Гостья с сюрпризом

— Что такое «черная кара»? Тут написано, что он умер от «черной кары».

— Магическое проклятие, — пояснила Цила. — Говорят, что это наказание богов за что-то греховное. Иногда потомки старинных, очень старых драковских родов необъяснимо умирают во цвете лет. Они считаются проклятыми. К их телам нельзя прикасаться, и на погребальный костер их возносят в особых саванах.

— Вот же жук твой дядя, — пробормотала Юля, усмехнувшись. — Приплел генетическую хворь да еще и кого-то другого вместо себя в костер подложил.

— Дядя Эймет не перестает меня удивлять, — призналась Цила. — Он все так ловко придумал.

— Вот только любимую свою вызволить не смог, — возразила Юля.

Цила серьезно кивнула:

— Против него пошел бы весь Род. И Лилии пришлось бы плохо, если бы их поймали. Ее наверняка бы изгнали в Дикие Земли, а там мало кто выживает.

— Ну раз так, Эйма можно понять.

Цила увела Эни спать, а на пороге зала появились Амита и Оза. Обе девочки выглядели необычайно серьезными. Оза толкнула Амиту локтем и зашипела:

— Ты начинай!

— Мы же договорились, — прошептала в ответ Амита.

— Ты старше на два месяца!

— Всего на два!

— Ну Ами-и-ита! Мне страшно! Вдруг она выгонит нас вон?

— Не выгонит. Она не такая, как все эти… высокомерные бараны-маги. Ну ладно, я скажу.

Подслушав эмоциональную беседу, Юля чуть не рассмеялась. С ходом беременности ее слух почему-то становился все тоньше. Ночами она могла слышать, как, пролетая над холмом, драконы из дозоров шелестят крыльями в небе.

Амита и Оза подошли к столу. Амита набрала полную грудь воздуха и сказала:

— Госпожа Ула. Мы с Озой… в общем… мы ведь скоро переезжаем в дом госпожи Аввы. И мы хотели спросить…

— Нельзя ли нам остаться у вас? — выпалила Оза. — Нам двоим.

— Но почему? — озадаченно проговорила Юля. — Ваши подруги переедут, все до одной. Разве вам не хочется жить с ними?

— Хочется, — кивнула Амита. — Но нам нравится здесь. Это не потому, что нам лень присматривать за малышами, нет. Но теперь есть Вэта, она милая и расторопная, мы там больше не нужны.

— Нам хотелось бы учиться у вас дальше, — объяснила Оза. — Мы могли бы выучиться и стать такими, как вы, чтобы помогать по хозяйству, служить в больших домах, облегчать людям быт. Ведь цель в этом, да? Чтобы не пользоваться нечистой магией и честно зарабатывать на жизнь.

— Нам кажется, у нас получается, — неуверенно предположила Амита.

— Конечно, получается! — воскликнула Юля. — Вы молодцы! Я могу доверить вам кучу дел и знать, что вы справитесь.

Девочки гордо переглянулись.

— И у вас скоро родится ребеночек, — робко произнесла Оза. — Мы будем помогать еще больше: и кушать готовить, и пеленки стирать, и за молоком ходить, и играть, когда малыш подрастет. Мы умеем! Честно-честно!

— А еще для нас найдется много работы, когда откроется гостиница, — подхватила Амита.

— Вот эта идея мне как раз не нравится. Мало ли какие постояльцы попадутся. А вы очень юные, — возразила Юля.

Амита жалобно на нее посмотрела. От такого взгляда, искреннего и наконец-то доверчивого растаяло бы любое сердце, а уж Юлино — тем более. Она сама привязалась к девочкам. Ей весьма импонировала их серьезность и ответственное отношение к делам.

— Вот что, — сказала она неразлучным подругам. — Я поговорю с Аввой. Госпожа Ол-Анеер вполне может оставить вас у меня и взять на воспитание двух других девочек из приюта, тем более, что его сейчас распускают из-за жалоб. Детей срочно пристраивают в хорошие дома. А я подам заявку на попечительство до вашего совершеннолетия и найму хорошего охранника. Вэта говорила, один ее друг орк ищет работу вышибалы. Он солидный, семейный… и большой. Охранник нам понадобится в любом случае. В домах, где живут одинокие женщины, без защитника никак.

Девочки схватились за руки и принялись радостно кружиться по залу.

— Не радуйтесь раньше времени, — сказала Юля, смеясь. — Вам придется учиться не только ведению хозяйства, но и математике, истории…

Амита и Оза обрадованно закивали, звонко клюнули Юлю в щеку и убежали искать Авву.

Глава 9

… Шторы и простыни крепко связаны в прочную веревку, но беглянка не подозревает, что башня, в которой ее держали, утыкана снаружи ржавыми скобами. Когда-то они были вбиты в камень в качестве лестницы для драконов.

Девушка спускается осторожно, но ветер раскачивает и с силой ударяет ее о стены. Острый штырь разрезает шелковую простыню. Бедняжка кричит и срывается. Она падает на камни, стонет, но поднимается.

Как же больно! Но в голове одно: бежать. Тот подслушанный разговор… муж и его колдунья…

Нужно спасти ребенка, нужно оказаться как можно дальше от владений супруга. Если он заберет Элию в свое тайное Убежище, у нее больше не будет шанса вырваться. Он нарушил клятву и претендует на чужого малыша ради права назвать его своим, утвердиться в семье, смыть клеймо неудачника…

Этот малыш… он особенный… Богиня помогла Элии, привела ее к покоям мужа в этот поздний час, позволила подслушать разговор. Ведьма сказал, что Элия беременна. Значит, нужно бежать… У колдуньи есть особые зелья… и страшное туманное чудовище…

Отец ребенка погиб, так ей сказал муж. Теперь только Элия может защитить малыша. Лишь бы он был в порядке! Но ведь есть боги! Они все слышат!

Девушка ковыляет по лесу и тихо молится.

И возможно, это боги приходят на помощь и посылают ей обоз. Крестьяне едут в город на праздник Урожая. Они стараются выспаться перед сложным днем и не пристают с расспросами, а Элия одета просто, в старое платье из девичьего гардероба и чепец служанки. На рассвете обоз довозит беглянку до Цветочного Холма.

Голова болит все сильнее, мысли путаются. Нужно найти лавку с одеждой, купить теплый плащ вместо легкой накидки, холодает…

Юля проснулась с громким криком и села на кровати. Пошарила рукой — Трюфеля рядом не было. Комнату освещал яркий свет — полнолуние. Как же страшно! Какой достоверный сон! Будто бы это Юля сорвалась с башни и брела по осеннему лесу. Но, видимо, почти так оно и было — тело помнило прежнюю хозяйку, Элию. Как удивительно: у них даже имена похожи!

Девочка погибла. В том нет сомнений. Но что-то или кто-то все же пришел на помощь. Возможно, в тот вечер Юля тоже умерла в своем мире, врачи часто говорили, что у нее слабое сердце. И вместо того, чтобы отправиться в лучший мир, она попала в иной мир в качестве мамы ребенка, который был так дорог его настоящей матери.

— Тише, — прошептала Юля, поглаживая оформившийся животик. — Все хорошо. Что бы ни произошло, у тебя есть я. Я очень сильно люблю тебя, малыш.

Дышать по-прежнему было тяжело, на теле выступил пот, а тело еще помнило боль от ушибов из сна. Юля встала и обнаружила, что кувшин с водой пуст — она опрокинула его на пол, проснувшись от кошмара.

Открыв дверь, Юля вздрогнула: у стены на полу, охватив руками колени, сидела Оза.

— Что ты тут делаешь? — прошептала Юля. — Ты с ума сошла? Холодно, а ты в ночной рубашке! Что случилось?

Оза подняла голову и молча, очень серьезно посмотрела на Юлю.

— Быстро прыгай в мою кровать, — велела та. — Согрейся. Я схожу за водой. А потом ты все мне расскажешь.

Напившись, Юля поднялась в спальню. Оза сидела на ее кровати. Хоть в одеяло закуталась — и то хорошо.

— Что стряслось? — повторила Юля.

— Я не знаю точно, — сказала девочка. — Я что-то услышала.

Юля встревожилась:

— Шум? В доме или снаружи?

— Нет, не так. Понимаете, я услышала. Кажется, это был ваш ребенок. Что-то испугало его. Я почувствовала и пришла. Вам приснился страшный сон?

Юле потребовалось несколько секунд, чтобы переварить услышанное.

— Ты ощущаешь моего ребенка? Магически? — недоверчиво выдавила она.

— С первых же дней в доме. Он очень яркий, — подтвердила Оза. — У него много магии. Амита тоже его чувствует, просто сегодня она устала и крепко спала.

— Так, стоп, — Юля присела рядом с Озой. — У тебя связь с моим малышом. Ты услышала, что он беспокоится. Мне действительно приснился страшный сон. Как такое может быть?

— Я ведь немножко ведьма, помните? Я многое вижу и чувствую. Могу сказать, жив человек или мертв, потрогав его вещь. Могу иногда видеть ауру и сказать, где у человека болит. Госпожа Ула, я не плохая, честно! Я никогда не делала ничего нехорошего… ну… пару раз только, но они сами были виноваты. Люди все время чего-то от нас хотят: сделай то, сделай это, узнай, есть ли у моего мужа шашни на стороне, посмотри, куда мой дед закопал свои деньги. А если выполнить просьбу, получишь побои или угрозы. Ведьм никто не любит. Хорошо, что у меня есть Амита. Она хитрая и осторожная, она умеет отводить глаза и морочить людям головы.

— Бедняжки, — Юля привлекла девочку к себе. — А меня вы тоже морочили? Скажи честно.

— Нет, вы совсем другая, — с той же серьезностью сказала Оза. — Вы добрая. У вас сердце… оно тоже сияет.

— Поэтому ты пришла ко мне? Предупредить, что ребенок встревожен?

— Да. Мне так жаль. Я очень вам… сочувствую.

— Мне? Чего вдруг? — удивилась и встревожилась Юля. — Из-за сна?

— Нет.

— Что-то не так с ребенком? Со мной?

— Все в порядке. Просто… — Оза осторожно положила руку на живот Юли, — ваш малыш… это… девочка.

… Несколько секунд Юля ошеломленно молчала, успокаивая вихрь мыслей в голове, а потом засмеялась. Оза смотрела на нее удивленно, Юля ее понимала: странная дама веселится, вместо того, чтобы предаваться сожалениям — ведь у нее родится девочка, а значит, ведьма. Но Юля была счастлива. Девочка, мальчик… Главное, чтобы с ребенком все было хорошо.

Да, проблема налицо: магически одаренная женщина в этом мире — потенциальный изгой. Но это уже Юлина задача — максимально защитить ребенка от агрессии окружающих, вплоть до переезда в мир альвов. Если нужно будет, она так и сделает. Альвы ее примут, им нужны сильные маги. И к женщинам они относятся без предубеждения — многие изгнанницы-ведьмы, по словам О́рла, нашли убежище на просторах альвийского мира. Не примут альвы — Юля научит ребенка скрывать способности, Авва ведь научилась, ей тоже родители помогли.

— Вам не страшно? — тихо спросила Оза.

— Нет, не страшно. Никто у меня моего ребенка не отберет, никогда. А сама я свою малютку тем более никому не отдам.

— Если бы моя мама была такая, — с горечью сказала Оза, хлюпнув носом. — Я ее не помню. Мне сказали, что, лежа в яслях, я заставила погремушки парить в воздухе, и меня сразу отдали в приют.

Юля тяжело вздохнула. В ее мире талантливых и красивых женщин когда-то по малейшему обвинению сжигали на кострах. Там даже доказательств не требовалось. Зашевелились в сердцах соседей зависть, похоть, страх, жадность — вот и готов донос.

Судя по услышанному и увиденному, женская магия на Э-лан-драке была более яркой и разнообразной, чем мужская. Не иначе как драки не хотели соперничества и потому заклеймили женское волшебство позором. Мужчины.

— Скажи, если ты видишь магию моей дочери, значит, и другие ведьмы могут? — обеспокоенно спросила Юля, вспомнив предупреждение О́рла.

Оза улыбнулась, чуть хитро и снисходительно:

— Я очень сильная ведьма, поэтому меня пока не очень и раскусили. Амита такая же. В приюте нас считали самыми безобидными и глупыми. На самом деле мы можем очень многое, просто чем больше у ведьмы магии, тем хуже к ней относятся. Одну девочку из нашего прошлого приюта — она жила в приграничном поселке — заставили день и ночь лечить раненых, а потом выгнали, не заплатив ни медяшки. Тетя Ула, скоро ваша малышка подрастет, и ее сможет увидеть любая ведьма.

— Приму к сведению, — задумчиво кивнула Юля. — И надеюсь, на то, что вы с Амитой будете и дальше помогать мне с советами.

— Будем, — пообещала Оза, — и никому про вашу дочку не скажем. Она славная. Ей нравится ваш голос, особенно когда вы напеваете.

Маленькая ведьма заснула у Юли в кровати, а Юля долго лежала, прислушиваясь к чему-то тихому и необъяснимому внутри себя. Ее дочка… ее малютка… Еще не родилась, а уже нашла друзей. Вот бы увидеть ее сияние собственными глазами.

… Авва сказала, что всячески приветствует планы Юли насчет Амиты и Озы. Однако заверить согласие нынешней попечительницы и получить разрешение можно было только при личном присутствии в Ратуше. Юле пришлось собраться и спуститься в город с Аввой, которая как раз собиралась в банк за очередной выплатой.

На улицах лежал снег, было довольно скользко, и женщины наняли портшез. Благодаря деньгам Аввы у гостиницы какое-то время имелся стабильный доход, и Юля в который раз убедилась, как хорошо жить, когда не нужно на всем экономить. На ней было новое красивое платье, из крепкой шерсти, мягкое и теплое. Цила уложила ее волосы в «траурную» прическу — сложное переплетение прядей.

Эймет подарил Юле статус и чувство безопасности. Вот только магия ведьм ее немного беспокоила. Хорошо, что колдуньи редко появлялись на людях. Самые сильные ведьмы старались «работать» в городских трущобах с определенной репутацией или прятаться в лесах.

Носильщики доставили женщин до подножия Цветочного холма, и до Ратуши Авва и Юля дошли сами. Авва заверила свое согласие, и они разделились: Юля отправилась к Танееру, а Авва — в банк.

Найти нужную комнату оказалось делом непростым: здание было огромным, ранее Юля посещала в нем только кабинет судьи. Повсюду носились клерки в белых передниках, все деловитые и очень занятые. На все вопросы они отвечали недовольными гримасами. «Прямо как у нас», — подумала Юля.

Однако настойчивости у Юли было не занимать. Она отыскала кабинет Танеера и… врезалась в выходящего из него мужчину.

Юля охнула и схватилась за живот — ей показалось, что ребенок изо всех сил пнул ее изнутри. До этого момента Юля ни разу не чувствовала шевеления дитя, и первый же опыт оказался… чувствительным.

— Если бы я не знала, что ты девочка, подумала бы, что беременна будущим футболистом, — тихо произнесла она, обращаясь к дочери. — Хотя… кто знает…

— Что? — озабоченно переспросил вышедший из кабинета высокий мужчина. — Вам плохо? Я вас сильно задел?

— Нет-нет, все в порядке, сама виновата, — заверила его Юля, поднимая голову, — это… вы? То есть… — Юля смутилась, — вы Эйлан Ол-Танеер?

— Именно так. Вы ко мне?

— Да… к вам.

— Проходите.

— Но ведь вы куда-то спешили? Я могу подождать.