Космический ветер

– Нельзя! Там сотрудники, за которых мы отвечаем, и дети, – ответил дрол Хаунд. – Да и сама станция очень важна. Там проводятся какие-то сверхновые и важные разработки. Поэтому мы ее и тащим целиком, вместе с персоналом. Просто одних данных недостаточно, нужно все вместе.

– Так, может, из-за этой станции и весь сыр-бор?! – предположил до сих пор молчавший пилот Ставр. – Где-то прошла утечка информации, вот за нее сейчас и воюют.

– Если это так, то, скорее всего, они будут искать пути, как эту станцию угнать. Без нас они ее доставить не смогут, только если еще один корабль не подгонят, – начал рассуждать дрол Стох. – А для этого надо, чтобы мы вышли из подпространства. Вот поэтому, наверное, основные перерождения произошли на станции. Им нужны были покорные сотрудники, в которых остались знания, чтобы продолжить дальше изыскания. А у нас прошли перерождения только там, где нужен контроль за перемещением. Навигация и реактор. А после выхода из подпространства нас просто бы уничтожили.

– А перерожденные бойцы? Это им зачем? – поинтересовался Пахтор.

– Для контроля. Или не хотели нас уничтожать, а после выхода тоже изменить.

– В твоих словах логика есть, – резюмировал Командор. – Но точно мы узнаем только в том случае, если найдем кукловода. А здесь пока глухо.

– Мы можем сказать, кто точно не кукловод, – включился в обсуждение Эр. – Это те, кто был перерожден у нас на глазах или убит. Но это очень маленькое число.

– Эрдиан, мы можем точно знать, сколько перерожденных на станции и где они находятся? – задал вопрос биологу Командор.

– Да. Я вывел карту их передвижений по станции на экраны, – ответил фоморец. – Основная масса находится в комнате отдыха персонала.

– Видно, что-то задумывают. Или как держаться, или как напасть, – добавил дрол Стох.

– Так. Сейчас ничего не делаем, – распорядился Командор. – Гардарик, ты и твои люди лечитесь, отдыхаете. Вы нам нужны здоровыми и способными держать мечи в руках. Дрол Стох, вызывай следующую усиленную смену.

Лана смотрела на информацию, которая высвечивалась на экране монитора, и ничего не соображала. В глазах стояла картина недавнего боя. Она ничего не видела и ничего не ощущала. Мозг отказался работать. Полное опустошение даже не напрягало, так как, в принципе, напрягать нечего было. Он, как в детской игре, спрятался в домик и закрылся на ключ. Ключики-замочки. То ли девушка, а то ли видение. Вроде она есть, все слышит и видит, но вроде ее и нет.

– Лана, иди отдыхай, – скомандовал дрол Хаунд. – Тебе помочь или сама дойдешь?

– Сама, – еле выдавила из себя девушка и, как замороженная, пошла на выход.

– Надо бы проводить девчонку. Совсем не в себе, – проговорил Пахтор. – Тут бывалым воякам жутко, а она совсем маленькая еще.

– Всем дождаться смены и передать мой приказ, – распорядился Командор. – Круглосуточно не спускать глаз с помещений корабля, в которых находятся перерожденные, и со станции. В случае попытки прорыва, станцию отстыковать. Сразу поднимать меня. Обслуживающему персоналу передать, чтобы убрали помещения и тела всех погибших перенесли в рефрижераторы. Пойдем, Гардарик, до лазарета провожу. Ты еле на ногах стоишь, надо подлечиться и поспать. Завтра еще много дел.

И оба мужчины вышли следом за Ланой.

