Высиженного яйца не стоит

Сахар в огромном доме пришлось искать долго, на кухне его не использовали, в чулане не хранили, и лишь где-то в тайных закромах садовника Ларс отыскал заветный белый порошок. Стряпать принц умел, научился, пока помогал на кухне, но вот сладости и сдобу готовить никогда не приходилось. Вдоволь намучившись, омега приготовил небольшой сладкий кекс, украшенный взбитыми сливками. За Йоном с этим тортом пришлось побегать, так как дракон в тот момент был занят чем-то внезапно важным. Дракон рыскал по замку, по библиотеке, искал в каждой комнате и лишь когда отыскал, взглянул на омегу и проглотил его подарок.

– Вкусненько, – произнес он удивленно и упал в обморок.

Испуганные слуги и еще более испуганный Ларс стали хлопотать над несчастным господином. Тот крутился на полу, словно в бреду отталкивал тянущиеся к нему руки и громко похрапывал.

– Что ж ты, неразумное дитя, натворил?! Сахар-то драконам нельзя кушать. А особенно Снежным.

– Он умрет? – полный ужаса и отчаяния, произнес юноша.

– Нет, проспится, отдохнет, но похмельем будет мучиться долго. Так что ты его лучше не трогай, иногда хозяин бывает злым и сердитым, – заметил Таге.

Омега чувствовал себя очень виноватым, а еще обиднее стало, когда выяснилось, что хозяин так долго искал по всему дворцу. В руках Йон зажал крем с ромашкой, который Ларс просил уже очень давно, так как от тяжелой работы у него сильно стирались ладони. Вот и получилось, что дракон в кои-то веки решил позаботиться о своем домочадце, а Ларс его по незнанию отравил.

Целый день юноша сидел у постели Йона, ожидая, когда тот проснется. Дракон спал беспокойно, тяжело вздыхал и пускал маленькие огоньки и зеленоватый дым из носа. Пришел в себя внезапно, резко распахнул ледяные глаза и бросил на Ларса нечитаемый взгляд. Омега хотел попросить прощения, но не успел даже воздух в легкие набрать. Дракон быстрым шагом вышел в залу, нацепил рубашку, сапоги и плащ и выпрыгнул в окно. Обратившись змеем, стал тяжело помахивать крыльями и активно фыркать пламенем, так что сжег одну из маленьких башенок, а потом улетел к горам.

Даже на огромной драконьей морде Ларс смог рассмотреть недовольство. Йон на него сердился, но не наказал, а просто бросил. С тех пор Ларс решил больше не расстраивать хозяина, не придумывать глупостей и делать лишь то, что ему указывал Йон. Поэтому снова с усердием принялся за учебу, тренировки и заботу о доме. Зубрил, фехтовал и натирал полы, а сам с тоской посматривал в безоблачное небо. Дракон вернулся лишь через месяц, видимо приходил в себя после отравления и справлялся с гневом. Ларс его прекрасно понимал и очень сожалел. Покружив над башенками, всполошив редких жителей замка, Йон опустился белым ярким пятном к окну зала, заметив это, омега бросился его встречать.

Йон лежал на полу, как всегда, в одних штанах и грустным взглядом смотрел на потолок. Его одежда валялась рядом с его троном, Ларс все собрал, расправил и аккуратно сложил у камина, чтобы вещи просохли. А потом лег с драконом рядом. Не касаясь, но очень близко, чтобы просто почувствовать себя с ним единым.

Потолок, выложенный такими же камнями, как и пол, светился миллиардами звездочек, сливаясь в галактики и яркие планеты. Своды выглядели как звездное небо, но только рисунки их были незнакомы, загадочно петляли между свисающих люстр и окружали куполообразные ниши.

– Зачем вы лежите на полу? – после долгого молчания спросил Ларс у дракона.

– Я делаю вид, что летаю.

Йон для убедительности взмахнул руками и чуть продвинулся, глаза его все так же неотрывно были устремлены к искусственному небу.

– Зачем вам притворяться, что летаете, если вы умеете летать? – Ларс сделал такой же жест и чуть приблизился к дракону.

– Затем же, зачем я притворяюсь человеком.

– А разве вы не человек? – удивился Ларс.

– Я – дракон! – Йон взмахнул руками и ногами, отодвигаясь все дальше от омеги.

– Но ведь сейчас вы выглядите как человек!

– Сейчас я просто притворяюсь, – Йон тяжело вздохнул и протянул руку к далекому небосводу, – все мы притворяемся так долго и часто, что уже и забыли, кто мы есть на самом деле.

Ларс поднялся и, сев рядом с хозяином, внимательно посмотрел в его печальные глаза.

