Помоги проекту - поделись книгой:
— А что тогда? Давай, скажи, что за нами прилетели, и начинается эвакуация.
— Никак нет, сэр. Вторжение, прорыв периметра…
— Что? Вишес, ты пьян? — брови капитана взлетели на лоб. — Какой, на хрен, периметр? Какое, на хрен, вторжение? Периметр разрушен, и вторжение началось…
— Люди, сэр. Люди. С техникой. Взорвали ворота, раскатали минометами и ракетами патрульную группу ксеносов и движутся к форту.
— Чего??? — Капитан от удивления даже забыл, как зверски он хочет спать. — Люди? На технике? С ракетами и минометами?
— Так точно, сэр. А еще они передают световой сигнал азбукой Морзе, и это наш код, сэр. Там… Судя во всему, там Руад, сэр. Наш Руад.
— Руад? — капитан хмыкнул и покачал головой. Уйти с небольшой группой, пропасть без вести и заявиться с техникой и тяжелым оружием — это было вполне в духе капрала. — Интересно. Пойдем посмотрим.
Браун встал, одернул комбинезон, и, прихватив стоящий у изголовья стрелковый комплекс, быстрым шагом направился к двери.
***
После первого успеха мне на какое-то время показалось, что мы, ошеломив ксеносов, так и доберемся до форта одним рывком. Увы, казалось так совсем недолго.
Первая волна ксеносов, которую мы так бодро смешали с дерьмом и грязью, оказалась не более, чем патрульной группой, отвечающей за этот участок периметра. Их основной целью было обнаружить вероятного противника и уничтожить его, а если это не удастся — задержать до подхода основных сил. К сожалению, мы поняли это не сразу. Впрочем, и в противном случае мало бы что изменилось. У нас просто не было другого выхода. Нам нужно было идти вперед, и кто там перед нами, патрульная группа, не патрульная группа — значения не имело.
— Минометы — беглый огонь! — динамики брони Сандерса резонировали, и даже сквозь металлический отзвук было слышно, что мастер-сержант охрип. — Ракеты — огонь по крупным целям! По готовости и до уничтожения!
Огнемет на правом броневике выплюнул длинную струю огня, и в его отсветах я увидел, что твари подобрались совсем близко. Еще немного — и они выйдут из зоны действия нашего тяжелого вооружения, подберутся вплотную, и тогда…
— Сандерс, я вниз! — хлопнул я по плечу мастер-сержанта. — Твари подбираются, сейчас пехоте в бой вступать. Помогу.
— Давай! — бывший космодесантник кивнул. Я взялся за борт, готовый спрыгнуть, но в последний момент почувствовал движение за спиной и помедлил.
Скайлер. Девушка поднялась со скамьи за кабиной, где сидела до этого, решительно стиснула излучатель и шагнула ко мне. Я хотеб было ее остановить, сказать, чтоб оставалась здесь, а лучше и вовсе в десантный отсек перебралась, но одернул сам себя. Нет, не пойдет. Во-первых — Скайлер командует изгоями. И ее они слушаться будут с большей охотой, чем кого бы то ни было. Во-вторых… Несмотря на нашу близость, и, чего скрывать-то, мои чувства к девушке, не время кого-то выделять и возводить в любимчики. Пойдут пересуды и ничего хорошего из этого не выйдет. Ну, а в-третьих, если нам не удастся остановить тварей, то безопаснее девушке в десантном отсеке не будет. Так что… К дьяволу! Пусть идет.
Кивнув Скайлер, я легко спрыгнул на землю, и пробежал несколько шагов к пехоте.
— Внимание! — прокричал я, помня, что изгои не подключены к тактической сети, а раций хватило далеко не на всех. — Рассыпаться в цепи! Приготовить излучатели! Как только твари приблизятся на дистанцию поражения — беглый огонь. Постарайтесь не сжечь друг друга и помните о долгой перезарядке! Предупреждайте товарищей, когда энергоячейка сдохнет. Руад, возьми часть людей Штейна и берите на себя правый фланг. Штейн! Ты с оставшимися — левый! Скайлер, я и… Остальные, — едва сдержал я рвущийся с языка термин «изгои» — держим центр. Вперед, погнали!
Окочание моей речи заглушил визг стационарного излучателя, смонтированного на головном броневике. За орудие встал Сандерс. Широко расставив ноги, мастер-сержант ухватился за ручки излучателя, и садил плазмой во тьму, медленно ведя стволом слева направо.
