Путь Кочегара IV

Девушка окропила оружие жгучей водой. После чего, без лишних слов, я метнул кочеранг снова. Первого зомби он пролетел, не заметив. Умертвие вспыхнуло. Второй противник слегка замедлил летящее оружие, третий немного отклонил, а четвертому отрубило руку. Атака оказалась на диво эффективной.

Полетели копья от умертвий-охотников. Сати отбивала их в сторону, умело подставляя клинок. Я старался отбивать духовным щитом. Чернильный огонь при касании наконечника копья снова начинал грызть мою воронку. Приходилось формировать щит занова, тратя драгоценное ци. Клешня не могла поглотить энергию чернильного огня. По-видимому, субстанция отличалась от обычного духовного пламени.

Некоторые зомби даже имели темную защиту. Чернильный барьер окутывал их местами, и кочерангу было сложнее пробивать такой покров.

К счастью, и у нас имелось ультимативное оружие против умертвий. Жгучая вода помогала оружию проходить через зомби словно раскаленный нож сквозь масло. Я метал кочеранг без остановки, а Сати исправно смачивала его новой порцией жгучей воды. Прям почувствовал себя охотником на нечисть. Хотя, тут смотря с какой стороны посмотреть. Скорее сначала жертвами были мы, и лишь по мере уничтожения орды зомби получили некоторое преимущество.

Умертвия сгорали один за другим. Лишенные конечностей ползли в нашу сторону, не в силах нанести вред. Метательные копья вскоре закончились. Лишь Кашшан с родичами продолжали метать в нашу сторону комья едкого черного огня, но нам удавалось уворачиваться.

Только я подумал о том, что дело в шляпе, как в нашу сторону понеслись несколько козерогих лошадок. Из их ноздрей и из-под копыт вырывался темный огонь, на кончиках витых рогов горело чернильное пламя. Такая штука даже доспех с Барьером пробьет насквозь. Приближались адские кони стремительно. Первого я встретил жгучим кочерангом, легко срубив голову. Второго приняла Бхоль, выставив на пути скальные искры. Черная лошадь сломала преграду, но запнулась и покатилась, не удержавшись. На такой высокой скорости падение тяжелой туши было не слишком приятным событием. Находящаяся поблизости Сати подпрыгнула и отсекла твари голову.

Третий адский конь попер на меня, но мне удалось в последний момент отпрыгнуть в сторону. Пущенный вслед неосвященный кочеранг удачно попал в ногу твари. Лошадка сразу растеряла всю свою прыть.

Пока мы разбирались с проклятыми животными, к нам подтянулись остатки армии умертвий и слуг Орока, которые еще оставались наполовину людьми. Я встал перед Сати и принял на себя основной поток. Кочеранг Парящей Оплеухи летал туда-сюда, отсекая головы и конечности. Я старался уворачиваться от мерзкой жижи и проклятого огня, который так и норовил прогрызть Барьер или щит. Ошметки плоти умертвий, требуха и черная кровь летели в разные стороны.

Сати стояла позади меня и разбрасывала жгучую воду, уничтожая зомби. На тех тварей, что имели защиту из чернильного покрова, жидкость действовала хуже, но тоже проедала барьер и наносила повреждения. Некоторые зомби, сумевшие обойти меня сбоку, натыкались на клинок Сати.

Набрасывались зомби как-то бездумно. Вероятно, от ума самого человека в них мало осталось. Даже семейка Кашшана действовала не слишком обдуманно. Они предпочитали держаться поодаль, пока мы крошили простых умертвий. Но как только воинство подошло к концу, бросились на нас в ближний бой с бездумной яростью. Сати плеснула остатки жгучей воды на: то ли жен, то ли других родственниц вождя. Ведьмы Орока принялись вопить от боли и кататься по земле, покрываясь темными струпьями. Нет, такого гарема и врагу не пожелаешь.

Я схлестнулся с Кашшаном, приняв покрытый черным склизким огнем двуручник на свой щит. Сила удара отбросила меня назад. Проклятая тьма принялась разъедать воронку. А ци и так оставалось немного.