– Со мной вам не надо притворяться, я принимаю вас таким, какой вы есть.

– Ты меня совсем не знаешь, – Йон тоже сел и уставился на подопечного. – Когда ты приехал сюда, то боялся, что я съем тебя, потому что тебя с младенчества учили, что драконы едят людей. Когда я был маленьким, мне было плевать на людей, но старшие говорили мне, что я должен их есть. Мы из поколения в поколения повторяем слова отцов, никогда не задумываясь, а надо ли нам это в действительности. Мы делаем то же, что делали наши предки, превращая себя в рабов своей репутации, – щелкнув Ларса по носу, он сузил глаза и его голос стал тихим и будоражащим, как на уроках, – но боялся бы ты меня, если бы не детские сказки твоих воспитателей, и стал бы я питаться человеками, если бы меня к этому не вынуждали? – сказав это, дракон недовольно покачал головой и, шлепнувшись на звездный пол, горько усмехнулся. – Иногда мне кажется, что я – образ, придуманный писателями, и меня настоящего уже давно не существует. Ты же лишь мое творение, я сделал себе такого принца, которым мог бы гордиться, которым не стыдно было бы похвастаться, и когда придет время и за тобой явится рыцарь в сияющих доспехах, чтобы спасти из заточения в башне, я надеюсь, что он назовет тебя самым лучшим принцем. И тогда в моем сообществе я стану героем, что воспитал идеального омегу!

– А если я не хочу, чтобы меня спасали? Если я хочу остаться с вами? – осторожно спросил Ларс, любуясь задумчивым господином. Сейчас Дракон выглядел таким незащищенным, словно его крепкая чешуя разрушилась и он был оголен перед миром. И омеге очень хотелось его защитить и позаботиться.

– Не говори глупостей, все омеги хотят быть спасенными, а все рыцари хотят прекрасного принца! – строго ответил Йон.

– Мне нравится жить с вами! – возразил омега и для большей убедительности стукнул кулаком по полу. Звездное небо дрогнуло, а дракон погрозил безобразнику пальцем.

– Ты просто молод еще и не понимаешь всего! Смысл жизни драконов – накапливать богатства, строить башни и прятать в них принцев. Смысл жизни рыцарей – спасать принцев и возвращать их домой за полцарства и руку спасенного. Смысл жизни омег – ждать своего любимого и дарить ему детишек, пока смерть их не разлучит.

– Не нужны мне рыцари, – сердито фыркнул Ларс, – я сам себя от кого угодно спасти могу!

– Так, ты сказку не путай! Найдет на тебя твой муж управу, приручит и к делу пристроит.

– Лучше вы меня приручите, – Ларс посмотрел на дракона заискивающе и боязливо того обнял. Дракон был теплым и очень приятно пах. Его кожа, казалось, мерцала безупречной белизной так же, как и крылья его драконьего обличья. Опустив голову Йону на грудь, Ларс услышал, как мерно бьется драконье сердце – совсем так же, как и его – омежье. Притворялся ли дракон или действительно где-то там, под непробиваемой волшебной броней, в нем хранилось что-то человеческое.

Йон почему-то покраснел, погладил своего подопечного по светлым волосам и похлопал дружески по плечу.

– Верно Таге сказал, это у тебя переходный период и в крови говорит дурь. Пора тебе анатомию и семейное дело преподавать. Скоро вот течка начнется, развешу в городе плакаты, что в моей башне томится принц прекрасный и за тобой бросятся рыцари – спасатели и руки твоей просители. Лучшему тебя и отдам. А про другие глупости забудь! Я уж и за прошедшие годы намаялся с тобой возиться, пора тебя выпроваживать.

Услышав все это, Ларс вдруг понял, что ситуация у него безвыходная, его жестокая судьба уже предрешена. И заплакал.

Часть пятая, в которой благородный рыцарь и волшебник омега занимаются непристойностями и отправляются в морское приключение

У Нелля где-то в доме завалялась карта местности. Поэтому, легко составив и распланировав свой маршрут, они пошли в округ Калмар, в город Торсас, где Нелль обещал договориться о корабле – тогда их путь значительно сократится. По средним подсчетам до побережья идти пару дней, но волшебник насобирал целый рюкзак, словно отправлялся путешествовать на годы. Рыцарь мага не стал переубеждать – не ему ж все это барахло тащить.

Перед выходом Нелль себя немного омолодил – он теперь смотрелся лет на пятьдесят. Действительно, вышел такой симпатичный миленький престарелый омежка. В нем не виделось угрозы и не чувствовалось обузы. Хуго одобрительно покивал, распрощался с каттунгами и отправился по указанной тропе за Неллем.

Серое болото Магнуссон они покинули быстро, Нелль с печалью смотрел на скрывающийся за деревьями домик – вздыхал, с болотом прощался, подкармливал угрей хлебушком. Но уже спустя пару часов забыл обо всем и стал без умолку болтать. Что неудивительно – ведь маг-отшельник молчал в одиночестве годами. Хуго слушал да на ус мотал, но сам не лез в монолог – зачем открывать душу незнакомцу?

По предположениям волшебника, они должны были добраться до небольшого поселка еще до ночи, там путники заночуют и сытно поужинают. Но когда солнышко стало клониться к закату, они все еще топали по болотистой местности, а на горизонте не показалось и домика.

– Все, привал, – объяснил Хуго, когда отыскал более-менее сухую полянку.

– Да тут еще пара верст, и будет село!

– Я уже несколько часов эту историю слушаю. – Хуго достал из сумки немного углей, выкопал ямку и стал разводить огонь.

Нелль сдался, идти один он не собирался, значит, деваться ему некуда, и сел рядом. Небо почти сразу потемнело, появились звезды и выбралась луна. Они двигались на север, местность постепенно менялась и солнечный цикл сильно отличалась от Сконе. На юге леса пушистые, земли плодородные, в Калмаре же всюду либо топи, либо камни, бедные поселки, поросшие поганками, много леших да кикимор. А ближе к морю встречались ресялки, в озерах устраивали вечеринки водяные и бродили по дну утопленники. Так что Хуго был рад, что отыскал сухой уголок. Быстро поужинав, они расположились на ночлег, а из болота стали доноситься неприятные чавкающие звуки и пугающие всхлипы.

– Лягушки-плакушки, – заметил омега, прислушиваясь к воплям.

– Спать не дадут, – буркнул Хуго и завалился на землю, обнимая свой рюкзак.

Посреди ночи к лягушкам присоединились и лешие, потому утром Хуго был зол и расстроен. Положился на мага, доверился его знаниям, а Нелль завел невесть куда, так что выспаться не удалось. К счастью, выбрались из болот и топей еще до обеда и тут же нашли село, про которое говорил маг. Маленькие аккуратные домики, красивые садики, все было чисто и свежо, только в деревне жило всего пятнадцать жителей и не было у них ни таверны, ни харчевни. Купив у добродушных селян немного снеди, путники отправились дальше.

– Ты вот скажи, – не мог в пути молчать Нелль, – зачем тебе принц и полцарства? Ты же живешь охотой на нечисть, скучно будет в замке.

– Устал я скитаться, устал без дома и крова жить.

– Потому и не молодишь себя? – хитро прищурившись, спросил маг.

– Пробовал – не понравилось.

– И сильно омолодился? – омега не отлипал, крутился да расспрашивал.

– Ненамного. – Суровому альфе не хотелось рассказывать про свои детские психологические травмы.

– Признавайся, сколько тебе лет? – похихикивал омега, и Хуго, тяжело вздохнув, внезапно пожалел, что потащил с собой этого болтуна.

– Ты-то своих секретов не рассказываешь, – заметил он. – Вот скажи, почему сильные маги прячутся ото всех? Вы бы могли столько помощи людям предложить. И огонь для обогрева городов, и погодой вы управляете, и землю для посевов можете облагородить. А сидите в своих домах и плодите болота. От этих болот уже сил никаких нет!

– Прячемся по той же причине, что и драконы – люди нам завидуют. – Нелль сразу стал задумчивый, такие разговоры пришлись не по нраву магу, а Хуго стало еще интереснее, сколько же лет его спутнику.

– Может, магам и завидуют, а драконам-то чего завидовать?

– Они могут летать, кружат в поднебесье, взирают на нас – маленьких и убогих. Все хотят быть ближе к небесам. Все хотят иметь крылья. Вот и травят драконов, чтоб если не у всех, то и ни у кого! – Нелль пальцем в небо указал, и альфа невольно проследил за его жестом. Небо было серым, пасмурным, тучи хмурились, а между ними парили чайки – значит, море близко. – Скоро не останется драконов, а когда с ними покончат, примутся за магов.

Хуго пожал плечами – может, и была какая-то правда в словах Нелля, но он ее не понимал. В нем было мало магии, и он никогда не интересовался, откуда она берется, почему у кого-то из пальцев льется волшебство, а кому-то приходится собирать ее по крохам. А большинство и вовсе силой обделено.

– Семьдесят мне, – признался он, – не такой уж я и старый.

– Ведешь себя как старик! – тут же фыркнул омега. – На вид смыл с себя магией пару годков, но в душе ты давно состарился. Ведь смысл не в том, сколько ты прожил, а в том, на какой возраст ты себя ощущаешь.

– И сколько же тебе?

– Вечные восемнадцать! – Нелль хитро рассмеялся, подмигнул альфе и стал бойко вышагивать, показывая свою прыть. Только у маленького худощавого омеги это выходило комично.

Хуго же только надулся, натянул рюкзак на плечи и ускорил шаг, магу пришлось его догонять, стало не до разговоров. Мимо замельтешили деревья и мелкие поселения, дорога уже не радовала, слишком грустно путешествовать в обиде. Зато до города добрались быстро.

Торговый Торсас забирался в самое море, раскинул свои пирсы и причалы словно удочки с червячками-кораблями. Всюду пахло рыбой, ею торговали на каждом углу. А ближе к пристани и вовсе было не протиснуться среди лотков и лавочек – и рыбка, и крабы, и кальмары, и икра всевозможная, и даже ресялкины яйца. Нелль выбрал гостиницу поприличнее, ту, от которой не смердело тиной и возле которой не валялись пьянчужки. Хуго на прелести кружевных перинок не обращал внимания, его не трогали приветственные песни зазывал. Старому вояке лишь бы сухая постель.

Зато прилично поужинали и сняли хорошую комнату. А Нелль еще и выдул пару литров вина, от удовольствия с его лица не сползала улыбка. Спать завалились без задних ног, Хуго растянулся с удовольствием, думая, что в этом и есть прелесть походов – идешь себе, в болотах мучаешься, а потом наслаждаешься мягкой периной. В чистой комнате пахло отдушкой от клопов и травяным мылом, приятно, вкусно и сны приснились такие же.

Но утром, когда пришло время платить, Нелль опять схитрил, замешкался, подтолкнул альфу к трактирщику – типа все расходы на тебе, а сам сбежал. Хуго пришлось платить за все из своего кармана. И может, при других обстоятельствах не придал значения такому наглому поведению, если бы раньше не выложил Неллю за магию и амулеты почти все свои деньги. Сильный маг неплохо пополнил его запасы зелий и знаков, но и стряс немало, и теперь кошелек опустел.

Расплатившись последними монетами, Хуго вышел из таверны немного злой и расстроенный, а мага уже и след простыл. Альфа прогулялся по набережной, нанюхался рыбки, посмотрел цены на съем лодки и загрустил. Но не возвращаться же с пустыми руками – если Хуго наметил цель, то с дороги не свернет!

Спокойно вернулся в таверну и взял книгу с заказами. Выбрал самые серьезные предложения, где предлагали приличные денег, и пошел к ближайшему мученику, которого доставала нечисть. Важный клиент обитал неподалеку, Хуго за пару минут добрался до мясной лавки и выслушал душевную историю. У мясника развелись злобные какерлаки, и он обещал дать пару серебреников, если наемник избавит от поганцев. Хуго кивнул, обошел лавку в поисках подходящей ловушки и рядом с отхожей кучей нашел большую коробку. Сразу нарисовал на ней магический знак, залил на дно клею побольше и развесил завлекающую травку. Но еще до того, как успел активировать знак, услышал громкий возмущенный оклик:

– Ты чего с моим домом сотворил?

Хуго удивленно обернулся. Рядом с ним стоял на задних лапах огромный, не меньше метра ростом, каттунг с тросточкой и в красном кафтане.

– Каким домом? – искренне удивился Хуго.

– Вот с этим! – каттунг острым коготком указал на исписанную коробку, – Он мне от хозяина достался, а ты на крыше всякие непристойности развел. Член нарисовал!

– Это не член, а магический знак для призыва какерлаков! – Хуго внимательно посмотрел на свое творение – обычный рисунок, ну, может, если голову наклонить, то можно принять за неприличную анатомию.

– Еще лучше! В мой чудесный дом решил зазывать тараканов! – каттунг сердито упер лапки в бока и стал шевелить усищами. – Сейчас же поправь мой дом!

– Извините, господин хороший, беспризорный, в коробке живущий, но я туда уже клею налил. И вообще ни к чему дома на улицу кидать!

Бросив шепотку магического порошка, Хуго активировал член, точнее, знак, и в ту же минуту дрогнула штукатурка на стенках лавки и мелкие камушки вдоль основания и отовсюду поползли к коробке какерлаки – большие и маленькие, черные и красные. Все с жужжанием да поскрипыванием собрались в коробку, прилипли к полу и застрекотали еще громче.

– Батюшки, ужас-то какой, – кот всплеснул лапами и чуть не плача сел на мостовую, – мой прекрасный дом, милый любимый дом…

– Да это же коробка простая, каттунг, я тебе новую отыщу, – пожалел кота Хуго.

– Не простая коробка. Сказал же – от хозяина осталась. Хозяин мне ее подарил. Память единственная и самая важная. – Каттунг смахнул лапой огромную слезу.

– Нет, не могу смотреть, как коты плачут, – Хуго вздохнул и достал заработанные деньги, – вот бери, купи себе хоть метр в подвале.

– Не нужны мне деньги. Мне дядя наследство оставил. Только не мог я подарок хозяина бросить, потому и в нору свою не переезжал, – каттунг снова всхлипнул, – теперь настало время отправляться в Кирунай, забирать свои богатства.

– Нам, между прочим, тоже надо в Кирунай, – откуда ни возьмись, появился Нелль. – Если деньжат подбросишь, я тебе место на лодке предоставлю.

– Ты откуда жадный такой взялся? – Хуго сердито сложил руки на груди, поведение мага все сильнее его расстраивало. Они, конечно, не договаривались делить расходы, но Хуго не думал, что Нелль бросит его в столь неудобном положении. – За гостиницу я заплатил, за выпивку тоже, а еще все деньги выложил за твою же магию и колдовство. А теперь ты с бедного кота последнее трясешь!

Нелль печально сложил бровки домиком и как ребенок стал мяться, носочком мостовую тереть.

– Я выплаченные деньги дома забыл. Ты мне их вручил, а я тут же в бездонный сундук закинул. Потом уже, когда мы стали выходить, я и не вспомнил про деньги. Как-то отвык ими пользоваться.

Поняв, что отговорка не очень помогла и хмурое лицо наемника не обещает ничего хорошего, Нелль тут же стал хвастаться достижениями:

– Но зато договорился насчет корабля. Через пару часов отплываем, только капитану надо заплатить, – смущенно добавил маг.

– Место я куплю, – кивнул каттунг, – пешком до Кирунай идти слишком долго. Мое имя, кстати, барон Мюнх вон Зен. Приятно познакомиться. – Кот низко поклонился, сделав изящный шаг назад, и покрутил лапкой в воздухе. Изобразил очень галантно реверанс, показывая свое благородное происхождение.

– Приятно. Хуго, наемник и рыцарь, иду спасать принца Ларса Нильсона вон Берга от Снежного дракона. – Альфа тоже попытался поклониться, но запутался в ногах, потоптался и махнул рукой на политесы.

– А я Нелль, просто маг. Хочу взглянуть на дракона, – маг сделал книксен и глазками стрельнул. От такого Хуго чуть не рассмеялся в голос, к счастью, смог вовремя кашлянуть да прикрыть ухмылку рукой.

– Какая милая собралась компания. Вот моя плата, – каттунг передал Неллю монетки.

Корабль оказался не кораблем и не лодкой – маленьким пароходиком на пятерых. С огромными водяными колесами, плечистым капитаном с бородой до пояса и маленьким матросом-кочегаром. Стоило всей компании взобраться на суденышко, как оно почти по самый бортик погрузилось в воду, но капитана это нисколько не смутило, он прикрикнул на матроса, встал перед штурвалом и раскурил трубку, дымя не меньше, чем сам пароход.

– Теперь молитесь, чтобы хорошая погода была, – спокойно сказал Нелль, – а то при любой волне нас может перевернуть!

Часть шестая, в которой дракон ждет гостей, а омега – ребенка

О приезде гостя в темный колючий замок Йон предупредил всех заранее. Потом полдня суетливо бегал по лестницам и комнатам, проверяя, все ли чисто, все ли готово для встречи, а наутро, перед прибытием важной персоны, стал наряжать Ларса. Принес тому в башню кучу красивых рубашек да широких плетеных поясов. Свалил кучей перед принцем и потребовал облачиться.

– Зачем мне все это? – удивился Ларс.

– Чтобы перед гостем в лучшем свете предстать! – задорно ответил дракон. – Ты вот тут у окошка должен стоять и делать печальный вид – типа ждать спасения. А потом, когда мой гость придет в залу, будешь рассказывать про свою печальную трагическую судьбу и что рыцарь тебе жизненно необходим, – пояснил Йон.

– Ага, то есть будете мною хвастаться, – фыркнул Ларс, – не хочу, вам это представление нужно, вы и наряжайтесь!

Дракон удивленно глянул на подопечного и лишь похлопал глазами, не понимая, чего тот кочевряжится. Ведь все омеги должны хотеть спасения.

– Таге, он меня не слушается! – внезапно расстроенным голосом протянул дракон и побрел за слугой.