Отдай мою кровь

Верхний Сволочок, 10 февраля 2019 года, воскресенье, 9:55

Вестибюль гостиницы. Маша разговаривает с администратором-брюнеткой, так же ярко накрашенной, но сегодня одетой в ярко-оранжевую блузку.

– Мы вообще-то спрашиваем документы, – тараторит администратор. – Но была запарка, сразу столько всего навалилось, что я взяла плату, выдала им ключи, а оформление отложила на потом… Но как-то вот… – она смущенно пожимает плечами. – Выехали они рано, сильно торопились, чтобы успеть на поезд… Бывает…

– Бывает! – сердито повторяет Маша. – А как они расплачивались? Картой или наличными?

– Наличными, – отвечает администратор и после небольшой паузы добавляет: – Без сдачи.

Маша резко разворачивается и выходит из гостиницы.

На площади ее ждет Алексей, сидящий в своей серой Daewoo Nexia. Машина, что называется, «заслуженная» – местами видны пятна ржавчины, заднее стекло рассекает косая трещина, по левому борту протянулась свежая царапина.

– Жопа и облом! – говорит Маша, плюхаясь на переднее пассажирское сиденье. – Эта стерлядь решила скрысятничать влегкую – сдала мужикам номер за нал, зная, что они выедут рано. Дохлый номер!

– Мне здесь нравится, – отвечает Алексей, словно не замечая Машиного настроения. – Тихий городок провинциальный, уютный, захолустный и печальный… Может переехать сюда? Купил бы домик, нашел бы добрую ласковую женщину, зарабатывал бы ремонтом бытовой техники и аппаратуры…

– Если бы, да кабы! – передразнивает Маша.

– Напрасно ты так, – говорит Алексей. – Простые радости – это самое главное в жизни…

– Продавленный диван, пивасик, толстая баба под боком…

– Зря ты так! – хмурится Алексей. – А полные женщины, если хочешь знать, лучше худых, потому что они добрее…

– Я понимаю, что мне с тобой ничего не светит! – ехидничает Маша. – Но мы сюда приехали не для устройства твоей личной жизни, а для сбора информации! И я, между прочим, оплатила заправку твоего рыдвана! Так что давай вернемся к делам нашим грешным! На повестке дня один-единственный вопрос – что делать? Мы в тупике, если не сказать: «в полной жопе»!

– Если дело заходит в тупик, то нужно обращаться к профессионалам! – рассудительно замечает Алексей. – Предполагаю, что частный детектив …

– Бабушке своей предполагай! – вызверивается Маша. – Нормальные частные детективы бывают только в кино! В жизни же они занимаются выслеживанием неверных супругов и поиском пропавших собачек!

– Ну, это спорный вопрос… – говорит Алексей. – Все упирается в личность!

– Все упирается в деньги! – Маша заводится еще сильнее. – Профессионалы берут дорого! А у меня нет свободных денег! Ты же знаешь мои обстоятельства!

Алексей многозначительно улыбается.

– У отца я ни копейки не возьму! – горячится Маша. – Да и как можно?! Он дал мне последний шанс, а я приду и скажу: «Папулечка, дай бабла на частного детектива, а то я сама не справляюсь»?! Что после этого будет?!

– Сергей Михайлович даст тебе требуемую сумму…

– Дать-то он даст, а как я буду при этом выглядеть, ты подумал?! – вопит Маша. – Мне дали шанс, а я пришла клянчить деньги на детектива!!! Да ты вообще!!! Да ты что?!! Да я тебя…

– Куда едем? – спокойно интересуется Алексей, включая зажигание.

– Домой… – флегматично отвечает Маша, мгновенно успокаиваясь. – Здесь рыть бесполезно… Мэр – тот еще партизан, его на откровенность не пробить. Заведующий станцией переливания крови явно при делах, но вряд ли его получится расколоть на ша̀ру… Концов не ухватить. Так что выход у нас один – надо разговорить Сагудаева. Я чувствую, что он – самое слабое звено этой запутанной цепочки. Только как это сделать?

– Может, стоит пустить в дело женские чары? – осторожно предлагает Алексей. – Пококетничай с ним, выдай какой-нибудь авансик… Он и растает!

– Леш, ты давно в Твери живешь? – усмехается Маша.