Глава 6

Ланка, шатаясь, шла по коридорам, в которых было непривычно пусто. Тело требовало, чтобы его срочно уложили в постель. Каждый шаг давался с трудом. На нее навалилась такая усталость, что, выйдя из рубки, девушка автоматически пошла к своей каюте самым коротким путем, который проходил мимо столовой. Двери в это помещение были открыты. Картина, которая предстала перед ее глазами, была последней каплей в ее психическом состоянии. Лана была из тех людей, про которых говорят «с поздним зажиганием». Пока длилась напряженная ситуация, она держала себя в руках, но потом до нее доходило, и наступала полная эмоциональная разрядка, которая могла сопровождаться слезами и истерикой. В принципе, истерика до сегодняшнего дня с ней произошла только один раз. Когда умер отец, и после похорон она вошла в квартиру, увидела его куртку, висящую на вешалке, и до нее дошло, что он никогда больше не войдет в их дом, никогда не оденет эту куртку, и она его никогда больше не увидит. Вот и сейчас, если бы не столовая, она дошла бы до каюты и только потом накатила бы разрядка в виде слез. Но в этот раз спусковым крючком послужило место битвы, где погибли четыре человека из команды корабля. И неважно, что двое из них были перерожденные. До того, что с ними произошло, они были нормальными парнями, которые вместе с ней сидели в букмоле, пели песни, шутили. И вот теперь вместо них лежали четыре исковерканных тела. По инерции сделав еще несколько шагов по коридору, девушка упала на колени и заревела. Плачем те звуки, что вырывались из ее горла, назвать было сложно. Она в истерике схватилась за голову и, раскачиваясь из стороны в сторону, утробно выла. Лана ничего не видела и не слышала. Ее вопль разносился по коридору, заглушая все остальные звуки. Она даже не почувствовала, когда сильные мужские руки подхватили ее и понесли. Ланка вцепилась в мундир держащего ее мужчины, не переставая кричать.

– Не хочу-у-у-у! Не могу-у-у-у! Этого не было, не было!

Ее внесли в каюту, но продолжали держать на руках. Оторвать девушку от мундира было невозможно, руки судорожно сжимали ткань форменной одежды. Ее вопли перешли в одну тональность. Сколько продолжалась эта истерика, невозможно было сказать. Время для нее остановилось на том ужасном моменте, когда она увидела растерзанные тела в красной от крови комнате.

– Маленькая, тише, успокойся. Сейчас придет доктор, – тихо на ухо шептал ей мужской голос, – успокойся, пожалуйста, все будет хорошо. Сейчас сделают укол, и ты все забудешь.

– Забыть, как я смогу забыть?! Вот это разве можно забыть?! – глаза Ланки расширились. На какое-то мгновение у нее даже дыхание перехватило. – Ну, скажи, как с этим можно жить? Кровь, кругом кровь. Я вся пропахла этой кровью. Я не хочу, не хочу это помнить!

Слезы градом бежали по щекам девушки. Мундир Командора, а это он подобрал ее в коридоре и сейчас держал на руках, уже был насквозь мокрый.

– Ну почему, почему Палех? Почему ребята? Это же несправедливо! Так не должно быть! – кричала Ланка. – Я не хочу так. Они еще очень молодые, им жить и жить.

– Девочка моя, бывает так, что солдаты погибают. Они выполнили свой долг. У каждого – свое предназначение. Ты училась водить корабли сквозь космическое пространство, а они убивать. И они знали, что могут и сами погибнуть.

Слова до нее не доходили. Судорога уже свела руки, а ногти располосовали ладони. Ланка не могла успокоиться. Все занятия по самоконтролю полетели коту под хвост. Как можно контролировать свои эмоции, свои мысли после того, что она сегодня увидела?!

– Я ненавижу войну, я ненавижу убийц! Будь они прокляты! – продолжала бесноваться Ланка. Дикая истерика, скрутившая Лану, не дала услышать ей, как пришел доктор. Она даже не почувствовала укол, который подействовал почти мгновенно. И на смену крику внезапно пришла полная апатия. Слезы закончились, взгляд стал более осмысленным, но безразличие никуда из него не ушло. Командор переложил девушку на кровать, аккуратно отцепив ее руки от своего мундира. Она лежала на спине, уставившись в потолок стеклянным взглядом. До нее доносились обрывки разговора врача и дрола Хаунда, но в его смысл она не вникала.

– Я сделал укол, его действие уже началось, она сейчас успокоилась, – говорил доктор. – Через несколько часов ее восприятие сегодняшней ночи притупится, и она сможет и дальше спокойно работать. Я, конечно, могу сделать укол, стирающий память. Но это слишком жестоко. Каждый организм по-своему реагирует на такую вакцину. Вдруг она забудет большой промежуток времени. А этого не надо. Пусть помнит. Это надо помнить. Чтобы дальше жить и знать, что во Вселенной есть подлость и предательство. Есть жестокость и насилие. Что, гоняясь за призрачной властью, существа идут на все. Поэтому я ввел лекарство, облегчающее состояние и не дающее мозгу впадать в истерику или уныние. Командор, только у него есть побочный эффект. Она сейчас успокоилась, но где-то через час-два ей потребуется физическая разгрузка. Ты будь готов.

– Как это будет выражаться?

– Не могу сказать, у всех по-разному. Гардарик вон в тренажерном зале все манекены ломает. Я ему укол еще в букмоле сделал. А сейчас вот контролирую, чтобы он себя не покалечил. Как у Ланки будет проходить, не знаю. Я вообще с землянами никогда не работал. Да еще и с девушкой. Даже предположить не берусь. Но знаю, что надо быть рядом. Ладно, я побежал, пока Гардарик дел не наворотил.

В каюте выключился свет. И через какое-то время Лана почувствовала, как рядом прогнулся матрас под тяжестью мужского тела. Командор осторожно переложил ее голову к себе на плечо. Ланка лежала тихо, только по щекам девушки медленно текли слезы. Мужчина поцеловал ее в макушку и осторожно провел пальцами по ее лицу, вытирая мокрые дорожки. Лана запрокинула голову, пытаясь посмотреть в лицо человеку, от которого не только ласки не ожидала, а даже элементарного сочувствия. В этот момент Командор накрыл ее губы своими губами, и все завертелось с невероятной скоростью. Девушка почти ничего не осознавала. Она просто отдавалась его рукам, обнимающим ее и ласкающим все тело. Он жаркими поцелуями покрывал ее лицо, шею, спускаясь все ниже. Было такое впечатление, что девушка смотрела на свое тело со стороны. Ее душа как будто отлетела в сторону, давая возможность телу расслабиться и пройти тот порог, который она еще неизвестно сколько времени не решилась бы переступить. Она все чувствовала и сознательно отвечала на неожиданную ласку мужчины. Сейчас ей эта близость была жизненно необходима. Она всегда боялась боли, появляющейся в первый раз. Думала, как же сможет ее преодолеть. А сейчас все было просто: вспышка боли, ритмичные движения мужчины, закончившиеся протяжным стоном, его успокаивающие слова. А потом необычные ощущения подхватили Ланку. Было такое впечатление, что ее тело наполнилось потоками воздуха, стало очень легким и невесомым. И только сильные и надежные руки Командора удерживали ее в кровати. Куда-то подевались страх и беспокойство. Словно ключевой водой смыло весь предыдущий тяжелый день, и осталось чувство умиротворения и спокойствия. Лана расслабилась и уплыла на волнах сна в кольце крепких мужских рук.

Пробуждение наступило резко, когда дрол Хаунд осторожно высвободил ее из своих объятий и встал. Практически сразу, почувствовав пустоту, Ланка села на кровати. Мужчина стоял спиной к ней и одевался. Лана с интересом за ним наблюдала, любуясь его накаченным телом. Мужчина со спины был действительно великолепен. Косая сажень в плечах и достаточно узкая талия. Ни капельки жира. Красивая мускулистая фигура непроизвольно привлекала взгляд, заставляя Ланку краснеть от собственных не совсем целомудренных мыслей. Несмотря на предыдущую ночь, ей было на удивление легко и спокойно. Она ощущала себя и выспавшейся, и отдохнувшей. Уловив на себе взгляд, Командор повернулся. И девушку поразило его отрешенное лицо. Совсем не таким она ожидала увидеть утром мужчину, который всю ночь берег ее сон и говорил такие ласковые и нежные слова. Хмурый и даже немного злой взгляд его темно-синих глаз делал выражение лица ледяным и отталкивающим. Лана почувствовала себя без вины виноватой, и настроение резко испортилось. У нее удивленно поднялись брови.

– Я не знал, – тихо сказал дрол Хаунд, гоняя желваки и опустив взгляд в пол. – Я не должен был… Но я думал, что у тебя… Что ты… Ты извини. Это все нечаянно получилось. Это все нервы и укол, наверное, подействовали. Я не хотел.

– Да уж, – с горечью ответила ему Лана и прикусила губу. – Это совсем не те слова, что ожидает услышать девушка утром после ночи со своим первым мужчиной.

Гордость не давала ей выплеснуть все эмоции Командору в лицо. Она пыталась контролировать себя и свои слова, осознавая, что ей еще служить на этом корабле под командованием этого мужчины. Ланка медленно поднялась с кровати, прикрываясь простынкой, и посмотрела ему в лицо. Насколько теперь это холеное красивое лицо ей показалось неприятным. Она не могла понять его злость и раздражение. Ведь никто его не тянул в постель к ней, и не она первая полезла к нему с поцелуями. Чего он испугался? Что она расскажет об этой ночи? Но это бред. Во-первых, таким не хвастают, она не дура и понимает, что распространением информации о сегодняшней ночи только испортит себе репутацию и наживет массу ненужных проблем. А во-вторых, не настолько ей нравится дрол Хаунд, чтобы продолжать с ним отношения. А уж после этих слов и видеть его не особо хочется. Ну и в-третьих, они оба свободные существа. Ни с кем не связанные ни узами брака, ни обещаниями. Так зачем из того, что было между ними сегодня, устраивать трагедию?! Ведь и на корабле, и в Федерации отношения между мужчиной и женщиной – это только их личное дело. Спят они вместе или чаи гоняют по ночам, никогда никого не интересовало. У разных рас были приняты разные отношения. И все всегда воспринимали это спокойно. Если брать изначальные обычаи ее мира, это, скорее, Ланке надо было закатывать истерику, а не взрослому самодостаточному мужику прятать глазки. В конце концов, это она невинность потеряла. Взяв себя в руки, в уме досчитав до десяти, Лана спокойно ему ответила:

– Я клянусь, дрол Хаунд, что никогда не напомню вам о сегодняшней ночи ни видом, ни словом. Вас это ни к чему не обязывает. Будем считать, что ничего не было. Это просто укол. Никто и никогда не узнает от меня о произошедшем. Клянусь. Можете идти. Мне надо привести себя в порядок, – еле сдерживая негодование, произнесла Лана, всем своим видом показывая, как его действия оскорбили ее.

И, завернувшись в простыню, она проследовала мимо мужчины в ванную комнату. Закрыв за собой дверь, прислонилась к стене спиной и медленно сползла вниз. В каюте какое-то время стояла тишина, потом раздались мужские шаги, и хлопнула дверь. Сидя на корточках, схватившись за голову руками, девушка глубокими вдохами пыталась привести себя в нормальное состояние. Она чувствовала себя униженной и оскорбленной. Если он не хотел продолжать отношения, то должен был найти другие слова, а не вот так бить в лоб и лезть со своими извинениями. Она бы поняла. Но извинятся и говорить, что все нечаянно, что он не хотел! Это слишком. Злость распирала Ланку. Она сжала руки в кулаки и ударила по полу. И тут произошло невероятное. Все, что было в ванной комнате не прикрепленное к поверхностям, просто смело воздушной волной. Ланка распахнула дверь и вылетела в комнату, за ней по пятам неслось маленькое торнадо, закручивая в своем потоке все разбросанные по полу вещи. Как испуганная кошка с вытаращенными глазами, она прыгнула на кровать и прижалась спиной к стене, закрываясь на лету подхваченной подушкой. Торнадо еще какое-то время покрутилось по комнате и начало стихать. Но только Ланка дернулась, оно сильнее активизировалось. Девушка опять замерла и стояла так до тех пор, пока беснующаяся воронка не исчезла. Только после этого она сползла по вертикальной поверхности на кровать и села, свесив ноги, но при этом не расставаясь с подушкой. Как будто она была не просто постельной принадлежностью, а самым надежным во всей Вселенной щитом. И была способна защитить свою хозяйку от всех ураганов и тайфунов.

– И что это было?! – вслух произнесла Ланка.

Все ее не успевшие набрать обороты переживания по поводу неприятного поведения Командора испарились, не успев развиться в настойчивую паранойю. Теперь ее мозги были заняты новым явлением, произошедшим в каюте.

– Так! Рассуждаем логически, – продолжила диалог сама с собой девушка. – Природным явлением это быть не может. Почему? Да потому что мы находимся в замкнутом пространстве. А микроклимат на корабле контролируется приборами. Нет, конечно, можно допустить, что произошел сбой и то, что можно получить в релакс-комнате, произошло непосредственно в моей каюте. Но это невозможно в принципе. А почему невозможно? Да потому что у меня в каюте нет таких устройств, которые могут воссоздать торнадо, – сама себе ответила Лана. – Рассуждаем дальше. Это может быть реакция на тот укол, что сделал мне док, типа галлюцинаций. То есть этот ветер и весь тот бардак, что я вижу, их как бы нет. Мне все это привиделось.

В этот момент в дверь постучали. Лана осторожно сползла с кровати, вытащила из шкафа халат и пошла открывать. На пороге стоял корабельный врач. Всегда подтянутый, выбритый и ухоженный, сейчас он представлял жалкое зрелище. Комбинезон помят, заляпан какими-то пятнами, испачкан кровью, а в некоторых места и просто разорван. На лице пробивалась щетина, под глазами залегли синяки. Видно, сегодняшняя ночь ему тоже далась нелегко.

– Лана, ты как себя чувствуешь? Как спала? – начал с порога доктор. – Мне надо тебя осмотреть, можно войти?

– Да, конечно. – Лана посторонилась, пропуская мужчину в каюту. – Только у меня беспорядок, – произнесла девушка, беспомощно оглядывая тот хаос, что учинил ветер в помещении.

– Ого, ты сегодня разошлась, – усмехнулся врач. – Не удивила. Это нормальная реакция организма на тот укол, что я тебе вчера сделал. Нервным переживаниям надо было покинуть ослабленное тело. Вот и идет выброс энергии. Хорошо хоть себя не поранила и ничего не уничтожила, только раскидала. Вон Гардарик вчера все макеты в тренажерном зале порубил и до сих пор еще не проснулся. А ты как себя чувствуешь? Жалобы есть?

– Нет. Наоборот, такое впечатление, что за одну ночь полностью восстановилась, – ответила Ланка, пытаясь незаметно от доктора одеялом прикрыть кровавое пятно на простыне. – А что на корабле слышно?

– Да пока все спокойно, – ответил мужчина, осматривая девушку. – Приказ Командора, как отдохнешь – прийти в рубку. Через час всеобщий совет будет. Как быть и что делать?

– А как раненные ребята? – поинтересовалась Ланка, пока он брал у нее образцы крови.

– Двое неплохо, я их вчера немного подлатал, сейчас у себя в каютах отлеживаются, к вечеру в строй станут. Трое тяжелые, но стабильные. Я их в искусственный сон погрузил и поместил в регенератор. Надеюсь, через неделю встанут на ноги. А вот с Каселем сложновато. Я пришил ему руку и подключил регенератор. Но никак не могу сбить у него очень высокую температуру. А для волотов это очень плохо. Если температура не спадет, то начнется отторжение конечности. А не хотелось бы. Конечно, ему сделают высококлассный протез в таком случае, но с карьерой военного тогда придется расстаться. А для мужчин их расы – это слишком сильный удар. Ну ладно, я пошел, мне надо еще себя в порядок привести, через час в рубке встретимся.

– Ты вообще сегодня спал? – задала вопрос девушка.

– Когда? – удивленно спросил док, выходя, и за ним автоматически аккуратно закрылась дверь, а Лана продолжала стоять посреди разгромленной комнаты в полном недоумении. Но надо было привести каюту в порядок, чем она и занялась.

– Так, думаем дальше, – продолжила рассуждать вслух Ланка, убирая в комнате. – Это не сбой климат-программы, и раз доктор тоже весь этот бардак видел – это не галлюцинации. Тогда что это?

И тут ее осенило: «Сканды мужчины умеют управлять воздушными потоками. А женщины получают эту способность в результате обряда. Так это что, получается, первая ночь с мужчиной и есть этот самый таинственный обряд. Но она же не сканд?! Или люди и сканды настолько генетически близки, что она смогла получить эту самую особенность? И что ей с этим делать? Как научиться управлять? Где найти учителя? К дролу Хаунду она точно не пойдет, а самой учиться не вариант. На корабле это точно невозможно. Она разнесет тут все к чертовой матери. Так, злиться нельзя, злость вызывает бурю. Мама дорогая, надо у дока выпросить успокоительное и Эда расспросить все, что он знает про скандов. Не сегодня, конечно. Очень хотелось еще и есть, но в столовую она под угрозой голодной смерти не пойдет. Дежурным в рубку обычно еду приносят, надо будет напроситься кому-нибудь в компанию, чтобы и для нее заказали. Надеюсь, ребята не оставят голодной».

От мысли, что в рубке она может встретить Командора, стало немного не по себе. Но делать нечего, этой встречи не избежать. Просто надо держаться от него подальше, как все это время и было. И хорошо, что ее смена проходит под руководством первого помощника. Девушка кое-как рассовала вещи по своим местам в шкафу, одела форменную одежду и пошла к месту сбора. В этот раз выбирая дорогу так, чтобы не проходить мимо тех мест, где вчера кипел бой.

Глава 7

В рубке было непривычно многолюдно. Сюда пришли не только те, кто был на смене, но и свободные члены экипажа. Лана отметила, что не у нее одной нет желания идти в столовую. Перед многими стояли подносы с едой. Войдя в помещение и поприветствовав всех, она прошла к своему креслу. Оно ожидаемо было занято координатором из дежурной смены, но рядом в своих креслах вольготно расположились Хортор и Эр. Девушка села на подлокотник к Эру и потянулась за бутербродом, лежащим у него на столе. И тут же заботливый Хортор поставил перед ней целый поднос с едой.

– Ты как? – тихо спросил фоморец. – Очухалась? А то вчера, когда уходила, выглядела, как покойник.

– Да я вчера им и была, – хмыкнула в ответ Ланка, запивая бутерброд чаем. – Спасибо доку, вколол какую-то гадость, после которой стало, как в сказке: «Что воля, что неволя все равно». Даже спала без кошмаров. Не знаю, надолго хватит или надо будет еще поколоть.

– Не надо, – улыбнулся Эр, – этого укола на год тебе хватить должно, а там уже время подлечит. А то наколешься и впадешь в спячку. А ты нам с трезвой головой и твердой памятью нужна.

– На экране эти бедолаги? – кивнула Ланка на монитор, на котором транслировалась картинка из кают тех перерожденных, что были на корабле. – Что-то они тихие очень.

– Вот так и сидят со вчерашнего дня, – подключился к разговору Хортор. – По-моему, даже не моргают. В отличие от тех, кто на станции.

– А что на станции?

– А там развели бурную деятельность, – продолжил техник. – Всю ночь бегали из помещения в помещение. Несколько раз предпринимали попытку взломать блок испытательного полигона, но перегородки выдержали. Мы же не можем видеть, что они делают, камеры-то все уничтожены, только по сканеру определяем, где кто находится. Видно, что-то задумывают. Раз даже спать не ложатся. Плохо, что мы не можем передать еду и питье тем сотрудникам, которые смогли спастись. Вот сейчас прорабатываем все варианты: или как их оттуда вывести, или как еду туда передать.

– А что наши? Есть разумные мысли, идеи? – спросила девушка.

– Да ничего нет. Уже голову сломали, что со всем этим делать, – раздраженно ответил Эр.

Было очень удивительно услышать от вечно спокойного биолога отрицательные эмоции в голосе, что не добавляло оптимизма. Лана оглядела помещение. Командор со своими тремя помощниками и Гардариком склонились над картой с какими-то расчетами, техники в сторонке что-то бурно обсуждали. Остальные сидели с умным видом, уставившись в мониторы, а может, действительно искали решение.

– А что с реактором? – поинтересовалась Ланка.

– Да все нормально, – продолжил Хортор. – Откорректировали работу, все неисправности устранили, сейчас с навигационной системой связываем. Скорее всего, выход произойдет на несколько световых суток позже. Но, я думаю, в пределах допустимых сроков.

