Помоги проекту - поделись книгой:
— Как много натяжек, — задумчиво произнес Морган. — Ну, ладно. Об этом мы поговорим позже. Мальчишка владеет магией «гу» и находится в симбиозе с демоном. Надо его найти, и вы поможете мне в этом деле, Олег.
Имя Фрэнк произнес четко и внятно, без намеренных искажений. Благожелательно улыбнулся, глядя на задумчивого пленника.
— Все следы обрываются в воде, сэр, — усмехнулся Полозов. — Никто не видел Ника после этого. Тело не нашли. Среди живых его тоже не было. Так что моих способней хватило только на то, чтобы вцепиться в жалкую ниточку и тут же ее потерять.
— Не все так плохо, — хозяин бунгало и всего поселения под названием Санта-Мартино отсалютовал бутылкой. — Мы будем с вами работать, пока не вспомните все повадки мальчишки, его предпочтения и наклонности. Если возникнут трудности — привлечем ментата. Ну, а напоследок, в случае неудачи, я проведу ритуал привлечения личного демона. Кстати, не катались на тварях преисподней? Невероятное чувство, скажу вам.
Полозов почувствовал, как страх царапнул позвоночник, но усилием воли заставил себя сохранить невозмутимое выражение на лице. Даже усмехнулся, неторопливо потягивая воду из бутылки.
— А если ничего не получится? Убьете или отдадите аборигенам на съедение?
Морган поморщился, как будто услышал плохую шутку.
— Вы непростой человек, Хельг, — он почему-то решил назвать Полозова на скандинавский манер. — Умеете добывать информацию, передвигаться по чужой стране с поддельными документами, обрывать слежку… Кстати, сколько раз?
— Трижды, — подтвердил Олег. — В Цитайхэ, в Шэньяне и в Даляне.
— Видите, насколько у вас развиты специфические возможности, — без тени усмешки сказал Морган. — Неужели я позволю себе жертвовать такими людьми, отдавая их на ужин милым детям природы? Расслабьтесь, Хельг. Здесь давно не питаются человеческим мясом. Раджа Сулейман беспощадно казнит за каннибальство. Причем, вырезают всю деревню, где прошло пиршество.
— Успокоили, — проворчал Полозов. — Еще вопрос: в каком качестве я нахожусь здесь?
— Из этого бунгало пока вам запрещено выходить, — кивнул Морган. — Еду будут приносить прямо сюда. Если понадобится в туалет — санузел за вон той дверью. Там же и душевая. Не удивляйтесь, моя аудиенсия имеет все прелести цивилизации. Книги и журналы только на английском и французском. Но я дам распоряжение своим людям, они раздобудут что-нибудь из русской печати.
— Буду благодарен.
— Очень рад, что вы оказались адекватным человеком и не пытаетесь играть в свои игры, — хозяин аудиенсии встал и направился к выходу. — Надеюсь, наше сотрудничество окажется плодотворным. А там, глядишь, вам понравится остров. Здесь великолепная природа, горячие девушки и хорошее жалование. Сейчас принесут завтрак, а потом мы начнем работать.
Олег проводил задумчивым взглядом Моргана и решил выглянуть наружу, для чего вышел на небольшую террасу. Бунгало, как он и предполагал, было приподнято над землей для защиты от различных ползучих тварей вроде тропических змей и пауков. Вдоль хижины проходила дорожка, посыпанная гравием. За ней сразу начинался густой лес с изумрудной зеленью, в которой порхали разноцветные пичуги. Где-то противно орала невидимая глазу птица.
Неподалеку стояли еще несколько бунгало под тростниковой крышей, довольно больших и симпатичных. Вдоль тропинки на равном расстоянии стояли столбы с осветительными фонарями, к хижинам от них шли провода. Получается, аудиенсия Санта-Мартино и в самом деле не чужда благам цивилизации. Откуда-то неслись звуки задорного буги-вуги, звонким речитативом звучал женский голос.
А вот и охрана. Чернокожий крепкий парень в песчаной униформе неторопливо прошел мимо террасы, мельком взглянул на Полозова, как бы невзначай поправил на плече ремень короткоствольного автомата, и остановившись возле пальмы, привалился к стволу дерева. Широкие листья давали отличную тень, а солнце только-только поднялось в зенит. День обещал быть жарким.
