Порядочная дама для беспорядка

Андрей Владимирович рвал и метал, больше всего он не хотел, чтобы просочилась информация, что у него сын - наркоман. Это могло подорвать его репутацию в бизнес-кругах. И он согласился на экспериментальную, совершенно не апробированную технологию. Больному вскрывали черепную коробку и удаляли фрагмент мозга, отвечающий, как считали, за патологическую привязанность человека.

Гарантий - никаких. Но и делать Волохову тоже ничего не оставалось.

Перед больницей Саша зашел в комнату к Тасе, чтобы попрощаться. У нее сразу же защемило сердце, хоть они никогда близки с братом не были. Когда он был маленький, Тася, конечно, возилась с ним: играла, когда подросла - читала и на велосипеде катала. Братишка сидел сзади на багажнике, вцепившись в нее маленькими ручонками. Он полностью доверял ей, и тогда еще любовь брата к сестре была безграничной. Тася была старше братика на полтора года, но он всегда оставался для нее малышом. Вот и сейчас она отложила книгу, которую читала, и обняла Сашу.

- Всё будет хорошо, Сашок. Не смей даже думать о плохом. Тебя вылечат, и всё будет отлично. Я с тобой…

Саша сел рядом с ней на диван и опустил голову.

- Да ладно… Не утешай. Слишком поздно. Мне не справиться. Я не могу тебе это объяснить, но я знаю, знаю, что операция мне не поможет! Мне уже ничто и никто не поможет! Если хочешь знать, то я уже мёртвый. Я умер, Таська, я уже мертвец! - Саша закрыл лицо ладонями и его плечи затряслись от рыданий.

Тася словно окаменела. Она гладила вздрагивающие плечи брата и не находила слов для утешения. Слезы текли у нее по щекам, она вытирала их тыльной стороной ладони.

- Мне хотят вскрыть черепушку. Это не поможет.

- Почему ты так говоришь? Ты должен верить! Вера лечит! Отец согласился на операцию. Это единственный способ.

- Знаешь, Таська, нас никто с тобой не любит. Да-да, никто! Отец суёт деньги, но никогда не спросит, как у нас с тобой дела, о чем мы думаем, чем занимаемся. И это самый близкий нам человек. Я иногда представляю: вот я пропаду, исчезну, испарюсь в какой-нибудь день. Интересно, когда он вспомнит обо мне? Через неделю, через год? Мне очень-очень плохо, Таська… Жить не хочется…

Таська обхватила брата тонкими руками, прижала к груди. Сердце ее рвалось от горя, но она не знала, как помочь Саше, чем утешить. Только ее любви для его спасения не хватало, а больше ждать помощи было неоткуда…

На следующий день Саша отправился в клинику. И больше домой не вернулся. Он перенес операцию, но чуда не произошло. Саша шагнул из окна с пятнадцатого этажа. Он лежал на мокром асфальте, только что прошел дождь, и смотрел на подбегающих людей спокойно и как-то отрешенно, словно решил для себя что-то важное и единственно правильное.

Хоронили Александра Волошина в открытом гробу. Тася с окаменевшим сердцем смотрела на неузнаваемое, застывшее навеки лицо брата, на чуть заметную улыбку, тронувшую его твердые мертвые губы.

Она не плакала, слёзы словно остались глубоко в груди, она не могла вздохнуть, они словно душили ее. Она не могла поверить и до конца осознать случившееся, здравый смысл отказывал ей, Тася не могла сообразить, что человек в гробу - это ее Сашка, ее младший братик, который обнимал ее когда-то теплыми ручонками и которого она всегда защищала. А вот сейчас защитить не смогла…

Самоубийство младшего Волошина не осталось незамеченным. В институте Таси возникла целая буря. За ее спиной перешептывались студенты, она словно стала прокажённой, к ней никто не подходил, ее сторонились.

Декан факультета собрал преподавателей. Его взволновала история Таисии Волоховой. Он хотел понять, что думает преподавательский состав о сложившейся ситуации и что следует предпринять. Таисия была одной из лучших, да и училась на платном, а такими студентками не раскидываются. Но не отреагировать Михаил Романович не мог.

- Что можете сказать про студентку Волохову? - спросил он.

Ответила Алла Константиновна, пожилая академическая дама в дымчатых очках.

- Лично я, Михаил Романович, ничего не могу сказать о Волоховой плохого. Девочка способная, активная, серьезная, с характером. Много читает, чем выгодно отличается от своих однокурсников. Такое горе, такое горе… - хлюпнула носом Алла Константиновна и прижала платочек к сухим глазам.

- Она даже не курит! - добавил Иван Евгеньевич, кандидат филологических наук.

- Да, курение сейчас девушек характеризует, - улыбнулся декан. - У кого-нибудь есть какие-нибудь конкретные предложения по Волоховой? - Он обвел взглядом собравшихся. - Я думаю Волоховой нужно помочь, поддержать, так сказать, в эту трудную для нее минуту.

Все дружно загалдели, одобряя решение декана.

- Волохова - девушка обеспеченная, - продолжил Михаил Романович. - Ей участие требуется, душевная, так сказать теплота. Попрошу быть к ней повнимательнее, войти в ее положение.

Иван Евгеньевич кашлянул и спросил:

- Кажется, брат Волоховой покончил с собой? Он был наркоман?

- Совершенно верно, - ответила Алла Константиновна. - Александр Волохов был наркоманом, но он неоднократно лечился и даже перенес по этому поводу тяжелую черепно-мозговую операцию. Мальчик просто не справился с ситуацией. Его можно понять. Он не нашел иного выхода. Это ужас… ужас… - И она снова уткнула нос в платочек.

- Можно мне? - послышался голос Артура Валерьевича. - Наркомания - это бич нашего времени. Никто не спорит. Но каждый человек в определенном возрасте ответственен перед обществом только за себя, а не за родных и близких. У меня двоюродный брат сидит в тюрьме.

И что я в такой ситуации могу сделать, что предложить? Провести с ним душеспасительную беседу? Очень ему надо! Человек оступился, получил наказание. Надеюсь, что он сделает нужные выводы и встанет на путь исправления. Давайте оставим Волохову в покое, ей и так сейчас очень нелегко.

- Согласен, - кивнул Михаил Романович. - На том и порешим. Спасибо всем большое. - Он собрал какие-то листочки со стола и положил в папочку. - Все свободны. До свидания. - Он встал и направился к дверям.

Преподаватели зашумели отодвигаемыми стульями, встали и тоже потянулись к выходу. Обсуждение было закончено.

Таисия ушла с занятий. Она шла по парку бездумно и безучастно. На душе было холодно и мрачно, как и этот осенний, зябкий, мрачный день. Листья лежали на мокром асфальте пожухлым мокрым ковром и терпкий запах умирающего лета не прибавлял Таисии настроения. Жизнь казалась ей ужасной и нестерпимо болезненной. Она совсем потеряла голову, мысли путались, и она двигалась по облетевшей аллее сама не зная куда. Тася не представляла, что ей делать и как жить дальше.

Неожиданно она набрела на небольшой магазинчик, и, сама не зная зачем, потянула на себя тяжелую стеклянную дверь. Звякнул колокольчик, и она оказалась в крошечном помещении, загроможденным разнообразным товаром. Тут были пиво, вина, замороженные до состояния неопознавания продукты, хлеб, стиральный порошок и жуткие китайские игрушки. Таисия обвела взглядом битком набитые полки и остановилась на бутылке водки. Почему она выбрала именно водку, она в тот момент сама не смогла бы объяснить. Тася протянула деньги сонной продавщице, сунула сдачу в карман и вышла на улицу.

Накрапывал еле заметный дождик. Водяная, невидимая глазу взвесь мгновенно напитала влагой ее волосы и легкий плащ. Она заметила неподалёку пустую скособоченную беседку, решила, что это надежное убежище, и прямиком направилась к ней. Она шагнула на скрипнувший деревянный пол и села на ободранную скамейку с надеждой, что та не обломится под ней.

В беседке стоял затхлый запах мокрых гнилых досок, валялись пустые бутылки, брошенные прежними посетителями, и драные пакеты. Место не располагало к богатому застолью, но в данный момент Таисия решила не обращать на это внимание. Она скрутила пробку и плеснула в пластиковый стаканчик, заботливо предложенный опытной продавщицей, водку.

Таисия не любила алкоголь. Весь ее алкогольный опыт сводился к нескольким бокалам шампанского на Новый год и на день рождения подружек. Она понюхала водку и запах показался ей омерзительным. Но этот мерзкий запах гармонировал с ее настроением и этим тусклым осенним днем. Тася одним глотком влила в рот водку и задохнулась, закашлялась - водка обожгла ей горло. Слёзы брызнули у нее из глаз, и она стала ловить воздух ртом, так как не прихватила с собой никакой закуски.

Через пару минут у нее закружилась голова, окружающая природа закачалась и поплыла. В голове возник мягкий туман, Таисия откинулась на деревянную спинку скамейки, стараясь осознать новые для нее ощущения, и даже прикрыла глаза.

Она не знала, что в это время Артур Валерьевич пришел в ее группу, чтобы поддержать студентку. Поймав за рукав одну из девушек, он спросил:

- А где Таисия Волохова? Могу я с ней поговорить?

- А она… а у нее… - девушка захлопала ресницами. - А вы знаете, у нее в семье случилось горе - умер брат.

- Да, я в курсе. Она не была на занятиях?

- Нет, Тася была. Она в парк пошла, решила прогуляться, - призналась девушка.

Артур Валерьевич отправился в парк, который славился не очень хорошей репутацией. Уже начинало темнеть. Осень неуклонно входила в свои права. Где тут могла болтаться молодая девушка одна? Артур Валерьевич прошел почти весь парк и увидел покосившуюся беседку, а в ней одинокую женскую фигурку на скамейке. Девушка поджала под себя длинные ноги, а лицо было полностью закрыто длинными волосами. Рядом стояла наполовину опустошенная бутылка водки.

- Таисия? - спросил Артур, осторожно подходя к скамейке.

Он дотронулся до ее лица, девушка застонала, откинула волосы, лицо было бледным и сильно пахло алкоголем.

- Ничего себе - хорошая студентка, совсем непьющая, - усмехнулся Артур Валерьевич, понимая, что Таисия пьяная, и он, конечно, ее не добудится, и оставлять ее здесь тоже нельзя было.

Он легко поднял ее на руки и понес на автостоянку, где всегда ставил свой джип. Таисия застонала, не открывая глаз.

- Девочка, что же ты так напилась? - вздохнул Артур Валерьевич, подходя к машине.

Он открыл заднюю дверцу джипа и бережно уложил Тасю на заднее сиденье. Потом сел за руль, и машина тронулась. Тася лежала тихонько, как мышка и, казалось, почти не дышала. Артур Валерьевич несколько раз оборачивался к ней, но Таисия не шевелилась.

Неожиданно он почувствовал ледяные пальцы на своей шее и вздрогнул. Таисия, не открывая глаз, обняла его и горячечно зашептала, не приходя в сознание:

- Сашечка, Сашечка… Как ты мог, как ты посмел… Как мне теперь жить… Я не знаю… не знаю… не знаю… Мне нет прощения…

Неожиданно ее руки ослабли, она снова свалилась на сиденье и потеряла сознание.

Артур Валерьевич припарковал машину около своего подъезда, подхватил Тасю на руки. Она безвольно лежала в его руках, а длинные волосы трепал довольно сильный осенний ветер.

Поднявшись в лифте на свой этаж, Артур Валерьевич прислонил Тасю к стене, нашел в кармане ключ и внес девушку в квартиру. Затем снял с нее плащ и сапожки, бережно уложил на диван, подсунув под голову подушку и накрыв плотным пледом. Тася никак не реагировала на его прикосновения, она крепко спала.

Артур Валерьевич жил один в большой квартире в престижном доме. Квартира досталась ему от родителей, но он сделал перепланировку в современном стиле и теперь часто приглашал к себе друзей.

Он сварил себе крепкий кофе, принял душ и лег на широкую кровать с книжкой в руках. Через час он тоже крепко спал.

Тася открыла глаза и в первый момент не могла сообразить, где она находится. Она провела рукой по мягкому клетчатому пледу и села. Тася находилась в неизвестном месте, сидела на мягком кожаном диване и у нее просто раскалывалась голова от боли. Ее подташнивало, мутило, жутко болели виски, а вот тело, наоборот, напоминало безвольную тряпку. Тяжелые оконные портьеры были раздвинуты и свет резал глаза.

Она осмотрелась. Огромная комната-студия, серебристо-металлическая мебель в стиле хай-тек. Много книг, огромная плазменная панель и даже камин.

Тася с трудом встала и, пошатываясь, босиком отправилась по квартире. В коридоре она столкнулась со своим преподавателем и чуть было не осела на пол от удивления. Ноги еще плохо держали ее. Она шла, держась рукой за стенку.

Артур Валерьевич в это время вышел из ванны, где он принимал душ и чистил зубы.

- Доброе утро, Тася, - сказал он и улыбнулся.

- Артур… Валерьевич? - удивлению Таси не было предела.

- Как спалось?

- С-спасибо, спалось… - Она всё еще не могла прийти в себя.

- Кофе хотите?

Тася невольно провела рукой по спутанным волосам, понимая, что этим утром она выглядит не самым лучшим образом.

- Кофе? Наверное, хочу…

Артур Валерьевич снова улыбнулся.

- Ну, тогда в душ. Это то, что вам сейчас необходимо. Полотенце, зубную щетку, пасту и халат я вам приготовил. Жду вас на кухне.

- С-спасибо, - еле выдавила Тася, сама не своя от смущения.

Таисия встала под горячий душ, вымыла волосы и ополоснулась освежающим гелем. Она почистила зубы, накинула халат, затянула на тонкой талии поясок и всё так же босиком вышла из ванной комнаты.

Артур Валерьевич ждал ее на кухне, где сногсшибательно пахло свежемолотым кофе. Он указал ей на высокий табурет.

- Садитесь. Вам кофе с молоком? Бутерброд с сыром будете? Я, если честно, вчера не ждал гостей. В холодильнике только сыр и молоко.

Тася встряхнула мокрыми волосами и заправила непокорные прядки за уши. Она начинала понемногу приходить в себя.

- Артур Валерьевич…

Он вопросительно посмотрел на нее.

-Да?

- Скажите, как я сюда… к вам попала? Я ничего не помню.

Артур Валерьевич усмехнулся:

- Ну, если я скажу, что вас ко мне забросили инопланетяне, вы не поверите, не так ли?

Тася утвердительно качнула головой.

- Всё, Тасенька, довольно банально. Я подобрал вас в парке пьяную в дым. Надеюсь, в таком состоянии вы были в первый раз? Не хочется думать, что так вы поступаете часто.

- В парке? Пьяную? - Тася вытаращила на него глаза. Чашечка с кофе дрогнула в ее руке. - Этого не может быть…

- И всё-таки… Из песни, как говорится, слов не выкинешь.

- Не могу поверить. Я вообще спиртное не люблю.

Артур Валерьевич пригубил кофе и взял в руки бутерброд с сыром.

- Простите, но в это верится с трудом. Вчера я нашел вас в компании с бутылкой водки. Заметьте, водки, а не с сухим вином или напитком «Буратино». Очень показательно.

Тася посмотрела на бутылку с минеральной водой.

- Простите, можно мне водички? Кофе что-то не хочется. - Она отставила чашку.

Артур Валерьевич пододвинул к ней высокий стакан.

- Пожалуйста. Скажите, Тася, а вам не нужно ли позвонить домой? Родители, наверное, все морги обзвонили.

Тася схватилась за свой телефон, который прихватила с собой из сумочки.

- Нет ни одного звонка из дома за вчерашний день. Не очень-то я им и нужна.

- И всё-таки, я думаю, вам лучше позвонить.

- Хорошо. Но только не сейчас. - Тася произнесла это так твердо, что Артур Валерьевич с удивлением посмотрел на нее.