– Все понятно, а когда собрание начнется?

– Да, думаем, уже скоро, – вдруг подключился к разговору Ланкин сменщик. – Лана, тут на столе твои записи лежали, я не стал выкидывать, думаю, вдруг тебе нужно.

И протянул девушке бумажку, на которой неровным почерком было выведено несколько слов. По тому, как они были написаны, видно было, что Ланка находилась в тот момент уже в полной прострации. Девушка внимательно посмотрела на бумажку и, скомкав, хотела выкинуть в мусороприемник. Прицелилась, кинула и промахнулась. Взяв поднос с остатками пищи, она подошла ближе к мусорке и отправила его в утилизацию. Подняла смятый листок и уже замахнулась, чтобы отправить его следом, но в последний момент замерла, не донеся руку до контейнера. Быстро расправила листок и вчиталась еще раз в слова, которые были написаны ею вчера в тот момент, когда происходил захват мутантами станции. Девушка замерла, глядя в одну точку и беззвучно шевеля губами.

В этот момент в рубке произошло оживление. Командор попросил у всех внимания.

– Все вы знаете, а некоторые и своими глазами видели, что произошло прошлой ночью на станции и корабле, – начал Командор. – К сожалению, должен констатировать, что станция захвачена, и мы не контролируем, что происходит сейчас на ней. На территории станции есть неперерожденные люди в количестве восемнадцати человек, в том числе и трое детей. В помещении, где они прячутся, нет запасов ни еды, ни воды. С водой вопрос техники решают, сейчас очищают резервуары от химических соединений и через пожарные оросители подадут в помещение. Первоочередная задача всех присутствующих подумать, как оттуда вытащить сотрудников или как наладить доставку им пищи. Прошу учитывать, что наша служба безопасности во вчерашнем бою понесла значительные потери. И прорыв с боем как метод решения данной задачи не рассматривается. Всем ясно?

По рубке пронеслось нестройное «да». Но Лана не реагировала на внешние раздражители. Она как стояла с листком бумаги в руке, так и осталась стоять. Командор заметил странное состояние девушки и поморщился, обращаясь к ней. В глазах его светилось неприкрытое раздражение:

– Свазенина, если вас не интересует, что сейчас происходит на корабле и станции, вы можете быть свободны.

– Дрол Хаунд, подождите, не трогайте ее, – заступился за подругу Хортор. – Обычно после такого состояния у нее озарение наступает.

И в ответ на его слова, Лана сорвалась с места и подлетела к своему креслу.

– Пожалуйста, дай посмотреть! – прокричала она своему напарнику, выпихивая его из кресла.

Он сначала посмотрел на Командора и после разрешающего кивка, освободил девушке место.

– Хортор, дай мне вчерашние картинки со станции: сначала ту, где мутанты возле комнаты отдыха напали на сотрудника, а потом, где парня с девушкой и женщину перерождают, – попросила девушка, усаживаясь на свое привычное место, и не обращая внимания на удивленные взгляды членов экипажа, находящихся в рубке, уставилась на экран.

Незаметно за ее креслом стали группироваться любопытствующие, те, кто был освобожден от вахты. Лана сидела перед монитором, скрестив ладони перед лицом, и не отрывалась от просмотра этих страшных сцен. Все, кто стоял за ее спиной так же с напряжением наблюдали, как обычные сотрудники становились монстрами. Жуткие кадры превращения ученых в орудие убийств действовали на окружающих угнетающе. Все прекрасно понимали, что вчера бойцы службы безопасности ценой своих жизней спасли их от такой участи. Кадры, просматриваемые Ланкой, оптимизма не вызывали.

– Перемотай еще раз. И приблизь максимально, – отдала фактически приказ Ланка.

Но Хортор даже не обратил внимание на ее тон. Они с первого дня ее службы на корабле вместе дежурили, и он понимал, что сейчас ее лучше не трогать. В таком состоянии она не следила за выражениями и уж тем более не станет следить за интонацией. Для Ланки, Эра и Хортора в моменты напряженной работы не было времени на расшаркивания и соблюдение этикета. Если один из них выполнял какую-то сложную комбинацию, то двое других молча были у него на подхвате и предоставляли нужную информацию по первому требованию. Помогали ему, не обращая внимания на резкий тон. Эта была настоящая команда, сплоченная, понимающая друг друга с полуслова, а иногда и с полувзгляда. Вот и сейчас они оба внимательно следили за девушкой, готовые моментально выполнить ее любое распоряжение.

– Еще раз, – вновь раздался голос Ланки. – Может, есть вид с другой камеры?

– Да что тут смотреть? Сколько можно одно и то же прокручивать? – раздался раздраженный женский голос. – Мы этот ужас уже видели, и ничего нового там нет.

– Заткнись, убогая, и не мешай, – не поворачивая головы, чтобы посмотреть, кто это сказал, и не отрывая глаз от изображения на экране, нахамила Ланка.

И вдруг раздался голос Гардарика, вставшего черной горой за креслом Ланы, своим телом закрывая ее от любопытных ротозеев и от саркастических взглядов:

– Всем свободным от смены быстро покинуть рубку. Без разговоров и в полной тишине. А ты работай, девочка. Никто не помешает.

– Не может быть, – тем временем бормотала себе под нос девушка. – Почему не может? Тоже кровь как катализатор. Ну да. Хортор, а есть записи с камер тех кают, которые перерожденные вскрыли на станции?! Или они сначала разбивали камеры? Если есть, найдите их.

Эр с Хортором уставились в мониторы, ища ту информацию, что попросила Ланка. А она уже в который раз просматривала запись из коридора станции, бормоча себе под нос.

– Ну да, и такая же регенерация, скорость, и сила. Похоже, очень похоже. Так похоже, что не может быть.

Она откинулась на спинку кресла, кусая собственный палец и не отрывая взгляд от монитора. Эр шутил, что в такие моменты Лана похожа на одержимую. Ничего не видит и ничего не слышит. Если она в этот момент окажется в эпицентре взрыва, то и самого взрыва не увидит и не почувствует. Ее карие глаза в этот момент становились почти черными. И если бы можно было ими метать молнии, то все вокруг сверкало бы. А еще лучше в этот момент к Ланке присоединить аккумулятор, она бы его питала без подачи электричества.

– Нашел, есть еще одна картинка. Вывожу тебе на экран, – отчитался Хортор.

И опять Ланка несколько раз просматривала новые кадры. В это время в рубке наступила тишина. Осталась только дежурная смена и за креслами Ланки, Хортора и Эра, наблюдая за их работай, на некотором расстоянии стояли Командор, Гардарик и дрол Стох. В черных комбинезонах они были похожи на памятники самим себе. Все трое мужчин высокие, плечистые, загорелые. Если бы Ланка не была так занята и посмотрела в их сторону, то точно бы обозвала тремя богатырями. Все трое принадлежали к разным расам, но за много лет совместной службы на одном корабле приобрели общие черты и манеры. Дежурные, смотревшие за своими экранами, нет-нет да поглядывали в сторону этой троицы.

– Так. А как мы еще можем проверить? – закрыв лицо ладонями, продолжала размышлять вслух Ланка. – Что-то же было? Не хватает одного пазла. Эр, на кого эти порождения бездны из тех, кого ты знаешь, похожи? Набрасывай версии.

– Да ни на кого. Я не видел еще во Вселенной расы, которую бы нельзя было убить мечом, и чтобы мертвые люди вытаскивали из груди кинжалы, пробившие им сердце, – ответил фоморец.

Лана посмотрела на него осоловевшим взглядом, встала и медленно прошла к акваторусу. Набрав стакан воды, она замерла на некоторое время на месте, уставившись в стенку.

– Говоришь, вытаскивать кинжал из сердца никто не способен? – задумчиво произнесла девушка.

– Да, сколько я воюю, а никогда такого не видал, – раздался голос Гардарика. – Я бы понял, если бы это роботы были, но это же живые организмы.

Лана медленно повернулась в ту сторону, откуда услышала голос Гардарика. В одной руке она держала стакан, из которого так и не выпила, а пальцем другой руки указала на безопасника.