Офис для Золушки

– Слушай, я тут подумала… – начала я по привычке. – Ты все еще хочешь PlayStation в подарок?

– Маш, послушай, – вздохнул Дима, – мне ничего не надо.

Его ответ испугал меня. Он редко называл меня по имени. А если и называл, то это значило, что случилось что-то нехорошее. Какая-то проблема, которую надо срочно решать. Я боялась, когда он называл меня по имени.

– Что-то случилось? – спросила я.

– Да нет… все нормально, – ответил он.

– Тебе чем-нибудь помочь?

– Маш… хорошая ты девчонка, Маш.

– Ты какой-то странный. Я тебя совсем не понимаю.

– Я не странный. Просто я не знаю, как тебе это лучше сказать. Я хотел приехать и сказать тебе все, но не смог. Звонком как-то легче, наверное.

– Скажи, как есть. Я тебе надоела?

– Да, – сказал он. – То есть нет. Но я больше не могу. Я просто не готов. Дело не в тебе, это я во всем виноват. Но так будет лучше, правда.

– Дим, ты издеваешься, что ли? – полушепотом спросила я. – Если это шутка, то неудачная.

– Я не шучу, Маш. Мы могли бы остаться друзьями. Мы же не чужие друг другу люди.

– Да, наверное, но мне хватает друзей.

– Я рад, что ты спокойно это приняла. Боялся, что ты устроишь истерику или еще там что-нибудь выкинешь.

– Можешь больше не бояться.

Не дожидаясь ответа, я отключилась, чтобы не разрыдаться прямо в трубку. Когда пытаешься сдержать слезы, начинают дико болеть горло, виски и голова. Мне казалось, что я задыхаюсь. Но с первыми слезами становится заметно легче.

Хоть это была шутка, но в глубине души я заранее все знала: если я проиграю спор, то мы с Димой расстанемся. Наверное, не стоило ставить на кон будущее наших отношений.

Я проиграла. Теперь это было очевидно.

На город опускались сумерки, стало заметно прохладнее. На мобильном было три пропущенных вызова с незнакомого номера и два пропущенных от Нины. Я перезвонила и рассказал ей обо всем.

– Я все равно не верю, что вы расстались. Не может такого быть! Слушай, не бери пока в голову. Он сейчас подумает, пожалеет и через две недели прибежит обратно, вот увидишь! Так всегда бывает. Ты где сейчас?

– Иду домой и думаю, как объяснить все родителям.

– Скажешь, как есть, чего выдумывать. Хочешь, мы с Дашкой к тебе придем?

– Да, я через двадцать минут буду дома.

Где-то я читала, что под Новый год приходится пик расставаний. Дима бросил меня за неделю до новогодних каникул. Я знала, что он долго тянул и не решался сказать об этом прямо. Специально подбирал слова, чтобы не так больно было. Чтобы оставить каплю надежды на камбэк, которого не будет. Взять паузу – какой бред.

– Мне было восемь, когда мы познакомились. Сейчас мне почти двадцать три. Пятнадцать лет коту под хвост.

– Какой же гад, ну какой гад! – возмущалась Нина. – Я тебе обещаю: встречу его на улице – надеру задницу. Ты же знаешь, у меня черный пояс, и слово я держу. Он у меня за все получит! И за ваш спор дурацкий, и за длинный язык, и за то, что мозги тебе запудрил. Придурок. Ненавижу болтунов и клоунов! Мозгов ноль. Не понимаю, чего девчонки в них находят.

Нина всегда была очень эмоциональной и громкой. В отличие от меня и Дашки. Мы более спокойные и сдержанные. Эмоций Нины хватало на троих. В каком-то смысле это даже приятно, когда кто-то переживает за тебя больше, чем ты сама. Наверное, это говорит о том, что ты небезразлична, что тебя любят и ценят.

– Что мне теперь делать? – всхлипывала я. – Что я скажу родителям? А квартира… мы собирались переехать туда в январе. И что теперь?

– Переезжай одна, – предложила Нина. – Минута от метро, на работу удобнее добираться будет, да и вообще пора начинать жить самостоятельно. Тем более если есть такая возможность.

– Она такая большая.

– Кто? – не поняла Нина.

– Квартира эта. Две комнаты, там потолки под три метра. Она слишком большая для меня одной. Я никогда не думала, что буду жить там одна. Всегда представляла нас вдвоем. Как мы вместе готовим ужин на кухне или как заказываем пиццу на дом, если лень готовить. Как сидим вдвоем на балконе, пьем кофе, курим одну сигарету на двоих и смеемся, а соседи стучат по трубе отопления, чтобы потише.

– Прости, что я пыталась настроить тебя на хорошее, а получилась фигня. Я правда думала, что этот клоун хочет сделать тебе предложение.

– Она даже платье на вашу свадьбу уже выбрала, – сказала Дашка. – Собиралась заказать, но размера нужного не оказалось, а ждать не захотела.