— Контакт! — прокричал справа Руад, и я вскинул импульсник.
Твари подобрались на опасное расстояние, и теперь огнеметы не могли причинить им вреда. Опасный момент. Если сейчас не отбить первую, волну, то…
Тьма вспыхнула разогнанной плазмой, и додумывать мысль я не стал. Вместо этого максимально расширил зонтик пси-радара, превратив его в дугу, вытянул ее перед техникой, и, дождавшись, когда в зону действия набежит побольше тварей, нанес ментальный удар.
Энергетическая шкала дернулась и просела, а тактическая схема, на которую таргет-трекер проецировал захваченные пси-радаром цели, вдруг резко потускнела: сразу несколько десятков отметок разом погасли. Отдачей меня слегка качнуло, но на это я не обратил внимания. Вжав в плечо приклад импульсника, я открыл беглый огонь по тварям, подобравшимся уж слишком близко. Скорпиксы и пауки, принимая плазменные залпы, моментально обугливались и валились наземь, но тварей все еще было слишком много.
За спиной хлопали минометы, расчет ракетных установок танцевал по броне, вкладывая новую кассету, излучатели визжали, практически не затыкаясь, кое-где к ним стали присоединяться стрелковые комплексы, но, несмотря на весь этот огненный ад, скорость нашего продвижения упала до медленного шага. Броневики не могли рвануть вперед, оставшись без защиты пехоты, пехота не могла ускориться, чтобы не выйти из-под защиты броневиков, и мы практически завязли. Время от времени в динамике рации или в наушниках шлема раздавался крик, и одна из зеленых отметок, которыми были помечены наши бойцы, гасла. В эти секунды я ощущал почти физическую боль. Боль и злость на самого себя, что снова не смог ничего сделать. Не смог защитить и уберечь.
— Получайте, твари! — снова захват пси-сканером как можно большего количества целей, снова ментальный удар, на этот раз — увеличенной мощности, такой, что даже Элис разворчалась. Насрать! Главное — прорваться! Главное — вытащить людей из этой мясорубки. Захват… Удар! Получайте, суки!
Послышался предупреждающий писк, и я дернул затвором импульсника, досылая новую энергоячейку. Отбросив заряжающийся излучатель на ремне за спину, я потянулся к пистолетам-пулметам на бедрах, но достать их не успел.
— Опасность! — крик Элис ударил по напряженным нервам, и я качнулся в сторону, одновременно выбрасывая вперед левую руку. Мышцы взвыли от напряжения, а перед лицом возникла устрашающая рожа средних размеров скорпикса, которого в самый последний момент я успел схватить за нарост под челюстью. Кошмарная пасть раскрылась лепестком, в свете налобного фонаря блеснули покрытые налетом зубы, и я содрогнулся. Тварь билась и дергалась, пытаясь вырваться, и даже модифицированные мышцы, максимально усиленные биоботами, уже не выдерживали.
Подняв правую руку, я сжал кулак, и из предплечья со звонким щелчком выскочили полуметровые клинки. Миг — и лезвия озарились голубым сиянием, таким же, каким окутывался мой меч или глефа Скайлер. «Интегрированное оружие ближнего боя, неизвестная модификация». Спасибо, Пако!
— Проголодалась, тварь? — прорычал я, глядя в пылающие ненавистью маленькие глазки морфа. — Ну, на, сука, жри! — провернув руку, я ударил снизу вверх, начисто снося скорпиксу верхнюю челюсть. — Нравится? — следующий удар пришелся морфу по глазам, тварь забилась, и я, оттолкнув ее, отпустил, одновременно выпуская клинки из второго предплечья. — Получай, сука! — я прыгнул вперед и ударил.
«Берсеркер» включился сам по себе, автоматически. Сейчас это было такое же дикое, неконтролируемое безумие, как тогда, в реакторной форта «Мстителей». Будто наблюдая со стороны я обнаружил себя в самой гуще врагов, захлестывающих пространство между броневиками, и, хоть убей, не мог понять, как там оказался. Взмах, удар, взмах, удар, закрутиться юлой, превращаясь в смертоносный пропеллер, отшвырнуть в сторону зазевавшегося скорпикса, перехватить в воздухе прыгнувшего паука, и, довернув корпус с размаху размазать его о броню харвестера… «Берсеркер», «Динамическое балансирование», «Концентрация фокуса», «Распределение фокуса» — все работало на полную катушку, и я сам себе напоминал ангела смерти, прибывшего на поле боя, чтобы рвать, бить и резать. Как выглядело это со стороны — даже представить не возьмусь.
— Воздух! — проорал кто-то, и я, не останавливаясь, вскинул руку вверх. Пси-радар, таргет-трекер… Удар!
Не выдержавшие ментального всплеска пикировщики посыпались на землю дохлыми мухами. Элис просигнализировала об опасной просадке энергетической шкалы, и я снова потянул из-за спины импульсник.
— Внимание! — чей-то, полный напряжения голос, вознесся над свалкой. — Бурдюки!
Твою мать!
Мы практически отбили вторую волну, до форта оставалось каких-то триста метров, один рывок, но сделать этот рывок, когда по тебе палит гребаная кислотная артиллерия…
— Ракеты — по бурдюкам — огонь! По готовности! — загремел голос Сандерса, дублируясь в комлинке.
И тут бурдюки плюнули.
— Рассыпаться! — заорал я. — Быстро! В стороны!
Поздно.
Огромный шар кислоты рухнул с ночного неба. Точнее, шаров было несколько. Но большинство из них расплескались позади, даже брызги до нас не долетели — перелет явный. А вот этот…
Шар прилетел точно в кабину замыкающего процессию вездехода, полностью скрыв его под липкой зеленой субстанцией. Триплексы, не выдержав, лопнули, и в небо понесся сдвоенный крик мехвода и штурмана. Концентрированная кислота разъедала металл, как струя кипятка плавит снег. Через секунду машина вздрогнула и остановилась, заглохнув. Одновременно в тактическом интерфейсе погасло сразу несколько отметок. Мы потеряли один броневик, а с ним — его экипаж и пятерых раненых, которых до этого отправили в десантный отсек.
Проклятье.
— Все на технику! — заорал я. — Быстро! Полный вперед!
Триста метров для броневиков и харвестеров — совсем не то же самое, что триста метров для багги «Стальных сердец», например. Но все равно преодолевать их на броне значительно быстрее, чем пешком. Особенно — если мехводы не жалеют движков и жарят изо всех сил.
Сделать второй залп бурдюкам не дали. Сразу четыре ракеты ударили в огромные туши, вызвав детонацию газовых мешков тварей, и чудовищной силы взрыв разметал тварей в стороны. Под ударную волну попала и часть новой волны мчащих в нашу сторону ксеносов, несколько замедлив тварей и сбив их с толку. К сожалению, замедлились не все. Наперерез нам к воротам форта выплеснулась рычащая и клацаюшая клыками орда. Здесь, в отличие от патрульной группы и первой волны тварей, преобладали более серьезные морфы. Матерые, прошедшие несколько эволюций, скорпиксы, огромные крабоиды, мелькающие размытми тенями туши стражей… Да-а-а… Кажется, ксеносы бросили в атаку отборные силы… Берсеркеров видно пока не было, но, судя по трубному реву, доносящемуся издалека, это вопрос исключительно времени. Да уж… Весело, ничего не скажешь…
Форт молчал. За все это время запершиеся внутри «Фениксы» не подали ни единого признака жизни. Черт, да живы ли они еще? Или гарнизон давно погиб, и я, подбив всех на сомнительную авантюру, тем самым приговорил свою маленькую армию к смерти?
— Внимание! — в комлинке возник голос Сандерса. Вероятно, мастер-сержант продолжал дублировать приказы голосом, пользуясь встроенными в броню усилителями, но я этого уже не слышал: в ушах звенело от стрельбы и взрывов. — Ракеты — по скоплению морфов…
— Ракетная установка вышла из строя, — доложился один из броневиков, перебив мастер-сержанта.
— Осталась последняя кассета, — тут же подхватил второй.
Дерьмо…
Прорваться сквозь отборную гвардию ксеносов без ракет, не имея возможности накрыть их минометным огнем, на одних только огнеметах… Может, проще повернуть? Хоть кто-то, да выберется из этого ада… Проклятье. Вот тебе и устроили прорыв…
— Командир! Командир! — послышался чей-то надрывный голос. — Форт! Форт отвечает!
Я вскинул голову, и зажмурился: по глазам ударили вспышки чудом уцелевшего прожектора на крыше форта. Короткий, длинный, длинный, короткий… Азбука Морзе, явно. Вот только смысл ускользает, сходу не могу прочитать… Это что, какой-то шифр?
— Алтай! — в интерфейсе слоя дополненной реальности возник аватар бойца. Руад. — Алтай, это наши. Они живы! — закричал маленький капрал, захлебывыаясь от восторга. — Они живы! Они приняли наш сигнал и готовы помочь!
— Дай ключ к коду, — прохрипел я. Играть в испорченный телефон, ожидая, пока Руад расшифрует код и передаст его мне, было некогда. Капрал поморщился, но кивнул, и через секунду комлинк бульнкул оповещением входящего сообщения. Я приказал Элис интегрировать код в криптографический аппарат нейромодуля, и вскоре уже успешно считывал передаваемое «Фениксами» сообщение. Закончив, я пару секунд подумал, кивнул сам себе, и одним прыжком вознесся на командирский вездеход к Сандерсу.
— Что там? — не отрываясь от излучателя, прорычал Сандерс, который, не имея ключа к шифру, не мог считать сообщение «Фениксов».
— Фениксы живы и готовы помочь. От нас требуется следующее… — в несколько фраз я изложил Сандерсу план наемников. Так же как и я недавно, он подумал пару секунд и кивнул.
— Годится.
Сандерс поднял забрало и устало посмотрел на меня.
— Последний рывок, получается?
— Получается так, — думаю, в моем ответном взгляде усталости было не меньше.
— Ну, значит, поехали.
Мастер-сержант встал поустойчивее, сжал ручки излучателя, и активировал динамики брони.
— Остался последний рывок, ребята, — загремело над полем боя. — «Фениксы» готовы и ждут нас в гости. Нужно только убрать с пути этих невежливых ублюдков, что перекрыли нам дорогу. Справимся, парни?
— Да! — принесло в ответ нестройный многоголосый крик.
— НЕ СЛЫШУ ВАС! — Сандерс выкрутил динамики на максимум, и мне показалось, что от металлического звона содрогнулись даже ксеносы. — СПРАВИМСЯ???
— ТАК ТОЧНО! — на этот раз бойцы ответили куда стройнее и громче.
— Так-то лучше, — хмыкнул Сандерс. — ВПЕРЕД! ПОБЕДА ИЛИ СМЕРТЬ!!!
Броневик под ногами дернулся, рывком прыгая вперед, и я, с трудом поймав равновесие, опустился на колено, вжав приклад импульсника в плечо.
«Победа или смерть»… Как бы пафосно это ни звучало, но впереди нас действительно ждало либо одно, либо другое. И я все же надеялся на победу.
Глава 11
— Вот, держи, — один из бойцов в экипировке «Фениксов» протянул мне исходящую паром глубокую пластиковую миску, я принюхался и едва не потерял сознание от аромата. Наваристая каша с чем-то, до одури напоминающим настоящий гуляш из настоящего мяса. Я такое только в учебке ел, наверное… Ну и в редких периодах пребывания в пункте постоянной дислокации. Боец заметил мой взгляд, и усмехнулся.
— Тут большой рефрижератор. Неприкосновенный запас, типа. Заморозка, но настоящее, не из принтера.
Я поднял глаза и неверящим взглядом уставился на наемника. Еда не из принтера? Здесь? На Рапсодии? Серьезно? Нет, я ел настоящую еду в Рубиконе, но там и мясо было не очень понятного происхождения, и картофель явно местный, не очень привычный на вкус… Но натуральные продукты в осажденном морфами форте? Чудеса, да и только.
Благодарно кивнув, я взялся за ложку, и как-то совсем незаметно очень быстро опустошил миску. Понравилось. Биоботам, кажется, тоже — потому что тревожно мерцавшая после прорыва красным шкала энергии росла буквально на глазах. В желудке предательски заурчало, и боец, так и оставшийся неподалеку, понимающе улыбнулся.
— Давай, еще принесу. Изголодались там, небось…
Я не стал уточнять, где именно «там» и почему мы обязательно должны были изголодаться, и просто протянул миску. Я и раньше поесть любил, а сейчас, когда от того, насколько калорийна еда, зависит то, насколько я эффективен в бою…
В ожидании я огляделся.
«Фениксы» разместили нас в большом ангаре на первом, надземном этаже комплекса. Здесь уместились и все бойцы нашей маленькой армии, и оставшаяся техника. В отдалении развернули импровизированный полевой лазарет, где медики «Фениксов» занимались ранеными, раздачу еды тоже организовали. Механики Сандерса, наскоро перекусив, занимались машинами, большая часть бойцов просто устало сидела и лежала на полу, пытаясь прийти в себя после сложного боя.
Сейчас, оглядывая свое воинство, я понимал, насколько все-таки импровизированным, ненадежным и дилетантским был наш план прорыва. Если бы в тот момент, когда нам стало совсем уже тяжко, и я валился с ног от перерасхода энергии, не открылись ворота и в них не показался отряд «Фениксов», ударивших во фланг ксеносам… Наверное, там бы мы все и остались. Как те парни на втором броневике, накрытом залпом бурдюков. Реально, прорваться удалось чудом. Да и потом, уже здесь, внутри, когда «Фениксы» разглядели, кто именно к ним пожаловал, чуть до перестрелки не дошло. Хорошо, Руад вовремя сориентировался, да комендант форта, капитан Браун, нормальным вроде мужиком оказался. Ну и опять же, боевое братство роль сыграло. Сандерс узнал Брауна, Браун — Сандерса, они где-то пересекались во время войны, слово за слово — и наемники понемногу оттаяли. А через некоторое время после того, как Руад отправился на доклад к Брауну, здесь появились медики, принесли еду, и, в целом, обстановка нормализовалась. Некоторые «Фениксы» все еще зыркали на нас исподлобья, в ключевых точках ангара стояли вооруженные часовые в броне и полной выкладке, но стволами друг в друга больше никто не тыкал. И слава богу. Потому что, если бы здесь, внутри форта, вдруг разразился конфликт, предсказать, чем он мог закончиться, было решительно невозможно.
Послышался звук шагов, и я с надеждой поднял голову. Увы, к моему глубочайшему сожалению, шел ко мне не боец, отправившийся за добавкой. Один из часовых подошел почти вплотную, поднял забрало шлема и спросил:
— Ты Алтай?
Я кивнул без лишних слов. Боец оценивающе посмотрел на меня, мотнул головой в сторону двери и проговорил:
— Капитан зовет. Пойдем, провожу.
Вздохнув, я поднялся. У меня ломило каждый сустав, съеденное, биоботы, кажется, растащили, не дав пище даже добраться до желудка, от усталости гудела голова, но отдыхать было некогда. На наш прорыв внимание явно не только ксеносы обратили, и стоило пошевеливаться, пока Слай и его приспешники там, за внутренним периметром, не зашевелились и не начали укрепляться. А чтобы пошевеливаться — нужно разработать план. И, желательно, не такой провальный, как предыдущий.
С сожалением посмотрев на бойца, лавирующего между отдыхающих тел с миской каши, я снова вздохнул и обреченно проговорил.
— Ну, пойдем. Проводишь.
Подмигнув устало растянувшейся на каком-то ящике Скайлер, я повернулся и пошел за часовым.
Надеюсь, я еще найду время плотно поесть.
***
Комендант ждал меня в командном центре, что, в целом, было логично. Помимо самого капитана, здесь был Руад и еще двое незнакомых мне «Фениксов» с сержантскими знаками различия. При виде меня, наемники поднялись.
— Артур Браун, капитан, невольный комендант этой коробки, — представился, протягивая для пожатия руку, усталый брюнет средних лет, с квадратной челюстью и пронзительным, но очень усталым взглядом. — Можно просто Артур.
— Александр Таверовский, сержант… в прошлом, сейчас — вроде как командир сводного отряда ополчения. Можно просто Алтай, — в тон ему ответил я, пожимая руку.
— Тот самый, значит? — поинтересовался капитан, и я едва сдержался от того, чтоб раздраженно закатить глаза. Как-то мне этот вопрос уже оскомину набил.
— Вероятно, — пожал я плечами.
— М-да. Вот уж действительно, не угадаешь, как судьба повернется… — качнул головой капитан. Я практически собрался уже осадить наемника, когда вдруг понял, что говорит он без всякого злорадства, совершенно искренне. Отвык уже от такого, надо же.
— Алтай, Руад говорит, что ты спас его с отрядом из плена местных. Спасибо тебе, — склонил голову Браун. Я хмыкнул и проговорил в ответ.
— Не стоит благодарности. Мой умысел был корыстен: усилить свой отряд и при помощи Руада выйти на связь с вами. Так что можно зачесть взаимозачетом.
Поделиться книгой: