Порядочная дама для беспорядка

- У вас плохие отношения в семье? Простите, я не знал…

Тася залпом выпила воду и отставила стакан в сторону.

- У меня умер брат, - спокойно сказала она. - Вчера я была сама не своя. Не помню ничего. Очень болит вот тут… - И она указала на сердце.

Артур Валерьевич погладил ее по руке.

- Сочувствую. Держитесь, Тасенька. Вам сейчас нелегко. А вы знаете, я очень удивился, когда вчера обнаружил вас в парке. Холодно, сыро, а вы спите, представляете? Я на руках донес вас до квартиры и уложил на диван. Вы даже не проснулись.

- Мне было очень-очень плохо. И сейчас нехорошо.

- Отчего умер ваш брат? Простите, что спрашиваю.

Тася подняла на него печальные глаза.

- Саша был наркоманом. Лечился. Не помогло. Он не выдержал и покончил с собой.

Они помолчали. Артур Валерьевич встал и сказал:

- Вот что, Тасенька… Мне нужно на работу, в институт. Если хотите, я подброшу вас до дома.

Тася тоже встала.

- Нет-нет, спасибо, - ответила она. - Мне тоже сейчас лучше в институт. Я поеду с вами, только приведу себя в порядок. Это займет не более получаса. Вы подождете? Если вы торопитесь, то я доберусь сама.

- Не волнуйтесь, я подожду.

Тася кинулась в ванную комнату, быстро высушила волосы феном, затянула конский хвост на затылке, достала из сумочки косметичку, тронула губной помадой губы, провела тушью по ресницам и взглянула на себя в зеркало. Теперь она чувствовала себя намного увереннее, чем в банном халате. Она оделась и вышла в прихожую, где ее ожидал Артур Валерьевич в неизменном черном наряде. Он вскинул руку и посмотрел на свои дорогие часы.

- Ну что, готовы?

Тася надела плащ и сапожки. Она кивнула:

- Да.

- Тогда пошли. - Он открыл дверь, они сели в лифт, спустились в парадное и вышли на улицу.

Улица встретила их порывом мокрого ветра и листвой, летящей в порывах ветра по асфальту и газонам. Таисия зябко поёжилась в легком плаще, Артур Валерьевич, казалось, даже не заметил, что на улице значительно похолодало. Он направился к своей машине, оставленной у подъезда, Тася тронулась за ним, но неожиданно им перегородила дорогу эффектная блондинка в норковом осеннем палантине.

- Артур? Я ждала тебя весь вечер. Что случилось? Ты мог бы хотя позвонить! - Тут она заметила Тасю и удивленно подняла тонкие брови. - Так ты не один? У тебя новенькая? Поздравляю!

- Прости, - ответил Артур Валерьевич. - Давай, Лиза, отложим выяснение отношений на вечер. Я сейчас очень тороплюсь. Я тебе позвоню.

Но Лиза не хотела сдавать боевые позиции.

- Артурчик, ну что ты в самом деле? Я вчера весь день провела у плиты, готовила праздничный ужин. Утку в яблоках. Купила новое белье… Сижу как дура, тебя жду, а ты даже не позвонил… - Она бросила злобный взгляд на Тасю. - Меня на эту профурсетку променял? На какой помойке ты ее нашел, Артурчик?

Не успел Артур Валерьевич ответить, как Тася вышла вперед и грудью пошла на пассию своего преподавателя, заставив ту отступить:

- На какой помойке, говоришь? Да на той, на которой он и тебя подцепил! Тоже мне - Софи Лорен! Ты себя в зеркало видела, карга старая! Тебе уже не на панели стоять, а в теплом подъезде сидеть надо. Консьержкой! Годы своё берут, милочка. - И передразнила: - «Утка в яблоках»! Утка с яблоками, а не в яблоках, кулинарка! Вот если бы ты жарила лошадь, то это еще можно было бы понять!

Женщина сделала несколько шагов назад. Она не ожидала такого отпора. Нижняя накачанная губа у нее мелко затряслась, она явно искала слова, чтобы достойно ответить нахалке. Но та уже подошла к машине и села в нее. Артур Валерьевич нажал на газ, и машина тронулась. Женщина осталась стоять на холодном ветру, зябко кутаясь в свой палантин и закусив губу от злости.

Некоторое время они ехали молча. Наконец Артур Валерьевич нарушил молчание:

- Ну зачем ты так?

Тася вскинула подбородок:

- Вы считаете, что я была не права? Тётка первая начала. А я обиды не прощаю. - И она отвернулась, обиженно поджав губы.

Он ухмыльнулся.

- Да ладно, не обижайся. Это ничего, что я с тобой на «ты»?

Тася кивнула, но не повернулась.

- А ты как бы отреагировала, если бы встретила своего парня утром с другой девушкой? Расцеловала бы его? Или дала по морде?