– Вообще-то я там родился! – с гордостью отвечает Алексей. – В общежитии морозовской фабрики. У мамы роды начались так бурно, что она даже «скорую» вызвать не успела, прямо в комнате меня и родила…

– Ну тогда ты должен быть в курсе местных реалий, – Машина усмешка становится еще шире. – Сагудаев не интересуется женщинами. Совсем, от слова «ничуть». Мне с ним кокетничать бесполезно, а вот у тебя, Леша, определенно есть шансы…

– Не надо делать из меня проститутку! – сердито отвечает Алексей. – У тебя, Машуль, аппетиты растут не по дням, а по часам! Если я согласился сдать кровь – непонятно зачем! – то это еще не означает…

– Да это я так… фигурально… – Маша примиряюще кладет руку на колено Алексея. – Не берите в голову, Алексей Евгеньевич! Я просто имела в виду, что мне бесполезно кокетничать с Сагудаевым. Я могу быть ему интересна только в смысле пиара… Или антипиара. А если… Стоп! Это мысль!

– Что за мысль?! – Алексей бросает на Машу заинтересованный взгляд.

– На дорогу смотри! – грубо советует Маша.

Ей сейчас не до ответов на глупые вопросы. Нужно обдумать одну замечательную идею… Обдумывать идеи гораздо приятнее, чем думать, что твоя жизнь могла бы сложиться иначе.

Верхний Сволочок, 10 февраля 2019 года, воскресенье, 10:40

Огромный кабинет мэра, занимающий чуть ли не половину второго этажа здания городской администрации. Игорь Аркадьевич Зажерильский совещается с ближним окружением – четырьмя мужчинами чиновного вида и одной женщиной (это заместитель Игоря Аркадьевича по социальным вопросам Миронова). Мэр сидит в огромном кресле, размерами напоминающем трон, а остальные расселись по обе стороны совещательного стола.

– В нашем распоряжении одна неделя! – говорит мэр. – До восемнадцатого февраля кровь должна быть найдена!

– А если не найдем? – спрашивает первый заместитель мэра Шарапов, высокий худой мужчина лет пятидесяти.

– Никаких если! – мэр грозно стучит кулаком по столу. – Кровь надо найти во что бы то ни стало! В первую очередь мне нужна кровь, а разобраться с причастными можно позже!

Подчиненные переглядываются и понимающе усмехаются – все уверены, что кровь украл Албасов.

– Кровь можно купить, Игорь Аркадьевич, – вкрадчиво говорит Миронова. – Я организую закупку через…

– Мне не нужна покупная кровь! – рявкает мэр. – Мне нужна именно эта кровь!

– Но почему? – растерянно лепечет Миронова, лицо ее покрывается красными пятнами.

– Из принципа! – отвечает ей Шарапов, наиболее выдающийся подхалим среди присутствующих.

– Не в принципе дело! – Игорю Аркадьевичу не хочется, чтобы подчиненные считали его самодуром, хотя он и есть самый настоящий самодур. – Мне нужна кровь, которая отдана добровольно, без какого-либо принуждения. Именно поэтому, Валентина Маратовна, я отверг вашу идею с разнарядкой. Мэрия объявила почин – желающие откликнулись.

– Но я же предлагаю купить донорскую кровь, – говорит Миронова. – А донорство – дело добровольное.

– Не всегда! – отвечает мэр. – Мало ли как бывает? Вы же предлагали разослать разнарядки по организациям! Думаете, вы одна такая умная?

– У моей Мариши в институте было такое, – говорит Шарапов, заискивающе глядя в глаза мэру. – В прошлом году. Ректорат обязал всех студентов добровольно сдать кровь в принудительном порядке.

– Я не могу рисковать! – мэр обводит собравшихся тяжелым взглядом. – Ищите кровь! Она где-то здесь, у кого-то из албасовских прихвостней…

Тверь, 10 февраля 2019 года, воскресенье, 14:00

Комната Машиной квартиры. Маша, одетая по-домашнему – в футболку и бриджи, сидит на диване. Сбоку от нее в кресле сидит Алексей. На нем красная клетчатая фланелевая рубашка и черные джинсы. На ногах – тапочки с меховой опушкой (Маша – чистюля, сама ходит дома босиком, а гостей заставляет переобуваться).

Из коридора в комнату входит Максим. На нем прежний серый джемпер и старые замызганные джинсы, местами синие, а местами – серые.

– К вам можно, Роман Альфредович? – спрашивает он, глядя на Алексея.

– Стоп! – Маша громко хлопает в ладоши. – Макс! Что ты творишь?! Зачем это – «к вам можно»?

– Да какая разница с чего начинать разговор… – Максим пренебрежительно машет рукой.

– Большая! – наставительно говорит Маша. – Ты должен доминировать, держать ситуацию под контролем! А ты спрашиваешь позволения, то есть ставишь себя в подчиненное положение! Она действует сильнее угроз. Начинаем заново!

Максим выходит в коридор и тут же возвращается.

– Здравствуйте, Роман Альфредович! – Максим садится на диван и закидывает ногу на ногу. – У меня к вам есть разговор.

– А у меня нет времени на разговоры! – отвечает Алексей. – Заходите в приемные часы, по записи.

Маша показывает Алексею оттопыренный большой палец.

– Но вы даже не знаете, о чем я хотел с вами поговорить…

– И знать не хочу! Уходите! У меня совещание через пять минут!

Максим растерянно смотрит на Машу.

– Съел? – ехидно интересуется она. – Я же тебе говорила, что разговор нужно начинать сразу же, без предисловий. Можно даже не здороваться, так, наверное, будет лучше… Давай снова!

Максим встает и выходит. На этот раз он возвращается не сразу – явно проигрывает свою роль в уме. Войдя в комнату, он подходит к Алексею, пристально смотрит ему в глаза и говорит:

– Я знаю о ваших делах с вампирами! Будем раскошеливаться или…

– Вы ошиблись, – ласково отвечает Алексей. – Областная психиатрическая больница находится в поселке Мурашово. Туда из центра ходит семьдесят первый автобус…

– Дело ваше! – Макс пожимает плечами и медленно идет к двери.

– Вот теперь хорошо! – резюмирует Маша. – Только ты забыл про зловещую улыбку!

Макс останавливается, поворачивается к Маше и улыбается ей.

– Зловещую! – напоминает Маша. – И взгляд должен быть соответствующим, таким, чтобы он обкакался со страху!

Макс хмурит брови и старательно изображает зловещую улыбку.

– В целом нормально, – говорит Маша. – Но дома потренируйся перед зеркалом. А теперь отрабатываем разговор!

Макс усаживается на диван и говорит Алексею:

– Ну что? Будем раскошеливаться?..

Тверь, 11 февраля 2019 года, понедельник, 08:55

Приемная Сагудаева. Альма Арсеновна набирает на клавиатуре текст. Печатает она медленно – двумя пальцами.

Входит Маша, одетая в рабочую куртку с логотипом канала. На плече висит сумка, в левой руке Маша держит пластиковый пакет.

– Здравствуйте, Альмочка Арсеновна! – бодро говорит Маша, подходя к столу Альмы Арсеновны. – Это вам от меня, в знак признательности!

Она достает из пакета коробку конфет и кладет ее на стол.

– Что так? – удивляется Альма Арсеновна. – Здравствуйте, Машенька…

– Кофе, сваренный по вашему рецепту, буквально перевернул мою личную жизнь! – Маша закатывает глаза и качает головой. – Вы не представляете, как я вам благодарна! Он сказал, что лучшего кофе никогда не пил! Альмочка Арсеновна, вы должны научить меня печь ваше волшебное печенье…

– С огромным удовольствием! – лицо Альмы Арсеновны расплывается в улыбке. – Я вообще много чему могу научить…

– Вы – замечательная! – говорит Маша и достает из пакета красивую коробку с бутылкой коньяка. – А это – Роману Альфредовичу! За то, что он нас познакомил! Нет-нет, не беспокойтесь, пожалуйста! Я сама!

Она заходит в кабинет Сагудаева, ставит коробку на его стол, а под столешницу прикрепляет «жучок» для прослушки. Действия уверенные, отработанные, чувствуется, что Маша делает это не в первый раз.

«Актрисой можно быть не только на сцене, – думает Маша. – Талант везде пригодится…».

Тверь, 11 февраля 2019 года, понедельник, 12:30

Маша и Алексей сидят в серой Daewoo Nexia возле ворот первой городской больницы. Между ними лежит небольшое приемное устройство с антенной. От устройства тянется провод наушников. Один вкладыш вставлен в ухо Маши, другой – в ухо Алексея.

– Я знаю о ваших делах с вампирами! – слышится в наушниках голос Макса. – Будем раскошеливаться или я пойду куда следует?

– Что?… – голос Сагудаева звучит очень тихо. – Какие дела?.. Какие вампиры?..

– Те самые! – отвечает Макс. – Которых вы встречали на вокзале! Запись показать или на слово поверите?

– А Максимка умеет, – одобрительно говорит Маша. – Артист!

– Все мы в какой-то мере артисты, – ворчит Алексей.

Маша предостерегающе поднимает руку – молчи и слушай!

– Я вас не понимаю… – так же тихо говорит Сагудаев. – Кто вы такой? Что вам нужно?

– Мне нужны деньги! – отвечает Макс. – В обмен на ваше спокойствие!

– Если у него еще и взгляд соответствующий… – говорит Маша.

– При чем тут спокойствие? – спрашивает Сагудаев.

– Под дурака косите? – в голосе Макса проступают металлические нотки. – Что ж – тем хуже для вас. Мы с вами еще встретимся! В другом месте…

Громко хлопает дверь.