Летописи вечной войны

– Инквизитор, познакомьтесь, – сухо сказала Хестон. – Ординат Ломмин, весьма многообещающий адепт. По долгу службы он объездил именно тот регион, в котором вы заинтересованы, и превосходно его знает.

– Отлично, – кивнул Клод и поощрительно улыбнулся ординату. – Нам предстоит долгое сотрудничество.

Ломмин судорожно сглотнул.

Корабли Варгеста вошли в систему на самой окраине, и двигались к планете предельно тихо и незаметно, чутко отслеживая происходящее сенсорами. Воины томились в ожидании боя, однако никто не выказывал недовольства. Лорд Варгест всегда вознаграждал ожидание многодневной резней и изобилием возможностей проявить себя.

А еще о любом недовольстве он узнавал заранее и карал в меру своей фантазии, на которую не жаловался. Всем еще была памятна судьба бунтовщика, которому повелитель лично вырезал глаза, половые органы и язык при помощи древних перьевых ручек. Как потом весело объяснил сам Варгест – он сохранил случайно найденную коллекцию именно для такой цели.

– У Ореллана неплохая оборона, – констатировал Фрахар, изучая данные, полученные с сенсоров. – Как вы собираетесь ее миновать, мой господин?

Он даже не сомневался, что у Варгеста есть план. И тот оправдал ожидания:

– Очень просто – ее нейтрализуют, получив сигнал. Еще шесть лет назад я заслал на Ореллан четверть сотни плохих шпионов.

– Плохих? – удивился Фрахар.

– Конечно, – подтвердил Варгест. – Их поймали. Их уничтожили и казнили. И именно потому не заметили восемь хороших шпионов, о которых эта четверть сотни ничего не знала. А поскольку во время охоты под горячую руку попало и много непричастных… эти восьмеро нашли на кого опереться среди населения.

Фрахар подумал и нерешительно уточнил:

– А среди этих восьмерых были те, кто раскрыл и ловил «четверть сотни»?

– Конечно! – воскликнул Варгест. – Молодец, Фрахар. Ты умнеешь с каждым часом.

– Это ваше влияние, мой господин, – убежденно сказал помощник. Варгест ответил широкой улыбкой.

– Итак, город Катран, – Клод задумчиво потер подбородок, глядя с края долины на раскинувшийся внизу цветущий городок. – Большое спасибо, ординат.

Ломмин кивнул с гордостью. Темп передвижений инквизитора и Сестер был ему непривычен, однако адепт свыкся и оказывал Клоду всю посильную помощь – и в поисках дорог, и в информации о местности.

– А… – осторожно спросил он. – В Катране… действительно…

– Ересь? – поднял на него взгляд инквизитор. – Боюсь, что так. Доказательства моего расследования неопровержимы, именно в Катране обосновался культ.

– Понимаю, сэр, – помрачнел Ломмин. – Вы, наверное, в первую очередь навестите мэра? Надо будет перекрыть дороги, чтобы еретики не сбежали, пока вы продолжаете расследование.

– Хорошая идея, но есть более верный способ, – отозвался Клод. – Канонисса, сколько вам понадобится времени?

– При таком количестве моих Сестер и преимуществе внезапности? – подняла бровь Аделия. В голосе ее звенела сталь. – Дайте мне полтора дня, инквизитор, и в Катране не останется ни одного живого человека.

– Что?! – поперхнулся Ломмин.

– Сожгите после этого все трупы и здания, – добавил Клод. Аделия отрывисто кивнула.

– Сэр! – Ломмин подался вперед. – Вы… что вы приказываете, Трон святый?! Там же… там же полный город людей, которые ни в чем…

– Ты не понимаешь, юноша, – Клод обратил на Ломмина пристальный взгляд, и тот осекся. – В деле уничтожения ереси не должно и не может быть полумер. Еретики должны погибнуть – и должны также погибнуть все те, кто с ними соприкасался. Скверну необходимо вырывать с корнем, и пусть лучше погибнет множество невиновных, чем один отступник избежит наказания. Душам верных воздастся у Трона – простейшая истина.

Он кивнул Аделии.

– Начинайте. Пусть Император узнает своих.

Канонисса прецептор коротко кивнула.

– Но, инквизитор… – выдохнул Ломмин.

– Сиди, – приказал Клод. – Наша помощь еще понадобится, когда мы передвинемся.

– Что?

– Ты разве не слышал, что я говорил? – нахмурился Клод. – Катран – крупный город, и поддерживает связи с другими городами региона. Там тоже может быть ересь. Мы очистим все пораженные участки.

– Они убили всех, госпожа Хестон, всех! – Ломмин метался по кабинету мастера Администратума. – Они уничтожили…

– Четыре города, восемнадцать деревень, восемьдесят две фермы, – мрачно сказала Хестон. – Да, я уже знаю.

– Знаете?! – ординат повернулся к ней. – Вы – знаете, а я – видел! Я видел, как в огне корчились женщины и дети, как у них лопались глаза, и обугливалась кожа, а плоть – сползала с костей. Я видел, сколько человек было разорвано снарядами и осколками! Я видел, как они вырезали всех, всех, всех!..

Он задохнулся и прислонился к стене.

– Я понимаю, – все так же угрюмо сказала Хестон. – Ломмин, действительно понимаю… но что сделать? Инквизиция представляет собой высшую власть. Хвала Императору, что ее длань лишь впервые затронула нашу планету.

– Я не хочу, чтобы она когда-то касалась ее вновь, – жалобно сказал ординат.

– Потише, – глянула на него Хестон. – Вы сами можете попасть под… справедливость. Инквизитор еще на Ореллане.

Ломмин стиснул зубы – и вышел прочь, хлопнув дверью.

На работе он на следующее утро не появился.

Ореллан пал в точном соответствии с планом. Орбитальные батареи бездействовали, системы противокосмической обороны – тоже. Арбитры и СПО получали ложные сигналы, и планета оказалась повергнута в хаос еще до того, как войска лорда Варгеста спустились на поверхность.

А когда они спустились – все стало еще хуже. Вышколенные своим повелителем, воины действовали быстро и точно, карта отведенного региона была у каждого командира. Вот разве что приказ был всеобъемлющий – убивать всех, радовать Кхорна любой кровью, какая тут найдется.

Сам Варгест нанес удар по столице. Повелитель воинства прорубил себе путь через половину города, оставляя на улицах кровавый след и десятки тел. Никто, однако, не понял, куда он направляется – потому что военачальник выбрал целью не здание Адептус Арбитрес и не резиденцию губернатора.

Он прорвался к Администратуму. И взошел на верхний этаж, щедро поливая лестницу кровью встречных защитников.

Дверь последнего кабинета слетела с петель от одного лишь удара. Мастер Администратума прижалась к стене у окна, вскинув лазпистолет; вспыхнул луч, однако силовое поле клинка моментально отразило его.

– Приветствую вас, госпожа Хестон, – предводитель небрежно поклонился. – Рад видеть, что вы по-прежнему на своем месте. Что же вы не требуете отчета?

Хестон сдвинула брови, потом глаза ее расширились, лазпистолет едва не выпал из руки.

– Ломмин? – изумленно выдохнула она. – Варгест Ломмин?

– Собственной персоной, – ответил бывший ординат Администратума и командир сил Хаоса. – Вы всегда говорили, что я далеко пойду, помните? Так и случилось. Ах, тридцать два года… и как один день, правда?

– Как… – прошептала Хестон. – Как?..

– А разве это непонятно? – поднял бровь военачальник. – Я бежал, преисполнившись отвращения к случившемуся – вы же помните гибель Катрана, верно? Я искал иной путь, отличный от имперского…

Он снова поклонился – преувеличенно изысканно.

– Я его нашел. Не скажу, что было легко, однако у меня все получилось.

Хестон отступила к окну, вскинула лазпистолет.

– Да неужели? – сказал Варгест.

Его движение было столь быстрым, что Хестон даже не успела надавить на спуск. Сначала она увидела, как в воздух взлетает отсеченная кисть, разбрызгивая кровь по столу и когитатору. Потом осознала, чья эта кисть, и рухнула на колени, сжимая обрубок руки и крича от боли.

– Вы все-таки много для меня сделали и были отличной начальницей, – Варгест обошел стол. – Я сохранил некоторую признательность и уважение. И потому все кончится быстро.

Он замахнулся мечом.

– Я даже помещу ваш череп на свое знамя!

Кровь мастера Администратума расплескалась по всему кабинету.

– Он все-таки был прав, – сказал Варгест, глядя на горящий город

– Кто, мой господин? – удивился Фрахар. Помощник явился в здание Администратума всего десяток минут назад с докладом, и застал повелителя на крыше.

– Инквизитор, который орудовал здесь много лет назад, – военачальник вздохнул. – Он считал, что если на планету упало семя Хаоса, то надо уничтожить и его, и всех, кто с ним соприкасался, и всех, кто мог соприкоснуться. Тогда эта идея показалась мне жестокой и отвратительной. Именно из-за нее я покинул Ореллан и отправился на поиски справедливости, – голос Варгеста звучал на удивление задумчиво и почти меланхолично. – И теперь, – продолжил он, – я понимаю – он все-таки был совершенно прав. Парадокс, верно?

– Мой господин, – осторожно спросил Фрахар. – А это имеет для вас какое-то значение?

– Никакого! – расхохотался Варгест и поднял голову Лавинии Хестон над ее пылающим городом. – Уже много лет мне совершенно все равно!

Он повернулся к помощнику и широко улыбнулся.

– Но эти простые истины так забавны, правда?

Ветер знаний

I

– Вперед! – приказал Фиделис, и болт-пистолет в его руке громогласно рявкнул.

Череп еретика разлетелся кроваво-серыми брызгами, осколки кости осыпали стены. Обезглавленное тело безвольно рухнуло на пол.

Фиделис коротко усмехнулся. Культ, который инквизитор Ордо Еретикус раскрыл в рекордные сроки, уже больше не мог скрываться. Агенты выявили последнее логово, и оставался только штурм. Выходы отрезаны, против культистов – Адептус Арбитрес и его собственная свита…

Дело за малым: полностью уничтожить еретиков. Именно это сейчас и происходило.

Сапоги грохотали по металлическому полу подулья, дробовики рявкали, разнося людей в кровавые клочья. Шипели лазеры, вспарывая чужую плоть, выли цепные мечи, выпуская кишки еретикам. Сам Фиделис сражался силовым мечом и стрелял из болт-пистолета – комбинация равно яркая и эффективная.

Инквизитор шел во главе своего отряда – здесь было его место, нужно было подкреплять боевой дух людей и отвлекать их от мерзких символов, вычерченных на стенах.

Операция была спланирована безупречно. Ряды еретиков таяли с каждой минутой, колдовские знаки смывались кровью и мозгами их создателей, и сердце Фиделиса пело от радости. Именно для этого он был рожден.

Последний зал. Последняя дверь.

– Взрывайте, – приказал инквизитор.

Мина прижалась к двери, створки с грохотом влетели внутрь, разорвавшись на части. Фиделис первым перешагнул порог – и застыл.

Здесь не было культистов. Здесь был просто девятиугольный зал, раскрашенный множеством символов, с врезанным в пол узором – прямые линии, складывающиеся в простой, но завораживающий знак.

И над знаком мерцало лазурно-золотое сияние, переливающееся и перетекающее с места на место. Свет складывался в буквы, те – в слова, но фразы было не прочитать, они растворялись и ускользали от взгляда.

– Всем оставаться на месте, – стряхнув оцепенение, приказал Фиделис. – Здесь дело только для меня. Займитесь уцелевшими еретиками.

Свита и арбитры отступили, коридоры вновь огласили выстрелы; инквизитор же двинулся к кругу, от которого исходило явное присутствие варпа. Не надо было даже иметь псайкерский дар – в конце концов, чем еще это может оказаться?

– Прочь, демон! – прогремел Фиделис. – Ad majorem Imperator gloriam, vade retro!

По залу прокатился тихий, мягкий смех.

– Как невежливо, Децим Фиделис, – произнес звучный голос. – Мы только встретились, а ты уже желаешь меня изгнать?

Инквизитор на мгновение остановился, насторожившись. Демон знал его имя – но Фиделис был уверен, что культисты не понимали, кто обрушился на них, до самого конца.

– Неважно, – сказал он. – Кем бы ты ни был…

– Я Фаористас, – прошептали стены, и краски на них потекли, свиваясь в замысловатые узоры. – Ветер Знаний, один из Повелителей Перемен.

Фиделис застыл на месте, на миг скованный ледяной хваткой испуга. Он знал иерархию демонов, и знал, что если его собеседник не лжет, то он входит в число самых могущественных слуг Темных Богов. Неужели культ собирался призвать его? Тогда он вовремя успел сорвать замыслы еретиков…

– Кем бы ты ни был, – твердо повторил Фиделис, – я разрушу твою связь с миром. Твой культ пал!

– О, он никогда не был моим, – инквизитор был готов поклясться, что демон сейчас морщится. – Эти глупцы взыскали знаний, но совершенно не умели их использовать. Они получили не то, чего хотели, но то, что заслужили. Благодарю, инквизитор, ты избавил Галактику от множества глупых людей.

Фиделис стиснул зубы. Насмешливая похвала демона жгла как кислота.

Он откинул полу плаща, снял с пояса несколько мощных термозарядов – как раз для такой цели и взял. Фаористас явно не мог проявиться в мире по-настоящему, иначе бы уже давно обрушил на инквизитора свою силу.