Помоги проекту - поделись книгой:
Долго раздумывать не над чем. Лучше и надёжней подземного бункера с заводом мне во всех моих владениях не найти. Там все тридцать три удовольствия совпадают, начиная с мощнейшего Источника Силы, многометровых межэтажных бетонных перекрытий, запасных выходов и тоннельных коридоров, расходящихся во все стороны на десятки километров. Умели предки строить, рассчитывая свои сооружения даже на прямое попадание атомной бомбы. А я найду, чем подсобить будущему убежищу.
После знакомства с замком герцога, а точнее, с его артефактной защитой, которую мы только на пару с Антоном сумели продавить, причём используя Сбруи, я с большим уважением стал относиться к работе зарубежных артефакторов. Магическая защита замка герцога выглядела гораздо более убедительной, чем у дворцов нашего Императора. Помнится, архимаг Медведев с учениками очень наглядно показал недостатки типового уровеня защиты одного из дворцов Рюминых, фактически чуть ли не в одиночку пробившись к его стенам.
Если реально оценивать их силы, то с герцогским замком у Медведева ничего бы не вышло. Не по зубам он одному архимагу, пусть и с поддержкой учеников.
Непорядок, однако. Россия, имея самых сильных в мире магов и совершив ошеломительный рывок в техномагии, всё ещё проигрывает в довольно важном вопросе — артефактах защиты.
— А направление-то заманчивое, — потёр я в задумчивости лоб, от которого только что отскочил деревянный снаряд, — Сегодня же с Усольцевым свяжусь, пусть начинает работать. Надо будет подумать, чем я ещё смогу нападающих удивить. Хотя, на первое время им хватит ракетных установок и шагоходов, совмещённых со Сбруей.
Помечтать о том, сколько можно заработать денег на хорошей защите дворцов наших аристократов я не успел, сыновья, закончив артподготовку, бросились на решительный штурм. Под одобрительное повизгивание, издаваемое дочкой, они довольно быстро вынудили меня капитулировать. Хотел было ещё немного повоевать, упав на спину и устроив с ними возню на ковре, но вовремя кинув взгляд назад, я осознал, что окружён. Оловянные солдатики выстроились двумя неровными шеренгами со всех сторон, грозно выпятив перед собой штыки.
Пришлось мне с поднятыми над головой руками, и понурым видом, отправляться на кухню за контрибуциями, чтобы расплатиться с малолетними хулиганами за своё поражение. Хорошо, что из Бережково нам прислали два лукошка земляники с черникой. Добавил ягоды в молоко, и слегка раздавив их, я положил туда же по ложке мёда, размешал всё, и пошёл обратно в детскую, расплачиваться с победителями. Дочь кормил с ложки, парни сами справились.
Ещё бы. Кто из пушек стрелять умеет, ложку мимо рта не пронесёт.
Рабочий кабинет Императора очень сдержан и рационален. Всё в нём соответствует своему назначению и только ковёр ручной работы, на котором вполне узнаваемо изображён сам Император и его жена, держащая наследника на руках, немного выбивается из интерьера, из-за чего постоянно притягивает к себе взгляд.
Пятеро мужчин, в числе которых сам Император, князь Обдорин и три Императорских Советника внимательно слушают первый доклад, который уже подходит к концу.
— Виды на урожай зерновых очень хорошие. Прогноз по пшенице — соберём почти на треть больше, чем в прошлом году. Рожь может дать полуторакратный прирост, если сбору урожая дожди не помешают. Купцов и бояр интересует разрешение на зарубежные продажи. Даже с учётом пополнения и обновления стратегических запасов мы без всякого риска можем продать около половины урожая зерновых. — Закончил свой доклад Советник по экономике и финансам.
Доклад был довольно долгим, но он, как опытный придворный, специально оставил напоследок многочисленные просьбы купцов и землевладельцев, чтобы их чаяния не остались без высочайшего внимания.
— Неужели Германия готова столько зерна купить? — первым сориентировался Обдорин, заметив, что государь не торопится с комментариями.
— Купцы возлагают большие надежды на восточное направление, — обтекаемо ответил чиновник, не торопясь высказать своё мнение, пока не увидит реакции правителя.
— А там что у нас? Япония с Маньчжурией? На какие шиши они зерно покупать собрались? — продолжил разыгрывать из себя простака князь, верхним чутьём ухватив одобрение Императора.
— Если до восточных морей зерно дотянем, то вся Азия в покупателях может стать. Корея с радостью купит довольно много той же пшеницы, и ещё потом попросит, а уж про Индию и говорить не приходится.
— Не разорятся купцы на столь дальних перевозках?
— Морские доставки крайне дёшевы. В разы дешевле, чем по железной дороге. К тому же наши торговцы зерном рассчитывают загружать корабли, которые на обратный рейс могут вовсе не найти никакого груза и планируют выговорить себе льготные расценки на доставку до той же Индии.
— Это ещё что за чудо? — почти натурально изумился Обдорин, успевший за годы совместной работы с Императором неплохо ознакомиться со многими реалиями Империи и услышав за время своей службы массу подобных докладов.
— Князь Бережков у себя торговлю развивает. Везут ему товаров из Индии всё больше и больше.
— И чего же он там покупает? Можно это раскрыть в подробностях? — настолько вжился в роль Обдорин, что сам не заметил, как начал копировать манеры государя.
— Чай, кофе, специи, котельное оборудование, насосы, одежду, ткани, медикаменты, масла растительного и животного происхождения, — очень ловко выудил и зачитал необходимую справку Советник, открывая нужный листок в своей папке, отмеченный яркой зелёной закладкой.
Общее молчание прервал Мещерский.
— Мой повар буквально позавчера порадовался, что чай в столице хоть и подешевел, но стал заметно лучше качеством. Рассказал мне об этом, когда я его похвалил, — довольно поделился он вполне жизненным замечанием.
— Мне тоже докладывали, что два купца организовали, каждый для себя, чаеразвесочные фабрики чуть ли не в сараях и, в считанные месяцы разбогатели, — поморщившись, признался князь Обдорин, — Они индийский чай закупают вагонами и мешают его с нашими сортами. Один в пачки «Три слона» свою смесь фасует, а другой в пачки с надписью «Чай № 36» [1].
Князь выдохнул и продолжил.
— Если что — это популярные марки предков, времён социализма. Смысл у них в том, что к грузинскому чаю они добавляют чуть больше трети индийского, а продавают это чуть дешевле качественного чая из Индии. Формальных оснований обвинить купцов в мошенничестве нет, а налоги они платят исправно, гады.
— Предлагаю вернуться к вопросу зерна. Повелеваю на треть запасов выдать лицензии для его вывоза за рубеж, а с остальной квотой разобраться позже. — Вступил в беседу государь, отчего-то вдруг перешедший на крайне официальную речь, что заставило всех его собеседников тут же подобраться и напрячься.
— На Совете князей будем утверждать? — задал не вполне обычный вопрос Советник.
— Ну, а куда нам без них, — вполне понятно для этой компании усмехнулся государь, ещё раз меняя тон и успокаивая тем самым собеседников.
И действительно, против разумных решений этот Совет не попрёт. Князь Белозёрский со своей созданной фракцией не позволит. Другое дело, если что во вред стране кто-то предложит — тут никаких гарантий. Все сами по себе будут голосовать. Ибо так — правильно.
— Чем-то ещё порадуете? — дождался государь, пока Советник впишет себе в блокнот его решение.
— Французы, ещё до всем известных событий, предлагали нам межправительственный кредит на постройку железной дороги через Харбин, — с изрядным скепсисом сказал Советник, открывая в своей папке лист с чёрной закладкой.
— Ну, про это теперь можно забыть. Отношения с Францией испорчены всерьёз и надолго. А потом, разве в этом кредите была реальная необходимость? — пробежался государь пальцами по столу, внимательно глядя на докладчика.
— Прямой необходимости нет, но предложение исходило от Министерства Финансов и было поддержано Министерством Путей Сообщения, — со значением отметил Советник, давая понять, что не в его полномочиях игнорировать протекции столь высокого уровня, однако это не мешает ему иметь своё мнение, — Кроме того, у нас есть здравые отечественные альтернативы.
— Какие?
— Интерес к постройке дороги высказал Санкт-Петербургский коммерческий банк, поддержанный крупнейшими акционерами Рязанско — Уральской железной дороги, но в предложенном ими проекте сроки и цены почти вдвое выше, чем в предложение Сталепромышленной Компании.
— Так в чём же дело?
— Пожалуй, в исторически сложившейся изолированности Клуба железнодорожников, состоящего, в основном, из представителей четырёх Кланов. Не любят и не приветствуют там новичков. У Сталепромышленной компании и её банка есть кое-какие активы в железных дорогах, но на уровень серьёзного игрока в этом бизнесе они пока не тянут.
— Вот значит, как, — усмехнулся государь, — То есть железнодорожники в свои сплочённые ряды князя не хотят пустить, а на что они рассчитывают, собираясь тянуть дорогу через его Маньчжурию?
— На помощь Дипломатического корпуса. Там считают, что межправительственные соглашения вполне достижимы, а интересы князя можно ограничить контрактами на поставки рельсов.
— Ну-ну. Дай Бог нашему теляти волка съесть, — с усмешкой переглянулся государь с князем Обдориным, — Ладно уж. Открою вам некоторые планы князя Бережкова, но, как вы сами понимаете, строго конфиденциально. Железную дорогу в Маньчжурии он уже начал строить. Пока от заложенного им металлургического комбината до Харбина. А вот дальше его планы под большим вопросом. Куда бы вы, будь на его месте, потянули следующую ветку от Харбина? — поднялся с места государь и подошёл к карте, висевшей на стене.
— В Благовещенск или во Владивосток, допустим, через Уссурийск. Для князя Бережкова Владивосток предпочтительнее. Близость к Японии в его интересах, — не замедлил с ответом Советник, — Сталь там всегда будет в цене.
— На первый взгляд так оно и есть. А чем плохо направление, скажем, на Сеул, с ответвлениями в Пусан и Порт-Артур? — указка в руке государя прочертила линию на юго-восток.
— Но Корея…
— Которая всегда идёт в кильватере с политикой Японии? — насмешливо приподнял Император бровь, — И которой сталь нужна не меньше, чем Японии.
— Местность больно уж гористая, — присмотрелся к карте Советник.
— Не подскажете, какую стоимость километра путей заложили в свою смету господа из Клуба железнодорожников?
— У меня есть только итоговые цифры, но навскидку получается порядка ста пятидесяти тысяч рублей на километр пути, — пошелестев бумагами, нашел Советник нужные цифры[2].
— Половина Китая сбежится на работы, — подал с места голос князь Обдорин, не желая никому уступить роль пророка.
— Порт-Артур… Снова наш… — пробормотал еле слышно Мещерский, и смахнув набежавшую слезу с глаза, никого не стесняясь, утёрся большим носовым платком.
Глава 16
— Стране нужна труба, — по-военному коротко и безапелляционно высказался Рюмин на нашей очередной встрече, которую он устроил, пользуясь тем, что я не успел вовремя свалить из столицы, — Пора стране на газ и нефть переходить. Предстоит сыграть по-крупному. Заодно перетащим себе в союзники несколько Кланов.
— Раз труба нужна — значит труба будет, — посмотрел я на него честными — пречестными глазами.
Ровно настолько честными, чтобы он не поверил.
— Когда? — сумел он удержать лицо, не выказав ни грамма удивления.
— Как только, так сразу, — спокойно продолжил я игру в словесный пинг — понг.
— Как только что?
— Как только я узнаю, какого она требуется диаметра, с какой толщиной стенки, из какой стали, и в каких количествах. Могу сразу дополнительно спросить: — на какое давление трубы должны быть рассчитаны, и какая длина предполагается? Мы прикинем цены, и как только придём к соглашению, я назову сроки.
— А количество?
— Чем больше, тем дешевле, — пожал я плечами.
— И что? Вот так просто… — помахал государь рукой в воздухе, пытаясь жестом дополнить слова.
— Конечно, нет. Но если нужны сложные ответы, мы можем вызвать специалистов. Они доклад приготовят, часа на полтора — два. К концу доклада придёт понимание, что проще достать Луну с неба, чем при существующих производственных мощностях и технологиях изготовить трубы большого диаметра.
— Специалисты — понятно. А ты что скажешь?
— Сделаем.
— И всё?
— Хм, ну, если нужен более полный ответ, то сделаем, но дорого, — нетерпеливо заелозил я на стуле, — И мне бы кофе. Спал сегодня чуть больше часа.
— Спать по ночам надо, — наставительно заметил кум, нажимая на кнопку вызова секретаря.
— Кто-то может и спит, а мне даже ночью этими гадскими трубами приходится заниматься, — от всей души высказал я горькую правду.
Ни слова не соврал.
Так совпало, что мы со Светкой до пяти утра про эти трубы говорили, пока, под утро, нам не до них стало. А в половине девятого меня разбудили сообщением, что поступил вызов от государя, и на сборы у меня всего лишь двадцать минут.
— И, кстати, мне нужен Сахалин, — поймал я за хвост чуть было не ускользнувшую спросонья мысль, — Навсегда. Иначе вопрос с трубами сильно затянется. И да, я не лопну, — сразу ответил я, предвосхищая насмешливый вопрос Императора.
— Сахалин — дорогое удовольствие, — с очевидным сарказмом отметил государь.
— Не страшно. Значит труба изрядно подорожает, — довольно точно скопировал я его тон.
— Кстати, неплохой вариант, — отмер Рюмин спустя какое-то время, отрывая взгляд от люстры, — Не придётся в очередной раз латать тришкин кафтан. А то я уже начал прикидывать, какие расходы казне придётся ограничивать. Подумаю.
Впрочем, началось всё значительно раньше и из-за японцев. Они во всём виноваты.
Японский нефтяной консорциум «Хокусинкай» при ещё живом микадо был смелым и удачным экспериментом отца Аю. Компания, созданная с государственным участием на деньги Кланов и частных лиц, вполне справлялась со своей ролью, добывая нефть и газ из скудных японских месторождений. Стране, с её небольшим населением и не развитой послевоенной промышленностью этого количества какое-то время хватало. Когда к власти пришёл сёгунат, то сильная сторона консорциума, а именно, доля Японской Империи в её основателях, стала для «Хокусинкай» ахиллесовой пятой. Как водится, компанию раздербанили и, фактически, развалили.
Тем не менее некоторые её представители, оставшиеся в живых, проявили воистину самурайское упрямство и волю к победе. Они смогли заинтересовать меня и Аю в возрождении консорциума.
Дальше был цирк!
Вы никогда не пробовали сидеть на трёх стульях сразу? Увлекательное занятие. Рекомендую.
До абсурда я эту идею доводить не стал. Хотя мог.
Просто перескакивать со стула на стул мне как-то не ловко, когда я одновременно представляю:
1. Интересы Сахалина.
2. Интересы Японской Императрицы, как наследницы микадо, владеющего четвертью акций консорциума.
Поделиться книгой: