Охотничий инстинкт Анимага

«Пронесло…»

ГЛАВА 9. Темные ночи

После непрошенного визита день пронесся мимо со скоростью товарного поезда. Звонки, переписка, проверка тендерных заявок, Арина все больше втягивалась в вопрос по замене основного поставщика, быстро организовав закрытый конкурс между самыми перспективными партнерами. И вот начали поступать ответы, среди которых нужно было отобрать лучший до конца недели. Непростая задача, с учетом того, что часть требований ей так и не удалось утвердить с Максом, тот отмахнулся, мол, решай сама.

Но вот это как раз она пока не была готова делать – решать многомиллионные вопросы. Подготовить комментарии? Да. Дать предложения? Да. Окончательное слово все же должно было быть за вице-президентом, даже если того больше интересовала бег по лесу вокруг Ясной… и частые ночные отлучки. Не то, чтобы она за ним следила, но не слышать хлопанье входной двери не могла. Даже сквозь сон.

Ладно-ладно, последние ночи специально прислушивалась, подмечая, что Макс возвращается хорошо за полночь, чаще всего ближе к рассвету. Догадки по поводу его места пребывания были. Особенно после сегодняшнего визита.

Никаких претензий она, естественно, предъявлять не собиралась, но вот поймать волчару и… кхм, заставить поработать – очень даже. Тем более, что для разнообразия ликан свой телефон не отключил и к вечеру она смогла ему дозвониться.

- Макс, нам нужно поговорить.

На том конце как-то гаденько хмыкнули, но голос ничего такого не выдал:

- Ок, буду после ужина.

Еще один момент – он никогда не ел с ней за одним столом. Мог перекусить набегу, захватив что-то из холодильника, мог, как этим утром, сделать себе бутерброд и кофе, но все это только если девушки не было рядом. Арина не очень понимала причину, но не могла не признать, что ее это немного задевало. Необъяснимо, но факт. Как будто он брезгует находиться с ней рядом, словно она ему противна.

Если бы не произошедшее тогда в машине, она бы всерьез задумалась – а действует ли УКР? Но ведь было же! Не сон же ей приснился?! Та поездка оставила неизгладимое впечатление… у нее, а у него? Нужно было проверить. Как бы там ни было, но задание с нее никто не снимал. Может быть все дело в том, что она сама стала слишком послушной, а вместе с тем такой деловой, никаких разговоров кроме скучной темы офиса? Разве офисный планктон может привлечь Альфу? Вряд ли.

Нужно раздразнить его охотничий инстинкт.

Поэтому, после ужина, под нечитаемым взглядом босса она кратко доложила о событиях дня в офисе, презентовала текущие результаты по тендеру, а когда не дождалась нужной степени заинтересованности и участия, решила пойти с козырей:

- Макс, мне кажется, мы впустую тратим время. Может мне лучше вернуться в город?

Изменения были мгновенными. До того расслабленно развалившийся в кресле, волчара подскочил, как по команде, рывком подошел, от чего девушка невольно отпрянула.

В комнате тут же пахнуло горьким миндалем.

Ликан, запнулся, принюхался, а потом сдавленно рыкнув, подступил вплотную, склонился и прошептал у самых губ:

- Ты боишься меня, Ариша?

Она смотрела на него такими большими, такими испуганными глазами, что охотник в нем не выдержал. Еще громче рыкнув, впился грубым поцелуем в мягкие губы, почти сразу раздвигая их языком. Арина даже не успела опомниться, как ее выдернули из кресла, прижали к крепкому телу, не давая пошевелиться. Она задыхалась от убийственной страсти, сносящей все доводы разума. Своей, его, все смешалось. Макс продолжал целовать, все жестче, все яростнее, будто клеймил собой. Руки нетерпеливо дернули юбку, порываясь задрать подол повыше, горячая ладонь проскользнула в ставший совсем откровенным разрез, но замерла, задев кромку чулок.

Она не рассчитывала зайти так далеко… Или именно поэтому надела чулки? Дразнить, так с шиком?

- Ар-р-р-иша, - простонал-прорычал Макс, отстраняясь и пытаясь вернуть управление над взбесившимися инстинктами.

Двуликий злился на себя на свою несдержанность, на то, как сильно и совершенно не к месту у него срывало контроль. Гребанный запах, но не только… Арина совсем не бережет его нервы! Зацелованные губы, горящие алым, широко распахнутые глазах сверкающие серебристыми звездами, помятый ворот блузки и растрепанные волосы дополняли крышесносный аромат, делая девушку… невозможной.

Если так пойдет и дальше, он превратится в пускающего слюни имбецила, думающего только о том, как бы пристроить свой... Нужно или вывести ее на чистую воду, или, наконец, сдаться и… трахнуть. Именно сейчас «трахнуть» казалось лучшим вариантом, но где-то в глубине души Макса еще подавала голос ответственность и, как ни странно, совесть.

- Макс, с чего такая перемена? – кулачки уперлись в литые мышцы груди, но, естественно, волчара не сдвинулся ни на сантиметр.

Вопрос застал врасплох, выдергивая из мучительных метаний.

- Какая?

- Чего ты хочешь от меня?

- Тебе объяснить еще более доходчиво? – криво ухмыльнулся задетый ликан.

Он все еще возбужден, ладони все еще ощущают кромку чулок, гладкость бедер и он почти уверен, что на ней кружевное белье, а она… она тут беседы разводит!

- Ты говорила, что я тебе неинтересна!

Слова говорят одно, а тон… откуда у нее такой капризный, кокетливый тон? Арина сама уже не понимала, где проходит тонкая грань. И есть ли она, или уже давно смыта подавляющим, будоражащим присутствием?

- Я изменил свое мнение.

Викинг так тесно прижимал к себе, что дышать было практически нечем. Хотя себе врать не стоило – не дышалось вовсе не из-за его хватки, а от близости. Ощущение мощного тела. Горячих рук. Головокружительный запах чего-то терпкого и острого.

-Макс, ты знаешь, что ты мудак? – обреченно пробормотала девушка.

- Нуу… - протянул Дэй смотря в упор потемневшими глазами.

Еще один поцелуй обжег губы, моментально выбивая из головы все мысли, а из-под ног опору. Огненный вихрь поселился внизу живота, оттягивая на себя все силы. Чертов язык творил что-то совсем непонятное, жаля острыми уколами наслаждения, крепкие объятья сводили с ума, отделяя от всего мира, от привычного и нормального, и Арина со стоном сдалась, запуская руки в короткий ежик на затылке ее личного чудовища.

Для Макса реакция девушки не была неожиданностью, именно на нее он и рассчитывал, пытаясь доказать в первую очередь себе, что это он всем управляет, а не… Поцелуй так увлек, что «не» грозило раствориться в жарких стонах, навсегда перечеркнув все и сразу… Раздосадовано рыкнув, он все же оторвался от сладких губ, пока еще был способен остановиться.

Арина распахнула глаза и немного мутным взором повела по его лицу, приоткрытому рту, шее, на которой так заманчиво билась жилка…

- Уже не думаешь об отъезде?

Хриплый голос босса мгновенно вывел ее из странного подобия транса, она завозилась в его руках, пытаясь вырваться:

- Отпусти, - придушено пропищала девушка, - медведь чертов, задушишь.

- Не медведь, а…

Волк. Альфа. Анимаг. Защитник Ясной Крепости. Вот кто он такой и даже, если бы не было всех этих подозрений, отвлекаться на всяких малышек у него нет права.

Еще бы зверь был с ним согласен…

К удивлению Арины, Макс ее не просто отпустил, а почти отшвырнул, от чего она не удержалась и рухнула в кресло.

- Макс…?!

Но Двуликого в комнате уже не было, только серый хвост мелькнул и исчез в прихожей.

«К Кристе поперся!» - ядовитая мысль обожгла мозг, разъедая уверенность в себе и оборачиваясь слезами. Непрошенными, негаданными. Почему она плачет? Почему внутри бьется что-то острое, колючие, жалящее болью в ответ на каждый вдох? Это ее сердце? Почему…

От потрясения, возбуждения, всей смеси чувств остановить текущие по щекам ручейки не получалось. Совсем. Слезы грозили перейти в истерику, а это было… чем-то новым.

Конечно, Арина не раз плакала. В детстве. Если разбивала коленку, или из-за очередной несправедливости, связанной со сверстниками. Отучил ее разводить сырость Мастер. Алукард не ругал за слабость, но смотрел так разочаровано, что становилось еще горше. Всхлипывания прекращались сами собой, и только распухший нос и покрасневшие глаза напоминали о ее глупом поведении. Именно глупом. Так сказал Мастер в единственный раз, когда произнес нечто похожее на утешение:

- Не стоит тратить свои силы на глупые всплески эмоций. Это ничего не даст. Хочешь чего-то – делай, не получается – пробуй, пока не победишь. Слезы удел проигравших.

Проигравшей она быть не хотела. Ни тогда, ни сейчас, но никакая решимость и целеустремленность не отменяла того факта, что в этот момент ей было больно. Причину не нужно было долго искать – ей стало жаль себя. Как-то сразу навалилась усталость, занявшая место напряженного ожидания. От наставника никаких вестей, а это не могло означать ничего хорошего – или что-то случилось в Общине, или он ТАК сильно недоволен ею. И нет, это не было основной причиной слез, просто тишина убивала смысл во всех ее метаниях. Все что она до сих пор сделала утрачивало всякое значение, если это никому не нужно… Если она опять никому не нужна. Ни Алукарду, ни Максу…

Мысли о волчаре сделали только хуже, слезы полились с новой силой. Как виртуозно он поставил ее на место! Показал, насколько жалки ее потуги соблазнения… Ему потребовалось всего несколько минут, что бы перевернуть всю ситуацию с ног на голову, ведь это отнюдь не ликан сдался на милость победителя, а она!

Поцелуй выжег весь здравый смысл, все постороннее, оставляя только… Пепелище. В носу опять засвербело, а чуть утихнувший было водопад по новой затопил щеки. Как же все… Несправедливо! Хотелось топнуть ногой, закричать, разбить что-то… Вот зачем он так с ней?! И тут же вдогонку:

«Я это заслужила».

Да, от себя не спрячешься, даже за пеленой слез обиды. Сама виновата, ей и расхлебывать. Решила, что можешь управлять Альфой? Как бы не так! Тебе четко показали, что где-то допущен просчет. Еще и не раз, но только она в своей тупости намеки пропускала. Мастер молчит… потому что молчит. Или вынужден, или так надо, что, практически, одно и то же. Значит что? Значит она может полагаться только на себя. Раз уж с первичным заданием все так… неоднозначно погано, стоит заняться другим важным вопросом.

Игнашева. Как бы там не обстояли дела с УКР-ом, но ученую нужно спасать. Малый Круг дал разрешение на применение «особых» методов допроса, Конрад только отсрочил участь женщины. Незавидную, нужно сказать, наслышана она о «человеколюбии» ликоев… Разве же Игнашева это заслужила? Она действовала исходя из своих убеждений, стараясь предотвратить сразу несколько катастроф. Пытать за то, что она следовала своим принципам и была верна идеалам? Варварские, дикарские нравы, но что еще ожидать от… зверей? Арина поморщилась, пафос и снобизм собственных рассуждений был чрезмерным, все же фанатиком она не была, но суть остается сутью – Игнашеву нужно освободить.

Раз уж Макс в очередной раз свалил к любовнице…

«Не думать об этом, не думать!»

… то самое время прогуляться по вечерней Крепости.

Ночь уже заявила свои права на деревню, опустившись мягким покрывалом на уютные улочки. Сквозь густую листву пробивался свет окон из гостиных и кухонь, где наверняка за столом собрались домочадцы. Или друзья. Ни того, ни другого у нее нет, поэтому и обречена она красться в темноте словно… тать. Слово вспомнилось неожиданно, было окрашено оно в немного поблекшие детские воспоминания, так что воскресить в памяти подробности не получалось, но само слово точно подходило.

Улочки были неплохо освещены, кроме окон и подсветки самих домов, была еще луна, да несколько невысоких фонарей вдоль тропинки. «Предусмотрительно» - ехидная мысль скользнула, задев в душе какие-то не такие струны, но анализировать было не место и не время. Дорогу к срубу она запомнила на автомате, была у нее такая особенность. Никогда не теряться. А ведь было несколько попыток завести ее в лес, да оставить где-то подальше… Это она как раз помнит, хотя может быть и стоило бы забыть. Как никогда не забывается и дорога – если она единожды прошла каким-либо путем, то всегда может вернуться. Арина не была уверена, что об этой ее особенности знал кто-то еще, скорее всего даже Мастер не догадывался, но не потому, что она что-то от него скрывала, скорее не считала чем-то важным.

Однако сейчас такое умение пригодилось. Сруб показался впереди уже через десяток минут. Девушка замедлила шаг. Нет, Арина не надеялась обмануть слух стражи, если такова имелась возле места заточения Игнашевой, но одно дело целеустремленное движение, а совсем другое прогулка. Как раз стоит сделать вид, что она просто совершает вечерний моцион.

На удивление возле сруба никого не оказалось. Сперва Арина облегченно выдохнула, не факт, что удалось бы правдоподобно соврать оборотню, заразы чуют такое, но почти сразу насторожилась. Ликои не идиоты. Если нет охраны видимой, значит… есть невидимая.

Камеры на стене далеко, но, возле сруба тоже могут быть.

«Вот и проверим».

Девушка смело вышла на площадку возле бревенчатого домика, поморщилась, делая вид, что неприятно поражена. Игра на камеру, безусловно. Если что, скажет, что заплутала. Пожала плечами, опять же для потенциального наблюдателя и подошла к двери.

Ничего не произошло. Даже, когда она в эту дверь постучала. Потом еще раз. Арина прислушалась, но изнутри не донеслось ни звука. Или Карины там уже нет, или… Она просто спит. Время уже было позднее, да и находится женщина могла в глубине дома или вообще в подвале, например.

Девушка тяжело выдохнула и тут же насторожилась.

«Вот же…»

Этого она не ожидала, хотя и стоило бы. Дыхание задело нити, засветившиеся в ответ на крупицы силы в ее ауре. На двери сруба было заклинание. Судя по всему охранное. Довольно сложное, многослойное и совершенно ей незнакомое.

«Друид!»

Конечно же! Охранка обнадеживала – Игнашева точно тут, но в то же время могла стать настоящей проблемой. Теоретически она знала, как можно расплести даже такую тонкую работу, но практически… Хотя нет, знаний ей тоже не хватало. Тут нужно было действовать не просто аккуратно, а точно по схеме. Если она поспешит, понадеется на авось, то точно переполошит того, на кого заклинание завязано. Скорее всего самого Конрада, хотя может и Макса.

Сперва нужно подготовиться. Камеры у сруба она так и не заметила, поэтому оставалась надежда, что ее спектакль остался без зрителей, а заодно, что у нее будет второй шанс. После того, как она получит нужные инструкции.

Вернувшись в коттедж, Арина тут же написала Мастеру, как можно подробнее обрисовав заклинание на двери сруба, настаивая на том, что она может его распутать, если ей подскажут порядок действий.

Какого же было ее удивление, когда уже утром пришел ответ – схема, как справиться с охранкой и приказ убить Карину.

ГЛАВА 10. Головная боль

Время стремительно утекало. И то, что было отпущено Кругом, и то, что он определил для себя сам. Игнашева молчит, но это ожидаемо. В какой-то мере. Мерзкая тварь успела столько всего наворотить, что не могла не оставить последнее слово за собой. Искалечила столько судеб, чуть не стала причиной… Впрочем, все это на ее совести, если она у нее, конечно, есть. В чем Макс небезосновательно сомневался.

Если бы у Карины было хоть что-то человечное она не стала бы упорствовать, скрывая детали своей разработки. В конце концов, могла бы попытаться выторговать свою жизнь, если не свободу, но почему-то и этого делать не собиралась. Ни ради себя, ни ради Регины, собственной дочери. Что крылось в этом упорстве? Невольно возникала мысль, что УКР намного опаснее, чем они предполагали, или, возможно, есть что-то еще кроме управляющих феромонов, но что?

Почему интуиция настойчиво твердит, что Арина ключ ко всему? Даже несмотря на то, что зверь бесится и грозит вырваться из-под контроля в самый неподходящий момент? И так почти вырвался… Дэй и сам не мог объяснить сцену в кабинете. Себя можно не обманывать – дело далеко не только в провокации.

Да, за девчонкой забавно наблюдать. Как меняется ее лицо, когда она говорит об интересующем проекте… И было бы чем вдохновляться, поставщики оборудования, мать его! Смешно, кому сказать. И между тем она увлеченно рассказывает о предложениях, сравнивает качество, цены, за неполную неделю вникнув в технические тонкости, в которых он, например, до сих пор не до конца разобрался. Было неинтересно. А вот ей интересно, на самом деле, без обмана. Ложь он бы почувствовал.

Наверное.

С этой сероглазкой не поймешь. Ни хрена не поймешь! Ни себя, ни ее. Так хорошо отыгрывает роль? Или не роль вовсе? Может он в своей профессиональной паранойи зашел слишком далеко? Может и нет никакого злого умысла, только его и Конрада подозрения на пустом месте?

Реагирует она на него… Да, реагирует занятно. Волк внутри довольно рыкнул, ему тоже нравится, как плавится малышка в его лапищах. Именно «лапищах» и именно «малышка». Она и так не отличается ростом и крепким телосложением, на фоне волчиц вообще дитя, а уж по сравнению с ним… Он мог бы накрыть ее полностью. Согреть, растопить эти свинцово-серые глаза. Спрятать от всего мира хрупкую статуэтку. Если бы… Если бы был уверен, что это не мир нужно прятать от нее.

И ладно бы колбасило только его, но Конрад, друид тоже что-то такое чует. Темнит, гад, как есть, всей правды не говорит, но это и не нужно. Макс его слишком давно знает, чтобы не видеть теней в глубине глаз и лишних складок на высоком лбу. Его Одаренность чем-то сильно обеспокоен… Нет, не самое верное слово. Встревожен? Нет. Не в опасности дело, ведь он тоже ее не чувствует… Кстати, очень и очень занимательная деталь. Он так привык доверять интуиции, что теперь не может отделаться от ощущения, что все это… Как-то не так. Чутье на опасность молчит. Фальшь есть, но не больше, чем стоило бы ожидать в такой ситуации – все же вырвал из зоны комфорта, закинул в совершенно неподходящие условия, любая попыталась бы подстроиться, используя все имеющиеся под рукой средства. Даже такие сомнительные, как женская притягательность.

Но если вернуться к Конраду, то… «Хм, а не в этом ли дело?». Нездоровая мысль пронеслась, затерявшись в бликах лунного отражения в ряби речки. Макс вытянул согнутые ноги, упираясь о ствол дерева. В ночном лесу было тихо и спокойно. Относительно тихо, конечно, ибо жизнь не замирает с наступлением темноты, но становится более скрытной. Спокойствие тоже поверхностное. Умиротворенный шелест листвы скрадывает стелящийся шаг хищника, да взмах крыльев сов и прочих любителей поохотиться в ночной прохладе. Он бы и сам вышел на тропы, если бы… Если бы не был жертвой сомнений и пустых размышлений.

Он, действительно, только что чуть не приревновал к Конраду? Серьезно?!

«Гребанный стыд…»

Да уж, стыдно было, факт. Сразу за все. При этом глупые, подлые мыслишки не получалось отогнать.

Друид заинтересовался Ариной. С первого взгляда. Что-то такое мелькнуло на его обычно бесстрастном лице. Удивление? Тень узнавания? Любопытство? Последнее, как раз, ему очень даже свойственно. Сколько он знает Конрада, столько времени тот что-то изучает, исследует, за кем-то наблюдает. Так может его притягивает не сама девушка, а загадка, что в ней кроется? Вот это больше похоже на правду, да и легче такое принять, чем… Чем мысль о том, что они со старым другом могут стать соперниками. Вот это был бы номер… Топольский бы уржался. Третий член их давнего триумвирата уже нашел свою половинку, поэтому ему легче. Или сложнее, это смотря с какой колокольни глядеть. Олеся еще та зараза, но зараза родная, так что сами разберутся, а ему…

Ему пора возвращаться. Полная луна зовет за собой, требует безумств, но у него нет права на них. Нет, пока он не решит, что же делать с одной сероглазой занозой, что засела в его сердце. Тропинка охотно стелилась под волчьи лапы, ведя прямой дорогой… домой. Или в ловушку? Любой нормальный зверь отгрыз бы себе лапу, только чтобы остаться свободным, а он с необычайной охотой лезет в самую… Н-да, даже мысленно не хотелось доводить фразу до логичного завершения, тем более что в просвете между деревьями показалась стена Крепости и калитка. Страж почуял его приближение загодя, поэтому створки приветливо распахнулись, пропуская внутрь охраняемого периметра.

- Все спокойно, - доложил охранник по заведенному правилу.

Не то, чтобы Макс нуждался в таком отчете, защитная сеть была настроена на него, так что о любом нарушении он узнал бы первым, но традиции нужно соблюдать.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

Еще несколько минут быстрого волчьего бега и впереди замаячили огни его… дома. Все же дома, даже если в нем обитает чужачка.

А чужачка ли? Лабиринт сомнений запутывался все сильнее.

Каждую ночь Дэй выбегал в лес, чтобы привести мысли в порядок, но луна раз за разом становилась свидетельнейцей его поражения. Вот и сейчас насмешливо смотрела своим круглым ликом, то ли подмигивая, то ли зажмуриваясь в предвкушении очередного спектакля.

А то, что ему быть Макс понял уже на подходе, заметив силуэт в окне. Ждет? С каких это пор? После вчерашней его выходки они не виделись. Утром он сбежал по делам, вечером, опять же, по делам, только другим. Арина не пыталась с ним связаться, насколько он знал, но даже если бы пыталась, он бы не ответил. Может поэтому и поджидает? Хочет окончательно расшатать его нервы? Добить?