Сати тем временем сошлась с дряхлым дедом, утыканным перьями кулмраца и носящим его клюв вместо шлема. Спутница сделала обманное движение и бросилась к раненым дамочкам. Слуги Орока постепенно восстанавливались после едкого ожога жгучей водой. В несколько движений Бхоль обезглавила женушек вождя, после чего взялась бороться с дедом, который орудовал длинной тяжелой алебардой. Несмотря на свою тщедушность, силы в руках старика было немало. Скорее всего, прыти ему подавал коктейль из проклятого огня, плещущийся в крови.

Во время следующей атаки Кашшана, я сформировал аккуратный Разрез и ударил по падающему мечу. Хлопок серого огня отбросил оружие в сторону. Благодаря скоростной особенности я был первым, кто восстановился после сшибки. Кочеранг врезался в шею вождя, пробив черный барьер. Лезвие пробило шею наполовину.

Темный клинок разрушил мою тающую от недостатка ци воронку. На последних крупицах духовной энергии я сформировал еще один Разрез и довершил начатое. Голова Кашшана улетела прочь, а из раны на шее вождя взметнулся фонтан чернильного огня. Я еле успел убраться подальше. Сати не без труда взяла верх над прытким дедком, моя помощь ей не понадобилась. Бойня над племенем Тургол завершилась.

— Спасибо за гостеприимство, вождь, — взмахнул я кочерангом, сбрасывая остатки липкого темного огня с оружия. — Похоже, в Степях лучше не хаживать без запаса жгучелиста…

— Угу… — односложно согласилась Сати.

Затем настал черед муторной и нудной работенки. Мы расчленяли и добивали еще дергающихся умертвий и культистов Орока. Слуги лунного бога оказались на диво живучи. По слухам, если бы у них была возможность приложить голову или конечности к телу, то они бы восстановились в кратчайшие сроки.

Бхоль знала основные методы борьбы с нечистью, я лишь следовал ее советам. Мы разломали несколько повозок и сложили большое кострище. Туда стащили останки тех монстров, что не сгорели. С помощью одной нормальной лошадки повалили все юрты и свезли туда же. После чего подожгли. Предсмертные вопли служителей Орока отдавались в душе чувственной музыкой. Всепоглощающий огонь пожирал все, и даже темная субстанция Орока не могла долго сопротивляться.

Мы бегло обыскали юрты и карманы одеяний старшей семьи, но ничего ценного не нашли, кроме нескольких серебряных побрякушек. То ли сбережений у бедного племени не было, то ли они сгинули где-то в огненном измерении. Мы лишь собрали оружие и другие металлические предметы и скинули в отдельную телегу. Хотя, по словам Сати, оружие надо будет еще обработать жгучей водой на всякий случай. Также подобрали Темные сердца умертвий, что остались после зомби. Они в целом были почти идентичны сердцам утопцев — их можно было использовать как замену. Я думал, что для Микстуры придется затовариваться сердцами у алхимиков, но судьба дала нам возможность поохотиться на нечисть самим. Хоть мы о том и не просили.

Как ни странно, не все лошади кочевников являлись обращенными. Бхоль не была уверена, но предположила, что в таком случае их придется кормить плотью, и так никакой еды не напасешься. Поэтому и обычных лошадей оставили, чтобы было кому перевозить табор на новое место. Удивительно, что племя продолжало делать вид, будто живет нормальной жизнью. Отара местных овец у них сохранилась. Выглядели животные забавно: меньше земных овец, и у них отсутствовала четко выраженная шея и голова. Походили на маленьких тюленей на ножках, покрытых серой шерстью. Эдакие забавные пугливые комочки шерсти.

Потеряв пастухов, овечки и лошади разбрелись по степи. Наверное, с них тоже можно было выручить неплохую сумму денег. К счастью или нет, но нас избавили от данной почетной обязанности проезжающие всадники. Неизвестные на лошадях скакали мимо и заметили большой костер, который мы развели. Мы с Сати настороженно следили за действиями всадников — кто знает, вдруг это очередная шайка культистов?

— Приветствуем! — помахал я рукой, изобразив добродушное выражение лица, чему, скорее всего, мешали многочисленные шрамы и грязь.

Позади меня пылало адское пламя, в котором еще чудились затихающие стоны слуг Орока. Юрты потрескивали в огромном костре. Подъехавший поближе всадник почему-то резко развернулся и поскакал прочь.

Неизвестные принялись гнать бесхозную отару овец прочь, лошадей тоже убежавших разыскали, наверное. Лучи прожектора Злодни не могли высветить все, что происходило в ночных степях. По-видимому, кража скотины у соседнего племени здесь в порядке вещей. Особенно, если племени больше нет. Мы с животиной возиться не стали. Запрягли найденную ранее лошадку в подготовленную телегу с хламом и покатили прочь. Ночевать рядом с лагерем умертвий никто из нас не хотел.

Найдя укрытие возле небольшого холма, мы остановились на ночь. Поев, Сати сразу отправилась на боковую, подстелив одеяло и окутавшись легкой Греющей аурой. Да и я тоже принялся укладываться.

— Сестрица, истребляющая нечисть… не возражаешь, если я рядом устроюсь?

— Что? Зачем? — приподняла голову Сати. — Я же говорила, что давала обет на отношения!

— Я не собираюсь нарушать твой обет. Мне просто интересно, где начинаются отношения, а где просто дружеские посиделки? Мы с тобой пережили много интимных моментов во время путешествия. Что если я нарушу твой обет случайно, когда полезу перевязывать раны?

— Покуда за вашей душой нет греховных мыслей, все будет хорошо. Вы спокойно можете лечь с другой стороны, господин Кон. Я знаю к чему ведет совместный сон и знаю вас.

— Вот значит какого ты мнения о любимом? — вздохнул я.

— Арг-х! Все, я сплю! Голова после удара еще ноет… Постарайтесь на тащить меня больше в обители нечистых, господин. Келстигнусс, на страже!

Хе-х, подтрунивать над Сати было забавно, но лучше, наверное, не переходить черту. У всякого терпения есть предел.

Усталость взяла свое, и я быстро вырубился, также наказав Злодни бдить. Слишком уж мы оба вымотались чтобы дежурить. Духи были вредными существами, но мы надеялись, что хотя бы один из них останется бодрствовать и следить за округой ради дополнительного духовного корма.

К полудню следующего дня мы наконец добрались до одного из оазисов, рядом с которым находился средней величины город. Сати в географии Вольных Степей немного разбиралась — она поведала, что поселение называется Ыхолган. У степняков были свои традиции в названии городов и имен, хоть язык здесь использовался тот же. Местные не видели ничего необычного в единоязычии, хотя мой опыт говорил о том, что изолированные друг от друга общества должны иметь свои наречия. Возможно, здесь виноват Фанши и духовная Суть.

Оазис представлял из себя густые и высокие джунгли, смотревшиеся странно на фоне голой степи. Ыхолган находился на берегу пруда, который служил источником пресной воды. Питался он подземными ключами. Часть леса была вырублена людьми, но в этих местах уже тянулись ввысь молодые деревца. В оазисах все росло быстро. Виднелись сады плодовых деревьев снаружи, в степях паслись стада овец.

Возле толстой и высокой крепостной стены дежурило несколько стражников: часть в металлических, часть в стеганых доспехах. Наверху стояли арбалетчики, дежурившие подле стоек с крупными паровыми метательными машинами.

Сати направила нашу скромную повозку с хламом к воротам. Я воодушевился. Было немного боязно въезжать в незнакомый город, не зная местных нравов и традиций. Но я был рад оказаться вне Чайфу и Триумвирата в целом, где Ублюдка Ли хорошо знали. В Вольных Степях я могу использовать свое настоящее имя и начать жизнь с чистого листа. За мной не будет больше тянуться длинный шлейф из многочисленных прегрешений прежнего Ли Кона.

— Легкой службы доблестным стражам! — поприветствовала Сати мирным тоном.

— А вы… те двое демонов в синем? — заметил один рослый страж, осматривая нас.

— Демоны? — удивилась Сати.

— Весть пришла недавно о том, как двое демонов в синих одеждах истребили целое племя кочевников, а затем и пожгли их, хохоча припадочно словно сам Орок!

— Что? Нет… — протянул я, чувствуя себя персонажем одного не слишком умного фильма ужасов. — Племя Тургол продало душу Ороку! Но мы избавили мир от нечисти! Несравненный Ми Ха Ил, — ударил я себя в грудь, — и Храбрая Сати!

— Хах, как скажете, — усмехнулся стражник. — В любом случае сильным воителям в Ыхолгане почет и уважение. А турголцы сами виноваты в своей смерти.

Я немного расслабился. Порядки в Степях отличались от Триумвирата. В какой-то степени полезно, когда каждый сам за себя. Никто тебе не будет мстить за уничтоженное племя. Правда, никто и за тебя не заступится, но к такому отношению я уже привык.

- “Ми Ха Ил” — это ваше прозвище, брат? — поинтересовался другой страж.

— Почему вы так решили? — насторожился я.

Стражник недоуменно почесал голову:

— Слуга из облачников, протез, хургл, странное оружие… Как ни крути, а вы вылитый Сумасшедший Ублюдок Ли!

— Да ладно! Откуда вам про меня известно?! — возмутился я вселенской несправедливости.

— Дык почти все в Степях про вас знают, сиятельный брат Ли. Настоящая легенда! Недавно узнали, что вы почти турнир выиграли, брат Стальной Отступник! Достойно сражались!

Отрыжка хургла! Вот и настал конец моей мечте начать все с чистого листа…

— А если я спрячу протез, оружие и хургла — узнаете? — поинтересовался я.

— Физиономию вашу я помню, брат Ли, — заметил другой стражник. — Года четыре назад были вы в городе вместе с шайкой Пастыря.

— Я бывал в Ыхолгане?!

— Истинно так. Знатно покутили в Лошадином Копытце. С племянником хана повздорили. Пришлось вас выпроваживать из города. Но то давненько было. Коли не будете нарушать порядок, то и не придется стражникам вмешиваться.

— Эм, здесь моих врагов не осталось случаем?

— Не знаю. Племянника хана года два назад кулмрац загрыз на охоте, чтоб клювастому пусто было!

— Ф-ух, славно… то есть, я хотел сказать — прискорбно. А банду Кровавого Харудо не видели случаем? — я вытащил из кошеля несколько серебряных монет.

— Как же, буквально на днях проезжали мимо, — прикипел глазами к деньгам охранник. — Заскочили в город пополнить припасы и поскакали дальше.

Стражник махнул рукой куда-то на юг. Хорошо, что мы разминулись с ними. Хотелось бы сначала перейти на ступень Бойца, а уже потом махать шашкой. Я еще немного поспрашивал словоохотливых стражников, у которых была масса ценной информации. Однако про текучий источник они не слышали. Вблизи оазиса источники действительно появлялись чаще, чем в других частях Степей. Так что мы могли бы обосноваться здесь и дождаться, пока кто-нибудь разыщет. Либо разыскать самим. Вода текучего источника, к сожалению, быстро теряла свои волшебные свойства, поэтому в продаже ее было найти невозможно.

Передав немного монет служакам за содействие, мы с Сати въехали в пределы Ыхолгана. Сбережений у нас было достаточно, чтобы несколько месяцев прозябать в гостиницах. Но свершение мести головорезам откладывать не хотелось.

Глава 13

— Не быть мне больше Ми Ха Илом до конца своих дней… — пробормотал я с грустью в голосе, осматривая возвышающиеся здания.

— Вас беспокоит дурная репутация? — произнесла Сати. — Тогда я могла бы попробовать помочь вернуть вам доброе имя. Хотя это будет непросто.

— Вспомни, как у тебя это получилось с друзьями из Ордена. А затем подумай, поверят ли тебе незнакомцы…

— Возможно, вы правы…

Ыхолган был довольно крупным поселением. На уровне Шейчжоу примерно. Вот только в Вольных Степях вокруг городов не было ни единой деревни в отличие от Чайфу. Только кочевые племена изредка шастали. Что удивительно: на улицах практики встречались чаще, чем в Триумвирате. Разве что в Яхуэй во время турнира было больше пламетворцев, но то особый случай. Новички, Рекруты и даже Бойцы — спокойно прогуливались по улочкам, встречались на рынке, у лавок, таверн и конюшен. После Триумвирата города Вольных Степей показались мне словно бы на ступень выше. Неясно, в чем причина таких различий. То ли тут воздух свежее, то ли условия жизни суровее. Пустым выживать сложнее.

На нас в повозке особо не обращали внимания. Замок хана располагался за вторым слоем крепостных стен, и проехать туда было можно лишь приближенным. Дома здесь строили разные. Нередко первые этажи делали из камня, вторые — из дерева. Встречались высокие узкие башни, на которых караулила стража.

Уточнив дорогу, мы вскоре добрались до местной кузнечной мастерской. По размерам она превосходила оную в Шейчжоу. Среди подмастерье встречались практики высоких ступеней. В Шейчжоу лишь Охидо был Бойцом, здесь же их помимо главного мастера-кузнеца было еще двое. Кипела активная работа.

— Почем оцените? — поинтересовался я у вышедшего к нам крепкого коренастого степняка ступени Бойца.

— Только рекомендуем обработать все жгучей водой, — добавила Сати. — Вещи проклятого племени.

Кузнец отмахнулся от предупреждения и быстро осмотрел привезенный нами хлам. Некоторое оружие он проверял Сутью, другие сразу отбрасывал в сторону.

— За весь хлам девяносто серебра, но ради дорогих гостей округлим до золотого.

— Нам надо починить протез и доспехи. Возьметесь взамен всего этого оружия и телеги с лошадью?

— Выкладывайте.

Я отстегнул протез и продемонстрировал. Клешне неслабо досталось от кулмраца. Одна из конечностей висела на соплях, один из приводов сломался. Кузнец внимательно осмотрел протез и вынес неутешительный вердикт:

— Посредственная работа как для горного уровня. Котел и кожух еще послужат, ремни надо бы заменить. Рекруту должно быть впору, — глянул он в мою сторону. — Но для Бойца артефакт будет слабоват. Багровый огонь разрушит его. Клешню, привода и клапан я бы посоветовал поменять на более качественные. Из серебрита. Тогда протез и до облачного уровня сможет дорасти когда-нибудь.

Я вздохнул, понимая, что меня местные ушлые торгаши обчистят до последней нитки. Но не проапгрейдить клешню я не мог. Кузнец запросил дополнительно золотой за материалы и работу с учетом сданного оружия и повозки. Немного поторговавшись, я выбил скидку в десяток серебра. Кузнец забрал протез в мастерскую и приступил к работе. Специалист по доспехам осмотрел паровую броню Бхоль. Им серьезно досталось как во время сражения в Ордене, так и от кулмраца. Кузнец сказал то же самое, что и предыдущий: ученические доспехи неплохи для Рекрута, но Бойцу нужна броня получше. Иначе будет немного замедлять практика, Барьерная аура через слабый металл хуже распространяется. И так далее. Но здесь проще было бы приобрести новые, более качественные доспехи, чем улучшать старые.

Таких денег у нас все равно не было, как и на усиленные привода, так что я попросил просто вернуть им былой уровень. Что встало еще в один золотой. Паровые механизмы — накладное в обслуживании усиление. Но отказаться от них мы не могли. Вознаграждение от Ордена фактически ушло на ремонт.

Осталось несколько десятков серебра, да расплавленный золотой амулет врага. Кажется, я немного приукрасил, когда считал, что нам денег хватит на месяцы жизни в Ыхолгане. Цены здесь кусались. Пока кузнецы были заняты работой, мы заскочили на рынок, где я после успешного торга продал амулет. Мы приобрели перечной мяты и солидный запас сушеного жгучелиста, который стоил здесь дешево. Продавалась даже жгучая вода, разлитая по бутылкам. И ее мы тоже взяли про запас. Жгучая вода хранилась в огненном измерении без особых сложностей. Не припомню, чтобы в Шейчжоу она продавалась в таком виде. Это может говорить о том, что в Степях с нечистью проблемы возникают часто.

Затем направились к таверне неподалеку от кузницы, где планировали коротать время. Без клешни я чувствовал себя неуютно, как и Сати без своих доспехов.

И как назло, именно в этот момент нас настигли неприятности. В малолюдном переулке на нас выскочило трое людей с замотанными лицами. Один здоровяк подошел к нам сзади, двое перекрыли дорогу спереди. Я провел оценку Сутью одного из них, но мне лишь показался его статус Бойца.

— Так-так, выворачивайте карманы и выкидывайте все ценное из своих амулетиков.

— Вы что, не в курсе кто я? — обнажил я кочеранг.

— Босс, это же Сумасшедший Ублюдок Ли! Точно он!

Главарь на секунду завис — было заметно, что он не горит желанием выступать против известного злодея. Но все же бандит решил не отступать:

— Плевать! Это он в Триумвирате может считаться сильным бойцом. В Степях совсем другие правила!

Главарь вытащил два клинка дао, по которым пробежал багровый огонь. Один из грабителей облачился в бронзовые доспехи и вооружился двуручником. В Чайфу редкие разбойники хаживали в доспехах, а эти прям зажиточные. Третий достал метательные ножи. Судя по цвету духовного огня, двое являлись Бойцами, а метатель — Рекрутом. И где только стражники, когда они так нужны?

Я еле вспомнил, как формируется духовный Щит. Слишком долго полагался на встроенную особенность клешни. Не мешкая, я метнул кочеранг в одного из противников, напитав духовным огнем. Целью выбрал грабителя с ножами, поскольку мне не улыбалось еще и от них уворачиваться. Снаряд быстро преодолел разделяющее нас расстояние и врезался в руку. Серый Барьер оказался пробит, а духовный огонь помог нанести тяжелую травму. Метатель вскрикнул и выронил нож. Пусть левой рукой попробует теперь кидаться.

Сати взяла на себя здоровяка в доспехах, я же схлестнулся с главарем. Клинки дао или же фальшионы мелькали с большой скоростью. Кочеранг превосходил их, вот только он был в единственном экземпляре. Без духовного Щита я бы, скорее всего не смог вывезти. Но после блокировки одного из вражеских клинков получалось находить бреши в обороне противника. С помощью духовных Разрезов я нанес несколько ран разной степени тяжести.

— Бездна! Уходим! — распорядился бандит.

Израненная троица спешно покинула проулок. Сати также удалось неслабо повредить доспехи своего противника.

— Ладно, будем считать, что мы познакомились с местным криминалом, — вздохнул я, осматривая неглубокий порез в боку.

Мы быстро обработали раны и двинулись в таверну. Завсегдатаи питейного заведения показались мне вполне благожелательными, если так можно выразиться про горлопанящих любителей выпить и подраться. По крайней мере они не желали нам смерти. Меня быстро узнали и потребовали рассказать чего-нибудь интересного. Историй у меня было с запасом, и я сполна потренировался на юниорах ранее. Мои рассказы про Тухлого Гнисоля или проклятое племя Тургол нашли своих слушателей.

Наговорившись, я сам принялся задавать вопросы. Местный быт у приключенцев был довольно простой: воины собирались в ватаги и ходили в набеги на кочевников или, в случае крупной банды, грабили соседние города. Ханы подобного не запрещали, порой сами возглавляли наступления. Иногда занимались охотой на монстров. Участвовали в состязаниях практиков. Ну и, конечно, занимались Цунь-Ши-Дао. Без культивирования можно стать сильным воином только если продашь душу Ороку, и степнякам было это прекрасно известно.

Про текучий источник поблизости ни у кого не было информации, к сожалению. Но мне обещали сообщить, как только появится. Порой, если источник появлялся поблизости в легкодоступном месте, то он становился всеобщим достоянием. Алхимики и практики шли варить свои зелья. Разбавленная вода из источника помогала восстанавливать силы, а политые ей культуры росли активнее. Но порой текучие источники держались в секрете — их тайно продавали желающим.

Выпивку я почти не употреблял, поскольку напиваться в незнакомом городе было чревато. А в городе, где знают Ублюдка Ли, тем более. Сати глядела на то, как я потягивал пиво, с осуждением. Как будто мы с ней уже женаты.

К вечеру кузнецы справились с ремонтом. Клешня получила усиленные конечности и улучшенный клапан. Теперь их так просто не разрушишь, скорость срабатывания увеличилась. Ремни крепления горного уровня отличались серым цветом. С такими изменениями со временем и до облачного уровня можно будет прокачать. Бхоль получила назад свои ученические доспехи, не претерпевшие кардинальных изменений.

Я посоветовался с кузнецом насчет кочеранга. Он после турнира успел испить много чужой крови, но все еще не был готов к переходу. К тому же металл не являлся благородным. Требовалось сплавить его с серебром, что улучшит его ци-проводящие свойства и подготовит к облачному этапу. Вот только для этого помимо самого серебра требовались духовные ингредиенты. На это могли уйти все наши сбережения. Я решил отложить закалку до лучших времен. Неизвестно, сколько мы просидим в Ыхолгане, пока не появится текучий источник.

— Скажите, а может ли практик улучшать не только свои личные артефакты, но и чужие?