Половина мира

– Сапфира, ты меня слышишь? – поинтересовалась мама, она даже пощелкала пальцами у меня перед глазами, но я судорожно пыталась в очередной раз выхватить черную фигуру взглядом. Ничего не получалось, как бы я не старалась осмотреть помещение, ни краем глаза, ни напрямую, в том углу и по пути оттуда, больше никого не видела.

– Да, там была фигура…, – начала было я, но осеклась, ловя на себе лишние взгляды других посетителей таверны. Мать будет явно не в восторге, если я сейчас на все заведение расскажу о таинственном существе с красными глазами, и привлеку к нам ненужное внимание. Окинув взглядом таверну, леди Скарлетт нахмурилась, но по одному выражению лица я понимала, что все это ее сейчас заботит меньше меня.

– Мы договорились о цене, этот тип нам поможет. Попроси завернуть провизии в дорогу и дать несколько фляг с водой, мы уходим прямо сейчас, – скомандовала она, положив на стол несколько серебряных монет, проследив за ее действиями, я поняла, что мама пересчитывала оставшиеся деньги в кожанном мешочке, обычно спрятанном у нее на поясе. Неужели они с незнакомцем правда пришли к соглашению? Сколько она должна ему заплатить? Мне об этом явно никто не расскажет. Пробормотав согласие, беру со стола деньги и направляюсь исполнять поручение. У стойки никого нет, а мужчина скучающе протирает вымытую посуду. Завидев мое приближение, он встрепенулся, выслушав просьбу, поспешил ее исполнять. Решив подождать провизию здесь, я продолжала наблюдать за матерью и подозрительным углом в тени, но все мои попытки снова увидеть фигуру оказались обречены на провал, она так и не появилась.

Зато со второго этажа вприпрыжку спустился все тот же незнакомец с зелеными глазами, у него за спиной висел мешок средних размеров. Хитро подмигнув маме, он потянулся к шляпе, что все время их переговоров лежала на столе, возле моей пустой тарелки, вот только леди Скарлетт его опередила. Резко нагнувшись, она быстро подхватила шляпу за край и водрузила себе на голову. Создавалось впечатление, словно она вот-вот покажет мужчине язык и хитро улыбнется. У меня брови приподнялись над глазами от подобного поведения этой женщины. Затем она с огромной неохотой протянула незнакомцу мешочек с деньгами, и я поняла, что своих средств у нас больше нет, а последние я сейчас отдам за провизию. Ситуация мне не нравилась, ведь ее причиной выступала именно я.

– Я заберу провизию, мне еще за комнату рассчитаться нужно, можете подождать меня на улице, – озвучил незнакомец, обойдя стол и направляясь ко мне. Покачав головой и положив руку на пояс, мама смотрела ему вслед таким взглядом, словно готова убить на месте, но за все наше время нахождения здесь, по другому она на него и не смотрела. Переводя взгляд с нее на незнакомца, я растерялась еще больше, ведь не знала, кого следует слушаться в первую очередь, если слова этих двоих будут различны, вот почти, как сейчас.

– Слишком дорогая шляпа получится, если ты вдруг куда-то сбежишь, пока мы будем ждать снаружи. Лучше подождем вместе тут, – с наигранной любезностью проговорила мама, а я с трудом удержалась от смеха. Сразу после этих слов она так ловко поправила шляпу у себя на голове, что я невольно залюбовалась тем, как женщина в ней стала выглядеть. Незнакомец же улыбнулся настолько естественно и мило, что я невольно залюбовалась и им, а описать, каким взглядом он наградил леди Скарлетт, мне не хватит словарного запаса. Если бы кто-нибудь так посмотрел на меня, я бы задохнулась от восторга. От моего внимания не укрылось и то, как мама обратилась к нему, бесцеремонно перейдя на “ты”. Мне явно рассказали не все, и оставалось только строить догадки, что случилось на втором этаже таверны, за закрытой дверью.

– Да, да, барышня, как скажете, – пробормотал он и остановился возле стойки в метре от меня, – мы кажется не знакомы, позвольте представиться, я Нат, – протянул он мне руку и улыбнулся, а я затылком ощущала буравящий взгляд серых глаз матери. Растерявшись и не зная, как себя вести, я постаралась нейтрально дружелюбно улыбнуться и ответить на рукопожатие, что уже было довольно странно, ведь дамам принято целовать руку, а не жать.

– Сапфира, – я не подумала о том, что настоящее имя может выдать не только мою личность, но и мамину, а поняла это слишком поздно, когда оно уже сорвалось с языка, а улыбка на губах собеседника стала намного шире. Очень надеясь, что из-за стоявшего в таверне гама и смеха большой компании в противоположном углу, мама этого не услышала. Поймав на себе взбешенный взгляд леди Скарлетт, я поняла, что все она слышала.

– Очень приятно познакомиться, – тут к нам подошел мужчина за стойкой и Нат переключился на него, а я мысленно уже прокручивала беседу с матерью, в которой она хватаясь за волосы читает мне нотации, что я могла бы и полный титул с фамилиями произнести, раз уж ничего не боюсь. Думаю, мысли леди Скарлетт были именно об этом. Когда наш новый спутник уладил дела с комнатой и своими долгами, за счет полученных от мамы монет, мы распихали провизию и фляги по мешкам и покинули таверну.

Стоило мне оказаться на свежем воздухе, и в нос ударил приятный запах весны. Вокруг многие деревья только начинали цвести, распространяя аромат на несколько километров в округе. Почему-то я чувствовала себя иначе, нежели, когда входила в стены самого большого дома в поселении. Сейчас я верила в успех нашей затеи, и в глубине души знала, что все еще может обернуться хорошо. Раз с нами теперь есть маг, и маме не придется тратить свой резерв на исправление моей магии.

Пока я пребывала в самом лучшем расположении духа, мама старалась не отставать от Ната, и держать меня в зоне видимости. Хоть она и шла в сапогах на каблуках, но ее шаги были твердыми и уверенными, а почти бежать приходилось именно мне. День еще в самом разгаре, солнце стояло высоко, вечером даже не пахло. Если поторопимся, можем еще к ночи успеть вернуться домой, так я себе представляла это путешествие, и немного не понимала, зачем нам три фляги с водой и свертки провизии? Хотя, пообедала из нас троих только я одна, вполне логично, что перед отправлением назад, мама и Нат захотят перекусить, а просить у этого, некоего Стефана, они, естественно, ничего не будут.

Мы обогнули гостиницу и вышли на дорогу, что вела прямиком в лес, сужаясь и становясь все менее протоптанной с каждой пройденной сотней метров. Стоило нам войти под кроны деревьев, стало значительно прохладней, а мужчина периодически оборачивался назад, находя для этого разные поводы. В отличие от него, мама вырвалась вперед, но она внимательно изучала стволы деревьев и ближайшие ветви, что растянулись над дорогой, скрывая ее от солнечных лучей своей листвой. Когда Нат совсем отстал, и я не слышала его шагов позади, сердце вдруг забилось быстрее и нехорошие мысли полезли в голову. Ведь сейчас мужчине ничего не стоит бросить нас в лесу и скрыться со всеми оплаченными вперед деньгами. Резко обернувшись, я чуть не врезалась в грудь спутника, и неловко отпрянула на шаг назад.

Мужчина заметал за нами следы, и делал это настолько бесшумно, что я даже не слышала его шагов, ведь их не было. Он буквально парил над дорогой, а мне предстала картина того, как мелкие крупицы земли, по которым мы только что прошли, взметаются в воздух, словно подброшенные ветром. А отпечатки обуви, оставленные нами всего несколько секунд назад, безвозвратно исчезают.

– А я думал, что из вас двоих больше подозревать меня и не доверять будет она, – указав подбородком в сторону продолжавшей путь матери, усмехнулся Нат, развернув меня по направлению движения и подтолкнув в спину. Прикусив губу, я виновато склонила голову, и поспешила нагнать леди Скарлетт, чувствуя, как щеки становятся пунцовыми от стыда за свое недоверие.

– Ну что ты, я полностью тебе доверяю, ты же без памяти в меня влюблен, – голос мамы раздался так неожиданно, что я чуть не споткнулась, хотя, всему виной явно стала сказанная ею фраза. Мужчина позади издал смешок, но ничего не ответил, мне же в очередной раз стало неловко находиться в их обществе. Решив больше ничего не говорить и просто делать то, что скажут, я переставляла ноги, удаляясь за матерью все глубже в лес.

С тропы мы свернули через несколько часов пути. Мои ноги жутко болели, не удивлюсь, если натерла мозоли от столь продолжительной прогулки. Прежде мне никогда не доводилось ходить по лесу так долго, и с непривычки очень устала, вымоталась, хотелось есть, пить и лечь на что-то удобное и мягкое, но здесь ничего подходящего точно не найдется. Удивительней всего было наблюдать за матерью, ведь ее обувь куда более не подходила для местности и продолжительной ходьбы, однако, по леди Скарлетт вообще не скажешь, что она в пути столько же времени. Начинало темнеть, а из-за плотной листвы деревьев, мне давно стало казаться, словно наступил вечер. Обогнав нас на очередной поляне, Нат выставил руку, преграждая маме путь, а сам скинул мешок на землю и осмотрелся.

Ничего необычного вокруг я не заметила. Участок земли, два метра на метр, без деревьев, с небольшим холмиком в центре, на котором торчал засохший пень, вокруг него пыталась вырасти свежая, светло-зеленая трава. Стоя на самом краю поляны, я осматривалась по сторонам, в поисках любых проявлений магической активности, но ничего не увидела. Мама стояла почти в самом центре, ее не интересовала местность, она упорно пыталась открыть крышку фляги, но у нее ничего не получалось. Моя фляга была пуста уже очень давно, но признаться в этом спутникам язык так и не повернулся. Пришлось устало плестись вместе с ними, изнывая от жажды и подавляя в себе желание попросить воды.

– Мы на месте, – наконец заявил Нат, сжалившись над леди Скарлетт. Мужчина резко выхватил из ее рук флягу и открыв ее, вернул обратно. Мама даже не успела ничего понять, как ей на ладонь упала пара капель расплескавшейся воды.

– Как и в прошлые четыре раза? – поинтересовалась она, а я снова приподняла брови от удивления. Стоявший спиной к нам, Нат, поставил руки на пояс и развернулся на каблуке, второй ногой пнув пень по ходу движения.

– Я ничего не говорил в прошлые четыре раза, – произнес он так, словно в чем-то обвиняя маму, но она невозмутимо сделала несколько глотков, закупорила флягу и протянула ее мне, чем удивила еще больше. Не дожидаясь повторного предложения, я ухватилась за предоставленный шанс попить, и отвлеклась от разыгравшейся перед глазами сцены.

– Если б не хотел, закрылся бы, – пожала она плечами, а я чуть не подавилась, делая большой глоток воды. Это она что, потратила немного магии, чтобы мысли его прочитать, оттого и узнала, про четыре предыдущих раза, когда по мнению Ната, мы были на месте? Глаза мужчины блеснули зеленым так ярко, что я невольно посмотрела вверх, пытаясь понять, откуда светит солнце, но его уже почти не было видно за деревьями.

– Я снял ментальную защиту только для того, чтобы иметь возможность обсуждать важные моменты без посторонних ушей, и чтобы ты доверяла мне, а не лезла ко мне в голову, когда тебе скучно, – процедил он сквозь зубы, выставив руку вперед, словно пытаясь этим жестом остановить надвигающуюся на него маму.

– Вы, – резко бросила она, изменившись в лице, стоило Нату замолчать, – я не давала тебе разрешения обращаться ко мне подобным образом, напоминаю еще раз, – как же ее зацикленность на таких вещах меня раздражала. Одно дело в городе, на важном приеме или в гостях, но совершенно другое – где-то на границе половины мира, посреди леса. Сжав руку так, словно он кого-то душит, мужчина тяжело вздохнул.

– Когда все закончится, и вы со мной расплатитесь, задушу своими же руками, – процедил он сквозь зубы, а у меня на губах почему-то появилась улыбка. Страха, что он так поступит, никакого нет, наоборот, полная уверенность в обратном, ведь и у папы при первой встрече с ней возникло такое же желание. Мама хитро усмехнулась и покачала головой.

– Когда все закончится, посмотрим, у кого окажется больше резерв, и кто еще кого задушит первым, – эта фраза развеселила меня больше всего, ведь моя мама – маг-источник, и на востоке половины мира, где мы жили, очень мало людей, резерв которых был бы больше, чем у нее. Все эти люди известны маме и совету, а раз Ната она видит впервые – его уровень не достигает даже ее собственного. Даже у папы, одного из самых сильных магов востока, ромбик над ладонью появлялся зрительно меньших размеров, чем у нее.

– Зачем мы вообще сюда пришли? Неужели нельзя было просто пройти через те ворота? И что это за место? – попыталась я разрядить обстановку, выпалив сразу несколько вопросов, что крутились в голове. Я с самого начала не понимала, зачем мы пошли в лес, если стена и граница купола всего в нескольких метрах от таверны. Стоило просто перейти улицу и попросить нас пропустить на ту сторону, и не надо никаких многочасовых прогулок по не протоптанной местности. Посмотрев на меня, Нат опустил руку и снова тяжело выдохнул. Готова поклясться, что он уже проклял решение предложить нам свои услуги.

– Солдаты совета не выпустили бы нас через ворота, Сапфира. За пределы купола могут пройти только те, у кого есть разрешение от совета магов, или же те, кого пропустили с той половины мира в нашу, как, вероятно, и было со Стефаном. Просто так, любому желающему, ворота не откроют. Они существуют только потому, что между нашими половинами заключены торговые договора. На той половине осталось много ресурсов, что не нужны им, а у нас почти все запасы продовольствия. Как бы совет не отпирался, им пришлось пойти за некоторые сделки с представителями ада на земле, – опередила мужчину мама, поясняя правила прохода на другую половину мира. Честно говоря, я не знала о них, и только после ее слов поняла, что мага-источника востока солдаты на стене несомненно узнали бы.

– А в этом месте спрятан один из немногих входов в туннель, что ведет на ту сторону, если конечно маги совета его не обнаружили и не расколдовали, как сделали с четырьмя предыдущими. Магия еще есть в этом месте, значит, не должны были, – Нат спокойно провел рукой над пнем, а я чуть не задохнулась от красоты переливающихся огоньков, осыпавшихся с его пальцев на землю. Стоило им коснуться пня, и он превратился в идеальный круглый металлический люк, распахнувшийся со скрипом сразу, как только мужчина сжал руку в кулак.

– Сколько займет путь? – поинтересовалась мама, нагнувшись над отверстием в земле и пытаясь что-то там рассмотреть. Отвернувшись от нас, Нат принялся ходить вокруг, осматривая землю, и только когда он поднял две палки внушительных размеров, поняла зачем. Огонь вспыхнул на обоих самодельных факелах в течении нескольких секунд, я даже не успела заметить, каким образом мужчина заставил его появиться.

– Примерно час. Выход из тоннеля сразу за границей купола, открывать портал из-под земли рискованно, вы и сами знаете, – сообщил он, вручая маме факел и делая приглашающий жест. Положительно кивнув, леди Скарлетт повернулась ко мне и протянула руку.

– Вернешь мне флягу, или ты и ее опустошила за раз? – поинтересовалась она, заставив меня смутиться и исполнить просьбу. Закатив глаза, Нат отвернулся, внимательно осматривая лес, и пока его глаза были направлены не на нее, мама неожиданно вызвала индикатор резерва над ладонью и печально посмотрела на ромб. Он был заполнен на одну четверть, ее магии оставалось все меньше, и это начинало беспокоить не только меня, но и ее саму. Сглотнув ком в горле, я подняла взгляд на леди Скарлетт.

– Тебе хватит? – как можно тише постаралась спросить у нее, но мама прекрасно услышала вопрос и грустно улыбнулась.

– Хватит, если мы не будем тратить здесь время, – с этой фразой, она обернулась на мужчину, как раз снова обратившего на нее внимание, и первой шагнула к люку в земле.

Глава 6. Сапфира

Туннель оказался больше, чем я себе представляла. Пусть я и не могла вытянуть руки в обе стороны, но свободного места хватало. Даже Нат, самый высокий из нас, не доставал головой до потолка и шел в полный рост, не пригибаясь. Мужчина замыкал процессию, продолжая скрывать наши следы, а мама уверенно двигалась впереди, освещая путь факелом. Превозмогая боль в ногах от натертых и, скорее всего, лопнувших мозолей, я делала вид, словно просто аккуратно выбираю место, куда наступить. Шли мы достаточно медленно, леди Скарлетт каждый раз оборачивалась, когда слышала посторонние звуки и морщилась. Наблюдая за ней, я понимала, что мама изучает стены и потолок с полом, сделанные из досок, с большей внимательностью, чем мы. Те, кто строил это место потрудились на славу, и предприняли все возможные меры, для предотвращения обрушения. Старым туннель не выглядел, материал досок достаточно свежий, они не успели сгнить или покрыться плесенью, если, конечно, не заколдованы.

Когда мама остановилась, я чуть не врезалась ей в спину, но Нат меня остановил, дернув за плечо. Поморщившись от легкого дискомфорта, вызванного его действием, да и самим прикосновением, я собиралась возразить, но так и осталась стоять с приоткрытым ртом. Мама стояла посреди не широкого туннеля и рассматривала что-то прямо перед собой, она чуть склонила голову на бок, а затем подняла руку, вытянула ее вперед и замерла в нерешительности. Мне не было видно ее лица, но столь резкое торможение и непонятное поведение, заставляли сомневаться в его обыденности.

– Ты маг-источник, ну конечно, почему я не удивлен, только я настолько везуч, что мне мог достаться гребаный маг-источник, – недовольно буркнул Нат позади меня, и я заметила, как дернулось пламя от его факела. Мама резко сжала руку и опустила ее, но оборачиваться даже не собиралась.

– Как будто это что-то меняет, – отозвалась она своим привычным, ровным тоном, словно мы беседовали о планах на день дома, за завтраком, а не в туннеле на границе купола, – защита на месте или мне самой ее сделать?

– Заклинание стандартной персональной защиты, которое не позволяет темной магии воздействовать на человека, для вас не подойдет, – неожиданно заявил Нат, заставив маму резко развернуться на каблуках и посмотреть на него. Вжавшись в стену, мне стало жутко неудобно находиться между ними, особенно, когда в глазах леди Скарлетт отражалось пламя факела, делая их красными, а не серыми, как раньше. Только она собиралась что-то возразить, как Нат выставил руку вперед, в успокаивающем жесте, – стандартное заклинание не позволяет магии ни проникнуть внутрь, ни покинуть своих пределов. Купол просто не сможет подпитываться вашим резервом, если я наложу его на вас, вы бы знали это…– попытался спокойно объяснить свои слова мужчина, а мама молча сжала руки в кулаки, и я удивилась, как она еще не взвыла от отчаяния, что проскользнуло у нее на лице всего на секунду.

– Да, да, я поняла, – процедила она сквозь зубы и посмотрела на меня. Судорожный ход мысли так и просматривался в глазах леди Скарлетт, но Нат опередил ее, просто подняв палец вверх, привлекая к себе внимание.

– Это просто будет дороже, – как мама не разорвала его на кусочки, я не знала, но выражение ее лица говорило о желании это сделать. На лице мужчины появилась хитрая усмешка, словно он заранее готовился к такому развитию событий и нарочно придумал, какой произведет эффект на леди Скарлетт.

– Ты и так выторговал целое состояние за какую-то ерунду, не слишком ли? – процедила мама своим обычным, разъяренным тоном, от которого мне всегда хотелось спрятаться под кровать или куда-нибудь в шкаф, главное подальше от нее. Сейчас же я стояла почти вплотную к руке женщины, мешая ей добраться до ненавистной цели.

– Ерунду? Вы называете смертельно опасное путешествие за границы купола ерундой? Да ни один маг в здравом уме ни шагу не сделает за эту черту, – он невольно указал взмахом руки вперед, и проследив за этим жестом, я впервые увидела белую черту на полу, прямо в том месте, где ранее остановилась мама, ее сумка лежала почти на самом краю, но не пересекая ее, – те, кто добровольно передвигаются туда и обратно, знают, чем рискуют: своей жизнью, магией, и душой, а вы, барышня, рискуете не только этим. Никто на практике не знает, что случится, когда маг-источник окажется по ту сторону, даже под защитным заклинанием. Позволив вам переступить границу, я стану невольным соучастником всех бед, что могут обрушиться на эту половину мира, если хоть что-то пойдет не так. Думаю, двенадцать золотых и два поцелуя – это маленькая цена, за такую ерунду, – при упоминании о поцелуях, я подавилась слюной, а мама бросила на меня взгляд, призывающий заткнуться и притвориться мебелью. Увы, ни один из знакомых мне предметов интерьера к обстановке туннеля не шел, и пришлось остаться самой собой.

– Мам, если все так опасно, я могу пойти одна…– зря я начала говорить, да и вообще подала голос. Подняв палец вверх, женщина чуть ли не под нос мне его сунула, а взгляда так и не перевела. Ее серые глаза, с отражающимся пламенем и горящей в них яростью, смотрели исключительно на Ната.

– Твоего мнения, Сапфира, никто не спрашивает, – сурово отрезала она, а мне стало даже немного обидно за себя, – ты получишь свои деньги, но только когда мы окажемся дома, и это путешествие, да и ты в первую очередь, останетесь позади, – помолчав несколько секунд, мама резко вздернула подбородок вверх.

– Проклятье, а я готовился к получасовой дискуссии на эту тему, даже варианты диалогов в голове придумал. Хотите послушать самые выдающиеся? – склонив голову на бок, поинтересовался Нат, затем неожиданно протянул ко мне руку и едва коснулся локтя. От места прикосновения его пальца по всему телу прошлась светящаяся волна огоньков, заставившая меня вздрогнуть и судорожно отряхиваться, но ничего скинуть не получилось. Огоньки послушно пробежали от локтя по каждой частице меня и растворились где-то в волосах и на подошвах ботинок, – вы должны были сказать: “Нет, ни за что, я и так согласилась на все, что у меня было и опозорила себя вашими дурацкими условиями и недопустимым поведением”. Я бы на это посмеялся и затребовал бы еще два поцелуя, причем авансом. Вы бы несомненно разъярились пуще прежнего, и стали еще прекрасней, нежели сейчас, а я забылся бы, любуясь этим огнем ярости в ваших глазах, – то, как он это говорил, заставляло даже мои колени подкашиваться, а сердце трепетать, хоть и адресованы слова были маме, да еще и в шутливой, слишком наглой форме.

– Выберете себе другой объект для издевательств. Хотите денег – делайте то, ради чего вас наняли, и не забывайте, что я в любую минуту могу сама исполнить ваши обязанности, и в этом случае, ничего не заплатить, – мама явно хотела скрестить руки на груди, но факел в одной из них, ей помешал, пришлось импровизировать и сделать вид, словно свободной кистью разминает другую, затекшую руку.

– Мне постелить вам постельку здесь, для отдыха и восстановления резерва, чтобы вы сами могли выполнить мою работу? – Нат жестом указал на пол прямо у себя под ногами, чем заставил маму сделать шаг назад и отрицательно покачать головой, но мама ничего не успела ответить, мужчина просто протянул руку и коснулся ее пальцев, сжимающих факел, и такая же волна светящихся огоньком растеклась от места прикосновения по всему телу леди Скарлетт. Сразу после этого, мужчина пробормотал неразборчивые для меня слова и рябь перламутрового цвета прошлась по силуэту матери еще раз, – защита установлена, прошу в другую половину мира, – сделав приглашающий жест вперед, Нат протиснулся мимо мамы, чуть отстранив ее с дороги и первым пересек начерченную на полу черту, – буду ждать Вас за люком, вверх по лестнице, если передумаете, ваш выбор, – с этими словами свет его факела и спина начали удаляться, а звук шагов постепенно затихать. Тяжело вздохнув, мама подняла сумку с пола и закатив глаза, устало посмотрела на меня.

– Извини, этот тип просто выводит меня из себя, – проговорила она и собиралась повернуться в сторону выхода, как я выдавила самую милую из всех улыбок, что у меня была.

– Между вами что-то есть? О каких еще поцелуях он говорил? – мне очень хотелось утолить свое любопытство, но других способов, кроме доброжелательности и милоты, вытянуть ответы из леди Скарлетт нет. Сейчас женщина слишком устала препираться с нашим спутником, и не должна начинать делать этого еще и со мной. Вернув на меня глаза, мама сперва окатила меня холодом беспощадного и непроницаемого взгляда, но при виде моей очаровательной улыбки, она растаяла и в глазах появилось тепло.

– Он затребовал непомерную сумму, мне и так пришлось отдать ему все наши деньги, и еще придется добавить, когда вернемся домой. В его условия входили еще и два поцелуя в щеку – самое допустимое в моем браке, мне пришлось согласиться, – подумав секунду, она состроила недовольную гримасу, – лучше бы я этого не делала. Ничего, кроме этой дурацкой сделки между нами нет, и я с радостью окажусь поскорее рядом со Стефаном, чтобы избавиться от этого…, – не найдя слова, которым могла бы обозвать Ната, она чуть зарычала, чем вызвала у меня уже натуральную усмешку. Я всегда знала, что родители друг друга не любили в принятом понимании этого слова, у них были другие, теплые, взаимоотношения, и по сути, моя мама вполне могла влюбиться в кого-то, пусть и за столь короткий срок, но сама явно этого никогда не признает.

– Мам, не реагируй ты так на него, он же специально пытается задеть тебя, не знаю, правда, почему, но это видно. Мои ровесники в школе так себя ведут, вот точно так же, – я незаметно и аккуратно сделала несколько шагов вперед и поравнялась с матерью. Вдвоем, лицом к лицу мы с трудом помещались в не широком туннеле, – и если ты не заметила, то сразу после подтверждения, что ты маг-источник, он перестал обращаться к тебе на “ты”, что так же тебя бесило, – подмигнув ей, я поспешила к выходу, спокойно перешагнув линию на полу. Она была мне не страшна, ведь даже если защита Ната не сработает – какая разница, магическая пробка и так перекрыла мою магию, что еще со мной может сделать темная магия? У самой первой ступеньки, я обернулась и увидела, как мама в нерешительности стоит перед чертой.

Свободной от факела рукой, леди Скарлетт провела по воздуху, прямо перед собой, и я догадалась, что она пытается прикоснуться к границе купола. Может, хочет почувствовать его или исходящую от него магию, ощутить, как эта, невидимая остальным людям, преграда вытягивает из нее последние силы? Вот бы залезть к ней в голову и понять, о чем на самом деле сейчас думает маг-источник востока. Наблюдая за тем, как она стоит в нерешительности, а ее руки едва заметно подрагивают, я поняла, что она на самом деле боится. Эта женщина, которую я оказывается почти не знала, вечно отдающая команды, самоуверенная и стойкая боится сделать шаг вперед и пересечь черту.

Сейчас перед ней стоял один из самых трудных выборов за всю ее жизнь, а учитывая, что даже супруга ей выбирали другие люди, она мало принимала подобных решений. Ведь если защита Ната окажется недостаточно хорошей или наложена с ошибками, сделав шаг, леди Скарлетт может обречь нашу половину мира на судьбу остальной его части. Кроме всего прочего, мама решает именно этот вопрос, доверяет ли она первому встречному в таверне на границе мужчине судьбу купола, за которую несут ответственность маги-источники. Стоит ли жизнь моего отца, что стоит на кону, да и моя магия, настолько важного для нее шага, как довериться неизвестно кому и пересечь черту.

Я бы на ее месте уже давно сошла с ума, оказавшись в подобной ситуации, когда от твоих решений и действий зависит судьба выжившей половины мира, судьба людей, ради которых, пять магов прошлого пожертвовали собой и обрекли своих потомков на аналогичную судьбу. Жить, по установленным кем-то правилам с человеком, которого ты не выбирала, но по какой-то причине, очень хочешь уберечь от гибели, даже ценой собственной гордости и принципов. Тот, кто писал правила для магов-источников, явно недооценили упертости, а может и глупости своих потомков. Ведь одно из самых важных правил моя мама только что нарушила, переступив белую черту и стремительно направляясь ко мне.

В конце лестницы, сделанной из бетона, нас ждал настоящий сюрприз. Ухватившись за протянутую руку Ната, я первой выбралась из люка и спрыгнула на пол, только после этого хорошо осмотрелась и ошарашенно захлопала ресницами. Ступеньки поднимались прямо из огромного гроба, намертво прикрепленного к постаменту в центре достаточно большого помещения. Замерев напротив закрытых резных дверей с цветными стеклами, выложенными в виде солнца и луны на каждой из створок, я медленно сделала поворот вокруг себя, изучая открывшийся вид на высокие подсвечники вдоль стен, пустые полки на уровне моей груди и металлические таблички, жутко напоминавшие могильные плиты или мемориальные доски.

Потревоженная пыль летала в воздухе, а во всех углах, в особенности под потолком, растянулась паутина, от одного вида которой бросало в дрожь. Свечей в подсвечниках почти нет, остались одни огарки, а где-то они и вовсе отсутствовали. На полу отчетливо виднелись следы ботинок Ната, а теперь еще и мои, а значит, уже очень давно в этом месте никого не было. Сзади неожиданно кто-то чихнул, и я обернулась на гроб. Отказавшись от руки мужчины, мама выбралась из туннеля самостоятельно, но ухватившись рукой за один из краев постамента, подняла еще больше пыли, от которой чихнула.

– Это что, настоящий склеп? – не скрывая своего восхищения, поинтересовалась я, продолжая изучать помещение, и вглядываясь уже в таблички на стенах. На улице было темно, и мне с трудом удавалось рассмотреть незнакомые буквы, но вполне родные и понятные цифры, обозначавшие даты рождения и смерти.

– Склеп, как склеп, ничего особенного, – пожала плечами мама, отряхивая платье и плащ от пыли, которая по ее мнению осела на нем. Естественно ни она, ни мы, ничего такого не видели, но у леди Скарлетт постоянно был пунктик насчет пыли, она вечно заставляла служанок протирать все по несколько раз, лишь бы в доме не осталось ни пылинки. Сейчас же она оказалась во враждебной для себя среде, и не только потому-что в принципе находится там, где маг-источник быть не может, но и в жутко грязном помещении. Весь образ матери никак не вписывался в это место. Стоя возле бетонного гроба, с отодвинутой в сторону крышкой, она выглядела настоящей принцессой, удерживаемой злодеем в его ужасном логове, среди могил. Воображение довольно красочно нарисовало мне такую картину в голове, и она почти не отличалась от действительности, открывшейся глазам.

– Действительно, вон, смотрите, пауки-чернокури, их можно встретить только в этой части материка, и за купол они попасть не могут, настоящая достопримечательность, – Нат явно над ней издевался, указав куда-то под потолок, где мне не удалось рассмотреть паука, зато я точно увидела, как лицо матери заметно побледнело от услышанных слов.

– Давайте уже уберемся отсюда куда подальше, – пробормотала леди Скарлетт и протянула мужчине свою руку, – потребуется моя кровь для открытия портала, я права?

Какое-то время Нат коллебался. Он стоял полубоком, так, что мне открывался вид на его лицо полностью, а мама могла видеть только профиль. Взгляд мужчины неуверенно бегал между пальцами маминой руки и ее глазами. Только спустя минуту, он неожиданно наклонился к голенищу сапога и вытащил оттуда нож. Рукоятка оказалась маленькой и черной, оттого я и не обращала на него внимания прежде, да и не видела нужды рассматривать сапоги нашего спутника. Неожиданно для нас всех, Нат схватил за руку меня и резко сделал надрез на подушечке среднего пальца. Вскрикнув от боли, я инстинктивно дернула руку на себя, но мужчина не позволил вырваться. Мама ринулась мне на помощь, но ее остановила ладонь Ната, выставленная вперед и чуть не упершаяся ей в грудь.

– Кровное родство одно – не имеет значения, чью кровь использовать. А используя магию на вас, я рискую нарушить наложенную защиту и навредить своим вмешательством, – спокойно пояснил Нат, заставив маму замереть на полушаге и наградить себя суровым взглядом. Правда это продлилось недолго, леди Скарлетт вздохнула и кивнула, показывая, что поняла смысл. Мне же стало немного не по себе, ведь теперь, когда мужчина знает, кто она, может ли так быть, что в крайних случаях, когда нам будет требоваться защита, в приоритете спасать и оберегать он будет ее, а мне придется довольствоваться своими силами и оставшимся у спутника временем? – Ты ничего не почувствуешь, – поспешил успокоить меня Нат, но из-за собственных мыслей, я даже и не беспокоилась, что заклинание открытия портала к кровному родственнику может причинить мне боль или неудобство. Закрыв глаза, мужчина провел ладонью над моим пальцем, пошевелил своими и произнес шепотом непонятные слова.

Яркая вспышка ослепила меня, пришлось зажмуриться, и инстинктивно поднести ладонь к глазам, прикрывая их. Ноги ныли от боли, и стоять становилось все невыносимей, хотелось поскорее оказаться на месте, где можно скинуть обувь и дать стопам полноценный отдых. Вот только в помещении никакого портала не открылось, а мы втроем, как стояли, так и остались стоять. Не понимающе переглянувшись с мамой, я уставилась на Ната, в надежде, что он даст объяснения. Появившиеся на лбу мужчины морщинки, говорили за него лучше слов. Подняв глаза на леди Скарлетт, он покачал головой.

– Ваш кровный родственник находится в зоне действия заклинания сокрытия, что не позволяет обнаружить его или открыть к нему портал, или же его просто не существует, но раз ваша мать стоит тут, второе отпадает. Это работает аналогично вашей защите от магического поиска, что логично, учитывая, где он живет, – обведя взглядом помещение вокруг нас, Нат явно имел ввиду не этот склеп на кладбище, а всю половину мира за куполом. Пока он это говорил, я заметила, как мама ухватилась за парапет гроба, а ее рука напряглась, по бледному лицу, мне стало неожиданно страшно за нее, чего не бывало никогда прежде. Проследив мой взгляд, Нат сорвался с места и аккуратно подхватил леди Скарлетт, с трудом стоявшую на ногах, – показывай, – скомандовал мужчина, и она поняла его без лишних слов. Вытянув руку и продемонстрировав почти пустой ромбик, мама закрыла глаза и отрицательно качнула головой. Всмотревшись в фиолетовое сияние на самом дне резерва мага-источника, я поняла, что дрожу, причем вовсе не от холода, витающего здесь, а именно от волнения и страха.

– Хочешь сказать, ты не знал об этом, когда вел нас сюда? Или проводить нас к нужному месту – тоже будет стоить дороже? Набиваешь себе цену? – в голосе матери отчетливо слышалось раздражение и отчаяние, честно говоря, я никогда не представляла, что человек может испытывать эти два чувства одновременно и вкладывать их в слова одним тоном голоса. Мама смогла. Попытавшись вырваться из цепких рук Ната, она оперлась локтем о парапет гроба, и если бы не мужчина – стояла бы только благодаря этой опоре, но он продолжал поддерживать ее за локоть.

– Барышня, это ваш родственник, не мой, я понятия не имею, кто он такой, и где может находится, а уж тем более о его магических способностях и вероятности нахождения под защитой, и я хоть слово сказал о дополнительной оплате? – недовольно буркнул Нат, чем поразил меня еще больше. Мама устало закрыла глаза и тяжело вздохнула, ей с каждой секундой становилось все тяжелей, ведь резерв заканчивался, а после купол начнет тянуть уже ее жизненные силы, а не магию, – значит так, сегодня ночуем тут, утром разберемся во всем, у нас нет времени что-то решать, – с этими словами он резко вытянул руку в сторону, растопырил пальцы, и провел ею над полом. Поднялся ветер и вся пыль аккуратно разлетелась к стенам, собравшись в кучку в одном из углом. Сразу после, Нат щелкнул пальцами и крышка гроба, игравшая роль двери из туннеля, скользнула на свое место, – поможете ей со спальным местом? – обратился мужчина ко мне, а я положительно кивнула, скинула сумку на пол и поспешно принялась к обустройству места для ночлега.

– У нас нет на это времени, стазис Дэниела уже закончился, он может в любую минуту пойти к совету, – устало пробормотала мама, скидывая на крышку гроба свою сумку и пытаясь что-то из нее достать. Закатив глаза, Нат принялся ей помогать, но получил суровый отпор.

– Ну пойдет он к совету, и что? Совет вас здесь не найдет, – недовольно пробурчал мужчина, наблюдая за тем, как я раскладываю спальный мешок возле одной их стен, – пол холодный, я помогу, аккуратно, постойте пожалуйста минуту, – отпустив маму, но проследив, что она не упала, мужчина подошел к почти готовому спальному месту и присев, провел над ним ладонью, – готово.

– Не ваше дело, – проговорила мама, оторвалась от гроба и сделав два шага, чуть не упала на Ната, но тот вовремя подхватил ее и уложил спать, накрыв одеялом. Выглядело это довольно мило, если не забывать где мы находимся и почему мы здесь. Прикусив губу, я принялась устраивать спальное место себе. Правда, пришлось взять уже мамин мешок, ведь она лежала на моем, но это не существенно. Желудок призывно заурчал, хотя я и обедала в таверне, но он привык получать еду три раза в день, а не один. Вспомнив, что даже не успела позавтракать из-за поспешно пришедших швей, я с досады пнула стену ногой и поморщилась от боли. Как будто мне мозолей не хватало, еще ушиба пальца захотелось. Надежды, что все закончится к утру таяли, и это не могло не удручать. Чувство вины за все обжигало, и я очень надеялась заснуть так же быстро, как это удалось леди Скарлетт.

Кто бы мог подумать, что в конце дня я окажусь на полу склепа по ту сторону купола вместе с женщиной, которую боялась всю свою жизнь, и от которой не видела материнской любви вообще никогда, и неизвестным мужчиной, встреченным нами всего несколько часов назад в приграничной таверне. Вот бы рассказать об этом Розе, она ни за что не поверила бы. Какая-то, неизвестно откуда взявшаяся магическая пробка настолько сильно повлияла на события вчерашнего дня, что в голове не укладывалось. Уронив голову на мешок с вещами, вместо подушки, я очень надеялась проснуться в родной комнате, услышать от леди Скарлетт, что до свадьбы осталось пять дней, и мне сейчас же следует встать, одеться и отправиться с ней к визажисту для репетиции макияжа, и понять, что все эти ужасные события были лишь во сне. Вот только заснуть не удавалось, боль в ногах не унималась, а стоило задремать, лежа на боку, как он тоже начинал болеть и приходилось переворачиваться на другой, и так по кругу.

Перевернувшись в очередной раз, я чуть не взвыла от досады и невозможности выспаться, что решила больше не пытаться. Тратить время на бессмысленное валяние – глупо, и я решила заняться ногами, хотя бы осмотреть их будет очень кстати. Устроившись поудобней на спальном месте, я аккуратно размотала ноги и поняла, что в темноте помещения, врядли смогу что-то увидеть. Ну ничего, так раны подсохнут за ночь, а утром попрошу помощи, ведь я не настолько гордая, как моя мама, и вполне могу себе это позволить. Представив, как принимаю решение не обращаться к родителям по вопросу пропавшей магии, а намереваюсь решить все сама, я поморщилась, ведь это совершенно мне не свойственно. Откинувшись спиной на бетонную стену, я аккуратно поставила ступни на пол и одновременно ощутила наслаждение от прикосновения холодной поверхности к коже, и покалывающую боль, вызванную этим же действием.

Мне было жутко тут находится, неудобно, страшно, тело болело и хотелось зарыдать в голос и просить вернуть меня домой. Наверное, я бы так и сделала, не будь основная причина нашего нахождения здесь именно во мне. Самое обидное, что ни мама, ни папа, так и не заговорили о том, откуда взялась пробка, кто ее мог поставить? Вдруг это сделал тот самый Стефан? Ведь мама даже не рассматривала такой возможности, вслух по крайней мере. Она просто помешалась на идее все исправить, лишь бы совет не казнил папу, как будто это самое главное в ее жизни, но вот уже полдня, сама того не замечая, леди Скарлетт флиртует с малознакомым мужчиной. По крайней мере мне именно так представлялись их перепалки словами, и в комнате в таверне, куда они поднимались вдвоем, произошло куда больше, чем мне рассказали. Мне почему-то было обидно за папу, но разумом я прекрасно понимала, что в их случае, все не как в книжках, и никто из родителей не защищен от внезапной симпатии к другим людям, раз их лишили возможности выбрать себе супруга по сердцу.

Наблюдая за тем, как спокойно спала мама, закутавшись в два одеяла, я неожиданно для себя поняла, что Нат отдал ей еще и свои спальные принадлежности. Аккуратно укрыл пледом, и подложил подобие подушки ей под голову. Неужели он так быстро в нее влюбился, что заботится? Или все дело в том, что она маг-источник, ведь стоило мужчине полностью убедиться в этом, и он даже стал обращаться к ней на “вы”, почти всегда, чего явно не хотел делать ранее. Как же хотелось забраться к ним в голову и понять, о чем думают мои спутники, ведь я правда чувствовала себя лишней в их обществе, но ничего не могла с этим сделать, будучи главной причиной путешествия за купол. Вздохнув, я перевела глаза на Ната, сидевшего на крышке гроба, и неожиданно замерла, так и не доведя взгляд до цели. Боковым зрением, в дальнем конце помещения, совершенно случайно, я заметила ту самую фигуру, что раньше была в таверне. Существо в балахоне просто стояло там, а два огонька на месте глаз светились красным, привлекая к себе внимание. Не будь их, я бы даже не заметила ее присутствие. По спине пробежал холодок. В первый раз можно подумать, что мне привиделось, устала, глаза в кучу, не знаю, показалось, но второй раз – это уже не глюки уставшего и больного воображения.

– Ты тоже его видишь? – шепотом поинтересовался Нат, но в тишине склепа его голос показался очень громким, и я невольно вздрогнула, взгляд метнулся на него, и фигуру в углу я больше не смогла найти, как бы ни пыталась. Встряхнув головой, аккуратно съехала по стене на спальный мешок.

– Теперь нет, – честно призналась, стараясь не повышать голоса, и не разбудить своими разговорами маму. Вдруг, услышав меня, она резко проснется, хотя, с чего бы ей. Мужчина на гробе старался не шевелиться, наблюдая за ним, я поняла, что он даже не шевелит глазами и не моргает, а значит, он и правда видит ту самую фигуру, и она не привиделась мне одной. Отлично, я не сошла с ума из-за бешенных событий вчерашнего дня, хоть одна положительная новость.

– Попробуй, нужно просто поймать ракурс. Его видно только когда он попадает в определенный спектр твоего зрения, нужно смотреть куда угодно, но не на него напрямую, тогда ты ни за что не увидишь. Обычно удается поймать боковым зрением или хорошо прищурившись и сделав объектом внимания близко находящийся предмет, тогда все, что за ним попадает в другую область, и он тоже может там оказаться, – спокойной пояснил Нат, словно прочитав параграф в учебнике, а мне стало еще более жутко от осознания, что эта фигура и правда настоящая, да еще и следит за нами от таверны. Сглотнув ком в горле, появившийся не пойми откуда, я снова попыталась увидеть существо в плаще, но не получилось.

– Что оно такое? Оно нас слышит? – поинтересовалась я, очень надеюсь получить отрицательный ответ на последний вопрос. Хорошо, что мама ничего об этом не знает, на ее долю и так хватит испытаний.

– Не оно, это он, – медленно покачал головой Нат, продолжая следить за фигурой, – он следует за нами от таверны, я видел его еще в лесу, а значит, его вызвали следить еще в нашей половине мира. Логично предположить, что какой-то из темных магов смог узнать мага-источника возле границы и просто ради интереса решил проследить за ней, но внутренний голос мне подсказывает, что вы с матерью были не до конца честны со мной, – Нат неожиданно перевел взгляд на меня и мы столкнулись глазами. В его горели зеленые огоньки, а значит, он прямо сейчас применял магию, не произнося ни слова, без каких-либо движений. Для меня это было дико, но я уже ни раз видела то, как его глаза горели, и сложив эти события, смогла прийти только к такому выводу.

– Для нас вы странный, нагловатый и нахальный незнакомец из таверны на границе, на нашем месте, вы бы поступили точно так же, – болтать с ним не хотелось, особенно сейчас. Ночью, в склепе, когда мама спит, и не сможет заткнуть мне рот, если решу бездумно ляпнуть что-то неуместное.

– Сапфира, – он произнес мое имя так, как это делали учителя в школе, что я аж вздрогнула и снова приподнялась на руках, стараясь не отводить взгляда от собеседника, – здесь только я на вашей стороне. Кто бы вам что ни говорит, ни обещал, ни внушал, но помочь вам могу и хочу только я. Кем бы ни был этот кровный родственник, к которому она так хочет попасть, доверять вы можете только мне. Пожалуйста, попробуй достучаться до нее и объяснить ей это, – а учитывая, что мы с мамой явно не очень ему доверяли, пусть она и переступила черту под его защитой, то доверять за куполом мы не могли никому, – Этот человек, что следит за вами, и не боится приближаться так близко, здесь не спроста. Заманить мага-источника в эту половину мира, за пределы купола, что защищает его, и который должен защищать он – не так просто, как кажется, и раз она оказалась здесь, ваши проблемы куда серьезней. Лучше мне довериться и все рассказать, я вам не враг, – он говорил это так тихо и мягко, что я невольно даже приоткрыла рот, собираясь выдать историю сегодняшнего дня с самого начала, не утаив ничего, но слова почему-то не сорвались с языка. Руки тряслись, и я не могла понять, от страха или холода, а может всего вместе.

Так и не дождавшись от меня ответа, Нат спрыгнул на пол и подошел к дверям на улицу. Резко распахнув их, он впустил в склеп тусклый свет луны и свежий воздух. Спустившись по ступенькам вниз, мужчина присел на лестнице, оставив двери открытыми, и прислонился к косяку. Разговаривать с ним, когда он там, казалось не правильным, ведь тогда и мне придется повысить голос, и ему говорить почти на всю окрестность. Решив отложить беседы до утра, я устроилась настолько удобно, как смогла, и в очередной раз попыталась погрузиться в сон. В голове крутился настоящий хаос из мыслей. Я прокручивала слова Ната, пыталась наложить их на все, что мне известно, но знаний и опыта явно не хватало. Одно я поняла точно, он прав про свою роль в нашем деле, ведь только он пришел с нами сюда, а значит, в его интересах сохранить купол в целости, как и жизнь мага-источника востока. А вот что на уме у местных жителей, если такие вообще здесь есть, я не знала.

Глава 7. Сапфира

– Идти наугад? Это самое безумное, что я когда-либо слышала. У нас нет столько времени, нужно вернуться через пять дней, а лучше четыре, – хоть мама и пыталась говорить тихо, но ее голос, резко раздавшийся поблизости, разбудил. Веки не открывались, пусть лежать было и неудобно. Каким-то образом мне удалось уснуть и теперь пробуждение застало врасплох.

– Можем развернуться, спуститься по лестнице и выйти с той стороны купола, тогда вы точно успеете к сроку. Оставаться на кладбище нельзя, куда идти вы тоже не знаете, а значит – добраться до ближайшего населенного пункта – это самая разумная мысль, – устало проговорил Нат, и я сразу поняла, что мужчина уже не в первый раз повторял эту фразу. Разлепив, наконец, веки, я чуть приподнялась на локтях, пытаясь осмотреться по сторонам. Мама стояла спиной ко мне, в метре от открытого дверного проема. Все вещи собраны, а два мешка лежат у стены рядом с ней, – а, или вы просто надели не подходящую для длительных прогулок обувь? – как бы мужчина не старался говорить тихо, у него не получалось, а произнося эту фразу, он быстро вбежал в склеп и неожиданно для мамы наклонился и, задрав подол ее юбки, осмотрел десятисантиметровый каблук на сапоге.

– У меня нет другой обуви, и она вся подходящая, – язвительно бросила мама, сделав шаг назад и оказавшись прямо возле моей самодельной кровати из спального мешка и одеяла, – а дальше что? Будем ходить по населенным пунктам и спрашивать у одержимых тьмой, не видели ли они Стефана Лейтеса? – она выпалила имя своего брата так неожиданно и громко, что я вздрогнула, а Нат выпрямился в полный рост и навис над ней, как утес, оценивающе рассматривая вблизи. Моего пробуждения они еще не заметили, никто ни разу не бросил взгляд в эту сторону.

– Вы еще погромче эту фамилию покричите, а то, повелитель ада вас не расслышал и еще не определился, куда ему направляться за вами, – тяжело вздохнув, он покачал головой, – здесь оставаться опасно, а проникновение через скрывающее заклинание займет довольно много времени. Если вы хотите найти своего брата, хотя я не имею представления, зачем он вам так срочно нужен, что вы так за него уцепились, раз даже за пределы купола вышли, то должны довериться мне и пойти со мной, иначе можете прямо сейчас лезть обратно в туннель, – взмахнув рукой в сторону закрытого гроба, Нат перевел на него взгляд, скользнув в процессе по мне и мимолетно улыбнулся.

– Невозможно проникнуть через скрывающее заклинание, – отрицательно покачала мама головой, скрестив руки на груди и не отрывая взгляда от собеседника. Она не заметила мимолетного изменения на его лице, вызванного открытием моего пробуждения.

– Кто вам такое сказал? Вы же не ходили в школу магии, – усмехнулся Нат, обойдя ее стороной и принявшись что-то раскладывать на бетонной крышке гроба в центре.

– Мой супруг, один из самых сильных магов востока, между прочим, – выпалила она ни секунды не задумываясь, на что собеседник усмехнулся и посмотрел на маму так, словно она неудачно пошутила и ей следует больше никогда этого не делать.

– И его зовут Дэниел, я предполагаю? Тот самый, из семьи магов-источников запада? Тоже мне, один из самых сильных магов. Раз он говорит, что такое невозможно, а я утверждаю обратное и готов это провернуть, то вы должны быть просто счастливы, что сейчас с вами я, а не он, ведь иначе, на этом ваше путешествие должно быть окончено, – тут взгляд Ната перевелся на меня, – доброе утро, Сапфира, остатки завтрака на крышке, – заявил он, постучав ладонью по бетонной плите над гробом и заставив маму резко обернуться, и посмотреть на меня. Смутившись от их взглядов, я поспешила кивнуть и подняться, но все тело так и ломило от сна в неудобной позе и на твердом полу.

– Сапфира, почему ты мне ничего не сказала? – строго спросила мама, поставив руки на пояс и буквально буравя меня глазами. Непонимающе уставившись в ответ, я пыталась понять, о чем она, и уже было решила, что Нат рассказал про фигуру, что мы видели, но тут взгляд упал на окровавленную обувь и обмотку для ног, что я вчера стянула с себя и забыла убрать с пола возле места ночлега. Прикусив губу, неловко пожала плечами. Сейчас болело все, и это казалось самым несущественным, – вот почему я противлюсь лишним передвижениям, а не из-за своей обуви. Она далеко не уйдет, если уже стерла себе все ноги в кровь. Надо их осмотреть и, может, я смогу что-то залечить. Я же просила надеть удобную обувь, – пока мама говорила, я про себя отметила, что когда она спала было куда лучше, вот бы это оставалось так на время всего путешествия. За все свои шестнадцать лет я успела осознать, что если леди Скарлетт начала тараторить – она начала злиться, а вот сейчас она именно это и делала. Впрочем, ничего нового.

– Я уже все сделал, можете расслабиться и дать человеку уже позавтракать, – махнул рукой на меня Нат, развернулся и направился к сложенным в углу вещам, оставив маму стоять в полном замешательстве, растерянно переводя взгляд с меня на спину мужчины. Подняв ногу и повернув ее ступней к себе, я с удивлением обнаружила полное отсутствие лопнувших мозолей или содранной кожи. Оставалось только поразиться мастерству нанятого нами мага и надеяться, что за это он лишних денег не попросит. Теперь уже мне точно ничто не мешало подкрепиться оставленными на бетонной плите остатками завтрака. Мама хотела ему ответить, но сдержалась, закатила глаза и просто сжала руки в кулаки, пытаясь успокоиться.

– Как долго мы спали? – попыталась я перевести тему и разрядить обстановку, одновременно проглатывая вчерашний хлеб с сыром. Воды осталось мало, учитывая, что всю свою я выпила, кто-то явно пожертвовал для меня несколькими каплями на дне фляги.

– Судя по моему резерву, часов десять, не меньше. Не мог нас пораньше разбудить? – перевод темы разговора не помог, а сделал только хуже. Закинув на спину свой мешок с вещами, Нат развернулся и развёл руки в стороны.

– И не дать магу-источнику восстановить резерв полностью? Нет уж, это меньшее, что я мог сделать для сохранения купола в целости, – в моем понимании мужчина был абсолютно прав, и я уверена, что и мама с ним согласна, но она ни за что этого не признает вслух.

– Мы потеряли десять часов, – она бросила взгляд на свою руку и я заметила, как по ней пробежала синяя надпись, только после этого леди Скарлетт облегченно вздохнула, – что ты делал десять часов? Ты спал? – поинтересовалась она у мужчины, а тот устало протер глаза пальцами и в очередной раз покачал головой.

– Нет, не спал, предпринимал попытки связаться с вашим кровным родственником, благо крови тут вполне достаточно, – Нат невольно указал на мою обувь, – но все напрасно, он прочно засел за скрывающим заклинанием, придётся ломать, – после его слов я поспешила вернуться к спальному месту и начать обматывать ноги, чтобы обуться, с завтраком было покончено, а спутники явно хотели поскорее убраться из склепа. Если диалог мамы и Ната и продолжился, то не вслух, оставив меня в полном неведении. Стоило нам выйти на улицу, и я поразилась еще больше, осмотрев открывшийся вид на окрестности.

Кладбище оказалось огромным, по крайней мере со ступенек склепа нельзя увидеть его границ. Зато надгробия и памятники, как на ладони, позволяя рассмотреть их разнообразность. Они выстроены ровными рядами, друг рядом с другом, изредка отдаляясь на чуть большее расстояние, образовывая проход или тропинку. Где-то далеко виднелись голые стволы деревьев, но те терялись среди высоких мраморных статуй – памятников людям в полный рост, стоявших на постаментах и выглядящих слегка пугающе в общем антураже. Больше всего меня поразил не весь этот вид, ведь на кладбище в нашей половине мира я бывала, и почти ничем оно не отличалось от здешнего, а стоявшая вокруг темнота, словно все еще ночь.

– Вот еще один минус этой половины мира, и главная причина, почему нельзя позволить куполу исчезнуть. Тьма полностью окутывает небо над нами и не пропускает солнечный свет, только лунный. Никакие растения здесь не выживут, – видя мое замешательство, пояснила мама, чем вывела из ступора. Встряхнув головой, я посмотрела на нее и кивнула, показывая свое понимание. Не будет солнца, не будет растений, не будет жизни, вот и весь секрет. Пусть я знала всю важность купола и магов-источников для мира, но только сейчас, увидев, что творится здесь, поняла, насколько это действительно важно, и слова Ната, сказанные мне перед сном, обрели большее значение, нежели тогда.