- По морде, - мгновенно откликнулась Тася. И добавила: - А может, и убила бы…

- Ну вот! А ты Лизу обвиняешь! Я думал, что ты спокойная, порядочная девочка, а ты - дама для беспорядка, - Артур Валерьевич от души рассмеялся. - Тебе палец в рот не клади!

Таисия была готова его самого прибить. Похмелье давало о себе знать, и она чувствовала чертовское раздражение. Хотелось одновременно рвать и метать или лечь лицом в подушку, чтобы никого не видеть, и плакать.

- Нечего мне в рот пальцы совать, - проворчала она.

Артур Валерьевич снова засмеялся.

Машина остановилась у института. Таисия вышла из нее, поблагодарила Артура Валерьевича кивком головы и на слабых подгибающихся ногах поплелась к парадному входу, на ходу здороваясь со знакомыми студентами.

Артур Валерьевич взял свой портфель, заблокировал дверцы машины и тронулся вслед за ней, отвечая ребятам, которые здоровались с ним.

За ним захлопнулась входная дверь и начался обычный учебный день.

Таисия задумала написать статью. О проблеме отцов и детей. О богатых успешных отцах и о их забытых в рабочей круговерти детях. О детях, которые всегда были у родителей на втором плане, а то и на третьем плане, уступив второе место любовницам отца или любовникам матери. Как говорится: ребенок сыт, обут, одет, играет с дорогим айфоном последней модели, учится в элитном учебном учреждении, отдыхает на престижных курортах - так какого рожна ему еще нужно? А потом удивляются, что детки садятся в тюрьму, становятся тяжелыми наркоманами или кончают с собой.

Статья у Таисии вышла что надо - пронзительная и берущая за сердце. Тася подписала ее своим собственным именем - Таисия Волохова. Главный редактор популярного журнала, с которым Таисия сотрудничала уже более полугода, принял статью и опубликовал в ближайшем номере.

Статья наделала шуму. Многих она задела за живое и расшевелила светский муравейник. Андрей Волохов был человеком широко известным в деловых кругах, и все знали, что у него недавно покончил с собой сын.

Знали и то, что Александр был наркоманом. У Волохова за спиной начали шептаться и обсуждать его семейные дела - надо же, дочь выступила против отца, значит, не всё в порядке в датском королевстве!

Однажды вечером Волохов встретил дома дочь с пресловутым журналом в руке. Лицо его кривилось от яростного гнева, он был так раздосадован, что не мог справиться с собой. Руки у него тряслись от волнения, когда он ткнул журнал под нос дочери и завопил:

- Что это такое?! Дрянь! Это ты написала? Зачем? Чего тебе не хватает? Любви и внимания? Так вот тебе и любовь, и внимание!… - И он стал хлестать ее журналом по щекам. - Убирайся вон из моего дома! - вопил Волохов, стараясь ударить Таисию побольнее. - Чтобы ноги твоей больше у меня не было! Гадина! Так меня опозорить… Сволота неблагодарная! Змея подколодная! Писать научилась?! Я тебе покажу - писать, ты у меня забудешь, как карандаш в руке держать!… Опозорила родного отца, безмозглая дура! Теперь живи, как сама умеешь, узнаешь почем фунт лиха!…

Мать Таси пыталась успокоить мужа, хватала его за руки, но досталось и ей.

Тася, в чем была, вылетела на лестничную площадку, а вслед ей отец вышвырнул заранее собранный чемодан с одеждой. Немного придя в себя, Тася проверила кошелек - наличных денег почти не было, а карточку, наверняка, отец заблокировал.

Она вышла на улицу и поёжилась от ветра. Курточка грела плохо. «Куда деваться? - подумала она. - Иду к Лёле», - вздохнула Тася и поволокла чемодан на колёсиках в соседний двор, к подруге Лёльке.

На звонок Лёля открыла дверь и ахнула, увидев Тасю.

- Выгнали? - только и спросила она.

Тася кивнула:

- Не прогонишь?

- Что ты, что ты… - заволновалась подруга, пропуская Тасю в прихожую - Проходи, раздевайся, сейчас чай будем пить.

Подруги пили чай с домашним печеньем и советовались, как Тасе жить дальше. Лёля жила в двухкомнатной квартире, а одной комнате родители, в другой она с дочкой, - особенно не развернешься. Лёля предложила:

- Послушай, у меня соседка, ну, ты помнишь, тётя Валя, уехала в отпуск. Ключи оставила мне, цветы поливать и вообще… Я думаю, она не будет против, если ты немного поживешь у нее, девушка ты аккуратная. Ну, а дальше что-нибудь придумаем. Сейчас позвоню тёте Вале, спрошу разрешения… - И Лёля взяла мобильник.

Шли дни. Тася устроилась официанткой в ближайшем кафе, зарплата была небольшая, но стабильная.

Очень выручали чаевые. И еще она подрядилась быть няней у первоклашки: утром отводила в школу, потом бежала в институт, а вечером забирала малыша с продленки и вела домой. Денег, конечно, не хватало, надо было помнить, что она училась на платном отделении и приходилось жёстко экономить.

С мамой она раз в неделю разговаривала по телефону, но отец ее жизнью больше не интересовался.

Как-то вечером неожиданно позвонил Владимир Леонидович Сергеев.

- Здравствуй, Тасенька, - игриво начал он. - Как поживаешь?

- Здравствуйте, - холодно ответила Тася. - Всё хорошо. Живу. Учусь.

- Молодец! - восхитился Сергеев. - Хотел с тобой поговорить. Можешь уделить мне полчасика?

Тасе ужасно не хотелось с ним встречаться. Ничего хорошего она от друга отца не ожидала.

- Я очень занята, - сказала она. - Времени совсем нет.

- И всё-таки я хотел бы тебя увидеть, - настаивал Сергеев. - Мне есть, что тебе предложить.

Тася резко ответила:

- Простите, Владимир Леонидович, меня не очень интересуют ваши предложения. Извините, меня ждут… - и она нажала «отбой».

Но Сергеев проявил настойчивость.

Как-то выходя после занятий из института, она заметила машину Сергеева. Тот явно поджидал ее. Стараясь остаться незамеченной, Тася юркнула обратно в двери и засела в библиотеке, стараясь пересидеть «засаду». Читала нужную литературу, готовилась к экзаменам.

Когда она вышла на улицу, машина исчезла. «Уехал… Слава богу! Пристал как банный лист», - подумала она.

На улице было уже совсем темно и накрапывал мелкий дождик. Таисия побежала кратчайшей дорогой через парк к автобусной остановке. И тут на нее напали - крупный мужик схватил под мышки и поволок в кусты. Она начала отчаянно сопротивляться, кричать, кусаться. На подмогу к насильнику подскочил второй верзила, пытаясь заткнуть ей рот. Силы оказались неравными. Ее подволокли к большой машине. Опустилось тонированное стекло, и она увидела улыбающегося Сергеева.

- Девочка ты моя! - сказал он. - Куколка, ну что ты! Зачем так сопротивляешься? Не обидим мы тебя. Прости, пришлось применить силу, потому что ты бегаешь от меня. Успокойся. Расслабься, как говорят, и получай удовольствие!

- Вы что, с ума сошли? Отпустите! Как вы смеете?…

Два телохранителя крепко держали ее за руки. Владимир Леонидович вышел из машины, подошел к ней и неожиданно резким движением разорвал на Тасе кофту.

Она снова закричала, ее охватил дикий, леденящий ужас, Тася не ожидала такого от друга своего отца.

- Не кричи, детка! Иначе я тебя стукну, - совершенно спокойно сказал Владимир Леонидович, и провел пальцем по ее груди. - Я же говорил, что ты будешь моей по доброй воле или насильно. Говорил? Говорил. Не нужно кричать и вырываться, всё уже решено.

- Не смейте! Подонок! Тьфу! - Тася снова заметалась в железных руках охранников. - Пустите меня!…

Сергеев ударил ее по лицу.

- Сказал же - заткнись! Будешь сопротивляться, я еще и ребятам дам тебой попользоваться!

Слёзы застилали глаза, Тася всхлипнула и почти потеряла сознание.

Неожиданно железная хватка ослабла, один охранник получил крепкий удар и покачнулся. Второй получил удар по голове и свалился на землю. Неизвестный спаситель снова врезал ногой в пах первому охраннику и тот скрючился у его ног.

- Тася!

Она отвела пряди волос с лица и увидела Артура Валерьевича.

- Вы… - только и произнесла она.

Артур Валерьевич повернулся к Сергееву:

- А это тебе за всё хорошее… - сказал он и изо всей силы врезал насильнику по скуле.

Тот покачнулся и грохнулся на четвереньки.

Тася уткнулась в грудь своему спасителю.

- Всё нормально? - спросил тот.

Тася лишь качнула головой, ее била крупная дрожь, она была не в силах произнести ни слова.

- Вызываем полицию? - предложил Артур Валерьевич.

- Нет. - Тася повернулась к Сергееву и с ненавистью выкрикнула: - Я пожалуюсь отцу! Вы - мерзавец!

- Да твоему отцу наплевать на тебя! - ответил тот, поднимаясь с колен и отряхивая брюки. Ты думаешь, что он не знает, что я ухаживал за тобой? Твоему папаше всё равно, не питай иллюзий, малышка… - Он направился к своей машине.

Один из охранников уже слегка оклемался и отправился за ним следом.