– Я с шестнадцати лет хотела выйти за него, – призналась я. – Просто делала вид, что мне это не важно. Не хотела давить на него. И детей от него хотела тоже. Родить третьего до тридцати. Я не очень люблю детей, но от него почему-то хотелось. И фамилия у него классная. С моим именем было бы круто. Симановская Мария. Черт. Почему так получилось? Что со мной не так? Все же было хорошо. Мы ведь за эти три года ни разу не поссорились! Ни разу не поругались.

Нина с Дашей переглянулись.

– Ты слишком хорошая, Маш, – сказала Нина.

– Я так и знала. Ему стало скучно со мной. Я слишком хорошая и скромная.

– Только не говори, что будешь пытаться его вернуть.

– Не буду.

Я пообещала, что не буду пытаться вернуть Диму. Что не буду бегать за ним, быть друзьями, поздравлять с праздниками. Но мысль о том, что надо меняться, до сих пор не давала мне покоя.

– Давайте искать плюсы, – сказала Даша.

– Ты свободна и можешь поехать с нами на дачу, – начала Нина.

– Ты можешь снова влюбиться, – продолжила Даша.

Я смеялась сквозь слезы:

– Хорошо, что я не успела купить ему PlayStation.

– Точно, эти деньги лучше потрать на себя.

– У тебя есть отремонтированная квартира, в которую ты можешь переехать в любой момент. Уже пять!

– У тебя начинается новая жизнь.

– А еще я обязательно найду хорошую работу, – сказала я. – И сделаю карьеру!

Так мы проговорили до десяти вечера. Уходя, Нинка оставила мне упаковку травяного чая в пакетиках. Успокоительный сбор. Я тут же заварила его. На вкус он оказался противным, но через минуту глаза мои начали слипаться, и потянуло в сон.

Новогодняя атмосфера и ожидание чуда. Они давят.

Я уже знала, что это самое чудо, о котором все говорят, в которое верят, которого ждут, может и не случиться. Поэтому лучше не ждать. Лучше вообще не думать об этом.

Каждый ждет того, что не купишь за деньги. Что-то свое, личное, тонкое и сокровенное. Я снова ждала Диму. Меня пугало приближение новогодней ночи. Первой за долгое время, которую я встречу без него.

Я не верила в чудо, но знала, какое желание загадаю, когда часы пробьют полночь, после поздравления президента.

До последнего я надеялась, что Дима напишет и поздравит, но ни сообщений, ни звонков от него не было. Ни вечером, ни утром, ни на следующий день. Было одно сообщение от Кати из «Леви Стафф» – она поздравляла с Новым годом, писала, что ушла в декабре из кадрового агентства и сразу устроилась на новое место. Она спрашивала, как у меня дела и нашла ли я новую работу, а я не знала, что ей ответить.

Глава 13

С утра до поздней ночи я сижу у компьютера. Смотрю сериалы и туплю в социальных сетях. Засыпаю под утро. Просыпаюсь к обеду. До вечера не умываюсь. Хожу по квартире в пижаме, накинув халат, и почти не ем. Я даже забыла, когда последний раз выходила на улицу. Наверное, на прошлой неделе.

Никогда не думала, что стану одной из тех унылых девушек, которые слишком долго переживают расставание с бывшим. Я не знала, что можно неделями крутить в голове лучшие воспоминания, вести бесконечные диалоги, следить за твоей страницей в социальной сети и каждый день расстраиваться, что от тебя нет ни сообщений, ни писем, ни звонков.

Вспоминать школу, институт, долгие летние каникулы три года назад.

Вспоминать, как два года назад мы целых две недели жили вместе, пока родители уезжали в отпуск, как ты крепко обнимал, запускал пальцы в волосы и называл Машкой. Гладить тебя по голове и по спине. Тебе так нравилось. Ты говорил, это потому, что тебя, наверное, в детстве по голове недогладили. Недообнимали. Родители много работали, тебе не хватало внимания.

Вспоминать, как однажды осенью ты согревал меня, пока мы ждали автобус. Ветер был мокрый и холодный. Сложив ладони, ты дышал мне за воротник пальто. Говорил, что в детстве так мама делала, собирая тебя в детский сад. Чтобы не замерз по дороге.

Вспоминать прошлое лето – каникулы перед последним курсом. Мы знали, что это последнее беззаботное лето, которое мы могли себе позволить. Через год уже все будет по-другому. Окончание университета, работа, взрослая жизнь, в которой уже не будет долгих летних каникул. Так что эти два месяца нужно было использовать по максимуму.

В то лето мы все время были в разъездах. Сначала были две недели в Питере, потом Карелия, а в конце лета – Черное море и Ялта. Мы с друзьями снимали квартиру на Морской улице в двух минутах от набережной.

Сколько фотографий осталось после этих каникул. А впечатлений и воспоминаний и того больше.