Олег вернулся в бунгало и завалился на постель, закинув руки за голову. Предстояло много анализировать и выстраивать схему отношений с Морганом, понять, зачем ему нужен Никита. Сбежать с острова всегда успеется, тем более что Полозов не считал эту задачу невыполнимой. Трудной — возможно, но не настолько, чтобы опытный «потайник» не обвел вокруг пальца местную охрану. Значит, предстоит большая и кропотливая работа, которая поможет вернуться ему на родину.
Глава 2
Жаркий воздух тяжелой завесой опустился на песчаный пляж и неожиданно обрел очертания фигур животных с большими горбами, бредущих по янтарно-желтым барханам. Впрочем, меняющиеся картинки миражей не оказались неожиданными для молодых парней в униформе песчаного цвета, расположившихся вдоль берега и на высоком взгорке. Они слегка оживились, да и то сразу же потеряли к ним интерес.
А вот для детей, сидевших рядом с древним стариком, появление невиданных для их возраста верблюдов стало приятным дополнением к долгому занятию. Сам старик в потертой рубахе, потерявшей изначальный синий цвет, и в просторных штанах из тонкого трикотажа выглядел довольным. Фокус удался, что ни говори.
За его руками, выписывающими разнообразные фигуры, можно было наблюдать бесконечно. Пальцы порхали в воздухе, плавно выстраивая невидимые линии подобном портновским лекалам: кривые, переходящие в изящные эллипсы или полуокружности, насыщали воздух энергией, но настолько слабой, что магия почти не ощущалась амулетами. Иллюзорные построения меняли форму и структуру, демонстрировали растущие из песка розы, прыгающих золотых рыбок, распускающих красивейшие хвосты павлинов.
Полина и Мишка были в восторге, совершенно забыв об усталости и жаре. Развлечение, устроенное дедом Фролом, всего лишь отвлекало их от серьезных занятий. Старик по своей природной вредности захотел проводить первые уроки вне родового поместья. Вот взбрело ему в голову обучать «молодежь» подальше от любопытных глаз жителей имения, как и от взора отца и матерей, что никаких иных доводов не стал слушать. Он уже придумал пару аргументов для продвижения своей методики занятий на природе, если родители воспротивятся.
Но свое удивление Фрол едва сдержал; ни один мускул на морщинистом лице не дрогнул, когда Никита выделил для сопровождения детей и его самого десяток бойцов, а вдобавок к этому приказал подогнать к берегу новенький речной катер, которым командовал Глеб Донской. «Валдай» только недавно встал на боевое дежурство для охраны поселка и родового поместья, и теперь ежедневно старательно взбивал воду мощным мотором, оглашая окрестные леса солидным рыком. Сейчас же он лениво болтался неподалеку от пляжа, а на борту постоянно находились две пары бойцов, периодически меняющих друг друга.
— Свою первую иллюзию я сотворил в пять лет, — с удовольствием глядя на заинтересованные мордашки детей, сказал Фрол, отряхивая руки, с которых на землю сыпались серебристые пылинки и собирались в один большой удивительный цветок с расходящимися лучами. — Вот такую магоформу, которую вы сейчас видите. Мой отец хотел, чтобы я стал боевым волхвом, и ослушаться его было никак нельзя. А сам мечтал попробовать свои силы в построении необычных защитных и наступательных магических плетений, совмещая их с иллюзиями. Так сказать, приятно с полезным. И с тех пор неустанно совершенствовал умения, что и вам настоятельно рекомендую. Вот так вот…
Он легонько поддернул пальцем нос Мишки вверх и усмехнулся по-доброму. Старый Фрол, казалось, обрел покой рядом с этими малышами, так доверчиво и внимательно слушавшими его рассказы. Чародея особо-то и не волновало, понимают ли его юные ученики, и никогда не опускал свой уровень преподавания, как будто перед ним находились не четырехлетки, а вполне зрелые и самостоятельно мыслящие молодые люди.
Как ни странно, Миша и Полина понимали, особенно юная Ведунья. Сверкая огромными зелеными глазами, она внимательно вглядывалась в каждую морщинку наставника, в каждое движение губ, пытаясь вникнуть в сказанное по своим, неведомым для других, признакам.
— А что может иллюзия? — скрестив ноги как восточный вельможа, спросил Мишка и поправил панаму на голове.
— Она может все! — категорически заявил Фрол. — Например, создавая некоторые скрипты, я могу стать невидимым для человеческого взгляда. Я с легкостью изменяю качества объекта, которые определяют его вид, вкус, звук, запахи, которые он источает, осязание…
— И каким образом? — шмыгнул мальчишка и потер нос, как будто туда попала легкая и невидимая глазу пушинка. Хотел еще чихнуть, но сдержался.
— Да просто, — пожал плечами старик. — Накладываю на объект новый образ, какой мне нужен. Могу «убрать» мост под ногами плохого человека для возбуждения страха. Или вместо дома создать иллюзию пустоты, или пещеру с мрачным входом, или развалины, если есть желание заморочить кому-то голову. Все, что твоя фантазия позволит. Правда, — тут Фрол усмехнулся. — насколько хватит твоих сил, парень.
— У меня ее много будет, — похвастался мальчишка. — Папа сказал, что ее пока нельзя использовать.
— Ну да, — наставник едва сдержал ухмылку. Про сотворение «ножей ассасина» в поместье Назаровых уже ходили легенды, которые, к счастью, не покидали его пределов. Если про неуправляемый талант юнца узнают конкуренты, к наследнику рода придется ставить нешуточную охрану. Мало того, что Академия Иерархов возьмет в осаду «Гнездо», так еще и противники нового клана начнут интриговать. А где интриги, там и до больших неприятностей дойти может. — Папка твой просто так бросаться словами не будет. Но вопрос в другом… Хочешь ли ты овладеть техникой иллюзий?
— Хочу, конечно! — обрадовался Мишка.
Полина пристально взглянула на брата, поджала губы, но возражать не стала. Фрол смешно пошевелил бровями, ожидая ее ответа.
— А я не буду, — правильно поняла его девочка. — Не хочу обманывать.
Брови старика взлетели еще выше.
— В этом ли дело? — хитро прищурившись, спросил он.
— Я еще не понимаю, зачем мне техника иллюзий, — пожала плечиками Полина.
— Хорошо, не буду настаивать, — отступил Фрол. — Но занятия мы продолжим? Или у тебя интересы другие? Например, твои Гончие. Не хочешь познакомить нас?
— Они против, — отрезала девочка. — Я с ними разговаривала и поняла, что Гончие о тебе знают, но не хотят видеть в Стае.
— В Стае? То есть ты и твои псы — Стая?
— И я, и папа, и мамы, — подтвердила Полина. — Миша тоже.
— А младший брат? — осторожно спросил Фрол, отчаянно борясь с желанием выклянчить у мелюзги право встретиться с тварями Инферно. Все необычное в мире его привлекало до умопомрачения. Может, от того и скучно ему стало, что тайны и загадки растворились в повседневности и скучности бытия. В душе старый чародей всегда ощущал себя мальчишкой. Именно серость последних лет заставила его так жестоко обмануть людей, живших с ним в одном подъезде, и исчезнуть из Албазина. Забыв, что такое сочувствие, Фрол многое потерял в жизни, причем, прекрасно осознавая это.
— Он еще маленький, — пояснила Полина. — Папа запрещает показывать его Гончим. Когда Ярику исполнится два года, тогда попробуем. Я думаю, мои друзья не будут против. Ведь братик особенный.
— Чем же он особенный? — развеселился наставник, вовсе не думая проникнуть в смысл странных слов девочки.
К его удивлению, Полина вдруг замкнулась и не стала отвечать на вопрос. Она загребала золотистый песок, сжимала его в кулаках и медленно пропускала через пальцы, внимательно следя за растущими кучками.
— Хорошо, — вздохнул Фрол. — Хотите, покажу настоящую иллюзию?
Ребятишки обрадованно завопили и вскочили на ноги. Старик, кряхтя, позволил себе подняться не так споро. Истинные годы — это не волшебство, а печальная реальность. От нее не скрыться, увы. Ладно, что Ведунья обещала ему приличный отрезок жизни. Даже удивительно…
Он настороженно вскинул голову. Из-за песчаной косы, образовавшейся в результате обмеления реки (лето выдалось жарким и почти без дождей), показался катер с серебристо-синими бортами. Это был речной круизер «Антарес», который можно было приобрести без проблем любому человеку со средним достатком. Дешевый, быстрый, как раз для прогулок с небольшой компанией. Катер шел против течения со стороны богемных дач. Вероятно, детишки местного артистического бомонда решили покуролесить и отдохнуть.
Охрана тоже оживилась, а сидевшие на «Валдае» бойцы мгновенно распределились согласно боевому расписанию. Один оказался возле штурвала, а второй возле турели, направив ствол пулемета на прогулочный катер. Кто бы там ни оказался — детвора, студенты, бабушки или дедушки — господин Назаров пояснил четко и недвусмысленно: проявлять бдительность и не расслабляться. Под личиной красивой загорающей красотки может оказаться матерая наемница, а с пролетающей по реке моторки вполне возможно выстрелить из гранатомета.
Басовитое тарахтение двигателя «Антареса» не могло заглушить вопли веселящейся компании. Крики разносились по акватории Вологды. Увидев сторожевой катер с бортами, покрытыми шаровой краской, молодые люди на проходящем плавсредстве радостно заорали, размахивая руками.
— Точка-Два — Москиту, — сидевший неподалеку от Фрола с ребятишками старший группы сопровождения боец с забавным позывным из второго выпуска по подготовке охраны поднес к губам рацию. — В вашу сторону идет прогулочный катер. На борту семь человек, враждебных намерений не проявляют. Оружия не видно. Вероятно, любители пикников.
— Москит — Точке-Два, — зашипела рация. — Принято. Как объект?
— В порядке, — Москит кинул взгляд на старика, мирно беседующего с детьми. — СК.
— СК[3].
Точка-Два имела вполне мирное название: «Родники». Глеб Донской организовал по всему периметру поселка добротные сторожевые посты, контролировавшие подступы к жилому району. На проселочных дорогах, прорезавших многочисленными колеями лесной массив, поставили сигнальные маячки и видеокамеры. Жители ближайших деревень, напуганные появлением страшных тварей, почти перестали ездить по этим дорогам, поэтому Глеб особое внимание уделил береговой линии, с облегчением перекинув на важный объект все ресурсы охраны. Первый пост находился в трех километрах от «Родников», но людей там не было. Обходились магической системой оповещения. Мощный артефакт сканировал любое движение по реке и передавал сигнал на камеру с широкоугольной оптикой, а уже оттуда изображение шло на мониторы поселковой охраны.
Второй пост к тому времени был готов к встрече, и не важно, бревно там плыло, или лодка с рыбаками. Глеб требовал точного исполнения жестких инструкций, разработанных им лично, после утвержденных капитаном Шубиным и Никитой.
Между тем «Антарес» скрылся за песчаной косой, и только тогда охранники расслабились. Фрол перевел дух. Он готов был закрыть детей качественным оборонительным щитом, потому что относился ко всякого рода непонятностям с настороженным вниманием. Еще пятьдесят лет назад, в пыльном и чужом Кундузе, волхв понял: малейшая расслабленность грозит гибелью. Ладно, если тебя самого подстрелят из-за глиняного духана или с вершины заросшего колючим кустарником холма. Но под твоей защитой находятся десятки парней, которых ждут матери, жены, невесты. Как потом оправдывать свою секундную невнимательность?
Так и здесь. Шмальнули бы с катера магическим плетением или из обычного армейского портативного гранатомета по берегу — и деру. Никто бы и не успел среагировать.
— Дедушка, ты будешь нам фокус показывать? — дернул его за руку Мишка, проводив взглядом катер. Ему уже было скучно.
Фрол усмехнулся. Надо показать кое-что не только детям, но и охране, сбросившей напряжение. Кругом тишина, лепота, птички поют, кузнечики стрекочут. И в это время из жаркого летнего марева показались две человеческие фигуры. Они были в черных одеждах, больше похожих на балахоны, чем на обычную современную униформу. Головы обмотаны плотной тканью, такой же черной, как и одежда.
Ступая по берегу реки босыми ногами, неизвестные неторопливо приближались к стоянке. Теперь, когда их можно было разглядеть, глаз легко цеплял детали: широкие тряпичные пояса, за которые заткнуты широкие ножны кинжала, на плечевой перевязи висят еще одни ножны, слегка изогнутые и с выглядывающей из них костяной ручкой меча.
Охрана заволновалась. Послышались щелчки взводимых затворов, и по команде Москита двое бойцов мгновенно подхватили Полину и Мишку на руки, бросились наверх, где стояли внедорожники. Остальные тут же прикрыли их спинами, ощетинившись оружием. Даже на катере отреагировали правильно. Мощный ствол пулемета описал дугу и нацелился на необычных незнакомцев.
Только Фрол с удовольствием наблюдал за происходящим. Его квалификация позволяла создавать подобные иллюзии. Техника, которую он сейчас продемонстрировал, называлась «фальшивый двойник». Если охранники приглядятся к лицам этих миражей, то увидят в них самих себя. Многослойная проекция, настолько энергозатратная, доступна лишь Иерархам. Но… Как однажды Фрол сказал Никите, его невзлюбили в Коллегии за подобные фокусы. Они, видите ли, выбиваются из концепции магического искусства. Глупцы, повоевали бы с такими иллюзиями против дьявольских пуштунских магов…
Никто не заметил, как Фрол создал поверх тела Москита и еще одного бойца иллюзорный покров их двойников и сумел перенести энергетические субстанции на несколько метров от пляжа, вон за те кустики ракитника. Да еще сумел накинуть на иллюзии настоящие образы «охотников за головами» — были такие спецы у кочевников, наводили ужас на любую армию, пытавшуюся взять контроль над сердцевиной мира, коей считался Афганистан.
— Руки в гору! — заорал Москит, стоя на одном колене, и направив автомат в сторону черных фигур. — Замерли, а то стреляю!
Фрол одобрительно кивнул. Не из-за действий старшего группы. Он убедился, что дети уже находятся во внедорожнике, и водитель готовится сорваться с места, чтобы увезти их подальше от потенциальной опасности. Парни не растерялись, сработали так, как их и учили. Чтобы разрядить напряжение, волхв щелкнул пальцем — иллюзии рассеялись черным дымком в воздухе. Получилось эффектно.
— …твою кудрявую бабушку! — матюгнулся Москит, когда странные незнакомцы испарились прямо на глаза. Щелкнул предохранитель. — Дед, ты бы предупреждал, а!
— Ты еще до моей бабушки дорасти, сопля крылатая! — довольно ухмыльнулся старик, разглядывая сосредоточенные лица охранников, которые постепенно оттаивали. — Воин должен постоянно улучшать свои профессиональные навыки! Опасность может появиться даже из-за этого кустика, который вы, кстати, проверяли. И ваша готовность к этому — лучший показатель мастерства!
Фрол закряхтел и направился к тропинке, ведущей наверх. Неожиданно остановился и посмотрел на бойцов, тянувшихся за ним.
— Почему никто из вас не воспользовался «глазом», который для вас изготовил Никита Анатольевич? — строго спросил он. — Зря, что ли, я настаивал на артефакте иллюзий? Вот уж кому о моей бабушке напоминать не стоит! Недоумки. Лишь бы пострелять!
— Все, проехали, старик, — смутился Москит. — Извини, не сдержался.
— Придется внести в занятия курс по иллюзиям, — Фрол легко преодолел последние метры, пока его не видели ребятишки, но сразу же закряхтел, подходя к машине.
Москит дал отмашку катеру, чтобы тот шел к «Родникам», потом приказал группе садиться по машинам и возвращаться в имение. Ему было стыдно перед парнями, что по-детски лопухнулся. Вредный старик создал такую иллюзию, которая наталкивала на мысль проверить ее с помощью амулета. Вот же он, висит на шее. Оставалось только активировать его и бросить под ноги незнакомцам в черных балахонах. И Москита даже не смутило одеяние. В России никто так не одевается, даже потайники предпочитают специальную удобную униформу, пусть и отличающуюся в мелочах, но узнаваемую. Думать надо, дружище, думать! Иначе группу возглавит кто-то другой.
— Так это была иллюзия? — спросил Мишка, когда Фрол, старательно пряча улыбку, сел рядом с детьми. — Самая настоящая?
— Еще какая! — подтвердил волхв. — Теперь понял, что существуют различные направления в магическом искусстве? Можно создавать убойные плетения, можно быть слабым магом, но сильным практиком-иллюзионистом.
— Я понял, — кивнул мальчишка. — Но мне нравится создавать боевые скрипты.
— Одно другому не мешает, — мудро рассудила Полина. — Мне понравилось, хоть сначала я испугалась.
— Папа тоже умеет их делать, только ни разу не показывал, — признался Мишка. — Говорит, каждому магу полезно знать парочку хитрых штучек.
— А ты будешь знать…, - Фрол задумался и стал загибать пальцы, как будто считал количество этих «штучек», чем развеселил ребят. — Десять устроит?
— Вполне, — согласился Мишка. — Десять в самый раз. Буду фокусы показывать, когда в школу пойду.
Никита встречал своих детей, стоя на крыльце дома. Как раз он собирался навестить Ромку Елагина и Володю Строганова, до сих пор находящихся под присмотром Целителей в гостиничном комплексе «Изумруда». Две недели назад их извлекли из капсул и перевели на стационарное лечение, вернее, дообследование. И вот теперь настало время их навестить.
Вместе с ним собралась и Марина Балакирева, давно рвущаяся к своему жениху. Она стояла в сторонке и нервно теребила ремешок сумочки. Ей было страшно думать о встрече с Владимиром. А вдруг ничего не получилось, и он будет разочарован и зол, что, несомненно, отразится на его настроении? Правда, Никита Анатольевич утверждал об успешном окончании лечения, но кто знает, какие побочные эффекты могут проявиться?
Между тем Никита старался не обращать внимание на волнение девушки, и негромко переговаривался с Шубиным. Зачем лезть в душу человеку, в сотый раз его успокаивая? Увидит своего парня, и сразу забудет о своих тревогах.
Внедорожник, в котором находились двойняшки, подкатил к крыльцу, и ребятня с визгом выскочила наружу, сразу же облепив отца. Получив свою долю поцелуев и нежности, они ускакали в дом. Их с нетерпением поджидала строгая тетя Люба — госпожа Милютина, гувернантка дома Назаровых.
Следом выбрался, покряхтывая, Фрол.
— Пойду, прилягу на часок, — доложил он, поднимаясь по лестнице. — А потом займусь твоими оболтусами, Анатольевич. Учить и учить их еще.
— Прокололись? — сочувствуя своим охранникам, поинтересовался Никита.
— Беспутные они. Реагируют на опасность правильно, но не догадываются применить подручные средства, оттого и конфуз выходит.
Фрол одернул рубаху, и похлопав Шубина по плечу, исчез в доме.
— Москит, где сопровождение? — крикнул Антон.
— Возле ворот ждут, — старший группы, топтавший асфальт возле машины, был чем-то смущен. Легко догадаться, кто его вогнал в такое состояние. Старика побаивались. Умел он показать уровень подготовки охраны, отчего краснели многие, даже Слон и Лязгун. Посыл был ясным: «ничего вы еще не смыслите в жизни, сопляки».
— Тогда поехали, — Никита кивнул Марине, и они оба сели на заднее сиденье «Вихря». Москит бросил в рацию несколько слов и тоже запрыгнул внутрь. Внедорожник взревел, объехал вокруг фонтана и помчался к КПП.
Чтобы хоть как-то растормошить по дороге молчащую девушку, Никита поинтересовался:
— Что планируете делать после выписки Владимира? Останетесь в Вологде на недельку погостить или сразу в Тобольск?
— А с ним точно все в порядке? — робко спросила Марина. Она почему-то чувствовала себя рядом с Никитой маленькой девочкой, хотя и была старше на пару лет. От хозяина «Гнезда» несло какой-то запредельной уверенностью, которую по ошибке могли принять за самоуверенность; а еще он подавлял своей мощью. Девушка верила, что при определенных усилиях можно увидеть всполохи ауры, насыщенной невероятной жизненной и магической энергией. Володя мягче. Он больше подвержен эмоциям, отчего перепады настроения случались довольно часто. Может быть, вернув ногу, он перестанет замыкаться в себе?
— Марина, — Никита легонько сжал руку спутницы. — Если профессор Кошкин утверждает, что лечение прошло удачно и реабилитация идет по плану, так оно и есть. Я давно знаю Артема Даниловича. Впустую он словами разбрасываться не будет.
— Хорошо бы, — вздохнула девушка и замолчала до самой Вологды. Мыслями она была рядом с Владимиром, и на живописные красоты лугов не обращала внимания.
Поделиться книгой: