроило многообразие Галактики – керийцы, аварцы и люди находили и находят относительно пригодные для жизни планеты и активно приспосабливают их под себя, – во время проектирования и строительства кольца восторжествовал триумф мысли ремийских инженеров. Ведь они, не обладая технологиями искусственной гравитации, сумели соорудить поистине монументальную и при этом сбалансированную мегаконструкцию. Правда, по нынешним меркам она была далека от надёжности, но функционирование в течение нескольких тысяч лет намекало, что строили кольцо с умом и на совесть.

Это Джейсон давно знал в теории, но на деле зрелище было ошеломляющим: опасения, тревоги, посторонние мысли – всё отошло на задний план, когда на главной панели яхты стремительно начала приближаться Аррахве.

Два кольца диаметром в миллионы километров из-за света звезды были практически незаметны, включилась программная коррекция изображения, позволяющая лучше их рассмотреть. Заодно стали видны и патрульные – сейчас они больше всего напоминали Джейсону земных рыб, резво и вольготно разрезающих длинными телами толщу воды. Только вместо воды был вакуум чёрного космоса с огромным огненным шаром прямо по курсу.

Пилоты биокораблей совершенно точно знали о прибытии важных гостей, Джейсону было неуютно от их слишком тесного сопровождения – крошечная в сравнении с «муренами» яхта казалась беспомощным мальком в окружении хищных рыб, – но ни один мускул на лице Рея не дрогнул: уверенно осуществил гравитационный манёвр, чтобы разогнаться до скорости, сопоставимой со скоростью вращения мира-кольца.

Именно вращение обеспечивало гравитацию и вместе с краевыми стенами удерживало атмосферу на поверхности. Вот так просто, без генераторов, можно было создавать притяжение, необходимое для нормального функционирования приспособленных к жизни на планетах организмов.

Судя по файлу, представленному Конфедерацией, гравитация на поверхности кольца была всё же несколько слабее, чем на Керии или на Земле, но с незначительной разницей, так что даже продолжительное нахождение там не принесёт никакого вреда здоровью. Что до ремийцев – их организмы уже давно были заточены под подобные условия и эволюционным, и искусственным путём.

На внешней поверхности основного кольца располагались космопорты, у каждого из шести секторов имелось минимум по четыре активных – яхте Рея было назначено конкретное место посадки. Джейсон решил приберечь язвительность на потом и не начал интересоваться, каким образом мужу удалось договориться с непреклонными ремийцами о таком радушном приёме. Впрочем, всё могло ещё измениться – именно поэтому Джейсон надёжно закрепил на предплечье инъектор и прикрыл его рукавом куртки. Рей тоже не стал облачаться в традиционную одежду, предпочтя робе привычный укороченный плащ. Доходившие до талии волосы заплёл в небрежную косу. И, естественно, взял с собой оружие. Три небольших, но мощных импульсника, один из которых передал Джейсону.

С каждой минутой кольцо было всё ближе: появилась возможность рассмотреть не только внешнюю, но и внутреннюю поверхность, больше всего напоминавшую обычную обитаемую планету. Причём, вопреки ожиданиям, суши там оказалось меньше, чем воды, – зеленоватые кляксы островов были рассыпаны по нежно-голубому полю океана.

Ворота указанного им шлюза выглядели старомодно, при этом работали безупречно – стыковка с видавшей виды платформой в просторном ангаре тоже прошла без проблем. Джейсона смутило отсутствие других кораблей: как живых, так и аналоговых. Значило ли это, что власти Конфедерации тоже стремятся сохранить этот визит в тайне?

По логике, должны были, поскольку ремийская пропаганда однозначно придавала имперцам негативную окраску – если не сказать, поливала дерьмом. В их глазах Империя являлась агрессором, стремящимся заполучить единоличное господство в Галактике, а керийцы виделись религиозными фанатиками, слепо верящими в давно сгинувших рэнделов. А во главе этой вакханалии стояли Рэеллины.

Зачем же они пошли на контакт, пригласив члена императорской семьи и политического лидера – а Рея иначе не охарактеризовать – столь ненавистной им цивилизации? Зачем согласился Рей, ведь не так давно на учениях он откровенно провоцировал родственную расу если не на конфликт, то на немалые сомнения в светлом будущем межгосударственных отношений?

Малочисленную имперскую делегацию встречала лишь дюжина ремийцев – в их числе Джейсон узнал Верховного афа. Одет он оказался иначе, чем во время переговоров на «Немезиде»: костюм был белым, из тонкой и струящейся ткани, и приоткрывал при движении густо татуированную кожу. Как ни странно, именно сейчас это не выглядело вызывающе.

– Господин Оберн, – Д’эрзу сделал шаг вперёд и слегка поклонился, – рад видеть вас в нашем доме.

– Взаимно, аф.

В действительности на радость не было и намёка – того требовал церемониал. Хотя и взаимной враждебности Джейсон не ощутил, в воздухе витало нетерпение. Возможно, ещё сомнения – с обеих сторон. Сопровождающие Верховного афа ремийцы были вооружены, но досматривать важных и довольно опасных гостей не стали. Рей и Джейсон находились в меньшинстве, хотя и имели фору в виде активной железы, продуцирующей катехин: телепатия и телепортация в любых условиях давали преимущества.

Впрочем, одно из них практически сразу сошло на нет.

– Позвольте… – Аф в нерешительности уступил место ремийцу с портативным инъектором в руках. – Как договаривались.

– Конечно, – Рей кивнул и подставил запястье, успев мысленно сообщить Джейсону, что в ближайшие двенадцать часов его пси-способности будут равны нулю.

Выждав время, необходимое, чтобы подействовал укол, вся процессия отправилась «наверх» – знаковое общение представителей потомков с предками пройдёт в здании Совета афов.

Рея и Джейсона вели по бесконечным коридорам: интерьер с обшарпанного захолустья сменился на неожиданный белоснежный глянец пола и стен. Если бы не то и дело пробегающие органические формы жизни, Джейсон бы решил, что это одна из современных туристических станций в человеческих секторах. Хотя жители Конфедерации просто могли подготовиться к приёму дорогих гостей, продемонстрировав им самое лучшее.

Лифт на внутреннюю поверхность тоже показался Джейсону просторным, только индикация, как и консоль, не была голографической: сенсорные кнопки и табло, ведущее отсчёт до окончания поездки, располагались на стенках кабины.

Рей не подавал виду, что взволнован, но и охотно поддерживать беседу с Д’эрзу не собирался – аф отдувался за троих, задавая дежурные вопросы о полёте и об оснащении яхты и получая односложные ответы.

Стоило дверям кабины разойтись в стороны, как Джейсон внезапно оглох и ослеп – от света, воздуха и пространства. Не ожидал, что резко окажется на равнине: всё поле зрения занимали невысокие, словно игрушечные, холмы, покрытые бурым бархатом растительности. Привычных мостовых не оказалось, после дюжины серо-бело-матовых ступеней подошвы ботинок погрузились в густую траву. Такого же красно-коричневого цвета – видимо, спектральный состав излучения Аррахве тому способствовал.

Флора на головных планетах Империи тоже различалась – в зависимости от света звёзд в системах Керии и Арикты, а вот на Наёми включался ещё фактор искусственно поддерживаемой атмосферы, которая защищала поверхность планеты от избыточной радиации.

Впрочем, Джейсон мгновенно забыл о растениях мира-кольца, когда увидел его обитателей – кишащая биомасса тоже слилась с общим фоном, внимание всецело заняли встречающие их у выхода из терминала ремийцы.

Жители Конфедерации также рассматривали чужаков: в большинстве своём молодые, с длинными, чаще чёрными волосами, облачённые в светлые, максимально открытые одеяния. Обувь отсутствовала – увитые вязью нательных рисунков босые ноги ступали по траве. Ремийцы оглядывались, улыбались, кто-то смеялся, создавая ласкающий ухо шелест неразличимых голосов.

Брови Рея нахмурились – ко всему прочему он испытывал дискомфорт, лишившись ментальных способностей, – но Джейсон позволил себе отвлечься и впитать это место без остатка. Смотрел во все глаза, стараясь не пропустить ни единой детали.

Они шли по бескрайнему полю к возвышавшимся холмам, привычный горизонт был скрыт плотной ватой облаков, а небосвод ярким пунктиром расчерчивала белёсая линия. Джейсон вдруг догадался, отчего закружилась голова: кольцо можно было увидеть с поверхности! Оно отражало свет Аррахве в частях, не затемнённых внутренним кольцом, отвечающим за смену суток, – вероятно, ночью зрелище будет ещё более впечатляющим. А вот присущих планетам сезонов в кольцевом мире, похоже, не существовало – идеальная окружность обеспечивала равномерное попадание света звезды.

Холмы на деле оказались завуалированными строениями – Джейсон не знал, было ли это данью экологичному подходу ремийцев, проглядывавшему во всём, что он видел, или же маскировка считалась важным условием жизни, но резко обрушившееся на него понимание заставило сердце забиться в ускоренном темпе: та же бережность, то же слияние со средой, та же гармония. Это было не внове – когда-то давно Джейсон, впервые увидев Керию, испытал сходные ощущения. Разный путь, разная философия, даже геном серьёзно различался – и столько всего общего.

Не две расы. Одна. Разделённая случаем и историей на тысячи лет.

Подёрнутый сизой дымкой водоём помог Джейсону вернуться в реальность: пообещал себе поделиться этими выводами с Реем, хотя Рэеллину во втором поколении такой ход мыслей может не понравиться.

Громада здания Совета скрывалась в холме на самом побережье – возвышение обрывалось рукотворным яром; внутри вновь оказалось слишком много воздуха и пространства, даже во дворце на Керии своды потолков были ниже, окна тоже не отличались огромными размерами, хотя и позволяли увидеть всю столицу словно на ладони. Окна в здании Верховного совета правильнее всего было называть иллюминаторами – как на императорских флагманах.

Стеклопласт – или иной прозрачный материал – не только захватывал безмятежное небо, но и уходил под воду; ещё будучи человеком, Джейсон посещал океанариумы на крупных колониях, но масштаб мира-кольца в сравнении с ними был колоссальным.

В воде глубокого бирюзового цвета двигались мини-копии ремийских кораблей: охотились за стайками поблёскивающих серебристыми боками рыб, танцевали странные парные танцы…

– Подобные животные обитали на Ремене, – заметив интерес Джейсона, пояснил Д’эрзу, – мы постарались максимально точно воссоздать флору и фауну родной планеты.

– И взяли их за основу при проектировании биокораблей? – спросил Рей.

– Именно так, – кивнул аф.

– Империя сохранила нативную биосферу на головных планетах, – Рей говорил без привычной издёвки. Это не было противопоставлением, просто очередной факт, подтверждающий одновременно различие и сходство цивилизаций, на которые теперь уже нельзя было закрыть глаза. – За исключением Наёми, конечно.

– Какая ирония, – почти беззлобно улыбнулся аф.

– В Империи все эксперименты с геномом вели к вырождению, – парировал Рей.

– Или к потере веры в рэнделов? – Д’эрзу наклонил голову, внимательно вглядываясь в его лицо.

– Мне открыт самый полный доступ к истории Империи. Хотите сомневаться – сомневайтесь, право ваше, – ухмыльнулся Рей, явно не желавший продолжения дебатов.

– Я имею право верить, что реально найти способ управлять рэндельским кораблём, – осторожно произнёс Д’эрзу. – Кто сможет – будет управлять Галактикой.

– Думаете, один корабль позволит это сделать? – ощетинился Рей; не на словах – Джейсон заметил, как резко заострились черты его лица.

– Пока его технологии не стали всеобщим достоянием – да, – аф тоже внимательно следил за реакцией визави, хотя сам был совершенно спокоен. – Кстати, о технологиях: наш договор в силе?

– Конечно.

Джейсон ничего не знал о договоре – и никаких подробностей не последовало. Рей лишь приложил свой браслет к встроенной в одну из стен консоли, зуммер возвестил об успешной передаче данных. Взамен он получил плоский пластиковый прямоугольник неизвестного назначения.

Прощание было крайне скомканным и неловким; в общей сложности Джейсон с Реем провели на поверхности кольца несколько часов. Но и этого оказалось достаточно для лёгкой ломоты в висках и ощущения нарастающей тревоги.

Когда яхта вышла из ворот космопорта, к ней плавно, но стремительно двинулся конвой из патрульных. Рей всё ещё был нем ментально, взглядом указал на рукав со спрятанным инъектором и скомандовал голосом:

– Не будем искушать. Прыгай на Нирайди.

Джейсон безропотно подчинился, чувствовал опасность, но точно знал, что на этот раз Рею отвертеться не получится: расскажет всё, и в подробностях.

– Что за информацию ты им скопировал? – спросил Джейсон, когда пришёл в себя после прыжка: яхта легла в дрейф на орбите Нирайди.

– Об орудиях типа R, – Рей как-то разом сник, не оказал ни малейшего сопротивления.

– На хуя? – иных слов Джейсон не нашёл – ругательство сорвалось машинально.

– В обмен на базовые генетические разработки, – ответил Рей. – Исан и Верн знают.

– Зачем, Рей? – переоценив свои силы, Джейсон резко встал, пошатнулся и схватился за спинку кресла.

– Ну, во-первых, их патрульные теперь могут стрелять друг в друга… – Рей пытался шутить, но выходило из рук вон плохо.

– Ты лжёшь! – Джейсона охватило негодование: от осознания поступка Рея в груди жгло, дышать стало трудно. И главное – Рей заставил и его участвовать в этом фарсе.

– Джейс… – Рей тоже поднялся из пилотского кресла и робко погладил Джейсона по плечу. – Ты знаешь, сколько циклов Д’эрзу?