Не верилось, что всего этого больше нет и никогда уже не будет. Да, я могла бы еще побороться за тебя, как уже делала это в семнадцать лет. Снять квартиру в твоем районе или устроиться на работу в тот же бизнес-центр… да хотя бы просто остаться добрыми друзьями и поздравлять друг друга с праздниками.

Мне и сейчас казалось удивительным то, что тогда все получилось. Что ты тогда вернулся, и мы были счастливы. На самом деле.

Ты ведь мог не вернуться, и ничего бы этого не было. И тогда бы мое поступление на инженерный факультет было бы абсолютно бессмысленным и глупым шагом – шагом вдогонку, без шага навстречу.

Я не жалела о потраченном времени. Я жалела свои несбывшиеся мечты и неоправданные надежды.

А еще было обидно, что после окончания университета мне так глупо не везет. Мы расстались, с работы выгнали со скандалом и денег не заплатили, а где искать новую работу – черт его знает. Как я ни пыталась найти хоть один положительный момент во всей этой ситуации, увидеть в ней что-то хорошее для себя, ничего не получалось. Хотелось закрыть глаза и спрятаться.

У Димы тем временем жизнь била ключом. От знакомых я узнала, что он недавно поменял машину и переехал жить к своей новой девушке. Они познакомились на работе. Ее зовут Таня. Она занимается сопровождением сделок. Мне рассказали, что началось у них все с новогоднего корпоратива в середине декабря. Я даже фото нашла. Точнее, они сами попались мне на глаза. Таня с Димой отлично смотрелись вместе.

Я не могла не следить за ними ВКонтакте, хоть это и было больно. Новая девушка была совсем не похожа на меня. Невысокая и хрупкая, длинные светлые волосы, идеальная белоснежная улыбка.

Теперь она будет гладить его по голове и утыкаться носом в шею, а он будет запускать руку ей в волосы и называть по имени.

Прошел почти месяц. Я убрала информацию о семейном положении и удалила все фотоальбомы, где были наши совместные с Димой снимки. Нужно было что-то делать, как-то брать себя в руки и жить дальше. Мне было двадцать три – «уже двадцать три!» – и будущее представлялось одиноким, серым и безрадостным.

Я сидела в социальных сетях, читала одинаковые шутки в популярных пабликах и разглядывала фотографии своих знакомых. И так по кругу. Бесконечно.

Если бы не Дима, я бы так и не решилась оставить Игоря и его странную компанию. Не полетела бы впервые на море, не была бы так счастлива последующие три года. Мне стало страшно. А вдруг бы ничего этого не было? Что, если бы Дима не вернулся, а я осталась бы с Игорем? Я была счастлива, что в тот год все произошло именно так, как было, а не иначе. Дима пришел вовремя и увел меня за собой, уверенно взяв за руку. Это большая удача. Мне повезло. Повезло намного больше, чем другим девушкам в похожих обстоятельствах. Мне хотелось взять телефон и написать ему всего одно слово «спасибо».

Все было не зря. Дима был нужен. Он должен был вернуться, чтобы спасти меня. Он просто выполнил свою миссию, сыграл свою роль и ушел. Возможно, он просто вырос из этой первой полудетской любви, а может, искал кого-то особенного, чтобы дальше взрослеть вместе.

В этом январе я была благодарна ему, как никогда раньше. Я все поняла, и мне стало легче. Настолько, что смогла засыпать без снотворного. Глава 14

Нинка и Дашка звонили почти каждый день. Иногда заглядывали ко мне после работы. Мы сидели на кухне. Ужинали, пили чай.

– Ты не звонила своей знакомой? – спросила Нина.

– Какой знакомой? – не поняла я.

– Ну той, из кадрового агентства. Она писала тебе в Новый год, чтобы ты ей после праздников позвонила. Что она поможет тебе с работой.

– Еще не звонила. Я забыла, – приврала я.

Я помнила о том сообщении Кати, но звонить не спешила. Я понимала, что мне нужно искать работу, что деньги заканчиваются, что сидеть дома и страдать – это неправильно, но ничего не могла с собой поделать. Я не хотела ничего. В том числе работать.

– Я понимаю, что ты не хочешь, – читала Нинка мои мысли. – Но так нельзя, Маш. Прошел уже месяц. Тебе нужно найти работу.

– Меня все равно не возьмут.

– Я не хочу это слушать. Тебе нужно чем-то себя занять. Отвлечься. Что-то делать. Общаться с людьми. Ничего не изменится, если ты будешь сидеть дома и вспоминать, как вам было хорошо вместе. Не отказывайся от помощи. Напиши ей сегодня же.

– Не знаю. Попробую.

– Если ты этого не сделаешь, то напишу я.

– Ла-а-адно, – согласилась я. – Я ей позвоню.

– А я потом перезвоню тебе и проверю, – сказала Нина, собираясь домой. – Вот увидишь. Выйдешь на работу – сразу станет легче.