Путь Хаута

Лонео был удивлен их присутствием, но вопросов задавать не стал, зная, что мне нравится собирать диковинки. Я освободила более высокого юношу от их приглашения и мягко направила к столам с угощениями и напитками.

Придя в себя от шока, лорд Айвен начал интересоваться окружением и был жестоко разочарован. Для короткоживущих, как барраярцы, — семьдесят пять лет Императора выглядят ужасно седой древностью, но с точки зрения хаутов он только–только вступил в пору зрелости, в возраст наивысшего расцвета сил и способностей. А на моем рауте не было никого младше девяноста пяти! Кроме разве что Пел и представителей созвездия Кети, которые пришли раньше. Это были Илсюм Кети, нынешний сатрап–губернатор Сигмы Кита и его скандальная любовница Вио д’Чиллиан, жена одного из его миньонов. Хаут Вио несколько лет назад опорочила себя неподобающим поведением в присутствии Императрицы–Матери и была отослана. Я удивилась, увидев ее следующей прямо за сатрапом Кети, когда они вступили в мой сад. Даже ее муж старался держаться от нее подальше.

Тихое перешептывание барраярцев все–таки стало достоянием сплетен. Эти юнцы и не подозревали, насколько тонок наш слух. Их шутка про «восемьдесят девять с половиной», станет источником развлечений на всех светских раутах в следующие полгода.

Пел передала мне сообщение, что собирается покинуть собрание. Ее гравикресло теперь летело на какой–то сантиметр ниже, чем обычно. А значит, внутри прибавился груз примерно в пятьдесят килограмм. Надеюсь, этот парень поможет Райан. Потому что даже любви и заступничества самого Императора не хватит, если ей придется покончить с собой из–за допущенного позора.

Консорт пускает гравикресло лететь в направлении Небесного Сада. Купол, уже перестроенный по новой технологии, лишен былой ажурной конструкции и теперь представляет собой монолитное поле, напоминая яйцо или жемчужину в центре мира. Древо Жизни, как и сорок с лишним лет назад, опять отключено из–за траура. А жаль, потому что наблюдать как оно меняется день за днем — одно из удовольствий.

Над Небесным Садом в обычные дни отображается, конечно, не полная версия Древа Жизни, как то, что я увидела на приеме у Лизбет Дегтиар, а только годовой срез на день показа. И по нему хорошо видна численность как созвездий, так и гем–кланов. На данный момент количество хаутов едва превышает миллион человек, неравномерно распределенных между чуть более полутора тысячами созвездий. За последние полсотни лет количество хаутов несколько увеличилось. Хотя если считать в процентном соотношении к общему населению Империи, составляющему чуть более шести миллиардов человек на всех восьми планетах, то само количество хаутов к количеству обычных людей и гемов даже упало. Нас теперь меньше одной тысячной доли. Во времена же моей юности доходило до одного, а в самые ранние времена и до трех процентов! Вероятно, мы стоим на пороге новой большой экспансии созвездий, потому что дальше численность хаутов будет только расти.

На церемонии прощания с Лизбет Дегтиар присутствовал весь высший свет Империи и представители многих галактических цивилизаций. Но, пожалуй, никто не мог предугадать, что по левую руку от Императора хаута Флетчира Джияджи будет идти лорд Майлз Форкосиган, сын графа–регента Эйрела и внук Петера Форкосиганов, чей город был разрушен во времена Барраярской войны. С Орденом за Заслуги на шее. Он занял место в первом ряду и так сосредоточенно смотрел на шары хаут–консортов, как будто вел в уме сложные математические расчеты. На его лице было одновременно и торжество, и смятение, а также следы побоев, словно он проиграл драку в баре космопорта.

Когда Флетчир объявил Райан своей новой, уже четвертой Императрицей, да еще и старшей — ответственной за геном, на лице Майлза отразился шок, и, кажется, он хотел оказаться где угодно, исчезнуть или по крайней мере стать еще меньше ростом.

Церемония шла своим чередом, и малый кремационный купол растворился, не оставив после себя даже пепла на не пострадавшей траве. Лорд Форкосиган выглядел будто вот–вот упадет в обморок, так он был бледен. Гем–генерал Бенин проводил его к гравикарам вместе с сопровождающими.

Считается, что хаут в ранней юности влюбляется единственный раз. И любит потом всю свою жизнь, но воплощения этой любви могут быть разные. И это действительно так. Что есть любовь, как не страстное желание жизни, желание продлить себя в другом человеке, желание генов сохраниться в вечности? Хауты любят жить, любят жизнь и любят дарить жизнь. Небесная Госпожа понимала это и желала жизни Империи, стремилась к ее распространению и усилению.

А хаут Вио — нет. Она хотела потакания своим сиюминутным капризам, искала внешней мишуры Имперского Семейства, вожделела Небесный Сад как игрушку в свою коллекцию. Именно это и привело к ее выбраковке в ранней юности, до того, как ее испорченные гены проникли бы в генофонд хаутов.

Убить живое существо, да еще так грязно, ножом — верх морального разложения для хаута. Хауты не лишают жизни собственноручно. И уж тем более своих сиблингов — ба и других хаутов. Да и гемов с третьими тоже крайне редко, только в ответ на покушения с их стороны, обычно приговаривая к самоубийству либо «поединку генов».

Поэтому Вио предоставят выбор — яд или служение жизни, взамен уничтоженной. Да, хауты не убивают своими руками, и прямой приказ тоже редкость, но доведение оппонента до самоубийства — одно из самых изящных искусств.

Линию Вио ждет тщательная проверка, для ее созвездия наступят трудные годы — мало кто захочет принять их гены в семьи. Или отдать свои им.

Ее ребенок от Чиллиана всю жизнь будет под негласным наблюдением, а если он захочет детей, то вряд ли генетически они унаследуют хоть что–то от него, кроме Y-хромосомы рода.

Илсюм Кети фактически отдан на суд своей семьи, и вряд ли он когда–нибудь покинет пределы усадьбы. Да и его участие в селективном плане теперь крайне сомнительно, а значит, и созвездие ему не возглавить. Впрочем, если Служба Безопасности обнаружит следы подготовки к отделению у самого созвездия, то не исключено и их расформирование. Всех женщин выдадут замуж за гемов, всем мужчинам предпишут покончить с собой. Гем–кланы созвездия и его производство будут распределены между другими хаут–линиями и Империей.

Райан же ожидает другая судьба. Стать первой из Императриц–жен — тяжкий жребий. Постоянные интриги созвездий, козни других Императриц и их сыновей. Воспитание собственного сына, чтобы он не отверг ее в зрелом возрасте, когда займет трон. Поиск и борьба с ренегатами, подобными Вио. Контроль над ба, в том числе и созданными Лизбет. Новые разработки и бесконечные проверки.

Я же останусь незримой тенью, чье влияние практически никогда не выходит за пределы дома, но все же является определяющим для жизни Империи. Ведь я, как и все хауты, родилась лишь для служения Цетаганде.